Онтология языковой личности в цифровую эпоху

Тюменский индустриальный университет, Тюмень, Россия, ,

,

Введение . Современный мир в своем внутреннем устройстве претерпел ряд трансформаций, в частности информационно-цифровых. Онтология, предшествующая XXI веку, отличается от современного бытия, прежде всего, за счет широкой инвазивности digital-составляющей. Такие термины как «цифровой/виртуальный мир», «цифровое сознание», «цифровая/электронная культура», «системы QR, VR, AR», «цифровая личность», «аватар» и так далее становятся объектами исследований в области не только технического, но и гуманитарного знания. Картина мира современного человека меняется, и как следствие, возникают актуальные вопросы, требующие осмысления. Одним из известных современных ученых, занимающихся digital-бытием, является А. Ла-герквист. Изучая феномен цифровой экзистенции, он задается вопросом: «Что значит быть человеком в цифровой культуре как новом “экзистенциальном ландшафте”?». Данный вопрос в свою очередь порождает ряд новых: «Кем (или чем ?) является человек настоящего?», «Что входит в понятие “цифровая культура”?», «Где пролегает грань между реальным и цифровым?», «Является ли цифровое реальным?», «Как изменяется познание мира и его составляющих?»¹.

В общем виде отношение к цифровой реальности можно выразить двумя позициями: согласно первой, цифровая реальность – это отдельный мир, в который погружается человек и дистанцируется от реальности (в классическом понимании), не присутствует здесь , а присутствует где-то вне (Фролов, 2018: 28–29). Согласно второй позиции, digital-бытие – это дополнительное пространство, которое расширяет возможности реального мира за счёт создания новых средств коммуникации, технологий и платформ для межличностного общения, развития и совершенствования интерсубъективности² (Kim, 2001; Сокулер, 2017; Сокулер, 2018). В данной статье мы будем придерживаться второй позиции.

Так, актор цифрового мира – человек настоящего, человек коммуницирующий, который принципиально отличается от человека доцифровой эпохи. Коммуникация – отличительная и главная черта онтологии языковой личности, – она трансформируется в непосредственный процесс потребления информации. Информационные потоки становятся ключевыми факторами социально-общественного поведения и наполнения жизни. «Информация в качестве содержательной стороны знания теряет свое значение, в фокусе оказывается процесс ее трансляции – коммуникация» (Асташова, 2020: 18).

Применяя феноменологический, аналитический, синтетический и диалектический методы, мы ставим целью настоящего исследования определить отличительные черты онтологии языковой личности.

Языковая личность digital-бытия . Как уже было отмечено, с развитием современных технологий окружающая действительность структурно видоизменяется. Цифровая реальность в определенной степени проникает в аристотелевскую (классическую) картину мира. Человек настоящего, человек коммуницирующий, Homo praesentem communicando , уже не мыслит себя вне цифровой среды.

Степень интеграции digital-бытия и т. н. оффлайн-реальности варьируется в зависимости от уровня технологического развития страны, о чём еще в XX столетии писал Г. Марсель: «человек мыслит <…> мир вокруг себя под знаком техники»3. Таким образом, можно говорить о доступности и недоступности цифровой среды для конечного пользователя. Там, где такая среда доступна, естественным образом происходит трансформация концептосферы – привычные понятия приобретают иной смысловой оттенок, возникают новые лексемы, смыслы, концепты (в редких случаях происходит замещение одних понятий другими). Языковая личность испытывает на себе происходящие в настоящее время трансформации как в области повседневного общения, так и в области абстрактных понятий и дефиниций. Например, понятие «пространство» в доциф-ровую эпоху мыслилось (в самом общем виде) как «состояние материи, характеризующееся наличием протяженности и объема», однако с развитием онлайн-сервисов, социальных сетей и стриминговых платформ, пространство получает дополнительную характеристику – «совокупность цифровых инфраструктур» – и вместе с ней новый смысл. Очевидно, что восприятие и понимание мира становится для человека все более зависимым ввиду «электронной прозрачности» этого мира, которая является «состоянием по умолчанию»4.

Языковая личность, помещенная в цифровое бытие, сталкивается с рядом диалектических трудностей. Трудности первого порядка можно отнести к восприятию, пониманию и интерпретации понятий на родном для носителя языке в постоянно изменяющейся концептосфере. Трудности второго порядка включают проблемы межкультурного взаимодействия, диалога и понимания, и восприятия «другого» между языковыми личностями, осуществляющими акт речевого взаимодействия на разных языках. Концептосферы «своего» и «чужого» не могут в полной мере быть соотнесены друг с другом – так, их интеграция ограничена, а значит, неизбежны проблемы коммуникации между языковыми личностями. И в первом, и во втором случаях происходит нарушение речевого взаимодействиями между индивидами, выраженное в недопонимании или в абсолютном непонимании друг друга. По причине постоянного изменения или деконструкции концептов и замещения их новыми понятиями акт коммуникации языковых личностей становится ограничен.

Так, основными структурными единицами онтологии языковой личности является концепто-сфера и коммуникация в их диалектическом смысле. «Свой» и «чужой» (или «другой») – дополнительные и не менее важные категории digital-бытия, присутствующие одновременно как в своем единстве, так и в борьбе. Другой отличительной чертой является то, что цифровая реальность порождает новые риски в жизни Homo praesentem communicando , создает особое аксиологическое поле, содержащее в себе новые ценности и потребности, что закономерным образом отражается на концептосфере, коммуникации, и онтологии в целом. По сути, речь идет о трансформации базовых концептов жизни, которые формируют актуальные вопросы обществу. Так, языковая личность имеет ряд нерешенных проблем: восприятие, понимание и интерпретация «своего» и освоение «другого», выраженного не только в культурном, социальном, личностно-ориентированном, но и в понятийном смыслах через языковую деятельность, которую Фуко сравнивал с «тонкой контактирующей поверхностью, сближающей язык и реальность, смешивающей лексику и опыт»¹.

С целью нивелирования указанных выше негативных последствий необходимо не просто изучать, но способствовать развитию субъекта цифровой среды, а именно, языковой digital-личности, которая может осуществлять свою деятельность в полной мере как в оффлайн-, так и в онлайн-реальности. Личности, о которой П. Тейяр де Шарден писал следующим образом: «Вершина нас самих, венец нашей оригинальности – <…> наша личность, а эту последнюю мы можем найти лишь объединяясь между собой»2. Digital-личность должна понимать трансформационные процессы концептосферы, иметь способность их воспринимать, интерпретировать и предсказывать. Такая личность должна владеть навыками отбора информации и быть способной осваивать «другие» культуры, переходить границы «своё-чужое», строить прочные межкультурные связи.

Заключение . Языковая digital-личность – основной актор digital-бытия современности. Онтология языковой личности в цифровую эпоху включает в себя концептосферу, коммуникацию, категориальную дихотомию «свой-чужой», имеющие выражение в аксиологическом, гносеологическом, герменевтическом, социально-культурном поле.

Выявлено, что субъект digital-бытия испытывает ряд трудностей в области восприятия, понимания и интерпретации информации, полученной в процессе коммуникации по причине постоянно меняющейся концептосферы. Необходимо там, где существование цифровой реальности технически возможно, обеспечивать всестороннее развитие субъекта цифровой среды, а именно, обучать родному и иностранным языкам, объяснять изменения в их системах, способствовать открытости в изучении «своё-чужое», обучать навыкам «soft skills», гибкости мышления и др. В этом контексте справедливы слова М. Хайдеггера о смысле человеческого существования в мире: «Быть-в-мире, быть открытым и обладать изначальным пониманием – это в сущности одно и то же»3.