Образ интернет-зависимости у студенток с тенденциями отклоняющегося поведения

Да и сами пользователи абсолютно по-разному воспринимают данную проблему: кто-то считает интернет-зависимость серьезным отклонением, а кто-то отрицает сам факт ее существования, думая, что без труда сможет контролировать свое сетевое поведение. Мы полагаем, что образ ин-тернет-зависимости пользователей Всемирной сети — это одна из важных составляющих в описании и понимании феномена кибер-аддикции в целом, поскольку образная сфера личности определяется в том числе и психологическими особенностями индивида [5, с. 355]. Так, образ интернет-зависимости может конструироваться по-разному у лиц, предрасположенных к отклоняющемуся поведению, и у тех, кто не склонен к поведенческим девиациям. Нами была выдвинута гипотеза о том, что образ интернет-зависимости пользователей с тенденциями отклоняющегося поведения более позитивен, так как сам феномен не ассоциируется ими однозначно — в отличие от более нормативных пользователей — с аддикцией как таковой. В ходе исследования, основанного на применении комплекса исследовательских методов и методик и сравнительно-сопоставительном анализе данных, полученных на выборках лиц с предрасположенностью к отклоняющемуся поведению и нормативных пользователей Сети, мы выявили как сходства, так и различия в образе интернет-зависимости представителей двух указанных групп.

Организация и методы эмпирического исследования

В эмпирическом исследовании на различных его этапах приняли участие 119 человек, являющихся пользователями ресурсов сети Интернет (100 женщин и 19 мужчин в возрасте 18-35 лет: студенты и работники, занятые в различных отраслях экономики, имеющие среднее, среднее профессиональное, незаконченное высшее и высшее образование). Сначала нами было проведено пилотажное исследование, к участию в котором мы привлекли 31 человека (17 юношей и 14 девушек, имеющих различное социальное положение и уровень образования, являющихся пользователями Интернета). Испытуемым было предложено заполнить анкету из 6 вопросов, направленных на определение степени их сетевой активности, и пройти тесты, предназначенные для изучения склонности к девиантному поведению и интер-нет-зависимости. Кроме того, использовался метод словесных ассоциаций (респондентам необ- ходимо было назвать любые положительные и отрицательные ассоциации со словом Интернет) с целью определения категорий для построения частного семантического дифференциала. В ходе контент-анализа собранного массива вербальных реакций были выделены следующие наиболее частотные категории: «Интернет-зависимость», «Разрушение», «Отдых», «Курение», «Радость», «Горе», «Отвращение», «Алкоголизм», «Интернет», «Познание», «Тайна», «Удивление», «Гнев», «Стыд», «Наркомания», «Общение», «Развлечение», «Жестокость», «Интерес», «Страх» [4].

К основной части исследования было привлечено 88 человек (86 девушек и 2 юношей, являющихся студентами Удмуртского государственного университета). Испытуемым было предложено заполнить анкету из 12 вопросов (например: «В течение какого времени вы являетесь пользователем сети Интернет?» и т.п.). Кроме того, с помощью психодиагностических методик были изучены психологические особенности пользователей сети Интернет, в частности, склонность к интер-нет-зависимости и наличие тенденций отклоняющегося поведения (тест на интернет-зависимость, автор К.С. Янг; методика диагностики склонности к отклоняющемуся поведению (СОП), автор А.Н. Орел). Также применялся частный семантический дифференциал [6], построенный по результатам анализа данных пилотажного исследования. Испытуемым было предложено оценить по 25 полярным шкалам («пассивный – активный, тихий – громкий» и т.д.) двадцать объектов по семибалльной шкале в интервале от -3 до +3. Материалы исследования предъявлялись респондентам в формате электронных таблиц (.xls), которые необходимо было заполнить и отослать по электронной почте. Участие в исследовании было многоэтапным и добровольным, поэтому некоторые из полученных комплектов оказались неполными. В итоге для более детального анализа было отобрано 50 комплектов данных, полученных от респондентов-девушек в возрасте 19–21 года.

