Об ойратских текстах, отражающих культ Белого Старца (по материалам коллекций П.Б. Балданжапова)
Журнал: Новый филологический вестник @slovorggu
Рубрика: Проблемы калмыцкой филологии
Статья в выпуске: 3 (78), 2026 года.
Бесплатный доступ
В статье рассматриваются два сочинения, отражающие древний культ почитания Белого Старца (Цаган аав, Цаган авга), восходящего к добуддийским верованиям ойратов и калмыков. Тексты включены в состав двух рукописных сборников на ойратском «ясном письме» («тодо бичиг») БМ-587 и БМ591 из коллекции бурятского ученого П.Б. Балданжапова, собранной во время экспедиций в Монголию в 1960–1970х гг. и хранящейся в фондах Центра восточных рукописей и ксилографов Института монголоведения, буддологии и тибетологии СО РАН. В статье затрагивается проблема систематизации и классификации текстов культа Белого Старца, которая продолжает оставаться в центре внимания монголоведов и ойратоведов. Среди этих текстов, как правило, выделяются два типа: 1) сочинение под названием «Сутра Белого Старца», включающее псевдобуддийскую историю о том, как Белый Старец получил задание от Будды осуществлять помощь живым существам, и 2) описание обряда воскурений «санг» (от тиб. bsangs) в честь Белого Старца, которое использовалось для рецитации во время проведения обрядов жертвоприношений Белому Старцу. Эти тексты воспринимаются в среде верующих как нечто целое. Текстологический анализ рассматриваемых сборников, представляющих собой собрания ритуальных текстов из разряда «санг», показал, что первый из них (БМ-587) включает сочинение под названием «Сутра Белого Старца», а во втором (БМ-591) представлен фрагмент текста «Санг (Воскурение) Белому Старцу». Оба текста свидетельствуют о том, что вплоть до последней трети XX в. среди ойратов Монголии сохранялись добуддийские верования и религиозные представления, адаптированные буддизмом. Оба текста могут послужить основой для дальнейшего сравнительного анализа с аналогичными текстами, сохранившимися в Калмыкии, Бурятии, Туве, Монголии и Китае.
Короткий адрес: https://sciup.org/149152223
IDS: 149152223 | DOI: 10.54770/20729316-2026-3-563
On Oirat Texts Reflecting the Cult of the White Elder (Based on Materials from the Collections of P.B. Baldanzhapov)
The article examines two works that reflect the ancient cult of veneration of the White Elder (Tsagan aav, Tsagan avga), which dates back to the preBuddhist beliefs of the Oirats and Kalmyks. The texts are included in two handwritten collections in the Oirat “Clear Script” (“Todo Bichig”) – BM587 and BM591 – from the collection of the Buryat scholar P.B. Baldanzhavov, which was assembled during expeditions to Mongolia in the 1960–1970s and is stored in the collections of the Center for Oriental Manuscripts and Xylographs at the Institute of Mongolian Studies, Buddhology and Tibetology of the Siberian Branch of the Russian Academy of Sciences. The article addresses the problem of systematizing and classifying texts related to the cult of the White Elder, which continues to be at the center of attention for Mongolists and Oiratologists. Among these texts, two types are typically distinguished: 1) a composition entitled “The Sutra of the White Elder”, which includes a pseudoBuddhist story about how the White Elder received a task from the Buddha to assist living beings, and 2) a description of the “sang” (from Tibetan bsangs) incense ritual in honor of the White Elder, which was used for recitation during offerings to the White Elder. These texts are perceived among believers as a single whole. A textual analysis of the collections under consideration, which are collections of ritual texts belonging to the “sang” category, has shown that the first of them (BM587) includes a work entitled “The Sutra of the White Elder”, while the second (BM591) contains a fragment of the text “Sang (Incense) to the White Elder”. Both texts indicate that, until the last third of the 20th century, preBuddhist beliefs and religious ideas adapted by Buddhism persisted among the Oirats of Mongolia. Both texts can serve as a basis for further comparison.
