Подвиги прокуроров в сражениях Великой Отечественной войне 1941‒1945 гг.

С первых часов Великой Отечественной войны военные прокуроры находились в боевых порядках среди бойцов и командиров Красной Армии и Военно-морского флота СССР, смело шли в атаки на врага или стойко держали оборону, мужественно перенося все тяготы и опасности вооруженной борьбы с агрессором.

В условиях военного положения гражданские прокуроры территориальных прокуратур и транспортные прокуроры назначались военными прокурорами на прежних должностях. Они также вступали в бой с оккупантами, ели линия фронта приближалась к месту их службы, или воевали в составе партизанских отрядов.

Публикаций, посвященных подвигам прокуроров во время Великой Отечественной войны, немного. Следует особо отметить книгу Владимира Александровича Бобренева «Прокуроры на войне»1. Однако в ней рассматриваются подвиги только военных прокуроров. К сожалению, в публикациях исследователей партизанского движения часто отсутствуют сведения о довоенной профессии бойцов и командиров2. Очень редко упоминаются представители профессии прокуроров и следователей прокуратур.

Не все сохранившиеся источники познания сегодня открыты для свободного доступа исследователей. Архивы военных прокуратур медленно рассекречиваются, и многие документы пока доступны только ведомственным историкам. Само рассекречивание не означает открытие доступа к документам, так как они хранятся в помещениях режимного объекта. Большую работу по введению архивных ведомственных документов в научный оборот провел ветеран органов военной прокуратуры Дмитрий Владимирович Сидорик. В 2018 г. были рассекречены такие виды архивных документов Главной военной прокуратуры, как приказы военных прокуроров фронтов, донесения в отдел кадров Главной военной прокуратуры о ранениях и гибели военных прокуроров и следователей и др. По-прежнему важное значение для исследования темы имеют наградные листы, хранящиеся в Центральном архиве Министерства обороны Российской Федерации. Также необходимо пояснить, что высшей наградой в СССР являлся орден Ленина. Прокуроры и следователи, которые, как правило, обладали званиями, соответствующими командирским и офицерским, награжденные орденом Ленина, относятся к особо заслуженным гражданам нашей страны.

Приближение войны предчувствовалось многими советскими гражданами, следящими за новостями с театров военных действий в Африке, Азии и Европе. Тревожили сообщения о росте военного могущества фашистских государств. Советское правительство стало осознавать опасность со стороны стран «оси».

В начале лета 1941 г. прокурорские работники получили повестки из военных комиссариатов с требованием явиться с личными документами на собеседование. Те, кто прошел военную подготовку и был годен к военной службе, направлялись в воинские части в качестве военных прокуроров и следователей.

В середине июня 1941 г. началось выдвижение войск Красной Армии из внутренних округов в сторону западной границы. Вместе с войсками отправились и службы обеспечения – политорганы, военная прокуратура, военный трибунал, редакции газет и др.3 22 июня военные прокуроры стали участниками кровопролитных сражений.

В ряды Красной Армии вступали и прокуроры территориальных прокуратур. С ноября 1941 г. Леонид Иванович Яченин, прокурор Украинской ССР, служил в звании диввоенюриста (затем – генерал-майора юстиции), поочередно являясь военным прокурором пяти фронтов в период Великой Отечественной войны, затем председателем военного трибунала 1-го Белорусского фронта. Поддерживал государственное обвинение на Краснодарском процессе в июле 1943 г. Награжден многими орденами и медалями4.

В годы войны 488 работников органов прокуратуры Белорусской ССР находились в рядах Красной Армии, 50 – в партизанских отрядах, 252 были эвакуированы в тыл. За выдающиеся заслуги в деле обеспечения социалистической законности и укрепления советского правопорядка в годы Великой Отечественной войны Указом Президиума Верховного Совета СССР от 26 марта 1945 г. прокурорские работники БССР были награждены: орденом Ленина – 23 человека, орденом Красного Знамени – 8, орденом Отечественной войны II степени – 3, орденом Трудового Красного Знамени – 113, орденом Красной Звезды – 81, орденом «Знак Почета» – 294, медалью «За трудовую доблесть» – 100, медалью «За трудовое отличие» – 64 человека5.

