Подотрасли уголовно-процессуального права: постановка проблемы

Восточно-Сибирский институт МВД России, Иркутск, Россия, ,

Право – сложноорганизованная, динамически развивающаяся система, в основе формирования которой лежит трансформация структурных компонентов, подверженных в процессе исторического развития дифференциации и интеграции. Возникновение новых и распад старых структурных связей между дифференцирующимися элементами права, их соподчинение друг другу способствуют становлению системы права как целого интегративного явления.

На протяжении более восьмидесяти лет интенсивность системного рассмотрения права то усиливалась, то ослабевала. В настоящее время в отечественном правовом дискурсе соответствующая проблематика вновь активно развивается. Состоявшаяся 14 ноября 2001 г. Всероссийская конференция «Система российского права» возродила интерес к концептуальным вопросам существования системы права в условиях, как характеризует в своих исследованиях А.С. Емельянов, «парадигмаль-ного плюрализма» [1, с. 8]. Ученый подчеркивает недостаточность отраслевой мономодели структурирования правовой системы, переводя стезю исследования в сторону функционального подхода, отражающего качественно иные системные связи в праве.

Действительно, перестройка, произошедшая в России, способствовала становлению содержательно новой системы права и новой системы законодательства. Ни в коем случае мы не отождествляем данные понятия, придерживаясь классической теории первоочередности системы права по отношению к системе законодательства. Система права – явление объективного характера, отражающее реально существующую систему отношений на определенном историческом этапе развития общества, в связи с чем на развитие системы права преимущественное влияние должны оказывать объективные, а не субъективные, опосредующие волю законодателя факторы. Как отмечал С.С. Алексеев, систему права «…нельзя построить, сконструировать, создать» [2, с. 99]. Однако зададимся вопросом: соответствует ли данное положение реальной правовой действительности? Современная система законодательства значительно опережает идеальную в нашем представлении отраслевую модель российской системы права. Появилось множество нормативно-правовых образований, пребывающих в противоречии с принципами сложившейся национальной системы права. В свете чего на страницах научной литературы вдогонку законодателю появляются не всегда достаточно аргументированные предложения о формировании новых структурных элементов в праве (субинститутов, мегаинститутов, новых отраслей, мегаотраслей, комплексных правовых образований и т. д.). Несмотря на оригиналь- ность и уникальность отечественной системы права, сегодня видится ошибочным отрицать роль субъективного фактора в ходе ее эволюции. Формирование и развитие системы права – процесс перманентный, на него оказывает воздействие и законодатель в рамках осуществления законотворческой деятельности. Непринятие учеными данного обстоятельства является одной из проблем размежевания действующей системы права. Необходимо признать, что право, как и любая сложноорганизованная система, должно рассматриваться в динамике, в основе которой лежит трансформация ее структурных элементов, их приспособление к новым общественным реалиям. При этом внутренняя структура права – его архитектоника, правильное определение правового статуса структурных элементов, познание критериев их выделения – имеет особое значение для исследования современной национальной системы права.

Подотраслиуголовно-процессуального права

В рамках отраслевой структуры права выделяют первичный структурный уровень, представленный базовыми, профилирующими отраслями, и вторичный структурный уровень, состоящий из комплексных отраслей права. Все отрасли взаимосвязаны и взаимообусловлены общественными отношениями, на которые они воздействуют. Под влиянием глобализации процессов мирового развития общественные отношения постоянно развиваются и видоизменяются, что приводит к изменению содержания отраслей права. Появляются новые элементы и правовые связи, разрушаются старые. Глубинные процессы каждой отрасли права ведут к изменению системы права в целом.

Одной из фундаментальных отраслей системы российского права является уголовно-процессуальное право, нормативно-правовые предписания которого направлены на упорядочение общественных отношений, возникающих при производстве по уголовному делу в ходе его расследования, рассмотрения и разрешения, а также при решении вопросов, связанных с исполнением приговора. Уголов- но-процессуальные отношения формируются в связи с уголовно-правовыми отношениями, складываются по поводу данных отношений [3, с. 150]. Уголовно-процессуальное право относится к внутригосударственному, регулятивному и публичному виду отраслей права.