Текст научной статьи Об ойратских текстах, отражающих культ Белого Старца (по материалам коллекций П.Б. Балданжапова)
Введение. О текстах культа Белого Старца
Коллекции буддийских письменных источников, хранящиеся в фондах востоковедных центров, научных библиотек и архивов, содержат образцы обрядовой и культовой литературы, посвященной божествам буддийского пантеона. Вместе с тем в этих коллекциях представлены тексты, отражающие древний культ почитания Белого Старца (Цаган аав, Цаган авга), восходящего к добуддийским верованиям ойратов, калмыков, бурят и тувинцев, традиционно исповедующих буддизм.
Культ Белого Старца, описание текстов и обрядов, посвященных ему, символика его образа широко представлена в научной литературе по монголоведению (А.М. Позднеев, Н.Н. Поппе, В. Хайссиг, А. Шаркёзи, Н.Л. Жуковская, К.М. Герасимова, Э.П. Бакаева, С.Г. Батырева, Ю.И. Елихина, Э.А. Не-манова, Б. Сэргэлэн, Х. Футаки, Н.С. Яхонтова, Б.А. Бичеев, Н.О. Кокшаева, Д.Н. Музраева, А.Г. Кукеев, Н.В. Ямпольская, С.В. Мирзаева и др.).
Можно с большой долей уверенности сказать, что сочинения, посвященные Белому Старцу, представлены в большинстве собраний старых восточных книг буддийской тематики. Сведения о текстах на монгольских языках, имеющих отношение к культу Белого Старца, представлены в каталогах Института восточных рукописей РАН [Поппе 1934, 187; Сазыкин 1988, 227–229], Восточной библиотеки СПбГУ [Catalogue 1999, 121, 206], Калмыцкого научного центра РАН [Орлова 2002, 15, 32] и др.
Интерес к «Сутре Белого Старца» был проявлен со стороны классиков монголоведения. Так, в 1887 г. А.М. Позднеев в своей монографии по материалам поездки в Монголию в 1876–1879 гг. опубликовал перевод текста «Сутры Белого Старца», обнаруженного в библиотеке Джебцзун дамба хутухты, главы буддийского духовенства Монголии [Позднеев 1993, 84–85].
Вопрос систематизации и классификации текстов культа Белого Старца был и остается в центре внимания монголоведов и ойратоведов [Heissig 1966, 129–137; Футаки 2001; Бичеев, Алтан-Очир 2021]. Особую значимость в плане изучения текстов Белого Старца на монгольском и ойратском языках имеет работа японского ученого Х. Футаки, предложившего классификацию текстов с выделением девяти разновидностей наиболее распространенных молитв-обращений к Белому Старцу [Футаки 2001].
Комплексное исследование образа Цаган аав (Белого Старца) в культуре ойратов Монголии и калмыков России с привлечением текстов, имеющих отношение к древнему (добуддийскому) культу почитания Белого Старца, представлено в монографии «Трансграничная культура: очерки сравнительно-сопоставительного исследования традиций западных монголов и калмыков» [Трансграничная культура 2016]. Среди этих текстов выделяются два типа: 1) сочинение под кратким названием «Сутра Белого Старца», включающее псевдобуддийскую историю о том, как Белый Старец получил задание от Будды осуществлять помощь живым существам, и 2) описание обряда воскурений «санг» (от тиб. bsangs) в честь Белого Старца [Трансграничная культура 2016, 295–296]. В соответствующем разделе данной монографии перечисляются 16 структурных элементов, характерных для содержания «Сутры», таких как формула поклонения учителю или Трем Драгоценностям (т. е. Будде, сангхе и его учению); название сочинения; формула поклонения всем буддам и бодхисаттвам; начальная фраза, характерная для сутр («Так, когда мною было услышано однажды»); изложение обстоятельств происходящего события; перечисление свиты Будды; указание места пребывания Будды на момент совершения действия, появление нового персонажа – Белого Старца и т. д. вплоть до заключительной части, в которой могут перечисляться присутствующие и может содержаться фраза о завершении сочинения с указанием его титула [Трансграничная культура 2016, 299–312]. Помимо этого, на основе ряда списков «Сутры», зафиксированных на ойратском «тодо бичиг» и кириллице, дается разъяснение того, каким образом Белый Старец осуществляет свою миссию, включая уточнение времени его появления, критерии отбора тех, кого он предполагает наказать, перечисление его помощников, а также описание наказаний, к которым он может прибегнуть [Трансграничная культура 2016, 307–309]. Все выделенные структурные элементы текста культа Белого Старца могут служить отправной точкой при сопоставительном анализе новых выявленных списков и копий «Сутры».
