О категории информационно-правового обеспечения цифровой экономики

Впервые концепция «цифровая экономика» появилась в 1995 году в работах Д. Тапскотта [1] и Н. Негропонте [2]. Появление цифровой экономики обусловило выделение направления изучения правовой составляющей данной сферы как в части терминологического пространства, так и в рамках соотношения норм информационного права и соответствующих норм других отраслей российского права. Информационно-правовое обеспечение цифровой экономики все еще находится в стадии становления, в том числе в связи с отсутствием терминологической определенности. При этом стоит отметить, что информация, информационное обеспечение представляют собой, прежде всего, философские категории, и попытки дать им доктринальное юридическое определение сталкиваются с семантическими трудностями, ведь понимание подобных категорий неразрывно связано с опытом субъекта, который делает попытки их изучения [3–6]. Имеющееся в Федеральном законе от 27.07.2006 № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» определение предоставляет возможность для критики в силу многоаспектного толкования данной категории, подобная позиция прослеживается в ряде научных работ [7–11].

Нельзя не согласиться с позицией В.Н. Лопатина, согласно которой растущее количество терминов обуславливает необходимость их систематизации на законодательном и концептуальном уровнях, что дополнительно обуславливает актуальность настоящего исследования [12, с. 78]. В.А. Вайпан справедливо отмечает, что идет трансформация общественных отношений из аналогового взаимодействия хозяйствующих субъектов в инновационную экономику [13, с. 7]. Прежде чем перейти к частному рассмотрению обозначенной темы, представляется необходимым соотнести категории «правового обеспечения» и «информационного обеспечения». Стоит повторно отметить тот факт, что «информационное обеспечение» является крайне обширной по наполнению категорией в силу сематического наполнения сущности «информации». В общих чертах «информационное обеспечение» шире, чем «правовое обеспечение», а выделение синергетического явления «информационно-правовое обеспечение» позволяет сузить спектр вопросов, подпадающих под страту гносеологии. Однако при постановке задачи по выделению схожих и отличных черт можно решить ее следующим образом.

Сходство данных категорий представляется в том, что обе они обеспечивают поддержание 158

процессов (функционирование систем) и направлены на повышение их эффективности; схожи по целевой направленности (обеспечивают минимизацию потенциальных рисков: информационное обеспечение снижает риск ошибок из-за некачественных данных, правовое – предотвращает юридические конфликты), также на поверхности лежит пересечение видов обеспечения в сфере документирования (оба вида опираются на формализованные источники, процесс информационного обеспечения – технические задания, регламенты работы с информацией; процесс правового обеспечения – нормативные правовые акты, локальные правовые акты, которые оказывают существенное воздействие на формирование информационного обеспечения). Синергия данных категорий, по мнению автора, позволит минимизировать потенциальный разрыв в регулировании деятельности субъектов цифровой экономики.

Различия исследуемых категорий представляются в следующем: цель обеспечения (информационное обеспечение формирует доступность, актуальность, достоверность данных, транспарентность деятельности субъекта; правовое – обеспечивает соответствие нормам законодательства); отличие по инструментарию воздействия (информационное обеспечение работает с технической составляющей (базами данных, программным обеспечением, управлением – CRM, ERP), правовое обеспечение формирует работу с нормативными правовыми актами, контролирующими органами, отчетностью, защитой интересов организации в государственных органах); также отличия существуют в сфере применения (информационное обеспечение работает с информационными системами, бизнес-аналитикой, управлением процессами, правовое работает с корпоративным управлением (за исключением взаимодействия с технической частью работы), государственным регулированием). Также существуют отличия по степени потенциальных рисков: при нарушении в области информационного обеспечения эвентуальны технические сбои, потери баз данных, при нарушении в сфере правового обеспечения – штрафы, судебные издержки.

Категория «информационно-правового обеспечения» отлична от других категорий информационного права, в первую очередь, своей широтой (иные категории информационного права более узконаправлены, например защита данных, интеллектуальная собственность); информационно-правовое обеспечение объединяет и согласовывает правовые и технические аспекты, тем самым создавая инфраструктуру для работы с информацией. Информационно-правовое обеспечение является практическим инструментом для реализации правовых норм в информационной сфере, иные категории чаще носят охранительный или запретительный характер. Информационно-правовое обеспечение имеет ярко выделенный межотраслевой характер, другие категории информационного права, чаще всего, более автономны (информационная безопасность переплетена с уголовным правом и административным правом, цифровое имущество, цифровые валюты с гражданским правом и финансовым соответственно).

Информационно-правовое обеспечение отличается своей комплексностью, инфраструктурной ролью, прикладной ориентацией (внедрением стандартов и регламентов), межотраслевым характером. В то время как иные категории информационного права решают более узкие задачи, информационно-правовое обеспечение является системообразующим элементом, без которого невозможна реализация многих правовых норм в информационной сфере.

Категория «информационно-правовое обеспечение» применительно к цифровой экономике терминологически не определяется как законодательно, так и в научной литературе, некоторые ученые смешивают данную категорию по сущностному наполнению с категорией «информационное обеспечение», что вызывает сомнения (например, далее по тексту автор будет обращаться к определению Е.А. Зверевой). Проблематика сущностного наполнения используемых категорий правоведами поднималась неоднократно, в качестве примера можно обратиться к работе М.В. Воронина, посвященной исследованию содержания категории «частная жизнь». Автор выделяет ряд подходов к сущностному наполнению категории, акцентируя внимание на том, что «частная жизнь» в различных актах трактуется по-разному, и необходима организация мероприятий по правовому осмыслению категории «частная жизнь» [14]. Данная проблема характерна для многих категорий информационного права (информация, информационная поддержка, информационное обеспечение и другие).

