Оценка уровня тревожности студентов тувинской и русской национальности в процессе обучения в вузе

Тревожность – один из показателей адаптированности личности – определяется генетически детерминированными свойствами функционирующего мозга [Китаев-Смык, 1983]. Тревожность отражает чувствительность объекта к социальным факторам, при этом реактивная тревога отражает эмоциональные реакции, а личностная – преобладающее эмоциональное состояние [Спилбергер, 1983]. Под личностной тревожностью понимается относительно устойчивая черта характера, поэтому показано, что она может изменяться в зависимости от возраста [Прихожан, 1995], длительности обучения в вузе [Меньшикова, 2008; Донника, 2009].

С возникновением тревожности связывают усиление поведенческой активности, изменение характера поведения, причем уменьшение тревожности воспринимается как свидетельство достаточности и адекватности реализуемых форм поведения, как формирование адаптации. Целесообразность тревожности зависит от степени ее выраженности: адаптивное значение тревожность имеет при умеренной выраженности тревожной реакции, однако длительно сохраняющийся уровень тревожности является дезадаптирующим, ведет к нарушению связей личности с окружающей средой и может генерировать различные заболевания.

Актуальным является изучение тревожности студентов при обучении в вузе, поскольку она влияет на процесс психосоциальной адаптации, соответственно, на успешность обучения. Пока еще немногочисленные исследования свидетельствуют о наличии этнических особенностей тревожности студентов [Николаева, 2006].

Целью исследования явилось изучение состояния тревожности студентов тувинской и русской национальности в процессе обучения в вузе. Объект исследования – тревожность студентов, предмет – уровень тревожности тувинских и русских студентов.

Исследование проводилось на базе Тывинского государственного университета. В исследовании приняли участие студенты тувинской и русской (пришлые, во 2-м и более поколении) национальности. Всего обследовано 1102 студента I–V курсов.

Оценку уровня реактивной тревоги (РТ) и личностной тревожности (ЛТ) проводили по тесту Ч.Д. Спилбергера в модификации Ю.Л. Ханина (1978). Для самооценки эмоциональной напряженности использовался тест Дж. Тейлор [Психологические тесты, 2002].

Таблица

Показатели тревожности у студентов (в баллах) (M±m)

Примечание: * p≤0,05, ** p≤0,01, *** p≤0,001 – достоверные различия между тувинскими и русскими студентами одного пола.

Девушки отличались от юношей достоверно более высокой ЛТ и РТ. У девушек V курса доля лиц с высокой ЛТ была ниже на 7,5 %, чем у студенток I курса, а у юношей, наоборот, выше на 6,0 %.

РТ соответствовала низкому уровню у всех студентов практически на всех курсах (табл.), при этом она была достоверно выше у тувинских студентов, особенно у выпускников.

Уровень ЛТ у всех юношей был умеренным, при этом ЛТ у тувинских юношей была достоверно выше, чем у русских. Тувинские девушки, в отличие от русских, аналогично тувинским юношам имели достоверно более высокую ЛТ на всех курсах, кроме II. Русские девушки имели высокую ЛТ только на II курсе, а тувинские – на всех, кроме V. Наибольшая доля лиц с высоким уровнем ЛТ оказалась у тувинских девушек независимо от курса обучения.

Психология

Cубъективно-личностная оценка состояния студентов с по шкале Дж. Тейлор также выявила более высокий уровень тревожности у студентов тувинской национальности.

Рис. Показатели тревожности по Дж. Тейлор

Примечание: *p≤0,05, ** p≤0,01, *** p≤0,001 – достоверные различия между тувинскими и русскими студентами одного пола; т.ю. – тувинские юноши, р.ю. – русские юноши, т.д. – тувинские девушки, р.д. – русские девушки.

Обнаружено, что у тувинских юношей на всех курсах обучения тревожность выше и соответствует среднему уровню с тенденцией к высокому в сравнении с русскими юношами, у которых тревожность находилась в диапазоне среднего с тенденцией к низкому уровню (рис.). В группе девушек достоверно более высокая тревожность отмечалась у тувинок на старших курсах и соответствовала среднему уровню с тенденцией к высокому на всех курсах. У русских девушек такой уровень тревожности отмечался только на I–II курсах (рис.). У всех студентов в период обучения уровень тревожности достоверно снижался, причем в большей степени у русских студентов: у девушек – на 41,3 %, у юношей – на 64,8 %. В группе тувинских юношей снижение составило только 28,8 %, а у тувинских девушек снижение продолжалось до IV курса, а на V курсе тревожность вновь возросла и достоверно не отличалась от таковой у первокурсниц.

Результаты нашего исследования показали, что лиц с высоким уровнем тревожности среди студентов значительно больше, чем по данным (14 %) автора метода Дж. Тейлор [Teylor, 1953], особенно на младших курсах у тувинских студентов. При этом доля лиц с высоким уровнем тревожности среди студентов Тывинского государственного университета в среднем ниже, чем в исследованиях В.П. Казначеева, проведенных в 1980 году в Норильске (29 %), что может свидетельствовать о более благоприятном состоянии студентов, проживающих в условиях Южной Сибири.

Таким образом, тувинские студенты отличались более высоким уровнем тревожности, особенно тувинские девушки, характеризующиеся наиболее высоким уровнем в сравнении с остальными группами. Несмотря на то что в период обучения происходило снижение уровня тревожности, у тувинских студентов доля лиц с очень высокой и высокой тревожностью на V курсе оставалась достаточно большой. Это свидетельствует о более низком уровне психосоциальной адаптации тувинцев, отражающем реакцию организма на возрастание социальных требований, связанных с изменением образа и уклада жизни, плохим знанием русского языка.