Структурные подразделения военных прокуратур были образованы в наиболее крупных соединениях Красной Армии и ВМФ СССР: дивизиях, корпусах, армиях, округах, фронтах, военноморских базах, флотилиях, флотах. Поэтому нетрудно представить численность служащих военных прокуратур, принявших участие в боях в первые дни войны. К сожалению, среди них были погибшие и пропавшие без вести. Известны примеры умелого и героического командования сводными подразделениями.

Во время Смоленского сражения 1941 г. отличилась 28-я армия, которая 23 июля нанесла контрудар по войскам вермахта из района Рославля в направлении на Починок и затем на Смоленск силами 145-й, 149-й стрелковых и 104-й танковой дивизий. Военный прокурор армии Борис Иванович Алексеев оставался в боевых порядках. При выходе из окружения в августе 1941 г. он по поручению военного совета исполнял обязанности комиссара эшелона штаба армии и командира сводного отряда офицеров и солдат, лично участвовал в боях1.

В середине сентября сомкнулось кольцо немецко-фашистских войск вокруг советских армий под Киевом. Вечером 17 сентября командующий Юго-Западным фронтом генерал-полковник М.П. Кирпонос отдал приказ войскам фронта прорываться на восток.

Колонна штаба Юго-Западного фронта и 5-й армии достигла района Лохвиц, где произошел бой с 3-й танковой дивизией вермахта. При попытке прорыва из окружения противника в районе урочища Шумейково Полтавской области в 20-х числах сентября погиб почти весь личный состав штаба Юго-Западного фронта во главе с командующим2. Служащие военной прокуратуры фронта также приняли участие в боях на прорыв. Судьба военного прокурора Юго-Западного фронта бриг-военюриста А.А. Лапина, сражавшегося в данном окружении, неизвестна.

Для примера можно привести сведения о ранениях и гибели служащих военных прокуратур Брянского фронта в августе-октябре 1941 г. Их имена должны знать граждане нашей страны.

Брянский фронт был сформирован в соответствии с Директивой Ставки ВГК № 00926 от 14 августа 1941 г. (Гавренков, 2011: 35‒40). Сначала в его состав вошли 13-я и 50-я армии, затем 21-я армия и управление 3-й армии. Всего около 26 дивизий и другие отдельные части войск: батальоны, полки, дивизионы. Военным прокурором Брянского фронта был назначен бригвоенюрист Иван Карпович Лиховидов, а его заместителем – бригвоенюрист Дмитрий Васильевич Васильев.

Архивные документы свидетельствуют о том, что 21 августа 1941 г. во время боя с противником в районе деревни Зябровки был ранен в голову осколком от мины военный следователь военной прокуратуры 266-й стрелковой дивизии товарищ Всеволод Матвеевич Никифоров; военный следователь 282-й стрелковой дивизии 3-й армии товарищ Алексей Иванович Боровков 27 августа 1941 г. во время боя с противником был контужен; в сентябре 1941 г. был ранен в бою военный следователь 260-й стрелковой дивизии 50-й армии Сергей Иванович Кузнецов; 20 сентября 1941 г. был ранен военный прокурор 13-й армии военный юрист 1-го ранга Т.Л. Бураков3.

Военный прокурор 298-й стрелковой дивизии военный юрист 3-го ранга Пётр Васильевич Матвеев погиб 29 сентября 1941 г. Военный прокурор 143-й стрелковой дивизии военный юрист 3-го ранга Алексей Фёдорович Цумарев погиб 17 октября 1941 г. Военный следователь 6-й стрелковой дивизии младший военный юрист Ипполит Адамович Наркевич был ранен 17 октября 1941 г. Военный прокурор 307-й стрелковой дивизии военный юрист 3-го ранга Сергей Григорьевич Немщев погиб 18 октября 1941 г.4

После 8 сентября 1941 г. вместе с жителями Ленинграда и войсками Ленинградского фронта военные прокуроры и следователи участвовали в героической обороне города в условиях блокады.

Везде в прифронтовой зоне из личного состава работников прокуратур формировались местные противопожарные команды, так как здания прокуратур подвергались бомбежкам зажигательными бомбами. Пожары ликвидировались силами местных противопожарных команд ведомства. Например, прокурор следственного отдела прокуратуры Московской области А.А. Круглов в октябре 1941 г. участвовал в строительстве оборонительных рубежей Московского обвода Химкинского района. В качестве бойца пожарной охраны он также обеспечивал безопасность объектов г. Москвы во время налетов немецкой авиации (Военный период в истории прокуратуры…, 2008: 56).