Результаты исследования и их обсуждение

В ходе решения первой эмпирической задачи исследования, заключающейся в изучении индивидуально-психологических особенностей пользователей сетевых ресурсов на основании данных психодиагностических методик, проанализированных с помощью процедур кластеризации, в изучаемой выборке было выделено две подгруп- пы, различающиеся по степени выраженности у испытуемых таких характеристик, как интернет-зависимость, склонность к нарушению правил и норм, склонность к аддиктивному поведению, волевой контроль социальных реакций. Первая подгруппа (21 студентка) была обозначена как «ин-тернет-пользователи с тенденциями отклоняющегося поведения», вторая (29 студенток) — «ин-тернет-пользователи с отсутствием тенденций отклоняющегося поведения» или «нормативные пользователи». Анализ данных с помощью непа- раметрического U-критерия Манна-Уитни позволил выявить значимые различия между показателями при сопоставлении двух групп испытуемых: «Склонность к интернет-зависимости» (р ≤ 0,01); «Склонность к нарушению правил и норм» (р ≤ 0,01); «Склонность к аддиктивному поведению» (р ≤ 0,01); «Склонность к самоповреждаю-щему и саморазрушающему поведению» (p ≤ 0,05); «Склонность к делинквентному поведению» (р ≤ 0,01); «Волевой контроль социальных реакций» (p ≤ 0,05) (см. табл. 1).

Таблица 1. Сравнительный анализ выраженности изучаемых показателей интернет-пользователей с разной степенью предрасположенности к отклоняющемуся поведению

№	Изучаемый показатель	Среднее значение		U-критерий	Уровень достоверности, p
		Пользователи с тенденциями отклоняющегося поведения (n = 21)	Пользователи с отсутствием тенденций отклоняющегося поведения (n = 29)
1	Склонность к интернет-зависимости	54,24	36,28	150,00	p ≤ 0,001
2	Склонность к нарушению правил и норм	52,00	42,93	128,00	p ≤ 0,001
3	Склонность к аддиктив-ному поведению	46,71	40,10	110,50	p ≤ 0,001
4	Склонность к делинквентному поведению	49,57	42,24	115,00	p ≤ 0,001
5	Склонность к самоповреждающему и саморазрушающему поведению	46,95	40,10	178,50	p ≤ 0,05
6	Волевой контроль социальных реакций	45,10	41,10	182,50	p ≤ 0,05
7	Склонность к агрессии и насилию	44,57	43,89	286,00	p ≥ 0,05
8	Принятие женской роли	51,23	53,13	246,00	p ≥ 0,05
9	Установка на социальножелательные ответы	56,57	58,17	258,50	p ≥ 0,05

Примечание: в таблице жирным шрифтом выделены показатели, по которым выявлены значимые различия в двух анализируемых группах.

Помимо этого были детально проанализированы ответы респондентов на вопросы анкеты (более подробно эти данные представлены в другой нашей публикации, находящейся в печати). В итоге установлено, что пользователи с тенденциями отклоняющегося поведения характеризуются выраженной склонностью к возникновению ин-тернет-зависимости и уже в настоящее время испытывают незначительные проблемы в результате своей деятельности в Сети, которая активно используется ими для развлекательных целей. Они отличаются и тем, что с легкостью готовы нарушить общепринятые правила и нормы в некоторых ситуациях. Кроме того, они имеют определенную предрасположенность к аддиктивному, самоповреждающему и противоправному поведению, которая, вероятно, не реализуется в силу довольно высокого самоконтроля эмоциональных реакций. Возможно, указанные тенденции проявятся более отчетливо в ситуациях, когда самоконтроль будет ослаблен.

Вторая эмпирическая задача нашего исследования предполагала изучение специфики образа интернет-зависимости пользователей с тенденциями отклоняющегося поведения. Для ее решения были проанализированы данные, полученные с помощью методики частного семантического дифференциала. На первом этапе анализа данных усредненные матрицы оценок, полученные в ходе осуществления процедур частного семантического дифференциала, были подвергнуты факторному анализу. В результате факторноаналитической обработки данных, полученных на выборке пользователей с тенденциями отклоняющегося поведения, были выделены четыре значимых фактора «Оценка», «Активность», «Сложность», «Длительность» (см. табл. 2).

