Новые радиоуглеродные датировки поселений эпохи бронзы Крымского полуострова

1 Работа выполнена при поддержке РНФ, грант 22-68-00010.

наиболее крупные поселения, такие как Тюмень-3, Багай-1, а также открытые в 2025 г. поселения Донузлав 12 и Кипчак 2 на территории Северо-Западного Крыма ( Смекалова и др ., 2020; 2023а; Горошников, Горошникова , 2022). Кроме них, на территории Восточного Крыма изучены поселения меньшей площади, но также с кластерами полуземлянок ‒ Джарган Кая, Сагун Дык Кая и Большой Шибан ( Смекалова и др ., 2024а).

В размещении построек на поселениях этого типа четких закономерностей не выявлено (рис. 1). Так, на поселении Тюмень-3 постройки образуют неправильной формы окружность диаметром более 200‒250 м. На поселении Большой Шибан и Джарган Кая постройки ориентированы двумя линиями, образующими угол, обращенный на северо-восток. На других памятниках четко выраженных закономерностей в расположении построек нет.

Вторую группу памятников образуют поселения с большими округлыми каменными конструкциями, которые использовались в качестве загонов для скота. Очертания каменных загонов хорошо видны на магнитной съемке ( Смекалова и др ., 2020). В большинстве случаев загоны двойные, состоящие из малого загона диаметром 15‒20 м и большого загона диаметром до 30 м (рис. 2). При этом малый загон частично входит в большой. Общий размер двойных загонов – 40–45 м. На ряде памятников присутствует лишь один большой загон (Тюмень-7, Агар-Су-5) ( Смекалова и др ., 2024в. С. 149‒150) либо на магнитной съемке не удается надежно установить все контуры загонов.

Четкая культурно-хронологическая атрибуция памятников по керамике осложнена малым количеством и слабой выразительностью обнаруженных находок. На основании имеющегося керамического материала, полученного при шурфовке памятников, период существования большинства поселений можно обозначить поздним бронзовым веком; при этом на ряде поселений с каменными загонами присутствует керамика более ранних периодов ( Смекалова и др ., 2023а; 2024а).

Датирование поселений по керамике еще более затрудняет присутствие фрагментов посуды разных эпох в одном слое. Это связано с геоморфологическими условиями местонахождения поселений: все памятники располагаются на склонах с высокой эрозионной активностью, в результате чего почва вышележащих участков с более древним археологическим материалом могла поступать в почву на подчиненных ландшафтных позициях с более поздними артефактами. Также вероятным представляется перемешивание скотом почвы в загонах. Судя по современным скотоводческим реалиям, при длительном содержании скота в отдельных местах в загонах глубина следов от копыт может достигать 20–25 см и более. В такой ситуации, если корова наступала на фрагмент керамики или кости, их положение в профиле культурного слоя могло значительно изменяться. Все это существенно ограничивает возможность формирования «книгоподобных» напластований в культурном слое памятников.

Таким образом, на основании археологического материала установить хронологическую позицию исследованных памятников довольно сложно. Поэтому датирование таких памятников по археологическому материалу возможно лишь в случае масштабных раскопок и получения статистически достоверного объема датирующего материала. Однако примеров такого рода раскопок очень

Рис. 1. Поселения с кластерами полуземлянок

Рис. 2. Поселения с каменными загонами для скота мало (Горошников, Горошникова, 2022). В то же время для изучения системы расселения необходим максимально широкий ряд датированных памятников, получение которого без привлечения инструментальных методов датирования не представляется возможным.

К настоящему времени известно лишь несколько радиоуглеродных дат для поселений эпохи бронзы Крыма. Хорошо датировано поселение с двумя каменными загонами Тарханкут Н8 в Северо-Западном Крыму, для которого получены три сцинтилляционные даты, соответствующие белозерской культуре позднего бронзового века и практически совпадающие ( Кашуба и др ., 2020. С. 89). Дата по почве из «пола помещения» в шурфе 3 – 1207–923 cal BС, и две – по костям животных: 1189–914 cal BС и 1217–936 cal BС. При этом авторы отмечают архаичный облик кладки, более близкий к сабатиновскому времени (Там же. С. 86).

Для другого памятника с двойным каменным загоном, поселения Тархан-кут Н18, получено пять сцинтилляционных дат по костям животных. Четыре даты соотносятся со временем существования посткатакомбных культурных формирований: 2205–1930 cal BС; 2101–1908 cal BС; 2190–1891 cal BС и 2135–1883 cal BС. При этом получена одна дата финала поздней бронзы – 1258–1025 cal BС ( Кашуба и др ., 2020. С. 87).

