Отдельные вопросы определения понятия единообразия судебной практики и ее особенностей при толковании и применении судами норм права

Зеленская Л.А. Якимова Т.Ю.

Журнал: Теория и практика общественного развития @teoria-practica

Рубрика: Право

Статья в выпуске: 9, 2026 года.

Бесплатный доступ

Единообразие в толковании норм права состоит в существовании одного подхода (т. е. однозначного мнения, не допускающего других вариантов) к уяснению содержания нормы права, а единообразие применения судами нормы права может быть истолковано, соответственно, как единый стандарт правоприменения, использовать который суды могут только при обнаружении в рассматриваемых делах достаточного количества общих характерных черт, таких, например, как полное совпадение предмета иска, основания, юридической квалификации материальных правоотношений, способа защиты. Выявление обозначенных признаков дел, позволяющих устанавливать их сходство, необходимо в целях определения единообразных подходов к их рассмотрению и разрешению. В содержание понятия «единообразие в толковании и применении судами норм права», выявление нарушения которого служит основанием для отмены в порядке надзора судебных актов, следует включать соблюдение судами предусмотренных в обзорах судебной практики Верховного Суда Российской Федерации разъяснений и указаний в силу их информационной значимости.

суд \ гражданский процесс \ российское процессуальное законодательство \ надзорное производство \ толкование закона \ судебная практика \ единообразие \ законность \ судебное постановление \ судебный прецедент

Короткий адрес: https://sciup.org/149152326

IDS: 149152326   |   УДК: 347.9   |   DOI: 10.24158/tipor.2026.9.21

Certain Issues of Defining the Concept of Uniformity of Judicial Practice and Its Features in the Interpretation and Application of Legal Norms by Courts

Uniformity in the interpretation of legal norms implies the existence of a single approach, i.e. an unequivocal view that precludes alternative variants, to the explanation of a norm content, whereas uniformity in the application of legal norms by courts can be commented thereof as a unified standard of law enforcement that is possibly to be used by courts only when the cases under consideration are revealed with a sufficient number of common characteristics such as a complete identity of the subject matter of claim, grounds, legal qualification of the substantive legal relations, and the protection method. To identify these case features, which establish their similarity, it is essential for determining the uniform approaches to the hearing and resolution. Adherence by courts to the clarifications and directives set forth in the Supreme Court of the Russian Federation’s reviews of judicial practice, given their informational significance, should be included into the concept of “uniformity in the interpretation and application of legal norms by courts”, a breach of which constitutes grounds for setting aside judicial acts via supervisory review.

Текст научной статьи Отдельные вопросы определения понятия единообразия судебной практики и ее особенностей при толковании и применении судами норм права

,

,

,

,

Одним из оснований, в силу которого можно изменить или отменить судебное постановление, пересматриваемое в порядке надзора в соответствии со ст. 391.9 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (ГПК РФ)1, является нарушение единообразия в толковании и применении судами норм права. На современном этапе ввиду отсутствия единого мнения в теории процессуальной науки и правоприменении проблемы понимания единообразия в рассматриваемой сфере становятся первоочередными в научных исследованиях.

Сам факт закрепления указанного нарушения в процессуальном законодательстве, т. е., по сути, придание ему статуса судебной ошибки, поскольку основной целью всех возможных способов проверки – пересмотров, предусмотренных отечественной судебной системой (апелляции, кассаций, надзора) – является именно поиск и устранение судебных ошибок, вызвал неутихающие среди процессуалистов дискуссии по вопросам сущности как непосредственно понятия «единообразие судебной практики», так и сходного с ним – «единство судебной практики», а также ряда взаимосвязанных и объективно существующих проблем. Например, наиболее актуальными и обсуждаемыми в процессуальной науке представляются следующие вопросы: может ли являться источником права (т. е. судебным прецедентом) обозначенное единообразие; каким образом обеспечить единообразие, т. е. какой правовой инструментарий необходимо использовать; где, в каких документах, на каком уровне должны быть закреплены единые подходы, своего рода стандарты единообразия. Одним из практически значимых также представляется вопрос о правовых и процессуальных последствиях выявления неединообразия толкования и применения норм.

