О реформе системы управления владениями Византии в Крыму в последней четверти VI века

DOI:

Цитирование. Айбабин А. И. О реформе системы управления владениями Византии в Крыму в последней четверти VI века // Вестник Волгоградского государственного университета. Серия 4, История. Регионове-дение. Международные отношения. – 2017. – Т. 22, № 5. – С. 38–45. – DOI:

Согласно Прокопию Кесарийскому, в годы правления Юстиниана I Византия владела в Крыму Херсоном и Боспором, а на южном берегу построила крепости Алустон и Горзубиты [32, p. 215–217, III, VII.10–11]. В Горном Крыму между Херсоном и Алусто-ном историк помещал «область Дори», населенную союзными империи готами [3, c. 311– 332] (см. рисунок).

Две надписи из Херсона и Тамани позволяют говорить о реформе системы управления владениями Византии в Крыму в последней четверти VI века.

Фрагменты первой строительной надписи найдены в Херсонесе в раскопе у южной оборонительной стены. На одном из фрагментов В.В. Латышев прочитал вырезанные в генетивусе имя жены Юстина II Софии – Lоф^ag, наименование должности Зоикод, титул λαμπρότατος и имя Θ]εαγ[ένους?]. По словам В.В. Латышева, на камне «... сделана запись о каком-то сооружении, произведенном под руководством дукса в царствование Юстина II» [19, c. 121–123]. В результате изучения второго фрагмента плиты Э.И. Соломо-ник дополнила текст надписи: «Была построена стена (или башня)... при благочестивейших наших владыках Юстине и Софии... и при деятельности... дука Херсона... светлейшего Феагена (Зоикод [Хера§vog... то™] ...

Византийские крепости в Крыму в начале VI в.

Byzantine fortresses in Crimea at the beginning of the sixth century

λαμπρ[οτάτου] ... Θεαγ[ένους?)» [21, c. 213– 214]. По утверждению К. Цукермана, в надписи впервые зафиксирован дука Херсона [24, c. 560]. Однако В.А. Сидоренко считает, что выпуск монет в 549–565 гг. с монограммами «π ü λις Χερσ § νος» подтверждает сообщение Прокопия [32, p. 215–217, VII.10–17] о предпринятой Юстинианом I реформе имперской администрации на полуострове, в результате которой в Херсоне учредили должность дуки, построили «длинные стены», а для охраны города привлекли готов – федератов, проживавших в стране Дори [20, c. 363]. Правда, в цитированном тексте Прокопия сказано о восстановлении по повелению Юстиниана I разрушенных стен Херсона, но нет ни слова о реформе имперской администрации в городе и назначении дуки, а область Дори и город Боспор рассматриваются как самостоятельные, не связанные с Херсоном субъекты имперской политики на полуострове [32, p. 215– 217, VII.10–17; 3, c. 311–313].

Дука (δούξ, лат. dux) со времени Диоклетиана командовал приграничными войсками и функционировал независимо от гражданской администрации [23, c. 44–45; 34, vol. I, p. 659; 35, p. 9, 97, 98, 240]. В VI в. в некоторых приграничных регионах, например, в Исав-рии и Египте, дуки командовали местными войсками и возглавляли гражданскую администрацию [30, p. 281, 282; 34, vol. I, p. 659]. После должности δούξ помещен титул λαμπρότατος (греческий вариант титула clarissimus – «кла-риссим»). Если при Константине I титул vir clarissimus носили все лица сенаторского звания, то при Юстиниане I этот титул давали и вновь назначенным провинциальным чиновникам. Согласно Р. Гийану, в конце VI в. эпитет λαμπρότατος («светлейший» или «сиятельный») применяли по отношению к архонтам, отцам города и другим чиновникам [10, c. 42– 48]. В новеллах и надписях титул чиновника помещали до наименования должности. По мнению А.Ю. Виноградова, в рассматриваемой надписи между титулом λαμπρ[οτάτου и именем Θ.εαγ[ένους был союз καr (и) [6]. Титул λαμπρότατος мог принадлежать отцу города Херсона. Вероятно, в надписи сообщалось о восстановлении куртины или башни на южном участке обороны города дукой Херсона вместе с имевшим титул λαμπρότατος го- родским чиновником (отцом города?) и исполнителем работ Феогеном.

