Планы генерал-фельдцейхмейстера Петра Ивановича Шувалова по преобразованию системы подготовки артиллерийских кадров в начале второй половины XVIII столетия

Plans of Field Marshal Pyotr Ivanovich Shuvalov to transform the artillery training system at the beginning of the second half of the

XVIII century

Отечественная историография, посвящённая подготовке артиллерийских кадров в учебных заведениях России в XVIII в., довольно обширна и разнообразна. Ряд значимых и актуальных работ по данной проблематике был опубликован в дореволюционный период. Многие из них отличаются довольно подробным освещением процесса зарождения и развития системы подготовки отечественных артиллерийских и инженерных кадров. Среди таких работ в первую очередь следует отметить работы Н.Н Мельницкого1, Н.Л. Ломана2, М.С. Лалаева3 Н.П. Жервэ и В.Н.Строева4 и ряд других5. В советский период были опубликованы труды Л.Г. Бескровного6, А.П. Барбасова7, М.Т. Держицкого и М.В.Ерошенко8, В.В. Гаври-щука9 и другие. В современный период были изданы исследования таких авторов как Ю.А. Галушко и А.А.Колесникова10, В.М. Крыло-ва11. Многие работы, затрагивающие различные аспекты заявленной темы были нами опубликованы ранее12.

Если кратко рассмотреть историю подготовки артиллерийских кадров в конце первой – начале второй половины XVIII в., то она в основном велась в Санкт-Петербургской и Московской артиллерийских школах. Санкт-Петербургская артиллерийская школа, состоящая из 2-х отделений – «чертёжного» и «арифметических и других наук». Соответственно, 1-е отделение в своём составе включало 3 класса: арифметический, геометрический и артиллерийский. Что касается 2-го отделения, то там велось обучение русскому языку, арифметике и артиллерии. 1-е отделение было рассчитано на 30 мест для детей дворянского происхождения, а 2-е отделение было рассчитано на 60 мест, на которые принимались дети рядовых артиллеристов и солдат. Из 1-го отделения выпускались унтер-офицеры, которые после службы в войсках производились в офицеры, а из 2-го отделения мастера для арсеналов, лабораторий и заводов и бомбардиры. Артиллерийская школа размешалась на Пушечном дворе (Литейном дворе)13 (он находился на левом берегу р. Невы, где в настоящее время находится въезд на современный Литейный мост – В.Б.). Преподавание всех дисциплин в школе осуществлялось примитивно, и по таким предметам как артиллерия в основном сводилось к изучению материальной части и лабораторного дела путем заучивания названий отдельных частей артиллерийских орудий. Стрельбе из орудий обучались только ученики 1-го отделения и то не систематически. Понятно, что такое обучение не давало положительных результатов14.

В начале 1740-х гг., начальником школы назначается талантливый артиллерист подпоручик М.Г. Мартынов – бывший воспитанник этой же школы15, проделавший в ней большую работу по налаживанию учебного процесса. С этого времени в школе повысился уровень преподавания как общеобразовательных дисциплин, так и артиллерийского дела. Большое внимание в школе стали уделять не только теоретической, но и практической подготовке артиллеристов. В целях поднятия общеобразовательной подготовки будущих офицеров учеников школы направляли в Академию наук для слушания лекций, читаемых Ломоносовым, Эйлером, Крафтом и другими учеными16. М.Г. Мартынов добился вывоза школы в летний лагерь, где все ученики стали заниматься практической стрельбой в цель. Во время стрельб велся журнал, в котором записывалось: кто стрелял, время суток и состояние погоды, дальность стрельбы, вес порохового заряда и угол возвышения ствола орудия. Для практических стрельб на Выборгской стороне, в 1750 г. был оборудован специальный учебный артиллерийский полигон, где обучались ученики Петербургских артиллерийской и инженерной школ. Артиллерийская школа в этот период была хорошо обеспечена подготовленными учителями.