В научной литературе для обозначения анализируемого основания используется различная терминология: единство практики и единообразие практики, поэтому объективно возникающий вопрос о соотношении и правильности терминов требует пояснений. Обосновать синонимичность указанных выражений можно именно лексическим толкованием слов «единство» и «единообразие», каждое из которых в одном из имеющихся в словарях значений обозначает сходство, совпадение. При этом в отличие от слова «единство» (основное значение которого указывает на цельность: одно целое либо составные части целого) предпочтительным представляется использование именно термина «единообразие», поскольку под единообразием в первую очередь понимается одинаковость, совпадение, совокупность признаков, которые позволяют выявлять сходство2. Понятия «один» и «одинаковый» явно не одно и то же, поэтому полагаем, что следует использовать именно категорию «единообразие практики», поскольку с точки зрения сущностного значения выражения и в точном соответствии с формулировкой ст. 391.9 ГПК РФ данный подход представляется более правильным.

Следствием отсутствия в законодательстве единого подхода к определению понятия «единообразие судебной практики» выступает наличие в процессуальной науке разнообразных мнений – сущность анализируемого понятия определяется как «правильное применение судами законодательства», «законность судебных актов, основой которой является правильное применение норм материального и процессуального права», «единообразная правовая квалификация аналогичных юридических дел, являющееся следствием единообразного толкования и применения закона» (Пасленов, 2009: 35). Отдельные авторы употребляют эти понятия как абсолютно равнозначные (Князькин, 2015: 160). Очевидно, что законность судебных актов и единообразие – это не всегда одно и то же, поскольку судебные постановления могут быть единообразными с позиций толкования и применения норм, но при этом не соответствовать требованию законности.

Законность представляется общеправовым требованием, куда в качестве структурных элементов включаются требования правильной юридической квалификации материальных правоотношений, правильное толкование нормы права и правильное применение. Все указанные элементы, каждый из которых самостоятелен, находятся во взаимосвязи и взаимозависимости, проявляющейся в том, что, например, неправильное применение нормы может иметь место вследствие ее неверного толкования. При этом только совокупность двух составляющих – неединообразного толкования и неединообразного применения нормы – служит основанием для изменения или отмены пересматриваемого акта в порядке надзора в цивилистических типах процесса.

Единообразие в толковании норм права заключается в существовании одного подхода к уяснению содержания нормы права – однозначного, не допускающего иных вариантов, а единообразие применения судами нормы права – это единый стандарт правоприменения, ответ на вопрос о том, как, каким образом норма должна быть применена в одинаковых (сходных, однородных, в которых выявлено совпадение достаточного количества признаков) делах.

Применительно к рассматриваемым судами делам выявление их общих характерных черт, например полное совпадение предмета иска, основания, юридической квалификации материальных правоотношений, используемого способа защиты и иных признаков, позволяет устанавливать сходство (однородность, одинаковость) дел в целях определения единообразных подходов к их рассмотрению и разрешению.

Учитывая разнообразие выделяемых видов толкования и субъектов, его осуществляющих, полагаем, что дискуссии о единообразии толкования – это рассуждения и поиски ответа на вопрос о том, кто (какие субъекты) вправе устанавливать официальный стандарт сущностного уяснения содержания определенной нормы (т. е. чье мнение о толковании является правильным) и, соответственно, в каких источниках (документах) должно закрепляться единое мнение по вопросам толкования.

Очевидно, что на субъектов, уполномоченных разрабатывать и принимать нормативные правовые акты (таковыми являются соответствующие органы власти – законодательные), т. е. непосредственно выражающих свое видение формулировок правовых норм, должна быть возложена и обязанность толкования. При этом полагаем, что при выработке единого стандарта толкования – определения, по сути, одного подхода к уяснению сущности и содержания сформулированных общеобязательных правил – необходимо учитывать и имеющуюся практику применения норм, поэтому целесообразно в обязательном порядке учитывать и наработанный опыт правоприменения. Исходя из этого, единое мнение о толковании может быть выражено совместно законодателями и представителями судейского сообщества.

