Особенности доказывания в сокращенной форме дознания: практический аспект

Отечественным законодателем при поиске решения проблемы по оптимизации уголовного процесса на его досудебных стадиях была предпринята попытка дифференциации уголовно-процессуальной формы путем ее упрощения. Так, 4 марта 2013 г. Федеральным законом № 23-ФЗ1 в российское уголовное судопроизводство была введена новая форма предварительного расследования – дознание в сокращенной форме.

Предлагаемый законодателем порядок предварительного производства предоставил в распоряжение практическим сотрудникам правовой инструментарий эффективной защиты потерпевших от преступных посягательств при одновременном снижении объема процессуальных издержек и существенном сокращении времени расследования.

Результаты исследования

Следует отметить, что еще с момента обсуждения законопроекта данный процессуальный институт подвергся острой критике [1, с. 23-28; 2, с. 36-39; 3, с. 47; 4, с. 5-9]. Однако полагаем, что возможность критического осмысления эффективности введенной формы предварительного расследования появилась только сейчас, когда практикой выработан и устоялся механизм применения сокращенного дознания.

Согласно предусмотренному Главой 32.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее – УПК РФ) порядку производство по делу в целях ускорения и упрощения процедуры осуществляется в объеме, достаточном для обоснованного вывода о виновности лица в совершенном преступлении (ч. 1 ст. 226.7 УПК РФ) с учетом обстоятельств, указанных в пунктах 1, 2, 4 части 1 статьи 73 УПК РФ.

С этой же целью дознаватель процессуально не обременяется производством всех возможных следственных действий, ограничиваясь лишь теми, непроведение которых может повлечь невосполнимую утрату следов преступления и/ или иных доказательств (статьей 226.5 УПК РФ).

Прежде всего, это неотложные следственные действия (осмотр, обыск, выемка, изъятие образцов для сравнительного исследования и др.), производство которых продиктовано незамедлительностью закрепления материальных следов преступления.

Кроме того, в целях оптимизации срока процедуры сокращенного дознания, с учетом конкретных обстоятельств уголовного дела дознаватель вправе обосновывать выводы о совершенном лицом преступлении сведениями, содержащимися в материалах проверки сообщения о преступлении и отвечающими требованиям, предъявляемым к доказательствам УПК РФ.

Соответственно, еще в ходе проведения до-следственной проверки в порядке ст. 144, 145 УПК РФ необходимо дать оценку материалу на предмет наличия перспектив проведения расследования в порядке, установленном главой 32.1 УПК РФ. В таком случае процессуальная работа направлена на получение достаточных фактических данных о совершенном преступлении конкретным лицом с целью их дальнейшего использования в качестве доказательств с учетом особенностей доказывания, предусмотренных частью 1.2 статьи 144, статьей 226.5 УПК РФ.

Однако необходимо отметить, что возможность ограниченного формирования доказательственной базы, предоставляемая законом, на практике фактически не реализуется и производство сокращенного дознания осуществляется в полном объеме процессуальных и следственных действий.

Так, приговором Шадринского районного суда Курганской области от 29 мая 2020 года в отношении А., осужденного по обвинению в совершении двух преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 119 УК РФ и ч. 1 ст. 223 УК РФ, предварительное расследование по уголовному делу производилось в сокращенной форме дознания. В ходе судебного заседания суд пришел к выводу, что обвинение, с которым А. согласился, является обоснованным и подтверждается дока- зательствами, собранными по уголовному делу, которые указаны в обвинительном постановлении и исследованы в судебном заседании, среди которых: показания потерпевших «Г», свидетеля «Т»; рапорты оперативного дежурного; протоколы осмотров места происшествия; заключения экспертов об изъятом веществе, ружье, патронах; протокол осмотра изъятых предметов; сведения лицензирующего органа; показания подозреваемого А.; заключение судебно-психиатрической комиссии экспертов. Судом вышеперечисленные доказательства признаны относимыми, допустимыми и достоверными и в своей совокупности достаточными для разрешения данного уголовного дела1.