Московская артиллерийская школа, образованная в 1701 г., после реорганизации ее структуры во второй четверти XVIII в., до 1749 г. готовила мастеров, бомбардиров и канониров. В 1749 г. в ней было организовано 1-е отделение, предназначенное для обучения 30 дворянских детей. Школа во главе с И.А. Вельяшевым-Волынцевым, ставшим в последующем известным педагогом и учёным, функционировала вплоть до 1759 г., когда она была объединена с Петербургской артиллерийской школой.

С момента смерти в 1748 г. предыдущего генерал-фельдцейх-мейстера В.А. Репнина и до назначения в мае 1756 г. генерал-фельд-цейхмейстером и главным начальником инженерного корпуса графа Петра Ивановича Шувалова17 на эту должность никто не назначался. Поэтому, в так называемый период «межфельдцейхмейстерства» с 1748 по 1756 гг., в артиллерийском и инженерном корпусах накопилось достаточно много проблем, негативно влиявших на их боеспособность и боеготовность. Действительно, состояние обоих вверенных П.И. Шувалову ведомств было весьма плачевно. Об этом же после своего назначения главным начальником русской артиллерии и инженерного корпуса говорил и сам Шувалов отмечая, что «…он «врученный ему пост в сожалительном состоянии нашел»18, а «... многое число офицеров в артиллерийском и инженерном корпусе без знания артиллерийской и инженерной науки служили»19. Более того, Пётр Иванович считал, что «…артиллерия и инженерный корпуса, на науке будучи основаны, должны снабжены быть весьма на-учеными офицерами, а между тем из артиллерийских и инженерной школ людей, просвещённых в науках и искусных в ремеслах получить нельзя»20.

Проекты Петра Ивановича Шувалова по реформированию существовавшей в то время системы военно-специального образования

П.И. Шувалов со всей очевидностью осознавал тот факт, что военное дело с успешным развитием вооружения и дальнейшего развития способов боевого применения артиллерии существенно усложнилось, что, в свою очередь, требовало наличия в войсках более подготовленных офицеров, обладавших широким кругозором и глубокими военными знаниями. Поэтому Пётр Иванович ещё до своего назначения генерал-фельдцейхмейстером предложил Сенату в 1754 г. проект (трактат) названный «О военной науке», который предусматривал учреждение в России высшего военного училища (Военной академии) «для обучения офицеров военному искус-ству»21. П.И. Шувалов объяснял необходимость качественной подготовки офицерского состава для русской армии тем, что это способствовало бы успехам в достижении победы над противником при ведении боевых действий22. Именно с этой он и предложил проект учреждения военного училища для военных наук. Заметим, что упомянутый выше трактат П.И. Шувалова включал не только общие рассуждения о пользе и целесообразности просвещения в военном деле, но и содержал целый раздел «Военная наука о полевой службе, которую и юношество основательно учить может»23 включавший в себя 160 пунктов, в которых излагались конкретные инструкции и рекомендации тем или иным должностным лицам армии как им поступать в тех или иных ситуациях. В частности, п. 23 «военной науки…» содержал инструкции «Как надлежит маршировать артил-лерии»24, а п.133 описывал ситуацию «Как надлежит генералу поступать с шпионами»25, а в п. 150 говорилось о том, что «Надлежит всякому офицеру знать все свойства всех наций»26.

В училище должно было обучаться 100 армейских и артиллерийских офицеров. Продолжительность обучения в училище устанавливалась 2 года. По плану Шувалова в училище должны были изучать вопросы, относящиеся к области стратегии и тактики. Для преподавания рекомендовалось привлечь военных профессоров, которые должны были читать лекции, принимать к защите диссертации и экзаменовать слушателей. В числе профессоров полагалось иметь 6 офицеров (2 полковника, 2 подполковника, 2 майора) и 2 гражданских профессора27.

Однако осуществлению этого вполне назревшего проекта помешала вскоре начавшаяся Семилетняя война (1756-1763 гг.).

