Основные клинические характеристики и уровень социальной адаптации у лиц, госпитализированных в психиатрический стационар Улан-Удэ в связи с суицидальной попыткой

Самоубийство является актуальной медикосоциальной проблемой современного общества, демонстрирующей тенденцию к росту во многих странах мира [1, 6, 8]. Высокие показатели частоты самоубийств и суицидальных попыток, отмечающиеся в последние десятилетия, отрицательно сказываются на здоровье общества, экономике, семье [1, 7, 9, 19]. В России количество суицидов и динамика их роста превышают аналогичные показатели большинства европейских стран [8], наша страна занимает по этому показателю одно из первых мест в мире.

Изучение этнокультуральных и гендерных аспектов психических расстройств и суицидального поведения в последние годы приобрело важное значение [4, 5, 10, 15]. По данным 2008 г., самый высокий в регионе уровень частоты самоубийств отмечается в Бурятии – 73,3 случая на 100 тысяч населения [2, 9]. Учитывая высокий уровень самоубийств среди психически больных, многие психиатры склонны объяснять факт самоубийства наличием психического заболевания.

По данным ВОЗ (2002), в 31—44 % случаев самоубийств установлено более одного психиатрического диагноза, т. е. коморбидность психических расстройств значительно увеличивает риск суицида. Также отмечен высокий процент суицидов у людей с депрессивными состояниями, у лиц с расстройством личности, среди пациентов, страдающих алкоголизмом и наркоманией [3, 14–16]. Отмечается достаточно высокий процент суицидов и у психически больных с бредовыми и галлюцинаторными расстройствами. В ряде исследований показано, что суицидальное поведение не может расцениваться только как прямое следствие психической патологии, в том числе депрессивного спектра, а должно рассматриваться как многофакторное явление, в генезе которого большое значение имеет взаимосвязь средовых воздействий, личностных особенностей, которые составляют основу социализации индивидуума, а также психопатологических симптомов [4, 11, 12]. В Бурятии – регионе со сверхвысокой частотой самоубийств – исследований, определяющих клинические и этнокультуральные особенности суицидальной активности населения, проводилось крайне мало [4, 10, 12]. В своей совокупности указанные факты обусловливают актуальность настоящего исследования.

Цель исследования: оценить нозологическую структуру, основные клиникодинамические характеристики психических расстройств, особенности суицидального поведения и уровень социальной адаптации у лиц бурятской и русской национальностей, госпитализированных в психиатрический стационар Улан-Удэ в связи с суицидальной попыткой.

Материал и методы. Для реализации поставленной цели были изучены пациенты в возрасте 18—65 лет, совершившие суицидальную попытку и доставленные психиатрической бригадой скорой медицинской помощи в психиатрический стационар Улан-Удэ за период с декабря 2010 г. по май 2013 г., с последующим формированием двух основных клинических подгрупп соответствующих пациентов (бурят и русских) – по 30 человек. Количество мужчин в группе русских составило 61,9 %, женщин 38,1 %, среди бурят – 48,2 % и 51,8 % (p>0,05). Средний возраст в группе пациентов русской национальности составил 46,9±8,2 года, бурят – 32,7±9,3 года (p<0,05).

Клиническое исследование проведено на базе Республиканского психоневрологического диспансера (Улан-Удэ). В ходе настоящего исследования использованы следующие методы: клинико-психопатологический, кросскульту-ральный (определение этнических и иных особенностей феноменологии развития суицидального поведения у обследуемых пациентов) , статистический. Диагностика психических расстройств осуществлялась в соответствии с диагностическими критериями МКБ-10.

Клинико-психометрическое исследование включило в себя использование шкалы социальной адаптации – The Social Adaptation SelfEvaluation Scale [17]. Оценка суицидального поведения проводилась с помощью опросника суицидального поведения – The Suicidal Behaviors Questionnaire-Revised (SBQ-R) [18]. Систематизация полученных данных произведена с помощью «Карты формализованного описания диагностически стандартизированных клинических данных пациентов». Полученные в ходе исследования данные подвергнуты статистической обработке с помощью пакета программ статистической обработки Statistica v. 8.0.

Обсуждение результатов. Анализ суицидального поведения пациентов в выделенных клинических группах показал, что пациенты русской национальности в 22,6 % случаев имели первичную попытку суицида, а в 77,4 % случаев ранее имели предыдущие попытки суицида в а намнезе (из них 82,7 % – от 2 до 3 попыток, а в 17,3 % – 4 и более суицидальных попыток, p<0,05). У пациентов бурятской национальности соответствующие показатели составляли 12,3 и 87,7 % (49,7 % – 2—3, 35,0 % – 4 попытки и более, а в 3 % случаев отмечалось более 7 попыток суицида в анамнезе, p<0,05).