Таблица 2. Результаты факторного анализа в выборке пользователей с тенденциями отклоняющегося поведения

Шкала	Оценка	Активность	Сложность	Длительность
1. Пассивный – активный	-0,727	0,516	–	–
2. Тихий – громкий	-0,591	0,739	–	–
3. Яркий – тусклый	0,881	–	–	–
4. Быстрый – медленный	0,614	-0,673	–	–
5. Опасный – безопасный	-0,930	–	–	–
6. Веселый – грустный	0,973	–	–	–
7. Здоровый – болезненный	0,936	–	–	–
8. Красивый – безобразный	0,953	–	–	–
9. Полезный – бесполезный	0,921	–	–	–
10. Приятный – неприятный	0,950	–	–	–
11. Светлый – темный	0,954	–	–	–
12. Тяжелый – легкий	-0,930	–	–	–
13. Грубый – нежный	-0,900	–	–	–
14. Теплый – холодный	0,937	–	–	–
15. Живой – безжизненный	0,938	–	–	–
16. Большой – маленький	–	-0,580	0,634	–
17. Сильный – слабый	–	-0,623	0,484	–
18. Конкретный – абстрактный	-0,403	–	–	0,668
19. Осознанный – неосознанный	0,414	0,749	–	–
20. Сложный – простой	-0,681	–	0,577	–
21. Таинственный – обычный	–	–	0,627	–
22. Движущийся – неподвижный	0,580	-0,584	–	–
23. Кратковременный – длительный	0,438	–	–	-0,433
24. Упорядоченный – хаотичный	–	0,684	0,504	–
25. Устойчивый – изменчивый	-0,558	0,658	–	–
Доля объяснимой дисперсии, %	54,01	18,57	7,53	5,48

Содержание признаков, входящих в первый фактор (54,01 % общей дисперсии), позволяет интерпретировать его как традиционный осгудовский фактор «Оценка». Максимальный балл по данному фактору получил объект «Радость», минимальный — «Горе»; высокие значения у объектов «Отдых», «Удивление», «Общение», «Развлечение», «Интерес», низкие — «Курение», «Алкоголизм»,

«Наркомания». Второй фактор (18,57 % объяснимой дисперсии) был проинтерпретирован как «Активность». Максимальный балл по данному фактору получил объект «Разрушение», минимальный балл у объекта «Тайна». Высокие значения у таких объектов, как «Гнев», низкие значения — «Отдых», «Курение». Третий фактор (7,53 % объяснимой дисперсии) был обозначен нами как «Сложность». Максимальный балл по данному фактору получил объект «Познание», минимальный — «Алкоголизм». В пределах высоких значений по фактору находятся такие объекты, как «Тайна», «Интернет-зависимость», низкие значения у таких объектов как «Удивление», «Общение», «Развле- чение». Четвертый фактор (5,48 % объяснимой дисперсии) — «Длительность». Максимальный балл по данному фактору получил объект «Алкоголизм», минимальный — «Страх». В пределах низких значений по данному фактору находятся такие объекты, как «Удивление», «Стыд», высокие значения у объекта «Познание». Остальные объекты группируются в пределах средних значений по каждому из факторов.

При анализе данных по выборке пользователей с отсутствием тенденций к отклоняющемуся поведению были выделены аналогичные факторы (см. табл. 3).

Таблица 3. Результаты факторного анализа в выборке пользователей Интернета с отсутствием тенденций отклоняющегося поведения

Шкала	Оценка	Активность	Сложность	Длительность
1. Пассивный – активный	-0,877	–	–	–
2. Тихий – громкий	-0,541	0,749	–	–
3. Яркий – тусклый	0,942	–	–	–
4. Быстрый – медленный	0,437	-0,819	–	–
5. Опасный – безопасный	-0,889	–	–	–
6. Веселый – грустный	0,948	–	–	–
7. Здоровый – болезненный	0,951	–	–	–
8. Красивый – безобразный	0,955	–	–	–
9. Полезный – бесполезный	0,947	–	–	–
10. Приятный – неприятный	0,950	–	–	–
11. Светлый – темный	0,971	–	–	–
12. Тяжелый – легкий	-0,911	–	–	–
13. Грубый – нежный	-0,938	–	–	–
14. Теплый – холодный	0,952	–	–	–
15. Живой – безжизненный	0,902	–	–	–
16. Большой – маленький	0,759	–	0,415	–
17. Сильный – слабый	0,532	-0,483	0,434	–
18. Конкретный – абстрактный	–	–	-0,775	0,407
19. Осознанный – неосознанный	0,477	0,680	–	–
20. Сложный – простой	-0,716	–	0,581	–
21. Таинственный – обычный	–	0,448	0,669	–
22. Движущийся – неподвижный	0,764	–	–	–
23. Кратковременный – длительный	–	–	–	-0,780
24. Упорядоченный – хаотичный	–	0,848	–	–
25. Устойчивый – изменчивый	-0,442	–	–	–
Доля объяснимой дисперсии, %	56,88	15,21	8,17	7,23