Как отмечено выше, в 1756 г. граф П.И. Шувалов был назначен генерал-фельдцейхмейстером. Одной из первых проблем, которую предстояло разрешить графу Шувалову, было улучшение, а вслед за тем и существенное преобразование артиллерийской и инженерной школы. После изучения положения дел в области подготовки артиллерийских и инженерных кадров, П.И. Шувалов пришел к выводу, что тот уровень подготовки их в существовавших на тот момент школах не могла в полной мере удовлетворять возрастающие потребности артиллерии в хорошо подготовленных в тактическом и теоретическом плане офицерах. Можно привести несколько причин, повлиявших на такое положение дел в этой области. Во-первых, в школах отсутствовала единая учебная программа. Во-вторых, остро ощущалась нехватка в школах хорошо подготовленных и грамотных преподавателей. В-третьих, размеры выделяемых на содержание школ финансовых средств были слишком незначительными, и в следствие этого школы не обладали хорошей материальной и учебной базой. Об этом же П.И. Шувалов прямо пишет в своём всеподданнейшем докладе, поданном Елизавете Петровне в апреле 1758 г.28, в частности, указывая на то, что «…хотя школы в обоих сих корпусах есть токмо они от неимения знающих учителей и от весьма ограниченного своего содержания так недостаточны, что чисто сказать можно… надежды получить на оном основании людей, просвещённых науками и искусными ремёслами нет»29.

В связи с вышеизложенными обстоятельствами и вынашиваемыми Шуваловым давними планами по реформированию существовавшей в то время системы военно-специального образования, как отмечено ранее, им и был представлен Елизавете Петровне всеподданнейший доклад, предусматривающий учреждение в России при артиллерии «шляхетно-го кадетского корпуса»30.

Следует заметить, что первое наше поверхностное ознакомление с содержанием вышеуказанного плана произошло в ходе работы с документами архивохранилищ Российского государственного архива древних актов, в одном из фондов которого содержалась копия данного до-кумента31.

Подвергнув тщательному анализу содержание указанного документа и других источников, в которых с той или иной степенью детализации освещается содержание вышеуказанного плана32, мы пришли к выводу, что по результатам исследования собственноручно подписанного П.И. Шуваловым оригинала «Плана о учреждения при артиллерии шляхетно-го кадетского корпуса»33 хранящегося в фондах Научного архива Военно-исторического музея артиллерии, инженерных войск и войск связи и других источников, целесообразно будет внести некоторые уточнения и исправления в уже имеющуюся информацию по этому вопросу, и более детально проанализировать содержание этого плана.

Первое, на что необходимо обратить внимание – это на некоторые несущественные неточности, присутствующие в отдельных трудах по истории развития отечественной артиллерии военно-специального образования, касающиеся названия документа и адресата, кому он предназначался. Так, например, в «Истории Отечественной артиллерии» сообщается, что вышеуказанный якобы «…в 1758 г. П. И. Шувалов представил Сенату (?) проект учреждения в России Артиллерийского и инженерного кадетского корпуса »³⁴. В другом издании указано, что в 1758 г. Шувалов представил императрице проект «Об учреждении корпуса для артиллерии и инженерства» ³⁵. Н.П. Жервэ и В.Н. Строев в своей работе сообщают, что в докладе на высочайшее имя ведется речь «о необходимости учреждения кадетского корпуса для специальных оружий» ³⁶. По всей видимости, Н.П. Жервэ и В.Н. Строев в своей работе точно повторили название этого документа, которое указано в известном труде Н.Л. Ломана, где ведётся речь «О необходимости учреждения кадетского корпуса для специальных оружий» ³⁷.

Что касается названия документа и на чьё имя он был подан – то в соответствии с оригиналом документа он дословно именуется, как указано выше, – «План о учреждении при артиллерии шляхетного кадетского корпуса» и представлен он был на утверждение императрице вместе с докладом П.И. Шувалова. П.И. Шувалов дважды в 1753 и 1755 гг. подавал в Правительствующий Сенат предложения об открытии тако- го училища с подробным изложением преимуществ и пользы от открытия такого учебного заведения, а также плана его учреждения38. Также, в октябре 1755 г. П.И. Шуваловым, помимо Сената, на имя императрицы Елизаветы Петровны был подан аналогичный проект «Об учреждении при шляхетном кадетском корпусе военного департамента для обучения офицеров военному искусству»39. Поэтому в 1758 г. Шуваловым не мог быть представлен в Сенат «проект учреждения в России Артиллерийского и инженерного кадетского корпуса». Еще раз заметим, что указанные выше неточности и расхождения, присутствующие в военно-исторической литературе принципиального значения не имеют.