Единообразное толкование, в свою очередь, является основой единообразного применения, осуществляемого непосредственно в процессе рассмотрения и разрешения дел судами. Судебный надзор и создание комплекса необходимых условий (к числу таких условий следует однозначно отнести и обязанность по обеспечению единообразного правоприменения) для правомерной деятельности нижестоящих судов – это задачи, поставленные перед всеми судебными инстанциями, которые занимаются пересмотром судебных постановлений. При этом ключевая роль в обеспечении единообразного правоприменения отведена непосредственно высшему судебному органу – Верховному Суду Российской Федерации, поскольку именно он определяет ключевые подходы, стандарты правоприменения.

Высшим судебным органом используются различные средства в процессе выработки единообразных правил правоприменения и доведения до судейского сообщества и широкой общественности. Малочисленность судебных постановлений, выносимых по результатам проверки судебных актов в порядке надзора Президиумом Верховного Суда РФ, не должна вызывать дискуссий по вопросу возможности их использования в качестве единого стандарта правоприменения. Это единое коллективное мнение всего состава Президиума, выработанное как результат процессуальной проверки, одной из приоритетных задач которой является обеспечение единообразия судебной практики. Поэтому полагаем, что не должна подвергаться сомнению возможность признания постановлений Президиума источником, в котором закрепляются единые стандарты правоприменения.

В отношении иных судебных актов Верховного Суда РФ (речь прежде всего идет об итоговых определениях судебных коллегий, выносимых по результатам проверки во второй кассации) полагаем, что мнение судей высшей судебной инстанции должно учитываться нижестоящими судами, но не является единообразным стандартом правоприменения. Учитывая сущность пересмотра; процессуальный порядок (например, в состав суда входят всего три судьи в отличие от состава Президиума); факт, что приоритетной задачей, поставленной в соответствии с основаниями для изменения или отмены судебных актов, в отличие от проверки в порядке надзора является не обеспечение единообразия судебной практики, а исправление существенных судебных ошибок; а также возможность пересмотра этого судебного акта в суде надзорной инстанции (по сути, он не может восприниматься как окончательный), полагаем, что правовая позиция состава суда по конкретному делу, выраженная в определении по результатам пересмотра во второй кассации, не может иметь статус стандарта правоприменения.

Позиция высшего судебного органа по вопросам единообразного правоприменения может формироваться вследствие анализа имеющейся судебной практики, а также выявления причин совершения судебных ошибок и неединообразного применения норм в одинаковых категориях дел. В результате всестороннего анализа рассматриваемых дел нижестоящими судами высшая судебная инстанция вырабатывает единые стандарты правоприменения по отдельным категориям дел либо по проблемам применения норм процессуального права, которые могут быть изложены как в виде обзоров судебной практики, так и в соответствующих постановлениях Пленума Верховного Суда РФ.

Учитывая сказанное, следует констатировать, что функции обеспечения единообразия толкования и единообразия правоприменения могут находиться в компетенции разных субъектов. В любом случае в процессе выработки единых стандартов толкования и стандартов правоприменения должны быть задействованы представители разных ветвей – как законодательной, так и судебной.

Представляется, что вопрос о содержании единообразия в толковании и применении судами норм права является важнейшим для правоприменительной деятельности судов.

В Постановлении Президиума Верховного Суда РФ от 23 марта 2005 г. № 25пв04 дается определение: «под единством судебной практики следует понимать правильное и единообразное применение судами на всей территории Российской Федерации федерального законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел»1. Интересна позиция Верховного Суда РФ, изложенная в данном документе: для Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ нарушением единства судебной практики может считаться вынесение определений, которые противоречат постановлениям Пленума Верховного Суда РФ, содержащим разъяснения по вопросам судебной практики; постановлениям Президиума Верховного Суда РФ, определениям Судебной коллегии по гражданским делам и Кассационной коллегии Верховного Суда РФ по конкретным делам, содержащим толкования норм материального и процессуального права; материалам официально опубликованных Верховным Судом РФ обзоров судебной практики и ответов на возникшие у судов вопросы в применении законодательства2.