С сочинением «Сутра Белого Старца», представленном многочисленными версиями, списками и копиями, тесно связана вторая разновидность текстов, определяемых как тексты «сангов» или воскурений. Они использовались для рецитации во время проведения обрядов жертвоприношений Белому Старцу в местах с возведенными «обо» (культовыми сооружениями в виде насыпей из камней, где совершались поклонения местным духам – хозяевам территорий) [Бакаева 2015, 43–44; Бичеев, Алтан-Очир 2021, 175–176]. Объединенные одним культом тексты сутр и сангов стали восприниматься как нечто целое, вследствие чего «на титульном листе сутры может быть указано, что это молитва-санг, и, наоборот, на титульном листе молитвы могло быть написано, что это сутра» [Бичеев, Алтан-Очир 2021, 176]. Подтверждением этому может послужить пример с первым из двух рассматриваемых текстов сангов (воскурений) Белому Старцу [BM 587, 12а–16а], который по содержанию является сутрой.
Подборка текстов на ойратском языке, отражающих культ Белого Старца, сохранившихся в коллекциях России, Монголии и Китая, в том числе из числа опубликованных ранее, представлена в книге «Сутра Белого Старца на “ясном письме”» [Сутра Белого Старца 2023]. В ней затрагиваются вопрос происхождения этого культа в добуддийской религиозной системе монгольских народов, основанной на мифологических представлениях [Сутра Белого Старца 2023, 16–40], приводятся результаты сопоставления ойратских и калмыцких версий «Сутры Белого Старца» [Сутра Белого Старца 2023, 41–67], дается описание грамматических, орфографических и графических особенностей текстов [Сутра Белого Старца 2023, 68–130], а также приводятся два сводных перевода списков сутры и санга [Сутра Белого Старца 2023, 317–325]. В данное издание включены тексты из фондов Института восточных рукописей РАН (из коллекций В.В. Радлова, Б.Я. Владимирцова, А.М. Позднеева), рукописи из музеев и частных коллекций известных калмыцких буддийских священнослужителей (Н. Кичикова, Б. Папуева, Ц. Атхаева), а также образцы текстов, сохранившихся в Монголии и Китае.
Структура и принципы организации текстов из разряда «сангов» подробно описаны Б.А. Бичеевым и Алтан-Очиром, отметившими, что для большинства сангов характерно присутствие семи структурных элементов, таких как формула поклонения, призывание Белого Старца и других божеств, выражение почтения ему и другим божествам, его восхваление, обращение к нему с просьбой, благопожелание и заключительная формула [Бичеев, Алтан-Очир 2021].
Тексты культа Белого Старца из коллекции П.Б. Балданжапова
Исследование текстов, отражающих культ Белого Старца, имевших хождение в среде российских народов, традиционно исповедующих буддизм (калмыков, бурят, тувинцев), а также родственных им монгольских народов, продолжает оставаться актуальным направлением ойратоведения и монголоведения. В этой связи большой интерес представляет коллекция известного бурятского востоковеда П.Б. Балданжапова (1921–1991), которую составляют рукописные и печатные материалы, собранные во время экспедиций в Монголию в 1960х – 1970-х гг. [Ванчикова 2021; Аюшеева 2021]. Примечательно, что в коллекции П.Б. Балданжапова представлены образцы текстов, отражающих древний культ почитания Белого Старца. К ним можно отнести два текста воскурений (ойр. sang) из состава двух рукописных сборников на ойратском «тодо бичиг».