Другой пример. Старорусским районным судом Новгородской области рассмотрено уголовное дело в отношении И., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст. 264.1 УК РФ. В судебном заседании подсудимый И. свою вину в инкриминируемом ему преступлении признал в полном объеме; подтвердил заявленное в ходе предварительного расследования ходатайство о производстве дознания в сокращенном порядке. Судом в качестве доказательств, изобличающих вину И., были исследованы следующие материалы: рапорт инспектора ИАЗ ОГИБДД об обнаружении признаков преступления; сообщение оперативного дежурного МО МВД России «Старорусский» о поступлении обращения Ф. об управлении И. автомобилем в нетрезвом состоянии; протокол об отстранении от управления транспортным средством; акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения; постановление мирового судьи судебного участка № 22 Старорусского судебного района Новгородской области, согласно которому И. признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст. 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, и ему назначено наказание в виде административного штрафа в размере 30 000 рублей с лишением права управления транспортными средствами сроком на 1 год 7 месяцев; справка ОГИБДД о том, что водительское удостоверение изъято у И. 01.12.2018; протокол осмотра видеозаписи видеорегистратора патрульной автомашины ДПС; протокол осмотра места происшествия с участием свидетеля, согласно которому осмотрен участок автомобильной дороги, где был задержан автомобиль под управлением И.; показаниями допрошенных в качестве свидетелей понятых О. и В., подтвердивших факт освидетельствования И. и отстранения его от управления автомашиной; показания сотрудника полиции, допрошенного в качестве свидетеля; свидетеля Л.; показания подозреваемого И. С учётом изложенного суд не нашел обстоятельств, препятствующих вынесению обвинительного приговора, и на основании ч. 7 ст. 316 УПК РФ и ст. 226.9 УПК РФ вынес в отношении И. обвинительный приговор с назначением наказания в виде обязательных работ по правилам ст. 49 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ)2.

Руководствуясь личным опытом расследования уголовных дел в формате сокращенного дознания, мы можем заключить, что с точки зрения проделанной процессуальной работы дознание проводится в полном объеме, его трудно назвать сокращенным и ограниченным по числу следственных действий. Такой порядок дознания и доказывания существует независимо от географии производства дознания и тяжести совершенного поступка. И этому есть ряд вполне объяснимых причин.

Содержание и направление уголовного преследования в рамках предварительного расследования формируется исключительным мнением надзирающего прокурора .

Возможность должностного лица, в особенности сотрудника подразделения дознания, принимать решения и меры по их реализации по расследуемому уголовному делу без вмешательства каких-либо должностных лиц ограничена положениями п. 4 ч. 1 ст. 37 УПК РФ3, а также Федеральным законом «О прокуратуре Российской Федерации» от 17.01.1992 № 2202-1.

Работа подразделения дознания напрямую корреспондирует с позицией надзирающего прокурора (ст. 37 УПК РФ), ибо в его полномочиях «согласование» постановления о возбуждении уголовного дела (свое несогласие надзирающий прокурор может выразить посредством возможной отмены постановления как незаконного или необоснованного; а также через неутверждение комплекта статистических карточек), продление сроков расследования, избрание меры пресечения, формирование и утверждение обвинения, а также направление расследования уголовного дела. Кроме того, принимаемые решения, алгоритм производства расследования, да и содержательная часть протоколов следственных действий отражают мнение надзирающего прокурора. Таким образом, пределы процессуальной «самостоятельности» дознавателя в плане доказывания определены процессуально-надзорными полномочиями органов прокуратуры.

• 2.    Сложившиеся обычаи и правовые установки :

  • 2.1.    Законодательно заявленное доказательственное равенство между материалами уголовного дела и материалами проверки (ч. 1.2 ст. 144 УПК РФ) практикой воспринимается скептически. Показания, полученные в ходе доследственной проверки, расцениваются как не имеющие юридической силы в рамках возбужденного уголовного дела. Подобной позиции придерживаются и работники следствия, и представители адвокатуры. В-первую очередь это объясняется разницей процессуальных гарантий и налагаемых обязанностей на участников уголовного производства и лиц, участвующих в ходе проверки сообщения о преступлении. Так, свидетелю разъясняются его права и обязанности (ст. 56 УПК РФ), в частности он предупреждается об ответственности за дачу ложных показаний (ст. 307 УК РФ), в то время как лицу, явившемуся очевидцем преступления, при получении объяснения, разъясняются положения ст. 51 Конституции России и ст. 144-145 УПК РФ.

• 2.2.    Исключению любого рода отклонений от «следственного стандарта» в части толкования положений ст. 226.5 УПК РФ способствует и уголовно-правовой принцип субъективного вменения (ст. 5 УК РФ). Согласно данному принципу лицо подлежит уголовной ответственности только за те общественно опасные деяния и наступившие общественно опасные последствия, в отношении которых установлена его вина. Установление виновности лица возможно при условии доказанности совершенного события.

В пользу сложившегося механизма свидетельствуют и положения ст. 76-78 УПК РФ, согласно которым доказательствами признаются сведения, сообщенные лицом на допросе.