Уголовно-процессуальное право – продукт длительной эволюции регулирования определенного вида общественных отношений. Являясь составной частью единой системы права, оно представляет собой сложную систему входящих в ее состав структурных элементов. На современном этапе развития уголовно-процессуальное право переживает период трансформации, связанный с возникновением и развитием новых форм и видов взаимоотношений в социуме. На фоне научно-технического прогресса и влияния геополитических процессов расширяется спектр общественных отношений, требующих правового урегулирования [4, с. 244]. Появляются новые нормы уголовно-процессуального права, ликвидируются старые; за счет слияния, поглощения или замены предыдущих реформируются уголовно-процессуальные институты; под воздействием процессов дифференциации и интеграции в праве сформировались предпосылки для подотраслеобразования. Изменения, происходящие в уголовно-процессуальном праве, являются частью проявления общего процесса формирования новой, востребованной обществом и государством системы национального права.

Вопрос архитектоники уголовно-процессуального права заслуживает особого внимания в силу незначительной, на наш взгляд, теоретической проработанности. Внимание ученых, как правило, акцентируется на изучении институтов уголовно-процессуального права [5; 6]. На страницах научной литературы правовые институты рассматриваются с позиции совокупности норм права, регулирующих предметно схожие общественные отношения. Учеными предлагаются различные классификации данных правовых образований (простые и сложные, отраслевые и комплексные и т. д.). Сложные институты, в свою очередь, состоят из субинститутов, то есть выделившейся совокупности правовых норм.

В целом институциональный подход к исследованию какой-либо правовой общности продуктивен с точки зрения развития теоретических положений уголовно-процессуального права как отрасли права в целом. Он позволяет произвести четкую внутреннюю организацию нормативного материала, обогатить и обеспечить стройность, завершенность формирования уголовно-процессуального права. Однако в рамках уголовно-процессуальной отрасли права различные сферы общественных отношений не одинаковы по своему составу и широте правового регулирования, в связи с чем не могут быть подведены под единый стандартизированный вариант правового института. Крупные по своему содержанию общности правовых норм, направленные на урегулирование специфических, сложносоставных, предметно обособленных общественных отношений, теория государства и права предлагает именовать подотраслями права.

Подотрасль права представляет собой самую крупную подсистему отрасли права и мыслится исключительно как часть целого. Префикс под- свидетельствует о том, что данное структурное правовое образование действительно является составной частью и подчинено образованию более высокого порядка – отрасли. Подотрасль права находится в рамках отрасли права, а исходя из буквального толкования – под отраслью и, соответственно, не может выходить за ее границы, в противном случае возникнет иное структурное правовое образование. Таким образом, подотрасль права, в отличие от правовых институтов, лишена комплексного или межотраслевого начала.

В.В. Бабурин считает, что, в отличие от правового института, для подотрасли права характерна бόльшая самостоятельность в определении принципов правового регулирования, наличие особенностей субъектного состава, а также специфические особенности предмета регулирования [7, с. 78].

С.А. Белоусов определяет подотрасль права через совокупность юридических норм, опосредующих определенную область общественных отношений с помощью метода правового регулирования, присущего основной отрасли права. Подотрасль права, как и отрасль права, является юридически цельным, нерасторжимым правовым образованием. Ее нельзя рассматривать в качестве промежуточного правового образования между правовым институтом и отраслью, поскольку подотрасли свойственны признаки самостоятельного предметно-функционального системного явления1.

Как отмечал в своих исследованиях В.С. Нерсесянц, «складываясь первоначально на основе одного или нескольких правовых институтов, при наличии определенных условий (объективные потребности в урегулировании новых сфер общественных отношений, существенное обновление основ и принципов самой правовой регуляции и т. д.) именно подотрасль имеет тенденцию к постепенному развитию в направлении к обособлению в качестве новой самостоятельной отрасли права» [8, с. 432–433].