В.В. Латышев датировал надпись временем соправительства Юстина II и Софии – 565–578 гг. [19, c. 123]. События, происходившие в последние годы правления Юстина II, позволяют уточнить эту дату. В 571 г. [7, c. 96; 13, c. 95] или после 572 г. [27, p. 179, 276] граничившие с азиатским Боспором степи между Меотидой и Кавказскими горами захватили тюрки, подчинив утигуров и алан [1, c. 132– 133; 25, S. 118–120, 122]. Каган тюрков Исте-ми (Сильзибул в византийских и Синджибу в арабских источниках) [13, c. 93; 31, S. 275, 276] назначил наместником новых земель своего сына Турксанфа (Тянь-хань-хана в китайских источниках) [11, c. 70; 27, Fr. 19,1, р. 171–177]. Очевидно, Юстин II приказал отремонтировать оборонительные сооружения Херсона в ответ на возникшую угрозу нападения тюрков. В конце 574 г. больной Юстин II фактически устранился от управления государством. Он 7 декабря усыновил и провозгласил кесарем и соправителем Тиберия, который стал реальным правителем империи и от своего имени издавал эдикты [15, c. 306, 307; 30, p. 306]. Например, в первый год соправи-тельства в апреле 575 г. Тиберий подписал эдикт, обязавший префектуру возместить жителям Херсонеса и Боспора стоимость поставлявшихся ими в счет налога плоймы (τ N πλώϊμα) изделий или продукции для флота [28, CLXIII, p. 751]. Поэтому дату рассматриваемой надписи следует ограничить периодом между захватом тюрками Приазовья в 571 или 572 г.и 574 годом.

Вторая надпись найдена в сооруженной А.В. Суворовым в Тамани земляной крепости. Судя по приведенному В.В. Латышевым со слов П. И. Сумарокова описанию условий находки надписи, камень лежал в траве на земле [17, c. 671, 672; 18, № 99, c. 108–109]. Его могли привезти для использования при постройке Суворовской крепости как из близлежащей Гермонассы, так и из города Бос-пор. Надпись издал В.В. Латышев:

Πρ ’ ς το s ς λοιπο s ς μεγάλοις κ(α r ) θαυμαστο s ς κατορθ(ώ)μασι κ(α r ) τόδε τ ’ λαμπρ ’ ν d ν Βοσπόρ v

K(ai)oapiov a vsvstoasv

[Maup^]кi; о е™>[а]ев(еатато;) к(а1) беофи^ак(то^) pprov беапотр; Sia то™ Yvnaiou uutou SoSZou Ейпатерюи, то™ ЁvSo^6татou атратрХатои каг бойка; Xepamvo;. ’Iv6(iKnmvo;) n ’.

– «Средь прочих великих и дивных деяний и сие славное на Боспоре кесарское здание возобновил М[авр]икий, благочестивейший и богохранимый наш владыка, через собственного своего раба Ев-патерия, славнейшего стратилата и дука Херсонского. Индикта 8-го».

По В.В. Латышеву, 8-й индикт приходится на 590 г. [17, c. 663]. А.Е. Виноградов предложил вместо «...на Боспоре кесарское здание» читать «г. Кесарион в Боспоре» [6, vol. V, № 330]. В надписи, безусловно, идет речь не о регионе, а о городе Боспор. Во-первых, в письменных источниках нет упоминания города Кесариона на территории, принадлежавшей до конца V в. Боспорскому царству. Во-вторых, уже Зосим, повествуя о набегах германцев, именовал Боспором столицу царства [36, p. 30, XXXI.3, 31, XXXII.3]. Стефан Византийский (527–565 гг.) использовал два имени – Боспор и Пантикапей (цит. по: [16, c. 256, 257, 264]), тогда как другие византийские авторы (Прокопий, Малала и др.) именовали город Боспором (цит. по: [4, c. 190]).

Обе надписи иллюстрируют два этапа реформы системы управления владениями Византии в Крыму.

Вначале Юстин II, реагируя на активность племен тюркского каганата в близлежащих степях и в Крыму, учредил в регионе новый приграничный дукат, подчинив дуке Херсона гражданскую администрацию и византийские войска на полуострове. Аналогичную систему управления Юстиниан I в 535 г. создавал в нуждавшихся в сильной военной охране Африканских провинциях, в том числе и в дукате в Ливии [22, c. 358–362]. Херсон стал главным византийским городом на полуострове. Видимо, в новый херсонский дукат включили Боспор. Косвенно на это указывает цитированный выше эдикт Тиберия, который в 575 г. был издан для Херсона и Боспора. Эдикт свидетельствует о базировании в VI–VII вв. военных эскадр в гаванях названных городов [26, p. 12].