С точки зрения правоприменительной практики вина лица считается доказанной совокупностью изобличающих доказательств (ст. 73

УПК РФ). Причем сам процесс доказывания представляет собой устоявшийся, выверенный практикой алгоритм производства процессуальных и следственных действий путем сопоставления частных фактов, корреспондирующих между собой. Его можно назвать следственным стандартом формирования допустимых следственных доказательств, которые оцениваются прокурором и судом. Наверное, господство «следственного стандарта» и обрекло превращение сокращенного дознания в обычное дознание/следствие.

Институт возвращения уголовного дела прокурору, предусмотренный ст. 237 УПК РФ. Предполагается, что прежде чем утвердить выдвигаемое органами предварительного расследования обвинение, прокурор должен оценить полноту и качество проведенного расследования, допустимость собранных доказательств, отсутствие нарушений закона и нарушений при составлении обвинительного заключения (акта, постановления). Подобный порядок не дает права на ошибку и чреват определенного рода «последствиями» в виде возвращения уголовного дела судом. Возвращение уголовного дела по любому из оснований в порядке ст. 237 УПК РФ расценивается как один из самых отрицательных показателей в работе надзирающего органа.

Иногда, несмотря на все усилия прокурора, органа дознания по выполнению стандартов производства предварительного расследования в ходе дознания в сокращенной форме, случаи возвращения уголовного дела судом, в частности, по основаниям, предусмотренным частью 4 статьи 226.9 УПК РФ, существуют.

Так, например, в ходе судебного заседания по уголовному делу по обвинению У.А.Л. в совершении преступления, предусмотренного ст. 264.1 УК РФ, дознание по которому проводилось в сокращенной форме, подсудимый У.А.Л. высказал несогласие с предъявленным ему обвинением, а также заявил ходатайство об отмене сокращенной формы дознания и направлении дела для производства дознания в общем порядке. Защитник заявленное ходатайство подсудимого поддержал. В связи с заявленным ходатайством подсудимого У.А.Л. государственный обвинитель против удовлетворения данного ходатайства не возражал. Суд с учетом заявления сторон принял решение о возвращении уголовного дела в отношении У.А.Л. прокурору для передачи его по подследственности и производства дознания в общем порядке1.

Иной пример. Органом дознания в Калининский районный суд Саратовской области направлено уголовное дело, расследованное в сокращенной форме дознания, по обвинению Д.И.В. в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 314.1 УК РФ. В ходе рассмотрения уголовного дела защитник заявил ходатайство о направлении уголовного дела прокурору для передачи его по подследственности и производства дознания в общем порядке в связи с установлением обстоятельств, препятствующих постановлению законного, обоснованного и справедливого приговора, на основании возникших сомнений о законности привлечения к административной ответственности Д.И.В., то есть обстоятельств, являющихся обязательным признаком состава преступления. Подсудимый Д.И.В. поддержал заявленное защитником ходатайство. Суд, установив наличие возражений против дальнейшего производства по уголовному делу, принял решение о возвращении уголовного дела для производства дознания в общем порядке1.

Чаще всего основаниями для возвращения уголовного дела в порядке части 4 статьи 226.9 УПК РФ является несогласие обвиняемого с предъявленным ему обвинением либо непризнание вины на стадии рассмотрения дела по существу, т.е. субъективные причины, связанные с личностным восприятием лица происходящего, но никак не связанные с формой предварительного расследования и объемом формирования доказательств.

Кроме того, по данным сводной статистической отчетности, судами общей юрисдикции по первой инстанции в первом полугодии 2020 года2 вынесено 503 оправдательных приговора, что со- ставляет около 0,2% от общего числа рассмотренных и принятых в производство уголовных дел. В 60 случаях3 оправдательных приговоров дела расследовались в форме дознания, что составляет примерно 0,03% из находившихся в производстве уголовных дел.

Оценивая эти цифры, мы можем говорить о ничтожности риска неблагоприятного исхода уголовного дела в суде для органа дознания и прокурора. Предпринимаемые ими усилия по поддержанию универсального стандарта производства расследования для всех форм не имеют практического смысла. Его соблюдение все равно не способно предупредить возвращение уголовного дела судом прокурору в редких случаях. Опасаться же вынесения оправдательного приговора оснований.

Обсуждение и заключения

Вышеизложенное позволяет нам сделать вывод, что при сложившихся обычаях правоприменительной практики, системы ведомственных ограничений и перестраховки попытки процессуальной экономии, сокращения процессуального производства малореализуемы.

Поиск формы уголовного преследования по преступлениям небольшой и средней степеней тяжести, совершенным в условиях очевидности, учет особенностей и потребностей «практики» являются не только необходимой, но и неизбежной потребностью современной процессуалистики.

Полагаем, что только реформа предварительного расследования и отказ от следственной технологии формирования доказательств создадут условия для создания настоящего упрощенного (суммарного) производства по очевидным преступлениям (уголовным проступкам).