Первые радиоуглеродные даты стоянки Замиль-Коба 3 в Крыму

Проблема перехода от мезолита к неолиту в Крыму, как и на многих других территориях, в настоящее время является одной из наиболее дискуссионных. Ключевым моментом для ее решения является установление надежной хронологии этого события, основанной на данных естественнонаучных анализов. До недавнего времени они были единичны, а для большинства памятников позднего мезолита и раннего неолита вообще отсутствовали. В последнее время появились новые материалы, в том числе по хронологии ряда раскопанных стоянок, основанные на сериях радиоуглеродных дат. В настоящий момент нам удалось собрать из различных публикаций ( Бьяджи, Киосак , 2017; Манько ,

1 Исследование выполнено за счет гранта Российского научного фонда № 24-2800236 «Стоянки финального палеолита и мезолита балки Замиль в Крыму» (https://rscf. ru/project/24-28-00236/).

2010; Телегин , 1989; Яневич , 2019; Biagi , 2016; Biagi et al. , 2007) 13 надежных радиоуглеродных дат, полученных из трех памятников позднего мезолита и двух раннего неолита Горного Крыма. Новая серия таких дат из однослойной стоянки финального мезолита Замиль-Коба 3 имеет большое значение для хронологии перехода от мезолита к неолиту в Горном Крыму.

Материалы

Стоянка Замиль-Коба 3 находится на территории Бахчисарайского района в Юго-Западном Крыму (рис. 1). Памятник был открыт Д. А. Крайновым в 1937 г., но он обнаружил только средневековый культурный слой ( Крайнов , 1937). Мезолитический слой был открыт и частично раскопан Бахчисарайским отрядом Института археологии РАН под руководством М. Г. Жилина в 2020 и 2024 гг. ( Жилин и др. , 2020; Жилин , 2024). На памятнике прослежено два культурных слоя. Верхний средневековый слой дал единичные фрагменты керамики VI–XVI вв. Нижний слой финального мезолита относится к мурзаккобинской культуре ( Бибиков и др. , 1994). Каких-либо других материалов каменного века на данном памятнике нет. Это единственная на сегодняшний момент «чистая» однослойная стоянка финального мезолита Горного Крыма.

За два года раскопок на памятнике было вскрыто 15 кв. м и раскопана центральная часть небольшой кратковременной стоянки. Исследовано три небольших очага, располагавшихся рядом и не перекрывавших друг друга. В заполнении очагов и в пределах зольной линзы вокруг них обнаружены кремневые изделия, фрагменты раковин Helix и кости животных. Остеологический

Рис. 1. Расположение стоянки Замиль-Коба 3

материал представлен костями кабана, благородного оленя и мелкого копытного, по всей вероятности, косули.

Основной заготовкой для орудий были пластины правильной огранки, полученные отжимным способом. Среди орудий представлена серия трапеций, в том числе трапеции «алимовского типа», единичные острия, скребки, резцы, пластины и отщепы с ретушью. По результатам трасологического анализа большая часть орудий связана с охотой и первичной обработкой охотничьей добычи. Особенности культурного слоя и инвентаря говорят о том, что мезолитический слой Замиль-Кобы 3 является следами кратковременного охотничьего лагеря.

Методика

В процессе раскопок тщательно собирались все угольки. Угли из очагов паковались отдельно, отбирались острием ножа и сразу клались в чистый пластиковый пакет или пробирку. Угли из культурного слоя вне очагов отбирались и паковались поквадратно. Также поквадратно паковались угли, полученные при промывке культурного слоя. Дальнейшая обработка образцов проводилась в лаборатории. Сначала определялась порода древесины, после чего проводился радиоуглеродный анализ отобранных образцов. Для радиоуглеродного анализа представлены образцы углей из очагов 1 и 2.

Для определения породы древесины было передано 14 образцов углей из мезолитического слоя из раскопа 2024 г. (табл. 1). Образцы представляли собой механическую смесь песка преимущественно карбонат-кальциевого состава и фрагментов углей размерностью до 4 мм.