На титульном листе первой из рукописей указаны названия сочинений в той последовательности, как они представлены в сборнике: «Воскурение Желтому Дзамбале. Воскурение Алтаю. Воскурение Гэсэру. Воскурение Белому старцу» (ойр. Šara Zambalan sang[:] Altayin sang[:] Geseriyin sang[:] Čaγān öbögüni sang orošibai) [БМ 587]. Из названия рукописи следует, что мы имеем дело с текстами, предназначенными для проведения обрядов воскурений в честь священных гор Алтая, почитаемых ойратами как сакральный центр родных территорий, центр вселенной [Трансграничная культура 2016, 284], а также в честь определенных божеств (мифических героев), среди которых Желтый Дзамбала (Джамбала) – в буддийской традиции символ богатства, изобилия и процветания, Гэсэр – мифический персонаж, герой цикла эпических сказаний, распространенных у монгольских и других народов Центральной Азии и Трансгималайского региона [Сто восемь буддийских икон 2013, 222], а также Белый Старец – божество, почитаемое не только ойратами и калмыками, но и всеми монголоязычными народами [Трансграничная культура 2016, 175].
Анализ состава и содержания рукописного сборника BM 587 показал, что представленное в его заключительной части сочинение, отмеченное на титуле как «Воскурение Белому Старцу», по сути, является «Сутрой Белого Старца». В ней прослеживаются структурные элементы, характерные для данного разряда сочинений.
О содержании двух текстов, посвященных культу Белого Старца
Анализ содержания текста «Сутры» из сборника BM 587 показал, что в его начале представлена форма поклонения Будде, дхарме (учению Будды) и сангхе (монашеской общине) [BM 587, 12а (1–3)]. Далее приводится титул сочинения на санскрите в усеченном виде, не позволяющем восстановить его полное название, а также на монгольском (ойратском) языке: «Сутра, именуемая “Способная усмирить и подавить землю и воду”» (ойр. γazar usuni nomoγodxon daruülun čidaqči neretü sudur) [BM 587, 12а (5–7)]. Далее следует формула поклонения всем буддам и бодхисаттвам, характерная для многих списков данной «Сутры» [BM 587, 12а (5–7)]. Здесь же присутствует характерная для сочинений жанра «сутры» фраза: «Так мною было услышано однажды» [BM 587, 12а (8–9)].
Далее поясняется, что описываемое событие происходит во времена Будды, приводится один из его эпитетов «Бхагаван» («Ушедший с победой»), указывается, что он пребывает в окружении свиты из монахов и бодхисаттв на «горе под названием „Плодовая“» (ойр. zemseliq neretü oüldu) [BM 587, 12а (8–14)].
В тексте описывается момент появления Белого Старца:
В это время увидели старца, достигшего срока жизни, у которого борода и волосы [были] очень белыми, который был облачен в белый халат, а в руках держал посох с навершием [в виде] дракона (здесь и далее перевод с ойратского наш – Д.М. ) [BM 587, 12а (15) – 12b (6)].
В ответ на вопрос Будды («Хозяином чего ты являешься? Почему в одиночку пребываешь на этой горе?») старец так произносит слова, которые можно расценивать как самопредставление:
Я пребываю на этой горе, именуемой «Плодовая». Сверху (наверху) – хозяин небес, снизу (внизу) – хозяин матушки-земли, а также живу в горах. Хозяин свирепых зверей, ядовитых змей, а также людей, живых существ и земли. Хозяин воды, хозяин власти. Хозяин хранителей двадцати четырех направлений – все эти свирепые духи подвластны мне [BM 587, 12b (15) – 13a (8)].
Помимо сказанного, старец говорит о себе как о хозяине гор, земли и воды, степи (равнинной местности), посевов, жилищ, учения, городов [BM 587, 13а (9) – 13b (1)]. При этом определение «Хозяин земли и воды» остается неизменным и повторяется несколько раз. Старец подробно рассказывает Будде о том, как он осуществляет свою миссию: милостиво обходит всех тех, кто совершает благие деяния, а также строго подсчитывает и записывает все совершенные грехи.
