Память об участниках специальной военной операции в национальных республиках Сибири и Дальнего Востока: синтез традиционной культуры и государственной политики

Ручин А. Л. Память об участниках специальной военной операции в национальных республиках Сибири и Дальнего Востока: синтез традиционной культуры и государственной политики // Вестник Бурятского государственного университета. Гуманитарные исследования Внутренней Азии. 2025. Вып. 2. С. 36–45.

Историческая память традиционно занимает центральное место в процессе формирования национальной идентичности и гражданской солидарности. В условиях продолжающейся специальной военной операции (СВО) мемориали-зация участников боевых действий стала неотъемлемой частью государственной политики и воспроизводства коллективной памяти. Особое значение в этом процессе имеет специфика региональных практик, формирующихся в полиэтничных субъектах Российской Федерации.

Национальные республики Сибири и Дальнего Востока — Бурятия, Тыва, Саха (Якутия) и Алтай — представляют собой макрорегионы, где синтезируются государственные мемориальные инициативы и традиционные формы коллективного почитания. В этих республиках практика увековечения памяти о погибших участниках СВО опирается не только на общероссийские программы, но и на устойчивые локальные культурные коды: религиозные обряды буддизма и шаманизма, элементы национального эпоса, традиционные формы народной памяти. Такой синтез обеспечивает особую модель воспроизводства исторического нарратива, соединяющую федеральные стандарты и локальную специфику.

Актуальность темы исследования обусловлена динамическим развитием мемориальных практик в условиях конфликта, когда процессы увековечения памяти реализуются синхронно. Внимание к сочетанию традиционных культурных механизмов почитания и государственной политики памяти позволяет выявить особенности адаптации федеральных инициатив к этнокультурным реалиям регионов.

Цель исследования — выявление особенностей синтеза традиционной культуры и государственной политики в процессах мемориализации памяти об участниках СВО в национальных республиках Сибири и Дальнего Востока.

Методологической основой исследования выступают сравнительноисторический метод, дискурс-анализ официальных нормативных актов и медиаматериалов, а также элементы контент-анализа практик мемориализации.

Системное изучение процессов мемориализации участников СВО в указанных регионах требует комплексного рассмотрения государственной политики памяти, ее реализации на федеральном и региональном уровнях, а также анализа тех форм взаимодействия, которые возникают между государственными инициативами и традиционными культурами полиэтничных республик. На уровне государственной политики память о погибших участниках СВО институционализируется через правовую базу. Ключевым нормативным актом остается закон Российской Федерации от 14 января 1993 г. № 4292-1 «Об увековечении памяти погибших при защите Отечества», закрепляющий обязанности государства в сфере мемориализации через установку памятников, мемориальных объектов и проведение ритуальных мероприятий1.

В условиях проведения СВО мемориальные практики приобрели новое значение, активизировав комплекс федеральных и ведомственных программ. На основании указов Президента Российской Федерации, решений федеральных ми-нистерств2 и субъектов Федерации разрабатываются и реализуются масштабные проекты по увековечению памяти участников СВО1. Эти программы включают создание мемориальных досок в образовательных организациях, учреждение именных стипендий и премий, посвященных героям СВО2, развитие практики установки памятных знаков, скверов и аллей памяти, а также проведение патриотических акций и образовательных мероприятий.

Особого внимания заслуживает учреждение памятной медали регионального уровня. Так, Республика Бурятия первой среди субъектов РФ инициировала учреждение памятной медали «За участие в специальной военной операции. Благодарная Бурятия», вручение которой стало значимым шагом в формировании региональной модели государственной политики памяти3.

Федеральные усилия по формированию образа участника СВО строятся на риторике преемственности героических традиций Великой Отечественной войны [4, c. 189]. В официальных нарративах подчеркивается продолжение подвига предков, а образы героев актуализируются через ассоциативные связи с исторической памятью о победах прошлого, что усиливается установкой памятников и мемориальных досок, апеллирующих к историческим аналогиям и национальным символам [1].