Таблица 1. Список образцов угля на определение породы дерева из мезолитического слоя стоянки Замиль-Коба 3

Образец №	Объект, квадрат, глубина
1	Очаг № 1, квадрат 12, гл. -103/-110 см
2	Очаг № 1, квадрат 12, гл. -103/-104 см
3	Очаг № 2, квадрат 11, гл. -101/-108 см
4	Очаг № 2, квадрат 11, гл. -101/-108 см
5	Очаг № 3, квадрат 11, гл. -101/-108 см
6	Квадрат 10, гл. -86/-106 см
7	Квадрат 11, гл. -85/-106 см
8	Квадрат 12, гл. -89/-110 см
9	Очаг № 2, квадрат 11, промывка
10	Очаг № 3, квадрат 11, промывка
11	Квадрат 10, промывка
12	Квадрат 11, промывка
13	Квадрат 12, промывка
14	Квадрат 13, промывка

При помощи бинокулярного микроскопа из образцов были отобраны фрагменты углей размером до 1 мм. В процессе отбора выяснилось, что часть углей замещена мелкодисперсным материалом карбонатного состава. Структура углей определялась при помощи рентгеновского нанотомографа Skyscan-2011 (Bruker). Применялись следующие параметры сканирования: U, источника = кВ; I, источника = 180 мкА. Разрешение = 1 мкм. Усреднение по 4 кадрам. Шаг сканирования 0,3°. Применялось 180-градусное сканирование. Для сравнения и подтверждения результатов, в аналогичных условиях съемки, были отсканированы образцы древесины граба и дуба. Определение углей проводилось по информационной системе, созданной на базе коллекций кафедры морфологии и систематики высших растений биологического факультета Московского государственного университета .

Радиоуглеродный радиометрический (сцинтилляционный) анализ проводился в лаборатории изотопных исследований ЦКП «Геоэкология» на базе Российского государственного педагогического университета им. А. И. Герцена с использованием традиционных методик пробоподготовки (Кулькова, 2011). Лаборатория участвовала в процедуре межлабораторного сравнения результатов радиоуглеродного анализа – Glasgow International Radiocarbon Inter-comparison (GIRI)), проводимого университетом г. Глазго (Шотландия), Школой математики и статистики в 2013 и 2018 гг. Лаборатория включена в список радиоуглеродных международных лабораторий .

Пробоподготовка образцов включала предварительную химическую про-боподготовку (метод ABA – acid-base-acid protocol): обработка 3 %-ной соляной кислотой (HCl) для удаления древних карбонатных загрязнений, затем 1 %-ной щелочью (NaOH) для удаления молодых гумусовых остатков, снова соляной кислотой. После высушивания с помощью процесса карбидизации образца в вертикальной печи в вакууме при температуре 750 °C был получен карбид лития. Бензол синтезировался при разложении карбида лития, образуя ацетилен, который затем полимеризировался с образованием бензола на хромовом катализаторе. Полученные образцы бензола были заправлены сцинтиллирующими добавками (POPOP и POP) для получения счетного вещества, впоследствии использовавшегося для измерений и определения возраста. Активность радиоуглерода в бензоле была измерена с помощью низкофонового жидкостного сцинтилляционного счетчика Quantulus 1220 ( Schönhofer , 1999; Schafer, Schafer , 2002). В качестве стандартного образца в сцинтилляционном методе используется принятый Национальным институтом стандартов и технологий Мэриленда (США, NIST) образец щавелевой кислоты Oxalic Acid I (C ₂ H ₂ O ₄ ). 95 % активности щавелевой кислоты 1950 г. приравнивается к измеренной активности абсолютного радиоуглеродного стандарта из древесины 1890 г. Стандарт щавелевой кислоты был изготовлен из урожая сахарной свеклы 1955 г. Изотопное соотношение НО : I = 19,3 ‰ по отношению к PBD-стандарту белемнита ( Stuiver, Polach , 1977; Hua et al. , 1999). В российских радиометрических лабораториях используется скорректированный бензольный стандарт, активность которого в 5,01 раза выше активности международного стандарта. Российский стандарт был разработан в радиоуглеродной лаборатории Геологического института АН СССР (Москва) в 1960-х гг.

Коррекция на содержание стабильных изотопов в образцах наземной растительности δ ¹³ С = 25‰.

Обработка полученных результатов датирования и калибровка дат была проведена методом Байесовой статистики с использованием программы OxCal 4.4. ( Bronk Ramsey , 2017) и атмосферной кривой IntCal 20 ( Reimer et al. , 2020).