Любопытно, что подлинник « Плана о учреждения при артиллерии шляхетного кадетского корпуса» был обнаружен при разборе дел одного из департаментов Генерального штаба. После обнаружения этого документа, который, по мнению военного министра генерал-адъютанта графа А.И. Чернышева, «…оказался весьма занимательным как в военно-историческом отношении, так и самому образцу изложения, и мыслям о теоретическом преподавании наук в нем заключающимся». Содержание этого документа было лично доложено военным министром императору Николаю I, который и отдал распоряжение об отсылке этого документа во 2-й кадетский корпус для его хранения в архиве корпуса⁴⁰.

Н.П. Жервэ и В.Н. Строев, оценивая в своей работе содержание плана П.И. Шувалова, пишут, что план «…представляет собой эпоху в истории образования в России…и представляет собой настоящий трактат о воспитании и обучении кадет». Авторы также обращают внимание на тот факт, что в составлении плана принимал участи великий русский учёный М.В. Ломоносов, который, по их мнению, принимал участие в составлении одного из разделов плана, содержащего учебную программу корпуса41.

При поверхностном рассмотрении содержания плана видно, что в нём содержаться следующие пункты ⁴²: «О именовании корпуса», «О определении в корпус», «О жилищах кадетов», «О содержании кадетов», «О одежде кадетов», «О амуниции», «О записывании кадет в классы», «Каким наукам кадеты обучаться должны», «О лагере», «О произвожде-нии кадетов», «О совершенном выпуске», «Какие материи в военном классе трактовать», «О публичных экзаменах», «О штрафах», «О назначении директора корпуса», «О количестве офицеров», « О назначении достойных офицеров и учителей в корпус», «О добросовестности офицеров и учителей».

Помимо этих пунктов, план также содержал такие разделы как: «Положение чина артиллерийского шляхетного кадетского корпуса с их жалованием»43, «Изъяснение в каких языках экзерцициям и наукам определяемое юношество в артиллерийский и инженерный корпус обучать надлежить, а при том доказывается, какая польза из обучения оных по- следует. В противном случае какие ныне недостатки от не довольно знающих людей происходят и сколько велики затруднения во исправлении и предприятии государственных важнейших дел от того бывают»44, «Смета то потребно к строении вновь каменного дому который имеет построен быть для содержания и обучения артиллерийского корпуса кадетов и при том корпусе для житья командующим штаб и обер-офицерам, учителям и прочим нижним чинам покоев. И сколько к тому строению потребно материалов, инструментов, что мастеровым и работным людям заработных денег потребно»45, «Описание плана каменного дому который для артиллерийских и инженерных кадетов вновь построен быть имеет»46.

В новом проекте Шувалов не отказался от своей старой идеи создания в России училища высших военных наук. Он предложил учредить такое училище в виде офицерского класса при АИШКК, в котором на протяжении 2-х лет следовало обучать 50 офицеров, из которых 20 человек должны были быть в чине подпоручика с годовым жалованием в 120 р., и 30 офицеров – в чине прапорщика с годовым жалованием по 80 р.47. В училище военных наук (военный класс) могли зачисляться только офицеры, закончившие обучение в АИШКК.

Основное содержание «Плана о учреждения при артиллерии шляхетного кадетского корпуса»

Если детально вникнуть в содержание плана Шувалова, то можно определить некоторые основные положения, на которых предполагалось учреждение корпуса.

• 1)    Это организационно-штатное устройство корпуса (Положение чина артиллерийского шляхетного кадетского корпуса с их жалованием). Для наглядности, приведём в сокращённом виде выдержку из таблицы, в которой содержится информация об организационно-штатном устройстве корпуса (см. табл.1).