Для поселения Тарханкут Н22 получены три даты, две даты по костям животных из загона: 2141–1882 cal BС; 2200–1902 cal BС и дата по кости животных из отдельной постройки – 1492–1134 cal BС (Там же. С. 89). По мнению авторов, загон для скота функционировал в период среднего бронзового века, а «постройка» относится к позднему бронзовому веку.

Наиболее надежно датировано поселение Багай 1 ( Кулькова и др ., 2024. С. 342). Для этого памятника получено семь дат, из которых две явно омоложены, а пять соответствуют времени существования культуры Ноуа-Сабатиновка и белозерскому времени. На основании полученных дат авторы делают вывод о непрерывном заселении и развитии культур на памятнике Багай 1 в позднем бронзовом веке с XV по начало X в. до н. э.

Результаты Байесовского KDE-моделирования хронологии поселений, по которым известны радиоуглеродные датировки, представлены на рис. 3. Согласно результатам моделирования, выделяются два временных блока функционирования поселений – посткатакомбное время и эпоха поздней бронзы от раннего этапа сабатиновской до финала белозерской культуры. Все исследованные памятники заканчивают свое существование до наступления IX–VIII вв. до н. э.

В рамках работы над грантом РНФ 22-69-00010 «Палеоэкология и палеоэкономика древнего населения Крыма: хозяйственные модели в меняющихся природных условиях и вклад древней антропогенной деятельности в формирование современного почвенного покрова региона» была начата масштабная программа радиоуглеродного УМС-датирования памятников археологии бронзового века Крыма. К настоящему времени получено 30 дат. Во всех случаях образцы на датирование отбирали из шурфов 2 × 2 м. Культурный слой, как правило, морфологически не обособлялся от вмещающей почвенной массы и выделялся лишь по обилию артефактов (костей, керамики). В некоторых загонах для скота эти участки выделялись большей долей белесоватых тонов в окраске. Таким образом, во всех случаях датировали кости из незакрытых комплексов. Лишь на поселении

Калиброванный возраст (год до н.э.)

Рис. 3. Байесовское KDE-моделирование хронологии поселений Крымского полуострова эпохи бронзы (по: Ramsey , 2017) на сцинтилляционных датах по литературным данным (по: Кашуба и др ., 2020; Кулькова и др ., 2024)

Условные обозначения : серые и черные кресты – априорные и апостериорные медианные возрасты индивидуальных дат согласно моделированию; закрашенные серым и пурпурным площади – интегральные априорная и апостериорная вероятности событий; синяя линия и голубая площадь – линия усредняющей результат LOWESS-регрессии и 1σ диапазон ошибки моделирования апостериорного распределения

Джарган Кая в шурфе удалось зафиксировать остатки очага с каменной обкладкой и хозяйственной ямы. Для этого поселения получены даты по паре костей: из очага и из придонного слоя заполнения хозяйственной ямы. На поселении Сагун Дык Кая получены даты по костям из хозяйственной ямы и вмещающего слоя.

Датирование выполнялось в ЦКП «УМС НГУ-ННЦ» г. Новосибирска. Калибровка радиоуглеродного возраста и байесовское моделирование хронологии выполнены с использованием пакета ОхСal 4.4: предварительное KDE-моделирование – по Рэмси ( Ramsey , 2017), уточненное традиционное MСMС-модели-рование – по Рэмси ( Ramsey , 2009). Сходимость байесовских моделей оценена через индекс согласия (А_модели), без ограничений времени и числа шагов моделирования. Устойчивость результатов моделирования рассчитана минимум на десяти повторах, при соблюдении критерия А_модели ˃ 60.

Результаты и обсуждение

Поселения с каменными загонами. Рассмотрение полученных данных начнем с поселений с каменными загонами. За время выполнения проекта проводились шурфовки на поселениях Тарханкут-2, Тарханкут-6, Тарханкут-8, Тюмень-7, Бораш-10 в Северо-Западном Крыму и на поселении Ташларка Северная в Крымском Приазовье (табл. 1)².

