Оценка влияния радикальной простатэктомии в анамнезе на исходы имплантации фаллопротезов, искусственных мочевых сфинктеров и мужских слингов
Автор: Павлов И.С., Котов С.В.
Журнал: Экспериментальная и клиническая урология @ecuro
Рубрика: Реконструктивная урология
Статья в выпуске: 1 т.19, 2026 года.
Бесплатный доступ
Введение. Радикальная простатэктомия (РПЭ) считается «золотым стандартом» лечения локализованного рака предстательной железы с 15-летней канцероспецифической выживаемостью до 97%. Несмотря на технические усовершенствования хирургических методик, недержание мочи и эректильная дисфункция остаются основными функциональными осложнениями РПЭ, существенно влияющими на качество жизни пациентов. Цель исследования – сравнить результаты имплантации фаллопротезов (ФП), искусственного мочевого сфинктера (ИМС) и мужских слингов (МС) у пациентов с эректильной дисфункцией и недержанием мочи в зависимости от наличия РПЭ в анамнезе. Материалы и методы. Проведено ретроспективно-проспективное когортное исследование 125 пациентов, перенесших 140 имплантаций, данные которых удалось отследить: 54 имплантации ФП, 49 имплантаций ИМС и 37 установок МС в период с октября 2011 г. по май 2025 г. Пациенты были разделены на группы РПЭ и не-РПЭ в зависимости от наличия РПЭ в анамнезе. Результаты. Для фаллопротезирования частота эффективности, удовлетворенности и осложнений в группе РПЭ составила 97,2%, 86,1%, 16,7% соответственно, а в группе не-РПЭ – 100; 83,3 и 5,6%. Для ИМС частота излеченности (0–1 прокладка/сут), улучшения (уменьшение потерь мочи более, чем на 50%) и осложнений в группе РПЭ составили 68,8%, 12,5 и 21,9% соответственно, а в группе не-РПЭ – 58,8; 11,8 и 29,4%. Для МС частота излеченности, улучшения и осложнений в группе РПЭ составили 28,6; 19 и 28,6% соответственно, а в группе не-РПЭ – 18,8; 12,5 и 37,5%. Все различия между группами были статистически не значимыми, p-0,05. Кавернозный фиброз встречался значительно чаще в группе не-РПЭ (33,3% vs 2,8%, p=0,004) и был ассоциирован с увеличением длительности операции на 35 мин и уменьшением длины импланта на 3,4 см (p<0,05). Ожирение явилось значимым предиктором неудач при имплантации ИМС, снижая показатель излеченности с 81,5 до 45,5% (p=0,014) и повышая риск осложнений в 5,5 раз (95% ДИ 1,273–24,104). Анамнез хирургического лечения стриктуры уретры, сахарный диабет и исходные потери мочи -300 мл в сутки значимо ухудшали результаты имплантации МС. Заключение. Проведенное исследование демонстрирует сопоставимую эффективность и безопасность имплантации ФП, ИМС и МС у пациентов вне зависимости от наличия РПЭ в анамнезе. Полученные данные свидетельствуют, что предшествующая РПЭ не является фактором, негативно влияющим на результаты имплантации.
Радикальная простатэктомия, фаллопротезирование, искусственный мочевой сфинктер, мужские слинги
Короткий адрес: https://sciup.org/142247672
IDR: 142247672 | DOI: 10.29188/2222-8543-2026-19-1-99-107
Assessment of the impact of radical prostatectomy on the outcomes of penile prosthesis, artificial urinary sphincter and male sling implantation
Introduction. Radical prostatectomy (RPE) is considered the «gold standard» treatment for localized prostate cancer with a 15-year cancer-specific survival rate of up to 97%. Despite the technical improvements in surgical techniques, urinary incontinence and erectile dysfunction remain the main functional complications of REM, significantly affecting the quality of life of patients. Objective. To compare the outcomes of penile prosthesis (PP), artificial urinary sphincter (AUS), and male sling (MS) implantation in patients with erectile dysfunction and urinary incontinence depending on a history of radical prostatectomy (RP). Materials and methods. A retrospective-prospective cohort study was conducted involving 125 patients who underwent 140 implantations, available for follow-up: 54 PP implantations, 49 AUS implantations, and 37 MS placements from October 2011 to May 2025. Patients were divided into RP and non-RP groups based on the presence of radical prostatectomy in their medical history. Results. For penile prostheses, the rates of efficacy, satisfaction, and complications in the RP group were 97.2%, 86.1%, and 16.7%, respectively, while in the non-RP group they were 100%, 83.3%, and 5.6%. For AUS, the rates of cure (0-1 pad/day), improvement (reduction in urine loss by more than 50%), and complications in the RP group were 68.8%, 12.5%, and 21.9%, respectively, while in the non-RP group they were 58.8%, 11.8%, and 29.4%. For MS, the rates of cure, improvement, and complications in the RP group were 28.6%, 19%, and 28.6%, respectively, while in the non-RP group they were 18.8%, 12.5%, and 37.5%. All differences between groups were statistically non-significant, p-0.05. Cavernous fibrosis was significantly more common in the non-RP group (33.3% vs. 2.8%, p=0.004) and was associated with a 35-minute increase in surgery duration and a 3.4 cm reduction in implant length (p < 0.05). Obesity was a significant predictor of AUS implantation failure, reducing the cure rate from 81.5% to 45.5% (p=0.014) and increasing the risk of complications by 5.5-fold (95% CI 1.273–24.104). History of surgical treatment for urethral stricture, diabetes mellitus, and baseline urine loss -300 grams per day significantly worsened male sling implantation outcomes. Conclusion. The conducted study demonstrates comparable efficacy and safety of penile prostheses, artificial urinary sphincter, and male slings implantation in patients regardless of RP history. The obtained data indicate that previous RP is not a factor that negatively affects implantation outcomes.