Максимальный балл по фактору «Оценка» получил объект «Радость», минимальный «Курение». В пределах высоких значений по фактору находятся такие объекты, как «Отдых», «Общение», «Развлечение»; низкие значения по фактору получили объекты «Горе», «Алкоголизм,

«Наркомания». Максимальный балл по фактору «Активность» получил объект «Гнев», минимальный — «Тайна». Высокие значения по фактору у таких объектов, как «Разрушение», «Удивление»; низкие значения у таких объектов, как «Курение», «Познание». Максимальный балл по фактору

«Сложность» получил объект «Познание», минимальный — «Курение». Высокие значения по фактору получили такие объекты, как «Интернет», «Тайна», низкие значения у объектов «Отдых», «Развлечение». Максимальный балл по фактору «Длительность» получил объект «Алкоголизм», минимальный — «Удивление». В пределах низких значений по фактору располагаются такие объекты, как «Стыд», «Страх», высокие значения по фактору у объекта «Познание». Остальные объекты группируются в пределах средних значений.

В отношении всех четырех факторов для каждой из анализируемых групп были построены семантические пространства оцениваемых объектов (см. рис. 1–4). Проанализируем размещение объектов оценивания в семантическом пространстве первых двух факторов — «Оценка» и «Активность» — у пользователей с тенденциями откло- няющегося поведения. В пределах средних значений по обоим факторам оцениваются такие объекты, как: «Интернет», «Интернет-зависимость», «Познание», «Стыд», «Отвращение», «Страх», «Жестокость». Остальные объекты разместились следующим образом: «Радость», «Развлечение», «Интерес», «Удивление», «Общение» оцениваются позитивно и воспринимаются как явления со средней активностью; «Отдых» оценивается позитивно и воспринимается как явление с низкой активностью; «Тайна» оценивается нейтрально и воспринимается как явление с низкой активностью; «Курение» оценивается негативно и воспринимается как явление с низкой активностью; «Горе», «Наркомания», «Алкоголизм» оцениваются негативно и воспринимаются как явления со средней активностью; «Разрушение», «Гнев» оцениваются нейтрально и воспринимаются как явления с высокой активностью.

Разрушение

Алкоголизм

Наркомания

Общение

Жестокость

Рис. 1. Размещение объектов оценивания в семантическом пространстве факторов «Оценка» — «Активность» (пользователи Интернета с тенденциями отклоняющегося поведения)

РазвлечениеРад°сть

Интерес

Семантическое пространство, построенное на основании данных пользователей второй группы, характеризуется следующими особенностями: в пределах средних значений оцениваются такие объекты, как «Интернет-зависимость», «Интернет», «Познание», «Стыд», «Страх», «Отвраще- ние», «Жестокость». Более выраженные оценки у таких объектов, как «Отдых» оценивается позитивно и воспринимается как явление с низкой активностью; «Общение», «Развлечение, «Интерес», «Радость», «Удивление» оцениваются позитивно и воспринимаются как явления со средним уровнем активности; «Разрушение» и «Гнев»

оцениваются нейтрально и воспринимаются как явления с высокой активностью; «Алкоголизм», «Наркомания» и «Горе» оцениваются негативно и воспринимаются как явления со средней активностью; «Тайна» оценивается нейтрально и как явление с низкой активностью.

2,5

2.0

Гнев

1,5

Удивление

1.0

Алкоголизм

0.5

Разрушение

Страх Интернет-зависимость Наркомания • •

Жестокость

Радость

о

0,0

Отвращение

-0,5

-1.0

-1.5

-2,0

-2,5

Интернет

Общение Развлечение

Стыд

Горе

Курение

Тайна

-1,5

-1.0

-0.5

0,0

Оценка

0,5

Интерес

Отдых

Познание

1.0

1.5

2.0

Рис. 2. Размещение объектов оценивания в семантическом пространстве факторов «Оценка» — «Активность» (пользователи Интернета с отсутствием тенденций отклоняющегося поведения)

В рамках данного исследования особый интерес вызывает размещение в анализируемых семантических пространствах объекта «Интернет-зависимость»: можно отметить, что пользователями с тенденциями отклоняющегося поведения интернет-зависимость оценивается нейтрально и не соотносится с другими объектами, в то время как представителями второй группы она ассоциируется с феноменами, имеющими ту или иную степень негативной окрашенности, расположенными на отрицательном полюсе.