Таблица 1. Результаты радиоуглеродного датирования памятников эпохи бронзы Крыма

Лаб. номер.	Поселение, место отбора	14С дата, ВР	Калиброванная дата, 2σ
GV 05383	Тарханкут-Н8. Шурф 6. Пласт 3	3392 ± 34	1770–1608 cal. BС
GV 04806	Тарханкут-Н8. Шурф 6. Пласт 4	3798 ± 41	2351–2131 cal. BС
GV 05384	Тарханкут-Н8. Шурф 5. Пласт 3	3389 ± 34	1770–1606 cal. BС
GV 04807	Тарханкут-Н8-2. Шурф 2. Пласт 3	2894 ± 41	1215–975 cal. BС
GV 04604	Тарханкут-Н6. Шурф 1Б. Пласт 3	3848 ± 42	2461–2200 cal. BС
GV 04605	Тарханкут-Н6. Шурф 1М. Пласт 3	4182 ± 42	2890–2660 cal. BС
GV 04606	Тарханкут-Н6. Шурф В-7. Пласт 4	2924 ± 41	1260–1006 cal. BС
GV 04607	Тарханкут-Н6. Шурф В-7. Пласт 5	2898 ± 41	1217–977 cal. BС
GV 04608	Тюмень-7. Шурф 3. Пласт 3	3815 ± 41	2363–2140 cal. BС
GV 04609	Тюмень-7. Шурф 3. Пласт 3	4055 ± 41	2696–2470 cal. BС
GV 04610	Тюмень-7. Шурф 1. Пласт 5	4372 ± 45	3104–2893 cal. BС
GV 04611	Тюмень-3. Шурф 1. Пласт 4	3785 ± 42	1781–1610 cal. BС
GV 04612	Тюмень-3. Шурф GH-4. Пласт 3	2987 ± 41	1312–1106 cal. BС
GV 04808	Тарханкут-Н2. Шурф 6(Б). Пласт 3	3700 ± 41	2203–1960 cal. BС
GV 04809	Тарханкут-Н2. Шурф 5(М). Пласт 4	2917 ± 40	1232–997 cal. BС
GV 05382	Тарханкут-Н2. Шурф 7. Пласт 3	2862 ± 33	1126–922 cal. BС
GV 04810	Бораш-10. Шурф 3. Пласт 3	3782 ± 41	2345–2122 cal. BС
GV 05385	Бораш-10. Шурф 3. Пласт 3 (очаг)	3819 ± 43	2352–2192 cal. BС
GV 05373	Ташларка Северная. Шурф 1. Пласт 6	2780 ± 33	1009–834 cal. BС
GV 05374	Ташларка Северная. Шурф 2. Пласт 6	4078 ± 35	2703–2556 cal. BС
GV 05375	Ташларка Северная. Шурф 3. Пласт 6	3657 ± 34	2141–1934 cal. BС
GV 05376	Джарган Кая. Шурф 2. Пласт 3 (хоз. яма)	2857 ± 34	1126–918 cal. BС
GV 05377	Джарган Кая. Шурф 2. Пласт 3 (очаг)	2884 ± 33	1132–974 cal. BС
GV 05386	Джарган Кая. Шурф 1. Пласт 3	2808 ± 33	1051–894 cal. BС
GV 05378	Большой Шибан. Шурф 1. Пласт. 3	4177 ± 35	2886–2662 cal. BС
GV 05387	Большой Шибан. Шурф 1. Пласт 2	4082 ± 34	2706–2561 cal. BС
GV 05379	Сагын Дык Кая. Шурф 1. Пласт 3	3279 ± 34	1622–1496 cal. BС
GV 05380	Сагын Дык Кая. Шурф 1. Пласт 3 (хоз. яма)	3343 ± 34	1692–1532 cal. BС
GV 05381	Сагын Дык Кая. Шурф. 2. Пласт 3	3345 ± 34	1693–1532 cal. BС

Для поселения Тарханкут-6 ( Смекалова и др ., 2020) получено четыре датировки: 2461–2200 cal BС (GV-04604), 2890–2660 cal BС (GV-04605), 1260–1006 cal BС (GV-04606) и 1217–977 cal BС (GV 04607). Две совпавшие даты показывают XII–XI вв. до н. э. Этот период соответствует белозерскому времени. Две другие даты дали более ранние интервалы, которые соответствуют всей катакомбной эпохе, причем даты не совпали.

Для поселения Тюмень-7 (Там же. С. 62, 163. Рис. IV.5.18) получено три датировки: 2363–2140 cal BС (GV-04608), 2696–2470 cal BС (GV-04609) и 3104–2893 cal BС (GV-04610). Датировки не совпадают. Самая архаичная из них, в рамках XXXI–XXVIII вв. до н. э., соответствует ямному времени. Вторая дата, в пределах XXVII–XXV вв. до н. э., соответствует концу раннекатакомбного и началу развитого катакомбного периодов. Третья дата, XXV–XXII вв. до н. э., приходится на позднекатакомбное время.