Е.В. Зайченко в своем диссертационном исследовании рассматривает информационное обеспечение в гражданском и арбитражном процессе и определяет данный термин относительно изучаемой области права как «деятельность суда и лиц, участвующих в деле, направленную на предоставление в определенных законодательством формах и порядке лицам, участвующим в деле, и получение последними процессуально значимой информации о находящемся в производстве суда деле и результатах его рассмотрения» [15, с. 9]. С представленной концепцией соотносится и подход Е.Н. Тогузаевой, которая соотносит понятия «информированность» и «информационное обеспечение», разграничивая данные термины как частное и целое соответственно: «информированность представляет собой результат процесса информирования, то есть состояние обладания некими переданными субъекту сведениями. Информационное обеспечение – это более широкое понятие, чем информирование, так как обеспечение подразумевает гарантированность и наличие чьей-либо обязанности проинформировать, создание условий для реализации права личности на информацию и обеспечение защиты в случае нарушения таких прав и законных интересов» [16, с. 113]. В целом, оба автора рассматривают информационное обеспечение как деятельность, направленную на защиту прав и законных интересов участников тех или иных правоотношений в контексте получения соответствующей информации.

Н.Н. Ковалева рассматривает термин «правовой режим информационного обеспечения», это «система прав, обязанностей и ответственности, связанная с его созданием, использованием и актуализацией (сопровождением)». Под информационным обеспечением Н.Н. Ковалева понимает систему для удовлетворения потребностей субъектов, работающих с информацией, нужной для функционирования органов власти [17, с. 121].

Н.М. Заславская указывает на то, что «информационное обеспечение» – термин, который употребляется более чем в 230 федеральных законах и примерно 25 тысячах иных документах раздела «Законодательство» СПС «КонсультантПлюс», термин же «информационное обеспечение управления» – более чем в 150 документах, об информационном обеспечении государственного экологического управления (хотя сам термин дословно не употребляется в подавляющем большинстве случаев) речь идет в почти 100 документах указанной справочно-поисковой системы» [18, с. 98]. Тем не менее законодательно данный термин так и не определен.

Федеральный конституционный закон от 28.06.2004 № 5-ФКЗ «О референдуме Российской Федерации» в ст. 54 рассматривает информационное обеспечение референдума как информирование участников референдума и агитацию по вопросам референдума. Федеральный закон от 31.07.2020 № 248-ФЗ «О государственном контроле (надзоре) и муниципальном контроле в Рос- сийской Федерации» в главе 4 не дает прямого определения информационного обеспечения, но включает в его состав информационные системы, единый реестр видов контроля, межведомственное взаимодействие при осуществлении контроля, документы и информирование при осуществлении государственного контроля (надзора), муниципального контроля.

Таким образом, в нормативных правовых актах содержится перечисление элементов информационного обеспечения применительно к регулируемой сферой деятельности.

Подход к пониманию информационно-правового обеспечения в законодательстве позволяет сделать вывод о понимании данного термина как тождественного информационному обеспечению. Так, Приказ Росгвардии от 08.12.2017 № 524 «Об утверждении Наставления по правовой работе в войсках национальной гвардии Российской Федерации» в качестве целей информационно-правового обеспечения рассматривает своевременное доведение и разъяснение гражданам и личному составу войск национальной гвардии требований правовых актов, регулирующих сферу деятельности войск национальной гвардии, сферу оборота оружия, сферу частной охранной и частной детективной деятельности и сферу вневедомственной охраны.

Указ Президента РФ от 21.12.2016 № 699 «Об утверждении Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации и Типового положения о территориальном органе Министерства внутренних дел Российской Федерации по субъекту Российской Федерации» сводит понимание информационно-правового обеспечения к ведению баз данных правовой информации в сфере внутренних дел.

Сложившийся подход к пониманию информационно-правового обеспечения и информационного обеспечения как тождественных терминов представляется не соответствующим содержанию данных дефиниций.

Объектами информационных правоотношений являются информация, информационные ресурсы, информационные услуги, а также технические средства, рассматриваемые как компонент информационных систем.

Информационно-правовое обеспечение цифровой экономики направлено на создание условий для эффективного функционирования информационных ресурсов и создание правовых норм в информационной сфере.

Можно прийти к выводу, что центральное место в определении информационно-правового обеспечения цифровой экономики занимает совокупность правовых норм по регламентации комплекса технических и организационных средств, возникающих в процессе создания, распространения и использования, защиты информации, информационных ресурсов в сфере цифровой экономики. Информационно-правовое обеспечение в условиях цифровой экономики охватывает, в том числе, совокупность правовых норм, направленных на защиту персональных данных, авторских прав на новые объекты интеллектуальной собственности, электронную коммерцию, информационную безопасность и прочее.

В более широком обобщающем плане под информационно-правовым обеспечением цифровой экономики следует понимать совокупность правовых норм, регламентирующих сбор, хранение, обработку, передачу, анализ и оценку юридически значимой информации с применением компьютерных технологий и информационных систем и влияющих на осуществление хозяйствующими субъектами деятельности в цифровой экономике, а также юридические механизмы их применения и соблюдения.

В отличие от информационного обеспечения, представляющего собой техническую область, информационно-правовое обеспечение акцентирует внимание на регламентации технической составляющей и юридических механизмах применения и соблюдения таких требований. То есть если информационное обеспечение – это технические и организационные меры, направленные на эффективное управление информацией, то информационно-правовое обеспечение сфокусировано на создании и соблюдении правовых норм и стандартов, обеспечивающих законность и безопасность информационного взаимодействия.