В регионах с выраженной этнокультурной спецификой процессы мемориа-лизации приобретают особенности, определяемые традиционными формами коллективной памяти. В Республике Бурятия мемориализация участников СВО осуществляется в тесной связи с буддийскими традициями4. Буддийские дацаны активно вовлечены в мемориальные мероприятия: ламы освящают памятники и мемориальные доски, встречают участников с хадаками (традиционные платки в форме узкого прямоугольника как символ уважения и памяти)5. Примером интеграции религиозных обрядов и государственной политики является сооружение субурганов, ступ памяти в местах службы и захоронения бойцов1. В частности, в 55-й отдельной мотострелковой бригаде Восточного военного округа был установлен субурган в честь погибших, освященный ламами из Тувы2. Эти практики иллюстрируют синтез сакрального и официального уровней памяти, что усиливает общественную вовлеченность в процессы мемориализации участников СВО, активно включает элементы буддийской традиции3. Мемориальные мероприятия сопровождаются освящением памятников и доски памяти ламами буддийских дацанов. В селе Субуктуй Кяхтинского района была открыта мемориальная доска в честь Никиты Дашипылова, погибшего в ходе специальной военной опера-ции4. Аналогичное мероприятие прошло в селе Телемба Еравнинского района, где установили доску памяти лейтенанту Батору Галсанову, сержанту Жалсану Бубееву и гвардии младшему сержанту Баясхалану Дугарову5. Эти инициативы сочетают государственную поддержку с местными традициями, включая буддийские обряды освящения памятников и возложения хадаков. Таким образом, государственная мемориализация в Бурятии органично включает религиознокультурные формы, усиливая вовлеченность населения в процессы сохранения исторической памяти.

Республика Тыва демонстрирует иной, но не менее значимый вариант синтеза. В региональных мемориальных практиках значительную роль играют шаманские обряды и элементы тенгрианской культуры. По части религии в Туве существует основное разделение на буддизм, шаманизм и православие. Все верования активно участвуют в поддержке участников спецоперации, проводят обряды для наших бойцов6. Обряды очищения, подношения духам и освящение мест захоронений бойцов соединяют сакральные практики с государственными формами увековечения памяти. В образовательных учреждениях устанавливаются мемориальные доски, а волонтерские организации активно поддерживают семьи по- гибших и участвуют в организации траурных мероприятий1. Примечательно, что в Туве одним из первых среди субъектов РФ при органах местного самоуправления были учреждены специальные комитеты по мемориализации участников СВО, что подчеркивает институциональную поддержку локальных инициатив2.

В селе Сарыг-Сеп прошел урок мужества для учащихся 8-х и 9-х классов, организованный фондом «Защитники Отечества» и российским обществом «Зна-ние»3. Герой России Мерген Донгак провел урок мужества для юнармейцев республики, делясь личным опытом участия в СВО. Эти мероприятия способствуют формированию патриотического сознания среди молодежи, укрепляя преемственность поколений4. Параллельно развивается инициатива установки памятной доски в школах и колледжах, посвященных выпускникам, погибшим в ходе СВО.

В Республике Саха (Якутия) коммеморативные практики строятся на синтезе традиционных якутских обрядов и государственных мемориальных форма-тов5 . Использование национальной символики, сохранение якутского языка в описаниях героических подвигов, создание музейных экспозиций с акцентом на традиционные культурные формы обеспечивают глубокую локализацию федеральных инициатив. Примером одного из переплетений национального фольклора и политики памяти является обоснование народного эпоса «Ньургун Боотур» и героев СВО6.

Показательно, что в Якутске планируется создание комплексного мемориального центра, включающего памятник, музей и архивные коллекции, что свидетельствует о стремлении соединить государственные мемориальные стандарты с региональными культурными кодами7.

Мемориальные мероприятия сопровождаются обрядовыми церемониями с использованием якутских национальных символов и элементов эпоса олонхо. В Якутске действует мемориальный комплекс «Победа», посвященный воинам-якутянам, погибшим в годы Великой Отечественной войны, а также мемориал «Солдат Туймаады», где выгравированы имена призванных на войну якутским городским военкоматом 1 . Эти объекты служат местами проведения памятных мероприятий и уроков мужества. В образовательных учреждениях создаются школьные музеи, посвященные участникам СВО, что позволяет сочетать федеральные образовательные стандарты и местные культурные традиции.

Республика Алтай демонстрирует органичное сочетание государственной политики и национальной традиции. В закон «О памятных датах и праздниках Республики Алтай» включены такие праздники, как «Чагаа-Байрам», «Наурыз», «Масленница», праздник Купальской ночи, «Эл-Ойын». Ежегодно в регионе проводится конкурс национального костюма, организуемый Министерством культуры Республики Алтай, в рамках единого нарратива мемориализация сопровождается обрядами поминовения, возложением алтайских ритуальных лент и молебнами в традициях алтайского шаманизма [5, c. 182]. При проектировании мемориальных комплексов используются символы горной природы и сакральных камней, что придает памятникам локальную культурную окраску2. Торжественные церемонии открытия памятных объектов проходят при участии представителей власти и общественных организаций, что свидетельствует о тесной взаимосвязи между официальной политикой памяти и традиционными формами почитания героев 3 . Мемориальные практики строятся на сочетании государственных инициатив и традиционных обрядов алтайского шаманизма4. В музее имени Анохина открылась фотовыставка, посвященная памяти земляков, погибших на специальной военной операции5. На фасаде лицея № 6 имени И. З. Шуклина в Горно-Алтайске установлены мемориальные доски в память о выпускниках, погибших в ходе СВО1. Церемония не имела колоритного национального окраса, но тем не менее национальные республики укреплялись в единении в общем деле России. Эти инициативы поддерживаются государственными структурами и направлены на укрепление межпоколенческой преемственности, соединяя историческую память с этнокультурной самобытностью региона.