Для поселения Тарханкут-2 (Там же. С. 46, 47, 83–85. Рис. IV.2.8–10) получено три датировки: 2203–1960 cal BС (GV-04808), 1232–997 cal BС (GV-04809) и 1126–922 cal BС (GV-05382). Одна дата соответствует времени существования каменско-ливенцовской культуры финала средней бронзы и блока посткатакомбных обществ культурного круга Бабино; две другие показывают позднеса-батиновское и раннебелозерское время в интервале XIII–XII вв. до н. э.

Для поселения Бораш-10 (Там же. С. 64, 173. Рис. IV.5.30) получены две датировки, обе относятся к каменско-ливенцовскому времени: 2345–2122 cal BС (GV-04810) и 2352–2192 cal BС (GV-05385). Материалы из шурфов невыразительны, но в целом приведенным датам не противоречат.

Для единственного известного на данный момент памятника с каменным загоном на Таманском полуострове – поселения Ташларка Северная ( Смекалова и др. , 2024б. С. 8) – получено три датировки, которые не совпали: 1009–834 cal BС (GV-05373), 2703–2556 cal BС (GV-05374) и 2141–1934 cal BС (GV-05375). Самая ранняя дата соответствует началу средней бронзы. Вторая дата – XXII–XX вв. до н. э. – указывает на финал эпохи средней бронзы и посткатакомбное время. Наиболее поздняя дата лежит в диапазоне X–IX вв. до н. э. и соответствует финалу белозерского времени. Материалы, полученные при шурфовке памятника, показали наличие опознаваемой керамики посткатакомбного времени и характерный наконечник дротика или нож (Р. А. Мимоход, устное сообщение).

Для поселения Тарханкут-8 ( Смекалова и др ., 2020. С. 47–49, 90, 91. Рис. IV.2.20–21) получено четыре датировки: 2351–2131 cal BС (GV-004806), 1770–1608 cal BС (GV-05383), 1770–1606 cal BС (GV-05384) и 1215–975 cal BС (GV-04807). Здесь, как и в предыдущем случае, мы наблюдаем полное совпадение дат в рамках начала срубного времени (XVIII–XVII вв. до н. э.). Одна дата соответствует финалу средней бронзы и еще одна дата указывает на белозерское время.

Поселения с кластерами полуземлянок. На данный момент получены датировки по четырем памятникам этого типа – это поселения Тюмень-3 в Северо-Западном Крыму и поселения Джарган Кая, Сагун Дык Кая, Большой Шибан на Караларском побережье в Крымском Приазовье.

Для поселения Тюмень-3 (Смекалова и др., 2023а) получено две датировки: 1781–1610 cal BС (GV-4611) и 1312–1106 cal BС (GV-4612). Обе они относятся к эпохе поздней бронзы, но не совпадают. Одна из них соответствует датировкам раннего срубного времени (XVIII–XVII вв. до н. э.), вторая находится в интервале XIII–XII вв. до н. э. и показывает позднесабатиновское и раннебелозер-ское время.

Для поселения Джарган Кая ( Смекалова и др. , 2024а) получено три датировки, которые показали белозерское время: 1126–918 cal BС (GV-5376), 1132–974 cal BС (GV-5377) и 1051–894 cal BС (GV-5386). В данном случае керамический материал, полученный при шурфовке, полностью соответствует ¹⁴С-данным. В коллекции присутствует характерная хорошо отмученная и хорошо обожженная керамика, орнаментированная гладким одинарным валиком, который находится в основании шейки сосуда, иногда керамика лощеная и снабжена упорами. По всей видимости, поселение Джарган Кая является однослойным памятником белозерской культуры.

Для поселения Большой Шибан (Там же) получено две датировки, соответствующие раннекатакомбному периоду: 2886–2662 cal BС (GV–5378) и 2706–2561 cal BС (GV-5387). Керамический комплекс из шурфа малоинформативный, но не противоречит полученным хронологическим рамкам.

Для поселения Сагун Дык Кая (Там же) получено три датировки. Совпадение полное, в рамках XVII–XVI вв. до н. э.: 1622–1496 cal BС (GV-5379), 1692– 1532 cal BС (GV-5380) и 1693–1532 cal BС (GV-5381). В данной выборке дат это второй случай, когда датировки совпали и полностью соответствуют находкам из шурфов. В коллекции присутствует керамика, орнаментированная шнуром в классической срубной традиции, а также украшенная одинарным налепным валиком, что является характерной приметой сабатиновской культуры. Таким образом, скорее всего, поселение Сагун Дык Кая является памятником с достаточно узкой хронологической позицией в рамках позднего бронзового века. Поселение относится к началу сабатиновской культуры и демонстрирует наличие связей со срубной культурой.

