Окказиональные сленгизмы как социально дифференцированные номинации в коммуникативном пространстве современного русского языка

Общеизвестно, что формы существования языка – одни из ключевых феноменов социолингвистики, под которыми понимаются достаточные для коммуникации варианты языка, используемые в том или ином социуме. Традиционно выделяются три формы существования языка: 1) литературный язык как высшая форма его существования; 2) диалекты, определяющие территориальную дифференциацию языка и 3) социолекты, определяющие социальную дифференциацию языка.

Последние (социолекты) традиционно представляют собой совокупность языковых особенностей, присущих какой-либо социальной группе – профессиональной, сословной, возрастной и т. п. – в пределах той или иной подсистемы национального языка. Примерами социолектов могут служить разнообразные виды сленга (молодежный, компьютерный, студенческий и др.), жаргона (солдатский, уголовный, школьный и пр.) и арго (хиппи, «челноков», торговцев наркотиками и т. п.).

Несмотря на то, что сами феномены социально дифференцированной лексики не являются новыми, термин социолект возник в лингвистике сравнительно недавно – во вто- рой половине XX в. Он образован из двух частей: социо-, указывающей на отношение к обществу, и второго компонента – слова диалект. По сути, социолект есть не что иное, как стяжение в одно слово словосочетания социальный диалект.

Сегодня не подвергается сомнению то, что термин социолект является подходящим для определения различных и несходных между собой языковых номинаций, имеющих тем не менее единую объединяющую их характеристику: эти номинации необходимы для реализации коммуникативных намерений и интенций социально ограниченных групп людей. Социолекты не выступают в качестве целостной коммуникативной системы. Они представляют собой непосредственно отличительные черты речи – отдельные слова, словосочетания, синтаксические конструкции, особенности ударения и т. п. Словарная и грамматическая основы социолектов часто практически не отличаются от тех, которые характерны для данного национального языка.

Так, в уголовном арго современного русского языка имеется довольно большое число специфических обозначений, в том числе метафорических: балда ( = голова), кусок ( = тысяча рублей), хрусты ( = деньги), шмонать ( = обыскивать) и т. п. Однако склонение и спряжение этих слов, их объединение в предложения осуществляются по общеязыковым моделям и правилам. Общеязыковой является и лексика, не обозначающая какие-либо специфические реалии «профессиональной» и бытовой жизни уголовников (ср.: Ударили меня по балде; Это он купил за два куска; Обшмонали всех, кто там был ).

Следовательно, появлению социально дифференцированных номинаций могут способствовать такие факторы, как принадлежность к определенному классу, социальное происхождение, среда, в которой человек постоянно вращается. Неудивительно, что, по общеизвестному справедливому замечанию А. Мейе, внутри определенного языка, для которого характерно единство произношения и грамматических форм, на самом деле может быть ровно столько особых словарей, сколько существует социальных групп, обладающих автономией в пределах общества, говорящего на этом языке.

Нам представляется релевантным вести речь не только об узуальных социолектах, но и о социально дифференцированных номинациях окказионального характера. Научный интерес к проблеме окказиональных социолектов вызван, вероятно, тем, что сегодня об- новление коммуникативного пространства в силу как собственно лингвистических (линг-восинергийные эффекты, лингвоминимализм и т. п.), так и экстралингвистических причин (интенсивное развитие массмедийных технологий коммуникации, процессы глобализации, которые распространяются практически на все типы коммуникативных практик, масштабные международные интернет-проекты и т. п.) происходит за счет разного рода экспрессивно маркированных новообразований. Такая апелляция к парадигме общения представляет собой один из важнейших вариантов решения регулярно появляющихся коммуникативных задач, равно как отражение лингвокреативной деятельности человека на современном этапе развития науки о языке.

Анализ окказиональных новообразований актуален для данной статьи, поэтому определим этот ключевой термин так, как было сделано на страницах нашей диссертации. Окказионализмы – это авторские слова или словосочетания, обладающие прагматическим и когнитивным потенциалом, которых ранее не было в коммуникативном обороте. Средой их появления и проявления выступает речь, которая определяет их более или менее стабильную новизну с течением времени и вне условий порождения. Форма, значение, выражение определенного понятия, создание по случаю и отсутствие широкого (частотного) ситуативного функционирования – одни из витальных особенностей окказиональных номинаций. Рождение окказионализма происходит в пределах конкретной коммуникативной ситуации, которая состоит из цели, темы, участников, хронотопа, сферы, мотива, прагматики.