Таким образом, данное понятие включает большое количество судебных постановлений и определений. Согласно Постановлению № 25пв04 применительно к правовому регулированию в соответствии с действующей редакцией Федерального конституционного закона от 5 февраля 2014 г. № 3-ФКЗ «О Верховном Суде Российской Федерации»3 (ст. 3, 5, 6, 10), понятие единства судебной практики учитывало бы следующие документы:

  • –    постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации;

  • –    постановления Президиума Верховного Суда Российской Федерации;

  • –    определения судебных коллегий Верховного Суда Российской Федерации, вынесенные в кассационном порядке, т. е. Судебной коллегии по административным делам Верховного Суда РФ, Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ, Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ;

  • –    обзоры судебной практики Верховного Суда Российской Федерации;

  • –    ответы Верховного Суда Российской Федерации на возникшие у судов вопросы в применении законодательства.

Представляется интересным, что с понятием единства судебной практики положения Постановления № 25пв04 связывают не только судебные акты Верховного Суда Российской Федерации, но и обзоры и ответы на вопросы, подготовленные Верховным Судом.

В абз. 8 п. 1 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 3, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 25 ноября 2015 г., Верховный Суд РФ дал следующее обозначение единообразия в толковании и применении норм права: «Под нарушением судебным постановлением единообразия в толковании и применении норм права понимается содержащееся в судебном постановлении такое толкование и применение правовых норм, которое противоречит разъяснениям, содержащимся в постановлении Пленума Верховного Суда РФ, а также в постановлении Президиума Верховного Суда РФ»4. В данном случае Верховный Суд РФ исключил обзоры судебной практики Верховного Суда и ответы на вопросы из содержания единообразия судебной практики, что означает узкое толкование самого понятия единообразия.

Необходимо пояснить, что в ст. 7 «Полномочия Президиума Верховного Суда Российской Федерации» Федеральный конституционный закон от 5 февраля 2014 г. № 3-ФКЗ «О Верховном Суде Российской Федерации»5 не содержит такое полномочие Президиума Верховного Суда, как утверждение обзоров судебной практики. Вместе с тем ст. 3.2 Регламента Верховного Суда РФ, утвержденного постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 7 августа 2014 г. № 2, включает в себя полномочия Президиума Верховного Суда РФ по утверждению обзоров судебной практики: Президиум Верховного Суда «утверждает обзоры законодательства и судебной практики, которые доводятся до сведения судей и работников аппарата Верховного Суда, направляются в кассационные суды общей юрисдикции, кассационный военный суд, апелляционные суды общей юрисдикции, апелляционный военный суд, верховные суды республик, краевые и областные суды, суды городов федерального значения, суды автономной области и автономных округов Российской Федерации, окружные (флотские) военные суды, арбитражные суды округов, арбитражные апелляционные суды, арбитражные суды субъектов Российской Федерации, Суд по интеллектуальным правам, публикуются в ежеквартальных обзорах законодательства и судебной практики Верховного Суда, а также в “Бюллетене Верховного Суда Российской Федерации”»1.

Вместе с тем легальное определение обзоров судебной практики отсутствует. Можно согласиться с высказываемым мнением, что в подобных обзорах проводится анализ и обобщаются правовые позиции, сформированные при рассмотрении и разрешении дел. Признаками обзоров судебной практики Верховного Суда Российский Федерации является их внутриведомственный характер, так как они направлены в первую очередь на применение нижестоящими судами. Необходимо признать, что обзоры судебной практики включают примеры разрешенных дел, анализ судебных ошибок, в них на основе действующего законодательства осуществляется судебное толкование правовых норм (Кононкова, Баданина, 2017: 44).