Заключение

При совместном рассмотрении доступных для анализа радиоуглеродных дат выполненное на всем диапазоне предварительное KDE-моделирование хронологии поселений Крымского полуострова эпохи бронзы (А_модели = 104) указывает на неравномерное во времени использование территории анализируемых памятников (рис. 4). В соответствии с методологией ( Crema , 2022) возможно выделить три спада активности: первый – в районе 2500 г. до н. э., второй – в районе 1900–1800 гг. до н. э. и третий – в районе 1500–1400 гг. до н. э., которые ограничивают четыре периода высокой активности на территории полуострова в эпоху бронзы.

Уточненное MСMС-моделирование на всей выборке дат (Амодели = 98) подтверждает выявленные KDE-моделированием спады активности на территории поселений Крымского полуострова эпохи бронзы: Спад A (2550–2200 гг. до н. э., медиана ~ 2300 г до н. э.), Спад B (2000–1700 гг. до н. э., медиана ~ 1900 г. до н. э.) и Спад С (1550–1300 гг. до н. э., медиана ~ 1450 г. до н. э.) (рис. 5). Начало хронологической MСMС-модели для поселений Крымского полуострова эпохи

Калиброванный возраст (год до н.э.)

Калиброванный возраст (год до н.э.)

Рис. 4. Байесовское KDE-моделирование хронологии поселений Крымского полуострова эпохи бронзы (по: Ramsey , 2017): на всех датах (в выборку помимо авторских дат включены датировки из публикаций: Кашуба и др ., 2020;

Кулькова и др ., 2024) (А) и на авторских датах УМС (Б)

Условные обозначения : серые и черные кресты – априорные и апостериорные медианные возрасты индивидуальных дат согласно моделированию; закрашенные серым и пурпурным площади – интегральные априорная и апостериорная вероятности событий; синяя линия и голубая площадь – линия усредняющей результат LOWESS-регрессии и 1σ диапазон ошибки моделирования апостериорного распределения

Тюмень-7

Большой Шибан

Тархан кут-6

Ташпарка Северная

Бораш-10

Тюмень-3

Тарханкут-2

Начало интервала GV-4610

„       GV-4609

Переходный период

GV-4608

Завершение интервала

Начало интервала

GV-5378

,           GV-5387

Завершение интервала

Начало интервала п        GV-4605

Переходный период п        GV-4604

Переходный период

Переходный период

GV-4606

„           GV-4607

Завершение интервала

Начало интервала

„       GV-5374

Переходный период

„         .GV-5375

Переходный период

Переходный период

GV-5373

Завершение интервала

Начало интервала

GV-5385

.           GV-4810

Завершение интервала

Начало интервала п GV-4611

Переходный период

Переходный период

„           GV-4612

Завершение интервала

Начало интервала

„        GV-4808

Переходный период Переходный период

W

Завершение интервала

Начало интервала

Тарханкут-22

Переходный период

Переходный период SPb-3151 Завершение интервала

Начало интервала

Тарханкут-18

Я ереходный период ереходный период SPb-3107 Завершение интервала

Начало интервала

Тарханкут-8

Сагун Дык Кая

Переходный период

GV-4807

SPb-3041

SPb-3042

п          SPb-3044

Завершение интервала

Начало интервала

GV-5381

GV-5380

GV-5379

Завершение интервала

Начало интервала

Багай-1

Джарган Кая

Завершение интервала

Начало интервала

Завершение интервала

Калиброванный возраст (год до н.э.)

бронзы лежит в интервале 3300–2900 гг. до н. э. (медиана ~ 3000 г. до н. э.), завершение – в интервале 1000–850 гг. до н. э. (медиана ~ 950 г. до н. э.). Таким образом, введенные в оборот новые даты определяют время существования поселений эпохи бронзы на территории Крыма интервалом с начала III тысячелетия до н. э. и до первой четверти I тысячелетия до н. э.

Следует подчеркнуть, что байесовские модели не позволяют в строгом смысле говорить о пересекаемости или непересекаемости выявленных периодов активности на памятниках: речь идет лишь о большей или меньшей степени вероятности событий. Тем не менее полученные данные дают основания предполагать возможность существования четырех хронологически различных этапов, в течение которых вероятность функционирования поселений эпохи бронзы Крыма была наибольшей.