Анализ характера повторных суицидальных попыток среди пациентов русской национальности выявил, что суицидальные попытки по типу «клише» были отмечены в 16,6 % случаев, потенциально менее опасные для жизни в 43,0 % (p<0,05) и потенциально более опасные для жизни в 40,4 % (p<0,05).

В группе пациентов бурятской национальности соответствующие показатели составляли 22,4 и 53,0 % (p<0,05), 24,6 %. При межгрупповом сравнении у бурят чаще (p<0,05) встречались менее опасные для жизни суицидальные попытки, а у пациентов русской национальности (p<0,05) – потенциально более опасные для жизни. Возраст первой суицидальной попытки среди пациентов русской национальности составил 34,7±8,9 года, в группе бурят – 29,3±6,4 года (p<0,05).

Оценка суицидального поведения с помощью опросника SBQ-R показала, что средний балл в группе пациентов-славян составил 8,4±0,16, у бурят 7,1±0,42 (p<0,05) на момент поступления в психиатрический стационар.

Внутригрупповые и межгрупповые сравнения нозологической структуры психических расстройств в выделенных группах пациентов представлены в таблице 1.

Таблица 1 Нозологическая структура психических расстройств у пациентов, госпитализированных в психиатрический стационар после суицидальной попытки, в зави- симости от этнической принадлежности

Примечание. * – Статистически значимые различия при межгрупповом сравнении (p<0,05).

В обеих группах статистически значимо (p<0,05) чаще выявлено расстройство личности. На момент госпитализации в психиатрический стационар в группе пациентов русской национальности, совершивших суицидальную попытку, ведущим психопатологическим синдромом являлся галлюцинаторно-параноидный синдром (34,2 %, p<0,05), относительно одинаково часто были представлены тревожно-депрессивный (17,6 %), депрессивно-параноидный (17,6 %), депрессивный (16,3 %) и психопатоподобный (14,3 %) синдромы. Соответственно в группе пациентов бурятской национальности в 21,7 % имел место галлюцинаторно-параноидный, в 21,6 % – психопатоподобный, в 19,3 % – депрессивно-параноидный, в 16,7 % – депрессивный, в 11,8 % – тревожно-депрессивный, в 6,3 % – маниакальный, в 2,6 % – ипохондрический синдромы. При межгрупповом сравнении статистически значимых различий в представленности ведущих синдромов не обнаружено (p>0,05), однако в группе пациентов бурятской нацио- нальности имелась тенденция к более частой представленности психопатоподобного синдрома и более полиморфный спектр психопатологической симптоматики, чем у пациентов русской национальности.

Средняя длительность психического расстройства в выделенных группах пациентов составляла 42±4,7 месяца у пациентов русской национальности и 24±8,6 месяца у пациентов-бурят (p<0,05). Среднее количество перенесенных рецидивов психического расстройства среди пациентов русской национальности составило 9,6±14 случая, среди бурят – 6,3±03 (p<0,05).

Уровень субъективной оценки социальной адаптации в группе пациентов русской национальности на момент поступления в стационар по шкале социальной адаптации составил 34,2±0,1 балла, что соответствует уровню затрудненной социальной адаптации, в то время как у пациентов бурятской национальности 45,4±0,1 балла (p<0,05), что соответствует уровню более лучшей социальной адаптации.

Выводы. Таким образом, анализ основных клинико-динамических характеристик, особенностей суицидального поведения и социальной адаптации у пациентов бурятской и русской национальностей с психическими расстройствами, совершивших суицидальную попытку и госпитализированных в психиатрический стационар, выявил определенные межгрупповые отличия. В подгруппе пациентов бурятской национальности выявлены более молодой возраст к моменту совершения первой суицидальной попытки, более частое совершение повторных суицидальных попыток, причем с большим удельным весом менее опасных для жизни способов совершения суицидальных попыток, чем в группе пациентов русской национальности. Кроме того, в группе пациентов бурятской национальности чаще встречались случаи расстройства личности и более полиморфная психопатологическая картина на момент госпитализации в психиатрический стационар после совершения суицидальной попытки. Важными межгрупповыми различиями в основных клинико-динамических характеристиках имеющихся психических расстройств оказались большая длительность течения и большее количество перенесенных рецидивов психических расстройств у пациентов-бурят по сравнению с пациентами русской национальности. Примечательно, что у пациентов бурятской национальности субъективная оценка уровня своей социальной адаптации была выше, чем у пациентов русской национальности, что, вероятно, связано с влиянием этнокультуральных факторов.

Полученные данные могут быть полезными в процессе разработки алгоритма и оценки объема необходимой медико-социальной помощи для лиц, совершивших суицидальную попытку, и формирования научно обоснованных основных направлений профилактики суицидального поведения с учетом этнокульту-рального фактора.