Результаты

Томографическое сканирование показало, что анализируемые угли можно разделить на несколько групп по породам древесины и сохранности анатомической структуры (табл. 2). Наилучшей сохранностью структуры древесины обладает образец № 2, который представлен фрагментом древесного угля размерами 0,8 × 0,8 × 1,0 мм (табл. 2; рис. 2: 1 ). На поперечном срезе выявлены просветы сосудов (единичные и короткие радиальные цепочки) диаметром до 55 мкм, собранные в двух лентах, разделенных полосой с многочисленными радиальными лучами (рис. 2: 1, б ). На тангенциальном срезе видно, что многочисленные лучи однорядные и однорядные, переходящие в двурядные, высотой до 40 клеток (рис. 2: 1, в ). На представленном радиальном срезе показано, что лучи гомогенные, состоящие из лежащих клеток, или слабо гетерогенные с 1 рядом краевых квадратных клеток (рис. 2: 1, а ). Перфорация простая. Вероятнее всего, образец 2 принадлежит роду Carpinus (граб). К хорошо сохранившимся образцам также можно отнести образцы № 10 и 12. В образцах № 6, 11 и 14 наблюдается разрушение стенок между клетками сосудов при хорошей сохранности остальных элементов анатомии, а в образцах № 7, 8 и 13 – деформация клеток сосудов. Просветы выглядят не округлыми, а округло-приплюснутыми. В целом, все указанные образцы достаточно хорошо идентифицируются как граб (табл. 2).

Таблица 2. Результаты определения породы дерева образцов углей методом микротомографии

№ образца	Порода дерева	Размеры (мм)	Примечания
1	Дуб	0,4 × 0,4 × 0,4	Структура образца сильно искажена, частично петрофицирован
2	Граб	0,8 × 0,8 × 1,0
3	Дуб	0,8 × 0,8 × 1,2	Структура образца сильно искажена, частично петрофицирован
4	Дуб	0,6 × 0,6 × 1,3	Сохранилась часть многорядного радиального луча
5	Дуб	0,45 × 0,5 × 1,0	Фрагмент угля сломан по крупным сосудам
6	Граб	0,9 × 0,9 × 1,0	Разрушены стенки сосудов
7	Граб	0,8 × 0,7 × 0,9	Деформация стенок сосудов
8	Граб	0,7 × 0,6 × 0,9	Деформация
9	Дуб	1,0 × 0,7 × 1,3	Образец петрофицирован, значительная часть структуры не различима, идентификация по сосудам

Окончание табл. 2

№ образца	Порода дерева	Размеры (мм)	Примечания
10	Граб	0,9 × 0,8 × 1,0
11	Граб	0,85 × 0,7 × 0,9	Разрушены стенки сосудов
12	Граб	0,53 × 0,48 × 0,7
13	Граб	0,7 × 0,6 × 1,0	Деформация стенок сосудов
14	Граб	0,8 × 0,7 × 1,0	Стенки клеток между сосудами сильно разрушены

Для второй группы наиболее характерен образец № 5. В данном образце был исследован фрагмент угля размерами 0,45 × 0,5 × 1,0 мм (табл. 2; рис. 2: 2 ). На поперечном срезе наблюдаются небольшие сосуды диаметром до 30–40 мкм и части стенок крупных (порядка 100–140 мкм) сосудов (на боковой поверхности образца) (рис. 2: 2, б ). На тангенциальном срезе видны однорядные лучи высотой до 20 клеток (рис. 2: 2, в ). Лучи преимущественно гомогенные, состоящие из лежачих клеток. Кроме того, в объеме образца обнаружено большое количество клеток тяжевой паренхимы, замещенных минеральным веществом. Скорее всего, дерево принадлежало к роду Quercus (дуб). К дубовым углям также относятся: неплохо сохранившийся образец № 4 (где, несмотря на отсутствие сосудов, четко выделяется часть широкого многорядного луча и большое количество невысоких однорядных лучей) и сильно разрушенные и частично петрофицированные образцы № 1 и 3, в которых на поперечных срезах можно выделить просветы сосудов, образующих характерный для дуба рисунок «языки пламени» и фрагменты однорядных невысоких радиальных лучей. Кроме того, выделяется сильно петрофицированный образец № 9, в котором сохранились только сосуды, демонстрирующие на поперечном срезе рисунок «языков пламени».

Таким образом, в ходе проведенного исследования выявлено, что, несмотря на разную сохранность, угли из предоставленных образцов относятся к древесине либо граба, либо дуба (табл. 2). Стоит отметить, что в среднем образцы дуба оказываются худшей сохранности, чем граб. Это объясняется общей петрофикацией и замещением углей минеральным веществом по сосудам. В образцах углей граба часто наблюдаются включения повышенной плотности (белые области на томограммах), которые являются, по всей видимости, прижизненными включениями минеральных веществ в клетках радиальной и осевой паренхимы. Так же подобные образования зафиксированы в образце угля дуба № 5.