Первый этап соответствует времени существования ранней катакомбной культуры. В этой группе дат есть и ямные датировки, однако их количество пока статистически недостаточно для уверенной интерпретации.

Второй этап активного заселения региона приходится на финал средней бронзы. Этот интервал достаточно широкий, и его первую часть (XXIII–XXI вв. до н. э.) можно соотносить с каменско-ливенцовской культурой; более поздний интервал в рамках данного этапа (XXII–XX вв. до н. э.) соответствует времени существования блока посткатакомбных образований культурного круга Бабино. Хронологически разделить эти два культурных блока пока нет оснований: материал из шурфов достаточно скудный, хотя подтверждает присутствие древностей, характерных для того и другого культурного блока.

Третий этап обособляется достаточно четко – XVII–XV вв. до н. э. – и соответствует развитому этапу поздней бронзы. Наличие древностей срубного облика не вызывает сомнений в корректности полученных датировок.

За условно «срубным» этапом следует группа дат финала поздней бронзы. Суммирующие датировки здесь дают несколько более широкий охват, включающий поздний сабатиновский и белозерский периоды.

Характерно, что по поселениям без каменных загонов, но с кластерами полуземлянок парные датировки абсолютно совпадают: это поселения Джарган Кая (XII–X вв. до н. э.), Сагун Дык Кая (XVII–XVI вв. до н. э.) и Большой Шибан (XXVIII–XXVII вв. до н. э.). Не совпадают лишь даты по поселению Тюмень-3, хотя и показывают верный вектор – эпоху поздней бронзы.

Что же касается поселений с загонами, то здесь выявлен весьма значительный разброс дат: практически по всем памятникам с загонами для скота

Рис. 5 (с. 294). Байесовское MCMC-моделирование хронологии поселений Крымского полуострова эпохи бронзы (по: Ramsey , 2009) с начальной и завершающей равномерной границей

Условные обозначения: светло- и темно-серый цвета – априорные и апостериорные распределения для отдельных образцов; интервалы и распределения темно-синего, синего и красного цвета – оценки начала, спада и завершения времени использования отдельных памятников; кресты – апостериорное моделирование медианных возрастов; интервалы под распределениями – 95,4 % диапазоны вероятности датировки для индивидуальных образцов, а также для начала, спада и завершения времени использования территории получены датировки, показывающие использование территории в разные периоды в эпохи средней и поздней бронзы. Этот феномен, с определенной долей условности, можно объяснить несколькими хронологически различными этапами функционирования загонов, когда одни и те же каменные загоны для скота существовали и использовались носителями разных археологических культур. В пользу такого предположения говорит общность хозяйственных моделей населения региона на разных этапах эпохи бронзы. Ранее показано, что на протяжении III–II тыс. до н. э. экономика населения основывалась на мобильном скотоводстве при круглогодичном содержании скота на подножном корму (Смекалова и др., 2023б; Борисов и др., 2025). Наиболее сложным периодом в сезонном экономическом цикле в этом случае является зимне-ранневесенний период. Сильные ветра диктовали необходимость защиты стада, поэтому поселения приурочены к балочным системам, где можно было укрыть скот от непогоды. В этих условиях непременным атрибутом зимних поселений эпохи бронзы стали каменные загоны для скота. Строительству каменных загонов во многом способствовала повсеместная доступность строительного материала – во всех балках Северо-Западного Крыма вскрываются толщи слоистых известняков.

Когда по тем или иным причинам загон переставал использоваться, это не приводило к его разрушению. Монументальная конструкция стен (примитивная кладка или наброска из крупных глыб известняка) могла сохраняться на протяжении столетий и была хорошо видна в рельефе. В результате население следующей археологической общности обнаруживало вполне пригодные для содержания скота каменные загоны, причем расположенные в исключительно благоприятных местах. После небольшого ремонта и обновления либо достройки дополнительных помещений начинался очередной этап функционирования загона. На сегодняшний день для ряда таких памятников можно предполагать три этапа использования.

Предлагаемая выше гипотеза, безусловно, является весьма предварительной, и для ее подтверждения необходимо продолжать исследование памятников такого типа и накапливать статистически достоверный объем радиоуглеродных датировок, подтвержденный археологическими и палеоэкологическими данными. В случае если наше предположение верно, это будет, пожалуй, первый для Крыма пример использования древним населением материального наследия предшествующей культуры.