При отсутствии легального определения ответов Верховного Суда Российской Федерации на возникшие у судов вопросы в применении законодательства представляется, что это вид разъяснений, которые Верховный Суд использует для ответа на вопросы нижестоящих судов при применении законодательства.

Расширенное понятие единства судебной практики, включающее не только определения и постановления Верховного Суда Российской Федерации, но и обзоры и ответы на вопросы, подвергалось критике. Так, по мнению Р.В. Шакирьянова, принятие судами решений, когда не берутся во внимание обзорные справки судебных коллегий, информационные письма, не указывает на то, что выводы, представленные в решении, не соответствуют судебной практике (Шакирья-нов, 2019: 265).

Вместе с тем обоснованной выглядит позиция, в соответствии с которой отличительной чертой обзоров и информационных писем является то, что они более быстро и гибко реагируют на сложившуюся правовую ситуацию по сравнению с постановлениями Пленумов Верховного Суда Российской Федерации. Так, С.И. Князькин отмечает, что «обзоры ВС РФ утверждаются каждый квартал, поэтому возможность наличия в них разъяснений или правовых позиций, утративших свою актуальность, практически исключается» (Князькин, 2015: 165). Можно отметить, что информационные письма Верховного Суда РФ с точки зрения обобщения судебной практики носят меньшее информационное значение, чем обзоры судебной практики.

Представляется, что в содержание единообразия в толковании и применении судами норм права, из-за нарушения которого в соответствии с п. 3 ст. 391 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в п. 3 ст. 341 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (КАС РФ)2, в п. 3 ст. 308.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ)3 необходимо в порядке надзора отменить судебные акты, выносимые нижестоящими судами, следует включать в том числе обзоры судебной практики Верховного Суда РФ из-за их практической и информационной значимости. Тогда под категорией единообразия нужно понимать соответствие выносимых судебных актов:

  • –    постановлениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации;

  • –    постановлениям Президиума Верховного Суда Российской Федерации;

  • –    обзорам судебной практики Верховного Суда Российской Федерации.

Следует признать необходимым скорейшее принятие Верховным Судом РФ постановления «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регулирующих производство в суде надзорной инстанции», а также аналогичных постановлений в арбитражном и административном судопроизводствах, в которых бы закрепилось данное содержание единообразия в толковании и применении судами норм права как одного из оснований для отмены в порядке надзора Верховным Судом РФ судебных актов, выносимых нижестоящими судами.

Вместе с тем для апелляционной и кассационной инстанций нарушение единообразие сегодня не является специально предусмотренным основанием для отмены или изменения судебных постановлений. Хотя в последнее время законодатель делает к этому шаги. Так, в проекте федерального закона № 1264907-8 «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации и признании утратившим силу Федерального закона “Об арбитражных заседателях арбитражных судов субъектов Российской Федерации”» (внесен 18 июня 2026 г. Верховным Судом Российской Федерации) предлагается п. 3 ч. 2 ст. 330 ГПК РФ изложить в следующей редакции: «3) неправильное истолкование закона, в том числе без учета правовой позиции, содержащейся в постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации, Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Президиума Верховного Суда Российской Федерации», а п. 3 ч. 2 ст. 379.7 : «3) неправильное истолкование закона, в том числе без учета правовой позиции, содержащейся в постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации, Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Президиума Верховного Суда Российской Федерации»1.

Таким образом, в ГПК РФ, АПК РФ и КАС РФ предлагается уточнить, что судами апелляционной и кассационной инстанций как неправильное истолкование закона может быть расценено в том числе принятие судебного акта без учета правовых позиций, содержащихся в постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации, Пленума Верховного Суда Российской Федерации2.

В целом следует признать, что значение единообразия судебной практики сложно переоценить. Соблюдение единообразия судебной практики необходимо для повышения авторитета судебной власти и доверия к судебной деятельности.