Таблица 1

Положение чина артиллерийского шляхетного кадетского корпуса с их жалованием48 (орфография и стиль документа сохранены – В.Б.)

Звание чинов	Число	Жалование каждому в год, руб.	А всем
Директор, которому сверх получаемого из других команд жалования единственно за излишний труд при оном корпусе	1	2000	-
Штаб
Полковник	1	1500	-

Майор			1	700	-
Обераудитор чину кадетского капитана			1	400	-
Адъютант			1	200	-
Капельмейстер			1	200	-
Музыкантов из солдатских тетей			12	8	96
Канцелярских служителей
Секретарь			1	300	-
Протоколистов			1	200	-
Канцеляристов			2	100	200
Подканцеляристов			2	50	100
Копиистов			6	36	216
Другие чины
Доктор			1	600	-
Лекарь			1	400	-
Ие	ромонах		1	220	-
Ие	родьякон		1	60	-
Го	мейстер		1	300	-
Боумейстер			1	200	-
Поваров			6	30	180
Пивовар			1	150	-
Хлебников			1	30	-
Сторожей из отставных			20	8	160
Ротного прима плана
Звание чинов		В одной роте	Жалование каждому в год, руб	В четырёх ротах	Жалование всем в год, руб.
Капитан		1	400	4	1600
Поручик		1	250	4	1000
Подпоручик		1	200	4	800
Прапорщик		1	150	3	450
Сержантов		4	70	16	1120
Каптенармус		1	60	4	240
Фурьер		1	60	4	240
Подпрапорщик		1	60	3	180
Капралов сверх кушанья, мундирных и амуничных вещей		8	12	32	384
Кадетов		60	-	240	-
Барабанщиков		2	10	8	80
Флейтщиков		2	10	8	80
Перукмакоров		2	20	8	160
Учителя при кадетском корпусе

Звание чинов	Число	Жалование каждому в год, руб.	А всем
Учитель политической истории и географии	1	600
Учитель механике гидроулике (гидравлике – В.Б.)	1	800
Учитель физике экспериментальной, аэрометрии, оснований химии и натуральной истории	1	800
Учитель французского языка	1	400
У него подмастерьев	2	150	300
Учитель алгебры и геометрии, архитектуры гражданской	1	800
Подмастерьев учителю алгебры и геометрии	1	300
Подмастерьев учителю архитектуры гражданской	1	150
Учитель немецкого языка	1	400
Ему подмастерьев	2	150	300
Учитель российского правописания и красного слога	1	500
Учитель рисования	1	350
Подмастерьев учителя рисования	3	150	450
Переводчик немецкого и французского языков	1	300
Штат военного класса
Учителей 1-го класса	2	1500	3000
Учителей 2-го класса	2	1000	2000
Учителей 3-го класса	2	600	1200
Обучающихся офицеров подпоручиков	20	120	2400
Обучающихся офицеров прапорщиков	30	84	2520

При более детальном рассмотрении организационно-штатного устройства корпуса видно, что в состав управления корпуса входили: директор, штаб, штабная канцелярия, лазаретная часть, церковный причт, экономия (т.е. полиция), ротный состав и учительский штат. Помимо этого, в состав каждого подразделения должны входить определенное число высших чинов, музыкантов и служителей49. Как видно из таблицы 1, в состав штаба корпуса также входили: 1) ближайший помощник директора, в чине полковника, 2) майор, которому вверялось непосредственное распределение учебных заня- тий воспитанников, 3) обер-аудитор, в чине кадетского капитана, 4) адъютант, и 5) капельмейстер.

При лазарете положены было содержать: доктора, лекаря с подлекарями и аптекаря. При церкви: иеромонаха с иеродьяконом и дьячками. При экономии: гофмейстера с гофмейстерским подьячим, особых мастеров для баумейстерского, котмейстерского, поварского, пивоваренного и хлебопекарного дела, с подмастерьями и учениками, ключников с подключниками и сторожей50.