Рассмотрим размещение объектов в семантическом пространстве факторов «Сложность» и «Длительность». В пределах средних значений по обоим факторам в группе пользователей с отклоняющимся поведением оцениваются такие объек- ты, как «Интернет», «Горе», «Разрушение», «Радость», «Интерес», «Гнев», «Жестокость», «Отвращение», «Отдых», «Наркомания», «Курение». Остальные стимульные объекты разместились следующим образом: «Интернет-зависимость» воспринимается как сложное явление невыраженной длительности; «Познание» воспринимается как сложное и длительное явление; «Страх» и «Стыд» воспринимаются как кратковременные явления средней сложности; «Удивление» воспринимается как простое и кратковременное явление; «Развлечение» и «Общение» воспринимаются как простое явление со средним уровнем длительности; «Алкоголизм» воспринимается как простое и конкретное явление.

В группе нормативных пользователей в пределах средних значений оцениваются такие объекты, как «Интернет-зависимость», «Наркомания», «Разрушение», «Гнев», «Интерес», «Жестокость», «Горе», «Радость», «Отвращение». Остальные объекты размещены следующим образом: «Познание» воспринимается как сложное и длительное явление; «Интернет» и «Тайна» воспринимаются как сложные явления со средним уровнем длительности; «Удивление» и «Стыд» воспринимаются как кратковременные явление со средним уровнем сложности; «Отдых», «Развлечение», «Общение» и «Курение» воспринимаются как простые явления со средним уровнем длительности; «Алкоголизм» воспринимается как длительное явление со средним уровнем сложности.

Небезынтересен тот факт, что у нормативных пользователей интернет-зависимость вызывает, скорее всего гнев и соотносится прежде всего с наркоманией. В то же время у пользователей с тенденциями отклоняющегося поведения она окутана тайной, как и сам Интернет, несет с собой разрушение и горе, но при этом не ассоциируется ни с одной из других аддикций.

Итак, установлено, что образ интернет-зависимости пользователей с тенденциями отклоняющегося поведения скорее нейтрален, чем отрицателен. При этом интернет-зависимость не ассоциируется ими с другими видами аддиктивного поведения. Можно предположить, что пользователи, имея выраженную склонность к возникновению интернет-зависимости, не оценивают данный феномен отрицательно и не соотносят его с другими аддикциями, чтобы избежать появления возможных внутриличностных конфликтов в случае признания наличия у себя негативных поведенческих паттернов.

Рис. 3. Размещение объектов оценивания в семантическом пространстве факторов «Сложность» — «Длительность» (пользователи Интернета с тенденциями отклоняющегося поведения)

Рис. 4. Размещение объектов оценивания в семантическом пространстве факторов «Сложность» — «Длительность» (пользователи Интернета с отсутствием тенденций отклоняющегося поведения)

Выводы

Таким образом, выдвинутая нами гипотеза частично подтвердилась: действительно, пользователи с тенденциями отклоняющегося поведения не ассоциируют интернет-зависимость с аддикцией как таковой, но и не оценивают данный феномен более позитивно, как мы предполагали, а склоняются к нейтральной оценке. Столь лояльное отношение к явлению, традиционно воспринимаемому негативно, может быть обусловлено тем, что указанные лица сами имеют выраженную склонность к возникновению интернет-зависимости и, вероятно, воздерживаются от отрицательных оценок во избежание возможных внутриличностных конфликтов. В условиях, благоприятных для проявления предрасположенности к девиациям в реальном поведении, выявленные тенденции могут привести к изменению содержательных и структурных характеристик образа интернет-зависимости.

Мы полагаем, что результаты данного исследования могут быть использованы в ходе разработки стратегий поддержки интернет-зависимых лиц и их близких для оказания им консультативной и коррекционной помощи, а также в целях психологической профилактики и просвещения населения. Материалы могут использоваться также в процессе профессиональной подготовки психологов, в частности, в преподавании таких университетских дисциплин, как «Информационные и коммуникационные технологии в деятельности психолога», «Психологические аспекты взаимодействия с информационными системами», «Психология девиантного поведения» и др., в том числе для более детального изучения феномена кибер-аддикции как одной из форм современных техногенных зависимостей. Логическим продолжением данного исследования может стать изучение причинноследственных связей рассмотренных нами явлений. Интересно было бы определить: позитивный образ интернет-зависимости способствует усилению тенденций отклоняющегося поведения, или же предрасположенность к поведенческим откло- нениям становится причиной формирования положительного образа аддикции.