Одновременно с перечисленным выше прагматическая направленность (реализация прагматической функции) – одна из базовых характеристик окказиональной номинации. Данная характеристика есть не что иное, как проявление выразительности окказионализма, перлокутивный эффект неожиданности и удивления, который оказывается на говоря-щего/слушающего. Имеет также место воздействие на чувственно-эмоциональную сферу говорящего/слушающего, намерение вербальной номинации неназванного (подробнее об этом см.: [2]).

Такие выводы-размышления представляются подходящими для данной статьи, поскольку в ней основным фокусом исследовательского внимания выступают современные окказиональные социолекты. Закономерно, что анализ современных окказиональных но- вообразований осуществляется в тесной связи с дескрипцией разнообразных речевых стратегий, что иначе описывает вопрос о соотношении языкового и речевого новаторства.

Кроме этого появление окказиональных социолектов как в наибольшей степени динамичного явления вторичной номинации говорит о том, что в языке постоянно протекают деривационные процессы. Несмотря на то, что анализируемые дериваты располагаются «на границе нормы», их исследование видится исключительно необходимым. Оно приводит к более глубокому пониманию деривационных потенций отдельных языковых единиц, а также когнитивных процессов, которые составляют основу словообразовательной мотивации.

Говоря об окказиональных социолектах, в первую очередь имеют в виду такие социально дифференцированные номинации, как окказиональные сленгизмы. Вполне соответствующим месту представляется метафорическое высказывание Э.М. Береговской о том, что сленг – это никогда неиссякаемый полностью поток лексики, который «питается соками общенационального языка, живет на его фонетической и грамматической почве» [1, с. 32].

Взаимосвязь сленга, находящегося вне пределов литературной нормы, и самого литературного языка, ресурсы которого используются для образования таких номинаций, прослеживается через появление многочисленных окказиональных сленгизмов, бытующих в коммуникативном пространстве современного русского языка. Поскольку критерии отнесения слов к сленгу продолжают оставаться дискуссионными, следует сделать оговорку о том, какие отличительные черты послужили релевантными для отбора фактического материала, представленного в данной статье. Итак, к окказиональным сленгизмам мы будем относить те слова и словосочетания, которые 1) обладают ярко выраженным эмоциональным, оценочным и экспрессивным характером, 2) имеют свойство шутливой образности и 3) активно используются в среде молодежи, нередко выполняя функцию идентификации.

Что касается последнего критерия, то в рамках данной статьи активность использования окказионального сленга может рассматриваться опосредованно, в частности через телевизионные сериалы на канале ТНТ. Этот выбор не случаен, поскольку данный телеканал особенно популярен среди молодежной аудитории, представители которой являются по- клонниками и постоянными зрителями многих его проектов. Исходя из этого можно предположить, что такая популярность и заинтересованность выступает одним из основополагающих критериев активности функционирования окказиональных сленгизмов в среде молодежи.

Замечено, что некоторые окказиональные сленгизмы обладают положительной энергетической мощностью и моделируют положительное настроение пользователей таких речевых номинаций, т. е. способствуют эвокации приятных ощущений, эмоций и чувств. Примерами таких номинаций могут быть следующие окказионализмы: вузовидение (вуз + Евровидение) – внутривузовский конкурс песни, проводимый в формате Евровидения (Универ. Новая общага, сезон 1, серия 51); мексиканский епандос – 1) фитнес-тренер из Мексики; 2) мопс (порода собаки) (Деффчонки, сезон 2, серия 16); мопсоботы (мопс + ботинки) – ботинки для мопса (Деффчонки, сезон 2, серия 16) и др.

Случается, что использование окказионального сленгизма не несет в себе коммуникативную или эмоционально-оценочную цель. Оно необходимо для реализации функции идентификации. Нередко пользователи языка, употребляющие в своей речи сленг, относят себя к той или иной общности, к определенной группе. Когда люди используют присущий именно этой общности сленг, они тем самым идентифицируют себя с ней, чувствуют себя более защищенными и сплоченными. В качестве примера можно привести фрагмент коммуникативного взаимодействия членов молодежной хоккейной команды – героев телевизионного сериала «Молодежка» на канале СТС (серия 142), в рамках которого используется окказиональный сленгизм, как раз выполняющий указанную функцию:

– Может, объяснишь.