В каждой роте, кроме бомбардирской, по штату числилось 85 человек, из которых 11 человек офицерского и унтер-офицерского состава, 60 кадет и 8 капралов в ранге воспитанников для надзора за кадетами. Каждому из капралов, помимо норм продовольственного и вещевого обеспечения, назначалось годовое денежное жалование в размере 12 р.51. В бомбардирской роте в число офицерского состава роты не входили прапорщики, и поэтому численность бомбардирской роты составляла 84 человека. В кадетский корпус по решению генерал-фельдцейхмейстера могли зачисляться исключительно сыновья русских и остзейских дворян, а если кто-то пожелает обучаться в корпусе из числа детей иностранных дворян, то «…таковых записывать с обязательством вечного подданства»52.

Следует заметить, что помимо штатного количества воспитанников, которые содержались на полном государственном обеспечении, в корпусе могли пройти обучение и так называемые «сверхкомплектные» кадеты, которые содержались и обеспечивались в корпусе только за счёт собственных средств (на собственном коште) и категорически запрещалось «…сверх полагаемого комплекта не могущих себя содержать в корпус не определять»53. Также предполагалось обучать при корпусе некоторое число солдатских детей с целью их подготовки в качестве унтер-офицеров, кондукторов и ма-стеровых54.

В завершение анализа предлагаемого П.И.Шуваловым организационно-штатного устройства кадетского корпуса, обратим внимание на несоответствие информации содержащейся в одной из работ, и касающейся «Положения о чинах артиллерийского шляхет-ного кадетского корпуса с их жалованием»55 – аналогичным данным в оригинале документа, собственноручно подписанному Шуваловым. В частности, неправильно указаны наименования некоторых должностей или чинов (воинских званий – В.Б.). Вместо «полковника» – указан «подполковник»56, вместо «прапорщика» – «штык-юн-кер»57. Что касается количества тех или иных чинов в штате и размеров их годового жалования, то здесь складывается впечатление, что некоторые из них взяты, что называется, «с потолка». Например, «музыкантов из солдатских детей» указано 5 – в оригинале 8. В штате одной роты почему-то указано по 2 поручика, подпоручика и штык-юнкера58. Хотя в оригинальном ротном штате определено по 1 поручику и подпоручику (в бомбардирской роте – В.Б.) и в дополнение к ним в 3-х других ротах по одному прапорщику59.

И в завершение обратим внимание на несоответствие истинным данным количества воспитанников кадетского корпуса. В «Истории отечественной артиллерии»60 сообщается, что общее количество кадет, которые должны были пройти обучение в корпусе – 132 (?!) вместо 240; количество капралов в одной роте – 1 вместо 8; количество фурьеров в одной роте 8 вместо 161. Присутствует ряд и других несоответствий, указанных в этой работе с данными оригинального архивного источника. Хотя, следует заметить, что в «Истории отечественной артиллерии» присутствует ссылка на источник, откуда якобы взяты эти данные. Это ссылка на Российский государственный военно-исторический архив (ЦГВИА), фонд ВУА, дело 96, листы 16-21об.62. К сожалению, нами не исследовались документы данного фонда, поэтому мы не можем категорично утверждать, что там содержится недостоверная информация. Но, с другой стороны, в некоторых изданиях правильно указаны и количество тех или иных чинов и их наименование, которые соответствуют данным в предложенном П.И. Шуваловым штате (положении) кадетского корпуса. Например, Н.Л. Ломан прямо сообщает, что «Корпус полагалось учредить на определенное штатное число казенных воспитанников, именно: на четыре роты, одна из коих бомбардирская. В каждой роте полагалось по 60 кадет и 8 капралов, а всего в четырех ротах 272 человека»63. Им же приведены и другие сведения, касающиеся организационно-штатного устройства корпуса, которые полностью соответствуют содержанию оригинального архивного документа (положения). В другом издании также указано, что обучение в кадетском корпусе в 4-х ротах должны были пройти 240 кадет и 32 капрала64.