Старец перечисляет и своих помощников, а также способы наказания людей, живущих неправедно. В силу особенностей графического и орфографического оформления текста рукописи, а также из-за отсутствия пунктуационных знаков, разбор этого фрагмента и установление персонажей вызывает затруднения.
В данном тексте также присутствуют одобрительные слова Будды относительно деяний Белого Старца и просьба дать обещание помогать и заботиться обо всех живых существах. В заключительной части Будда также дает наставления о том, как следует почитать сутру. Текст завершают священные слоги мантры «Сарва мангалам» (ʻДа будет всем благоʼ), а также повторяющаяся четыре раза мантра Бодхисаттвы Авалокитешвары «Ом ма ни падме хум» [BM 587, 16а (11–15)].
Второй из упомянутых рукописных сборников имеет титул, указывающий на три текста: «Воскурение Белому старцу. Воскурение Алтаю. Воскурение коню» (ойр. Čaγan öbügön-ni sang: Altayin sang: möriyin sang orošiboi:) [БМ 591]. Содержательный анализ показал, что текст, посвященный Белому Старцу, неполный, представляет собой начальный фрагмент текста обряда воскурения. Он начинается священными слогами («Ом а хум»), далее следуют благопожелание «Да пребудет благоденствие!» и слова поклонения Буддам десяти сторон света [БM 591, 1b (1–3)]. Вслед за этим приводятся слова призывания Белого Старца:
Славный Белый Старец, оттуда, с величайшей горы «Плодовой» явитесь сюда! Достигнув двадцати четырех стран (мест), городов и поселений, поскорее-поскорее явитесь! Достигнув горы Сумеру, четырех материков, молочного океана, храмов и кумирен, величественно поспешите [сюда]! [БM 591, 1b (4–22)].
Выражение почтения и молитву, обращенную к Белому Старцу, передают следующие строки:
О, Владыка Белый Старец, оседлавший быстрого оленя, держащий согнутый посох, жизненно важные лекарства, том книги, примечающий совершающих грехи и проявляющий заботу о добродетельных [людях], в присутствии (перед ликом) Учителя Будды получивший наставления, давший клятву Старец, Вас восхваляю и возношу молитву [БM 591, 2a (10) – 2b (6)].
Рассматриваемый фрагмент текста заканчивается словами, обращенными к Белому Старцу с просьбой способствовать обретению счастья, предотвратить бесчисленные препятствия, удлинить срок жизни, приумножить поголовье скота, положить конец вредоносным влияниям [БM 591, 2b (6–12)].
Таким образом, тексты культа Белого Старца из коллекции П.Б. Бал-данжапова являются образцами двух разновидностей текстов, посвященных этому божеству. Первый представляет собой текст «Сутры Белого Старца», а второй является фрагментом текста «санг» (обряда воскурения).
Выводы
Коллекции письменных источников буддийской тематики, хранящиеся в фондах востоковедных центров, библиотек, архивов и музеев, дают возможность изучать историю распространения и бытования буддийской традиции среди народов России, являющихся последователями буддизма, а также среди близкородственных калмыкам ойратов Монголии и Китая. Помимо этого, в этих собраниях старых восточных книг представлены уникальные материалы, отражающие древний культ почитания Белого Старца, восходящего к добуддийским верованиям, адаптированного буддизмом. Одним из таких собраний является коллекция П.Б. Балданжапова, составленная из материалов, привезенных из экспедиций в Монголию (1960-е – 1970-е гг.). Среди рукописных материалов на ой-ратском «тодо бичиг» выделяются тексты, посвященные Белому Старцу. Один из них является «Сутрой Белого Старца», а второй представляет собой фрагмент сочинения «Санг (Воскурение) Белому Старцу». Оба текста свидетельствуют о том, что вплоть до последней трети XX в. среди ойратов Монголии сохранялись добуддийские верования и религиозные представления. Оба текста могут послужить основой для дальнейшего сравнительного анализа с аналогичными текстами, сохранившимися в Калмыкии, Бурятии, Туве, Монголии и Китае.