В результате радиоуглеродного анализа получено две даты (табл. 3; рис. 3). Первая дата – SPb-4386: 6964 ± 70 ВР (5986–5724 CalBC) – сделана по углям граба и дуба из очага 1 (рис. 3: 1 ). Вторая дата – SPb-4389: 6915 ± 70 BP (5979– 5666 CalBC) – получена по образцам дуба из очага 2 (рис. 3: 2 ).

Рис. 2. Внутреннее строение образцов угля по данным микротомографического сканирования

1 – образец № 2, Carpinus (граб); 2 – образец № 5, Quercus (дуб)

Условные обозначения: взаимоперпендикулярные срезы: а – радиальный; б – поперечный; в – тангенциальный; г – 3-D-реконструкция внутреннего строения

Таблица 3. Радиоуглеродные даты стоянок Горного Крыма позднего мезолита и раннего неолита

№ п/п	Слой	Квадрат, объект	Материал	Лабор. №	Возраст BP	Возраст СalBC (2 σ)	Источник
	Шан-Коба, мезолит, мурзаккобинская культура
1	3, гор. 1	19/в	Зуб кабана	KIA-9573	7915 ± 45	6962–6714	Biagi , 2016; Бьяджи, Киосак , 2017; Яневич , 2019
2	3, гор. 2	18/в, гл. 80–90	Кость	GrA-50241	7775 ± 45	6644–6542	Там же
3	3, гор. 2	18/д	Зуб кабана	KIA-9572	7760 ± 52	6637–6525	Там же
4	2	14/а	Зуб благородного оленя	KIA-9574	6954 ± 46	5893–5781	Там же
	Кукрек, мезолит, мурзаккобинская культура
5	Верхний		Уголь	Bln-1799-1	7320 ± 65	6182–6048	Манько , 2010. Табл. 3
6	Верхний		Уголь	Bln-1799-2	7285 ± 70	6170–6042	Там же
	Замиль-Коба 3, мезолит, мурзаккобинская культура
7	Мезолит	12, очаг 1	Уголь: граб и дуб	SPb-4386	6964 ± 70	5986–5724	Публикуется впервые
8	Мезолит	11, очаг 2	Уголь, дуб	SPb-4389	6915 ± 70	5979–5666	Публикуется впервые
	Шан-Коба, неолит, таш-аирская культура
9	1а	15/6	Зуб благородного оленя	KIA-9575	6944 ± 44	5880–5774	Biagi , 2016; Бьяджи, Киосак , 2017; Яневич , 2019
10	1а	?	Зуб кабана	KIA-9576	6301 ± 36	5314–5240	Там же
	Буран-Кая IV, неолит, таш-аирская культура
11	2		Уголь, дуб	SacA-24017	6955 ± 40	5887–5785	Salavert et al. , 2015; Яневич , 2019
12	2		Уголь, дуб	SacA-24018	6610 ± 35	5602–5522	Там же
13	1		Уголь, дуб	SacA-24016	6360 ± 35	5397–5319	Там же

Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования «Российский государственный педагогический университет им. А.И. Герцена» Факультет географии

Кафедра геологии и геоэкологии,

ЦКП «Геоэкология», Лаборатория изотопных исследований

191186, С.Петербург, наб. р. Мойки, 48, тел./факс: +7(812)314-47-96

SPb_4386 Обр 1, бахч.р-н, Замиль-Коба 3, культ.сл.П, кВ 12, очаг 1, -103/-110, уголь + Обр

2, Замиль-Коба 3, кс II, сл 5, очаг 1, гл -103/-104 от репера (уголь)

6964±70 BP (2s 5986-5724 calBC)

SPb_4389 Обр З+обр.4, бахч.р-н, Замиль-Коба 3, культ.сл.П, очаг 2 (уголь) 6915+70 ВР (2п 5979-5666 calBC)

Calibrated date (calBC)