• 2)    Вторым основным положением, на котором предполагалось учреждение корпуса, являлась организация учебно-воспитательного процесса в корпусе. Учебный курс в кадетском корпусе был рассчитан на 5-летний срок обучения и должен был включать изучение французского и немецкого языков, истории и географии, арифметики и геометрии, тригонометрии и алгебры, механики и гидравлики, архитектуры, химии и физики, артиллерии и фортификации, фейерверочного искусства, рисования, танцев, фехтования и верховой езды. Изучаемые предметы (дисциплины) условно можно разделить на 3 группы⁶⁵. В первую группу входили французский и немецкий языки, история и география, механика (твердых тел), гидравлика и аэрометрия, архитектура гражданская, география ма-

• тематическая, химия, основания экспериментальной физики, натуральная история, военные экзерциции, танцы, фехтование, верховая езда. Во вторую группу – арифметика и низшая алгебра, геометрия начальная и высшая, свойства трех сечений конуса и прочее, до сего относящемуся. Наконец, третью группу изучаемых предметов составляли артиллерия, фортификация, фейерверочное искусство, рисование и черчение.

Как видно из приведённого перечня изучаемых предметов, учебный курс, несмотря на многопредметность, не включал в себя тот балласт учебных дисциплин, например, таких как геральдика и юриспруденция, которым нагромождались учебные курсы сухопутного и морского кадетских корпусов. Перечень изучаемых предметов был подобран таким образом, что при достаточном общем образовании давалось и солидное военно-специальное образование так необходимое артиллерийским и инженерным офицерам.

Соответственно, штатный состав учителей корпуса предусматривал наличие 2-х групп: 1) учителя военного класса которые должны были преподавать специальные учебные предметы. Преподаватели военного класса подразделялись на три разряда и получали денежное жалованье, соответствующее занимаемому чину, который присваивался каждому разряду согласно штата. Всего положено было шесть учителей в следующих чинах: 2 бригадирских, 2 полковничьих, 2 подполковничьих армейских чинов.

На учителей военного класса, помимо проведения занятий, возлагались обязанности по контролю за обучаемыми в военном классе офицерами, которых предполагалось разместить вместе со своими преподавателями в отдельном от кадет помещении. Также учителя военного класса должны были осуществлять контроль за учебным процессом в кадетских классах, в которых по каждому предмету обучения имелись свои приватные учителя с подмастерьями. В период лагерных сборов, учителя военного класса с определённой очередностью должны были находиться в лагерях для того чтобы проводить занятия с офицерами военного класса по предметам касающихся «до военного дела» и военным экзерцициям66.

Преподавание специальных учебных предметов в кадетских классах входило к обязанности корпусных офицеров, которым придавались помощники из числа субалтерн-офицеров (обер-офицеры, не являющиеся командирами подразделений и не занимающие должности в управлении этими подразделениями – В.Б.) и унтер-офицеров корпуса. В частности, на них возлагались обязанности по преподаванию артиллерии, фортификации и фейерверочного дела, а также гражданской архитектуры, которой должны были обучать или учитель алгебры, или корпусной офицер⁶⁷.

• 2)    2-я группа учителей – это приватные учителя, или выражаясь современным языком «вольнонаёмные учителя», на которых возлагались обязанности по преподаванию предметов, входящих в цикл так называемого общего образования.

П.И. Шувалов отчётливо осознавал тот факт, что успешное функционирование вновь учреждаемого учебного заведения и качественная организация в нём учебно-воспитательного процесса во многом зависят от качественного укомплектования учебного заведения достойными воспитателями и учителями. Особенное внимание при этом обращалось на способных и активных учителей, обеспечивавших изучение тех или иных предметов. Можно предположить, что, по мнению Петра Ивановича, на добросовестное исполнение учителями и другими должностными лицами корпуса своих обязанностей немаловажное влияние оказывали размеры их жалования. П.И. Шувалов в своём проекте подробно и обстоятельно определил размеры денежного жалованья между учителями военного класса и приватными учителями.

В нижеприведённой таблице 2 (см. таб.2) показаны оклады денежного жалованья учителей военного класса, числившихся корпусными офицерами в сравнении с окладами жалованья других корпусных служащих, и окладами жалованья соответствующих чинов в полевой артиллерии68.