– Что?

– Что за пантодром вчера был?

– Какой пантодром ?

– По поводу зарплаты.

– Вы о чем?

– Вообще-то мы вчера к Казанцеву ходили.

– И что?

– Он сказал, что он никому ничего не выплачивал.

– Ну, я тут при чем? Я агенту сказал, он вопрос решил. Это как-то не моя запара.

Глобализация и информатизация современного общества неизбежно приводит к тому, что использование молодым поколением пространства Всемирной паутины со всеми ее безграничными возможностями (социальные сети, просмотр новостей, поиск необходимой информации и пр.) становится одной из реалий нашей жизни. Несомненно, с развитием информационных технологий в коммуникативном пространстве современного русского языка начинают появляются и новые номинации, используемые для обозначения новейших интернет-феноменов. Все разнообразие такой лексики, отражающей специфику виртуального мира, условно можно назвать окказиональными интернет-сленгизмами.

Приведем некоторые примеры (первые три взяты из [4], последний – [3]):

– фейсдельничать – «бездельничать, сидя в фейсбуке»: Профейсдельничал целый день, фейсдельник! (Отар Бежанов);

– кликаньки-лайканьки – «“зависание” в социальных сетях»: А в голове только кликань-ки да лайканьки... (Сергей Аркавин);

– дать отгугл – «отправить на поиски в Гугл»;

– сетячий образ жизни – «малоподвижное времяпрепровождение с постоянным “сидением в Сети”»: Вести сетячий образ жизни! (Отар Бежанов).

Конечно же, как и любая социально дифференцированная лексика, рассматриваемые современные окказиональные сленгизмы потенциально могут быть распространены только в ограниченной сфере. Возможно, коммуникативной средой их использования представляются, например, молодые люди, профессионально работающие в сфере информационных технологий, частые пользователи социальных сетей, блогеры и пр. Можно предположить, что благодаря знанию и использованию таких социально дифференцированных номинаций пользователи языка чувствуют себя членами некой замкнутой общности, это их раскрепощает, делает общение более простым, доступным и быстрым.

Согласимся, что язык – чувствительная и живая система, которая мгновенно реагирует на важные общественные события и потрясения. Неудивительно, что в период пандемии COVID-19 в коммуникативном пространстве современного русского языка нашли отражение характерные явления и процессы весны 2020 г. в виде множества новообразований, использование которых в определенных ситуациях общения позволяет говорить об их соци- ально дифференцированном статусе окказиональных сленгизмов.

Любопытно, что популярное приложение для знакомств в Интернете «Тиндер» во время самоизоляции 2020 г. стали называть «Каран-тиндером». Поскольку изначально использование приложения «Тиндер» ориентировано на людей преимущественно молодого поколения, то, следовательно, окказиональная номинация карантиндер обладает социально дифференцированным характером и может быть отнесена к новой лексике в статусе сленгизма.

Так, в молодежной среде школьников и студентов особую популярность приобрела номинация карантикулы (Я неплохо подтянул свой испанский на карантикулах) [5]. Смысл нерабочих дней, объявленных по всей стране в марте-апреле 2020 г. из-за неблагополучной эпидемиологической обстановки, далеко не все поняли правильно. Многие решили, что раз ходить в школу и университет не нужно, значит, можно отдыхать и ездить на пикники, совсем как на каникулах. Получается, что определенная экстралингвистическая ситуация способствовала появлению в социально дифференцированных группах школьников и студентов соответствующего окказионального сленгизма.

Подведем некоторые итоги. В настоящее время обновление коммуникативного пространства современного русского языка может происходить за счет различных социально дифференцированных окказиональных номинаций, в том числе – окказиональных сленгиз-мов. Использование подобных номинаций объясняется не только определенными коммуникативными намерениями, но и эмоциональнооценочными интенциями, стремлением простого, доступного и быстрого общения, а также желанием идентифицировать себя с конкретной социальной группой. Наконец, окказиональные сленгизмы как социально дифференцированные номинации говорят о раскрепощении языкового творчества в целом и о продвижении результатов индивидуального креатива в общенародный язык, что, безусловно, видится перспективным и поэтому нуждается в дальнейшем освещении и изучении.