В 576 г. Тиберий, стремясь получить помощь тюрков в возобновившейся с 573 г. вой- не с Персией, направил к ним посольство во главе с мечником Валентином [1, c. 134; 5, c. 137; 14, c. 95–96; 15, c. 323; 25, S. 122; 27, Fr. 19, p. 171]. По тексту Менандра довольно сложно восстановить маршрут передвижения посольства по Крыму. По его словам, посольство «на кораблях направилось через Синопу в Херсон и к Апатуре (в район Фанагории, где в античности находилось святилище Афродиты Апатуры),... еще и через племена (...ha те ка1 Sia фo™Zюv), пройдя пески..., он [Валентин] пересек горы Таврики, которые тянутся к югу. Валентин и его компаньоны через равнину, покрытую камышом, кустарниками и болотами, прибыли в регион, находившийся под властью вождя скифов, женщины по имени Аккага, которую назначил вождь племени ути-гуров Анагей» [1, c. 134; 25, S. 122; 27, Fr. 19,1, p. 170–172]. Пройдя трудными дорогами, Валентин достиг ставки только что умершего Сильзибула и встретился с его преемником и сыном Турксанфом [29, p. 5]. На переговорах Турксанф грубо упрекал ромеев союзом императора с врагами тюрков, а после завершения встречи отправил Валентина к своему брату Тарду. В то же самое время Турксанф приказал Анагею начать военные действия против византийских владений в Таврике и осадить город Боспор, который был захвачен с помощью тюркских войск Бохана [15, c. 324; 27, Fr. 19,1,2, p. 178, 179]. Тюрки и их союзники сожгли и разрушили городские кварталы на холме Митридат и в приморской части. При раскопках в Керчи в Кооперативном переулке и в Босфорском переулке рядом с музеем зафиксирован слой пожара, содержавший керамику, позволяющую его синхронизировать с нападением тюрков в 576 г. [1, c. 134–137; 25, S. 123–124, Abb. 54,A]. Слои пожаров, связанных с тем же набегом тюрков, обнаружены и на малых городах и поселениях Европейского Боспора [8, c. 119–125, рис. 149,1, 150, 151, 157; 12, c. 93].

В 579 г. на переговорах с аварскими послами император Тиберий сообщил им о том, что тюрки встали лагерем в местности, из которой виден Херсон [27, Fr. 25,2, p. 223–225]. Очевидно, они совершили переход из Боспора по равнине Северо-Западного Крыма и остановились на берегу севастопольской Северной бухты, с которого хорошо просматрива- ются стены Херсона. В Горном Крыму не обнаружены какие-либо произведенные тюрками разрушения.

В 581 г. скончался каган тюрков Арслан Тобохан, которого византийцы именовали Ар-сила [27, Fr. 19,1, р. 172, 173; 31, S. 72]. Между членами правившего в каганате рода началась борьба за власть [5, c. 138; 11, c. 71]. Очевидно, тогда же тюрки покинули Крым. Победивший в междоусобице каган тюрков являлся союзником империи и направил в 598 г. посольство в Константинополь с письмом императору Маврикию (582–602 гг.) [15, c. 373].

После ухода тюрков император воспользовался благоприятной ситуацией и продолжил реформирование Херсонского дуката. Текст таманской надписи 590 г. дает основания говорить о возвращении в состав дуката города Боспор и городов на азиатском берегу одноименного пролива [1, c. 132, 141; 25, S. 128]. По предположению В.А. Сидоренко, административное подчинение Боспора Херсону отразилось и в монетной чеканке. С 590 г. в Боспоре чеканили монеты, обратная сторона которых была скопирована с херсонских [20, c. 376].

Сведения об изменении системы управления владениями Византии в регионе дополняют материалы археологических раскопок в горном Крыму, позволяющие датировать концом VI в. возведение крепостей на плато Эски-Кермен, Бакла и Чуфут-Кале [25, S. 130]. Хронология строительства новых крепостей согласуется с датой строительной надписи из Тамани. Несомненно, византийцы присоединили к своим владениям населенную аланами и готами союзную область Дори и подчинили ее дуке Херсона. Под его руководством и строились новые крепости. Территорию области Дори византийцы разделили на районы – архонтии с резиденцией архонта в крепостях на плато Мангуп (Дорос), Эски-Кермен, Чу-фут-Кале и Бакла [1, c. 111, 114, 117, 119; 2, c. 137–138]. Согласно Феофану, во второй половине VII в. соседние с Херсоном архонтии также именовали климатами Херсона [33, p. 462–463, 491, 520, 527, 528]. Греческое τN κλίματα – множественное число от τ’ κλίμα – район, область, административный округ. На латинский κλίμα переводилась как regio [34, vol. II, p. 1133]. Архонты архонтий или климатов не только командовали местными войс- ками, но и возглавляли византийскую гражданскую администрацию своего региона. Находка на плато Мангуп печати императорского логофета геникона патрикия Дорофея первой половины VII в. [9, c. 61–64] указывает на существование переписки между налоговым чиновником и архонтом Дороса. Очевидно, архонты названных крепостей организовывали сбор имперских налогов.