Рис. 3. Радиоуглеродные даты очагов стоянки Замиль-Коба 3

1 - очаг № 1; 2 - очаг № 2

Обсуждение результатов

Хронология перехода от мезолита к неолиту в Крыму, как и критерии выделения неолита, остаются во многом дискуссионными. С. Н. Бибиков еще в 1940 г. в качестве двух наиболее ярких археологических признаков неолита назвал появление керамики и трапеций «со стесанной спинкой» ( Бибиков , 1940). В последующих работах более употребительным стал термин «трапеции со струганой спинкой». Этой же точки зрения придерживались А. А. Формозов, Д. А. Крайнов, А. Д. Столяр, Д. Я. Телегин, С. Н. Бибиков, В. Н. Станко и В. Ю. Коэн ( Формозов , 1954; 1962; Крайнов , 1960; Столяр , 1961; Телегин , 1977; 1989; Бибиков и др. , 1994). Мы также считаем, что к неолиту следует относить памятники с керамикой и трапециями «со струганой спинкой». Стоянки «алимовского типа» ( Бибиков и др. , 1994), в инвентаре которых присутствуют сегменты и трапеции, обработанные пологой дорсальной ретушью, но еще нет керамики и трапеций «со струганой спинкой», мы относим вслед за указанными исследователями к финальному мезолиту ( Жилин, Руев , 2023; Жилин и др. , 2024; 2025).

Радиоуглеродные даты, полученные для двух соседних очагов стоянки За-миль-Коба 3, близки друг другу и позволяют датировать время функционирования этого кратковременного лагеря началом VI тыс. до н. э. Памятников и слоев этого времени, имеющих достоверные естественнонаучные даты, в Крыму крайне мало (табл. 3; рис. 4). Из слоя 2 стоянки Шан-Коба, где встречен инвентарь позднего этапа мурзаккобинской культуры ( Бибиков и др ., 1994), по зубу кабана получена дата KIA–9574: 6954 ± 46 ВР (5893–5781 CalBC) ( Biagi , 2016; Бьяджи, Киосак , 2017; Яневич , 2019). Эта дата укладывается в интервал дат стоянки За-миль-Коба 3. Даты подстилающего слоя 3 стоянки Шан-Коба древнее (табл. 3; рис. 4), что соответствует стратиграфии памятника. Две даты верхнего слоя стоянки Кукрек, относящегося к мурзаккобинской культуре – Bln-1799-1: 7320 ± 65 ВР (6182–6048 CalBC) и Bln–1799-2: 7285 ± 70 ВР (6170–6042 CalBC) ( Телегин , 1985; 1989; Манько , 2010; Яневич , 2019), занимают промежуточное положение между датами слоев 3 и 2 стоянки Шан-Коба. Они примерно на 200–300 лет древнее дат стоянки Замиль-Коба 3 (рис. 4). Примечательно, что в верхнем слое стоянки Ку-крек найдено две трапеции «алимовского типа» наряду с типичной мурзаккобин-ской трапецией ( Жилин, Руев , 2023). Ни в одном из перечисленных памятников финального мезолита не встречено керамики и трапеций «со струганой спинкой», являющихся наиболее яркими нововведениями неолита.

Для слоев раннего неолита двух многослойных стоянок Горного Крыма в настоящий момент опубликовано три даты. По зубу благородного оленя из слоя 1а стоянки Шан-Коба получена дата KIA-9575: 6944 ± 44 ВР (5880–5724 CalBC) ( Biagi , 2016; Бьяджи, Киосак , 2017; Яневич , 2019). По углю дуба из слоя 2 стоянки Буран-Кая IV получены даты: SacA-24017: 6955 ± 40 ВР (5887–5785 CalBC) и SacA-2418: 6610 ± 35 ВР (5602–5522 CalBC) ( Salavert et al ., 2015; Яневич , 2019). В этих слоях уже встречены серии трапеций «со струганой спинкой» и керамика ( Бибиков , 1940; Salavert et al. , 2015). Ещe две даты из этих памятников относятся к более позднему времени (табл. 3; рис. 4). При этом дата KIA–9576: 6301 ± 36 ВР (5314–5240 CalBC) получена из того же слоя 1а стоянки Шан-Коба, что и более древняя дата KIA–9575: 6944 ± 44 ВР ( Бьяджи, Киосак , 2017).

Шан-Коба Кукрек Замиль- Шан- Буран-Кая IV

Коба 3 Коба

Рис. 4. Распределение радиоуглеродных некалиброванных дат стоянок позднего мезолита – раннего неолита Горного Крыма

На этом памятнике ранний неолит от позднего стратиграфически не отделяется ( Бибиков и др. , 1994). На стоянке Буран-Кая IV дата SacA-24016: 6360 ± 35 ВР (5397–5319 CalBC) получена по углю дуба из слоя 1, перекрывающего слой 2, что соответствует стратиграфии памятника ( Salavert et al. , 2015; Яневич , 2019).