Таблица 2

Чины	Полковник		Майор		Учителя
	Артилле-рии	Корпуса	Артиллерии	Корпуса	1-го разряда	2-го разряда	3-го разряда
Оклады жалования	840	1500	360	700	1500	1000	600

Размеры денежного жалования приватным учителям (см. табл.1) определялись исходя из «важности» предметов обучения. Что касается помощников учителей (подмастерьев), то они полагались некоторым преподавателям таким, например, как учителям иностранных языков и рисования, в связи с тем, что видимо процесс обучения этим предметам из-за большого числа учеников в классе был весьма затруднительным. По этой же причине, с целью лучшего усвоения воспитанниками материала в практических занятий и решения задач, у учителя математики было два помощника. Подмастерьям или помощникам денежное жалование определялось в размере

150 р., а из двух подмастерьев при учителе математики: первому – 300 р. и второму – 150 р.69.

И в завершение рассмотрим 3-е основное положением, на котором предполагалось учреждение корпуса – это материально техническое обеспечение его функционирования . На содержание корпуса с классом военного училища необходима была денежная сумма в размере 60700 р. ежегодно, из которой полагалось: 1) на жалованье чинам общего корпусного управления – 9540; 2) на жалованье ротным чинам – 6334; 3) на жалованье учителям кадетского класса – 7750; 4) на жалованье 6 учителям и 50 обучающимся офицерам военного класса – 11120; 5) на учебные пособия – 4000; 6) на медикаменты и содержание лазарета – 918 р. 58 к.; 7) на освещение, отопление и ремонт помещений корпуса – 2000; 8) на продовольственное и вещевое обеспечение кадет – 18368 р. 16 к.; 9) на другое снаряжение (амуницию) всему корпусу – 666 р. 26 р.⁷⁰.

В процентном отношении расходы на содержание кадетского корпуса распределялись примерно следующим образом71: на учебную часть – 38%; на обмундирование и питание – 30%; на жалование чинов корпуса – 26%; на содержание помещений и лазарета – 5%; на амуницию – 1%.

В завершение отметим, что в новом проекте П.И. Шувалов не отказался от своей старой идеи создания в России училища высших военных наук. Он предложил учредить такое училище в виде офицерского класса (военного класса) при Артиллерийском и инженерном кадетском корпусе. В офицерском классе в течение 2-х лет должно было обучаться 50 офицеров, окончивших Артиллерийский и инженерный кадетский корпус. Создание специального военного класса в общей системе преподавания можно рассматривать как прообраз основанных в последующем в России военных академий.

Предложенный П.И. Шуваловым план достаточно ясно указывает на необходимость получения офицерами всех родов войск одинакового военного образования, основанного на хорошей научной базе. По мнению Петра Ивановича, после окончания обучения в корпусе назначение офицеров в различные места для их дальнейшего прохождения службы следует проводить не в соответствии с профилями подготовки, а в соответствии с тем, «кто к которой службе, по склонности и приобретении в науке преимущества преуспеет, и тако артиллерия получит такого офицера, который при знании артиллерийской науки и инженерства, и то, что касается до офицера малой и большой в армии знать будет … сии три военные знания так сопряжены, что когда кто их достигнет познать вообще, то весьма близко быть великим военным человеком»72.

П.И. Шувалов не ставил перед собой двойственную цель, заключающуюся в подготовке наряду с офицерскими кадрами и гражданских чиновников, что практиковалось на тот момент в Сухопутном шляхетном кадетском корпусе. Основное предназначение Артиллерийского и инженерного кадетского корпуса Пётр Иванович видел в обеспечении русской армии хорошо подготовленными офицерами-специалистами.

Однако в связи с финансовыми затруднениями, вызванными Семилетней войной, и этот проект Шувалова остался без утверждения. Более того, смерть императрицы Елизаветы Петровны в конце 1761 г. и самого Петра Ивановича Шувалова в начале 1762 г. помешали осуществлению этого проекта. К его реализации вернулись лишь в 1762 г. после воцарения Екатерины II.