В современных условиях государственная политика памяти о погибших участниках специальной военной операции базируется на нормативных актах, регулирующих вопросы увековечения памяти защитников Отечества и социальной поддержки их семей. Однако правовая основа лишь задает рамки для более широкого процесса — практической реализации задач памяти с активным вовлечением общества [3, c. 5].

Особое значение приобретает не воспроизведение прежних моделей, а развитие принципов исторической политики, заложенных еще в советский период. Тогда единство народов СССР сочеталось с уважением к их культурной самобытности. Сегодня на этой базе формируется обновленная модель мемориальной политики, стремящаяся не только к интеграции, но и к активному участию национальных культур в патриотическом воспитании [2, c. 127].

Целенаправленный синтез этнокультурных традиций с общероссийскими мемориальными инициативами не нивелирует локальные особенности, а выдвигает их на передний план как ресурс общественного сплочения. Показательно, что национальные особенности проявляются не только в культурных практиках, но и в реальных событиях. Так, в ходе СВО связисты из Тувы, используя родной язык, обеспечивали надежность связи, делая ее неуязвимой для перехвата противником. Этот пример показывает, как сохранение национальной культуры и языка становится стратегическим ресурсом государства2.

Встраивание национальных республик Сибири и Дальнего Востока в единое мемориальное пространство России осуществляется через осмысленное включение локальной идентичности в общенациональный нарратив. Этнический колорит, религиозные традиции и памятные практики становятся не маргинальными элементами, а авангардом общественной консолидации. Мемориальная политика, сохраняя ориентиры исторической преемственности, превращает этнокультурное многообразие в важнейший фактор формирования единой памяти о героизме и служении Отечеству [7, c. 53].

Параллельно с интеграцией этнокультурных особенностей развивается государственная институционализация памяти. В образовательных учреждениях национальных республик регулярно проводятся уроки мужества, тематические встречи с ветеранами, организуются выставки и экспозиции, посвященные участникам СВО. Эти мероприятия строятся на изучении конкретных биографий земляков, что усиливает личностную идентификацию школьников с героями. Особую роль играют школьные музеи, где материалы о погибших бойцах соседствуют с экспонатами, отражающими историю народов региона. Такая форма интеграции культурного наследия и современной памяти обеспечивает сохранение этнических особенностей в рамках единого патриотического пространства [6, c. 43].

Региональные средства массовой информации активно освещают мемориальные мероприятия, формируя устойчивый образ участника СВО как защитника Отечества, укорененного в традиционных ценностях своего народа. Репортажи о памятных церемониях, интервью с родственниками погибших, рассказы о судьбах героев способствуют укоренению памяти в общественном сознании и повышению значимости патриотических ценностей в региональных сообществах.

Эти процессы координируются с федеральной политикой памяти, направленной на укрепление единства народов России. Министерство обороны, Министерство культуры и Министерство просвещения Российской Федерации обеспечивают методическую и организационную поддержку памятных мероприятий, способствуя реализации интегративной модели патриотического воспитания1.

Современные мемориальные практики, формируемые в национальных республиках Сибири и Дальнего Востока, демонстрируют стремление соединить традиционные культурные механизмы с официальными государственными инициативами. Синтез этих компонентов не только сохраняет локальную идентичность, но и встраивает ее в общее пространство российской коллективной памяти. Религиозные обряды, элементы национального эпоса, особенности фольклора и памятные ритуалы становятся неотъемлемой частью процессов коммеморации. Участие традиционных институтов в организации памятных мероприятий способствует созданию более глубокого и эмоционально насыщенного образа подвига, актуализируя коллективный опыт регионов. Мемориализация участников специальной военной операции приобретает в этих условиях новое измерение — она ориентирована не только на увековечение героев, но и на укрепление общественной солидарности через культурные коды, хорошо узнаваемые и значимые для местного населения. Отмечается, что встраивание этнокультурных практик в государственную мемориальную политику позволяет не нивелировать локальные особенности, а использовать их как ресурс формирования единой гражданской идентичности. В таком контексте память о современных героях интегрируется в преемственную линию российской истории, где национальные различия становятся не источником разъединения, а основой для взаимного уважения и един- ства. Формирующаяся в национальных республиках модель памяти свидетельствует о возможностях осмысленного синтеза культурных и политических оснований коллективной памяти, создавая предпосылки для устойчивого воспроизводства ценностей служения, гражданской ответственности и исторической преемственности.