Графики распределения рассмотренных радиоуглеродных дат (рис. 4; 5) показывают, что даты финального мезолита и раннего неолита Горного Крыма с учетом доверительного интервала практически синхронны. Это говорит об отсутствии какого-либо перерыва и плавном переходе от мезолита к неолиту в Горном Крыму. Имеющиеся немногочисленные надежные радиоуглеродные даты позволяют датировать переход от мезолита к неолиту в Горном Крыму около 7000 радиоуглеродных л. н. (около 8000 календарных л. н.), или началом VI тыс. до н. э.

Это время соответствует раннему атлантическому периоду голоцена. Климат этого времени в Горном Крыму был теплым и влажным. В ландшафте господствовали широколиственные леса ( Cordova , 2015; Cordova et al. , 2011). По последним данным ( Marret et al. , 2019), переход к теплому и влажному климатическому эпизоду в регионе Северного Причерноморья датируется около 5900 календарных лет до н. э. (~ 7,9 cal. ka BP). Именно в это время начинают распространяться термофильные широколиственные леса с преобладанием граба (Carpinus), бука (Fagus), лещины (Corylus). Среди фаунистических остатков в слоях позднего мезолита многослойных памятников Горного Крыма преобладают кости кабана, благородного оленя и косули ( Бибиков и др. , 1994;

OxC	-al V4.4.4 Bronk Ram	>ev <2020: г5 Atmos	ihenc data from Re '	o' el si <20201
	SacA24016 SacA24018 SacA24017	(6360,35) (6610,35) (6955,40)				а	1
E	уран-Кая IV	, неолит, Tat	j-аирская ку	льтура			L Аж	__________✓
	KIA-9576 (6! KIA-9575 (6<	101,36) 144,44)
L	1ан-Коба. hi	олит, таш-а	орская куль	ура				__________Z
/	SPb_4389 (f SPb_4386 (f	915,70) 964,70)				аЖ._		\
5	амиль-Коба	3, мурзакко	эинская кул	>тура
z-	Bln-1799-2 ( Bln-1799-1 (	Г285.70) ^320,65)			. да - д			\
к	укрек,мурза	ккобинская	ультура
	KIA-9574 (6! KIA-9572 (7' GrA-50241 ( KIA-9573 (7<	154,46) 60,52) ^775,45) И 5,45)	__J	HurtS^b"—				к
и	1ан-Коба,му	эзаккобинск
8500      8000      7500      7000      6500      6000      5500      5000

Calibrated date (calBC)

Рис. 5. Распределение календарных (калиброванных) дат стоянок позднего мезолита – раннего неолита Горного Крыма

Крайнов , 1938; 1960; Столяр , 1961), что полностью соответствует ландшафтам в окрестностях стоянок. Это в полной мере относится к однослойной стоянке Замиль-Коба 3, где представлены кости кабана, благородного оленя и косули, а топливом для очагов служили граб и дуб.

Эти же звери были основной охотничьей добычей и в слоях раннего неолита Горного Крыма. В слоях VI многослойных стоянок Таш-Аир 1 и Замиль-Коба 2, где впервые отмечены наиболее архаичная керамика и трапеции со струганой спинкой, появляются кости крупного рогатого скота ( Дмитриева , 1960; Крайнов , 1960). На этом переход от мезолита к неолиту в Горном Крыму завершается.

Заключение

Проведенное исследование углей из двух очагов стоянки финального мезолита Горного Крыма Замиль-Коба 3, включающее антракологический и радиоуглеродный анализы, позволило определить породы древесины и получить даты этих очагов. В качестве топлива у обитателей этой стоянки использовались граб и дуб. Радиоуглеродные даты очагов стоянки Замиль-Коба 3 близки друг другу и позволяют определить время ее функционирования в интервале 6964 ± 70 – 6915 ± 70 ВР (5990–5700 CalBC). Это находится в полном соответствии с господством широколиственных лесов в Горном Крыму в раннем атлантическом периоде голоцена. Сопоставление имеющихся надежных дат из памятников позднего мезолита – неолита Горного Крыма позволяет датировать переход от мезолита к неолиту в Горном Крыму около 7000 радиоуглеродных л. н. (около 8000 календарных л. н.), или началом VI тыс. до н. э. Имеющиеся немногочисленные даты финального мезолита и раннего неолита Горного Крыма, с учетом доверительного интервала, практически синхронны. Это говорит об отсутствии какого-либо перерыва и плавном переходе от мезолита к неолиту в Горном Крыму. Дальнейшие исследования позволят дополнить и уточнить имеющиеся данные для изучения этой важной проблемы.