В рамках Международной научно-практической конференции, прошедшей 16 февраля 2024 г. в Омске, в своем выступлении известный процессуалист В.В. Николюк заявил, что решение теоретических проблем отраслеобразования сегодня должно предполагать обращение и к такому элементу системы права, как подотрасль права, выделение которого будет способствовать обнажению противоречивости и несогласованности как в структуре отрасли права, так и в системе права в целом [9, с. 68, 70].

К сожалению, на сегодняшний день интерпретация понятия «подотрасль» в теории уголовно-процессуального права требует содержательной детализации. Данный элемент уголовно-процессуального права, в соответствии с общим учением о праве, не относится к числу обязательных, в связи с чем является менее изученным и понятным в рамках научного дискурса. Однако в свете тенденции к активному наращиванию нормативного материала, дифференциации правового регулирования, развитию межотраслевых и комплексных правовых образований необходима интенсификация научных исследований в данном направлении. Подотраслевое строение уголовно-процессуального права имеет существенный потенциал в вопросах обеспечения системности уголовно-процессуального регулирования по реализации гарантий устойчивого и безопасного развития общества.

Проведя правовой анализ представленного в открытом доступе научного материала, мы пришли к выводу, что сегодня вопрос существования подотраслевого уровня организации нормативного материала является более исследованным в рамках цивилистики. Специалисты по гражданскому праву в качестве подотраслей выделяют такие самостоятельные предметно-функциональные правовые образования, как вещное право, обязательственное право, право интеллектуальной собственности, жилищное право, наследственное право, семейное право, корпоративное право и др. По мнению исследователей, каждая из предлагаемых ими подотраслей, имея относительную самостоятельность в рамках гражданского права, способна учесть особенности отдельной группы норм, не противореча основным положениям другой подотрасли в рамках отраслевых границ и отрасли права в целом.

В науке уголовно-процессуального права, насколько нам известно, практически нет фундаментальных правовых исследований, проведенных в данном направлении. С различной степенью аргументированности обсуждались или обсуждаются вопросы образования подотраслей уголовно-процессуального права применительно к общности правовых норм, регулирующих доказательства и процесс уголовно-процессуального доказывания, производство следственных и иных процессуальных действий, уголовно-процессуальное принуждение, предварительное расследование, пересмотр судебных решений, судебное разбирательство, договорное уголовно-процессуальное право, международное сотрудничество.

Правовой анализ указанных подходов к идентификации подотраслей уголовнопроцессуального права позволил установить, что обособление нормативного материала в обозначенный структурный элемент, как правило, осуществляется либо по предметному признаку (специфика регулируемых подотраслью общественных отношений), либо по структурному признаку (подотрасль представлена через совокупность правовых институтов). На наш взгляд, ни один из указанных критериев (предметный или содержательный) не может быть определяющим для образования самостоятельной подотрасли уголов- но-процессуального права. Вероятнее всего, здесь вопрос к теории государства и права, которая, отнеся подотрасль к факультативному (необязательному) компоненту отрасли права [10; 11; 12], обошла вниманием вопрос определения критериев подотраслеобразо-вания в рамках отрасли права. В некоторых учебных изданиях по теории государства и права вообще отсутствует упоминание о данной подсистеме отрасли права.

Подчеркивая значимость обозначенных нами процессуальных работ в вопросах развития архитектоники уголовно-процессуального права, его композиционного, подотраслевого построения, заявленная аргументация, насколько нам известно, не нашла концептуального представления. Неразвитость концепции подотраслевого строения уголовно-процессуального права свидетельствует о пробелах в общем учении о системе уголовно-процессуального права. Рефлексия вопроса о наделении правовым статусом подотрасли той или иной группы однородных по предмету правового регулирования правовых норм должна возродиться на фоне интенсификации процессов дифференциации и специализации в современном уголовно-процессуальном праве. Для этого имеются все предпосылки. Уголовно-процессуальное право как отрасль права достигла необходимой содержательной целостности для подотраслевой организации нормативного материала. С учетом комплекса разработанных в теории критериев представляет научный интерес возможность их применения и к другим нормативным массивам уголовно-процессуального права. В частности, к нормативному массиву, выступающему регулятором общественных отношений с участием несовершеннолетних.

С точки зрения исторического пути развития данный нормативно-правовой массив пережил многочисленные трансформации в системе национального права. Ввиду ярко выраженной специфики предмета и метода правового регулирования, обусловленного субъектным составом, а также правового режима, действующего в отношении несовершеннолетних, в структуре уголовно-процессуального права данное правовое образование долгое время рассматривалось с позиции сложного правового института особого назначения и содержания. Сложные правовые институты в большинстве своем, как представляется, при определенном динамичном развитии выступают предвестниками образования более крупных подсистем уголовно-процессуального права. Применительно к несовершеннолетним как участникам уголовно-процессуальных отношений на современном этапе развития сложился основной корпус уголовно-процессуальных норм, образующих достаточную базу для их обособления на подотраслевом уровне структурирования уголовно-процессуального нормативного материала. Уголовно-процессуальное право достигло определенной содержательной целостности для подобного рода интеграции.

Заключение

Уголовно-процессуальное право представляет собой исторически сложившееся сложное, многоуровневое правовое образование, объединяющее уголовно-процессуальные нормы. Оно может рассматриваться как консолидированная система, имеющая предпосылки не только для институциональной, но и для подотраслевой организации. На современном этапе в рамках общего учения о системе и структуре уголовно-процессуального права уголовно-процессуальные институты и подотрасли как структурные элементы уголовно-процессуального права развиваются асинхронно. Акцентуация ученых на институциональном анализе правовых общностей оставила на периферии научных интересов такой важный структурный элемент, как подотрасль уголовно-процессуального права.

Как объект научного исследования подотрасли уголовно-процессуального права многоаспектны, образуют самостоятельное правовое явление, требующее глубокого научного осмысления. В рамках последующих научных исследований мы ставим перед собой задачу определить существенные методологические признаки рассматриваемой нормативной обо- собленности, установить предпосылки выделения и идентификации подотраслей уголовно-процессуального права в существующей правовой реальности.

Современное уголовно-процессуальное право развивается на фоне ускорившихся в стране темпов социально-экономического и политического преобразования, сопровождающегося расширением круга регулируемых отношений и поиском необходимых для этого правовых форм. Идет процесс качественного и количественного обновления системы права в целом. Проблема статусного положения того или иного правового образования в рамках отраслевых наук приобретает особое значение и может способствовать снятию напряженных общетеоретических проблем системы национального права. Размывание сложившихся подходов и размежевание отраслей системы права требует познания юридической природы подотрасли уголовно-процессуального права как структурного элемента и как правового явления. Спустя более четверти века особую актуальность приобретает доктринальная позиция профессора Ю.А. Тихомирова, согласно которой к предложениям ученых о выделении новых отраслей системы права следует подходить осторожно, реализуя данные идеи изначально в виде подотраслей и институтов [13, с. 7].

Подотрасль уголовно-процессуального права – самостоятельное, целостное правовое образование, которое входит в систему более высокого порядка – отрасли уголовно-процессуального права, и отличается высокой степенью интеграции и дифференциации правового регулирования. Именно данный элемент уголовно-процессуального права, его подсистема, требует глубокого познания, способствуя развитию и обогащению системы права и системы законодательства. Бесспорно, не каждый нормативно-правовой массив может претендовать на статус подотрасли уголовно-процессуального права. В этом нормативно-правовом массиве должны быть четко определены закономерности и объективные предпосылки для данного вида интеграции.