В течение всей войны военные прокуроры и следователи проявляли мужество и героизм на передовой. Следователь военной прокуратуры 243-й стрелковой дивизии Петр Алексеевич Купцов 23-24 января 1942 г. на линии обороны Бугрово – Жуково ‒ Рязанцево непосредственно участвовал в сражениях, а когда подразделения полка под натиском врага начали без приказа командования отступать, лично задерживал бегущих и вел их в бой. В условиях окружения наших воинских частей подо Ржевом в январе-феврале 1942 г. военюрист П.А. Купцов был назначен временно исполняющим обязанности военного прокурора 246-й стрелковой дивизии и активно боролся с трусами и паникерами. К сожалению, Петр Алексеевич Купцов погиб в бою 11 декабря 1942 г. в Сычевском районе Смоленской области.

Советское правительство и командование Красной Армии стремились помочь ленинградцам. Была спланирована наступательная операция Волховского фронта для прорыва блокады Ленинграда. Особая роль отводилась 2-й ударной армии, которая перешла в наступление 13 января 1942 г. Военным прокурором 2-й ударной армии был Борис Ефимович Салитан, который участвовал в боях. При выходе из окружения он получил тяжелое ранение.

С февраля 1942 г. военным прокурором 59-й отдельной стрелковой бригады 2-й ударной армии служил Федор Герасимович Карпеза. В ходе сражения он был ранен и оказался в медсанбате. Впоследствии он писал: «23 июня с группой раненых, находившихся на излечении, мы попытались с боем вырваться из окружения по узкоколейной дороге, но через несколько километров были встречены сильным пулеметно-минометным огнем противника и вынуждены были вернуться в медсанбат»1. На другой день раненые бойцы снова пытались вырваться из окружения, но и эта попытка оказалась неудачной. Тогда они стали пробиваться к своим, разделившись на небольшие группы, в одну из которых вошли Ф.Г. Карпеза и начальник особого отдела 59-й отдельной стрелковой бригады. Им удалось пройти через позиции противника и соединиться с подразделениями 259-й стрелковой дивизии, которая готовилась к прорыву вражеской обороны и выходу из окружения. 25 июня в штаб дивизии поступило распоряжение Военного совета 2-й ударной армии выходить мелкими группами «кто как сможет». Окруженные двое суток пытались прорваться к своим, но не смогли, так как этот участок охранялся противником. «Я выходил из окружения вместе с командиром минометного дивизиона капитаном Ткаченко, батальонным комиссаром Матвеевым, старшим политруком Цилинковым и военным юристом 3-го ранга Бугаевым – членом военного трибунала 259-й стрелковой дивизии. Сначала мы наметили место выхода севернее железнодорожной станции Спасская Полисть, куда подошли 29 июня, и двое суток пытались прорваться, но не смогли, так как этот участок сильно охранялся противником. Первого июля пошли по новому маршруту, севернее Чудова, находились в лесу – изучали расположение огневых точек противника. Ночью 11 июля 1942 г. перешли передовую линию фронта противника и вышли к своим»2. По излечении майор юстиции Ф.Г. Карпеза был назначен военным прокурором дивизии.

После разгрома немцев под Сталинградом Красная Армия устремилась на запад. В феврале-марте 1943 г. завязались упорные бои за Харьков. И здесь в боях отличились прокуроры. Текст наградного листа описывает героизм военного прокурора 303-й стрелковой дивизии 57-й армии Юго-Западного фронта военного юриста 2-го ранга Александра Алексеевича Стрикина: «В сложной боевой обстановке в боях за город Харьков постоянно находился в боевых порядках частей дивизии, своим примером и призывом воодушевляя бойцов, и помогал организовать командирам частей стойкую оборону. 9 марта 1943 г. вместе с группой красноармейцев навязал противнику внезапный бой под городом Люботин, отбросил врага, чем спас тылы отходящей 305-й стрелковой дивизии. 11 марта 1943 г. в самый трудный момент, когда противник теснил наши части, организовал вынос с поля боя раненых и их эвакуацию, тем самым спас семь лучших боевых командиров подразделений и много бойцов. 16 марта в момент перехода на новый оборонительный рубеж с прорывом обороны противника А.А. Стрикин получил приказ занять назначенный рубеж и выполнил его без потерь личного состава. При прорыве обороны противника возглавляемой им группой красноармейцев было уничтожено до 100 гитлеровцев»3.

Продвижение немецко-фашистских войск по советской земле не означало прекращения сопротивления советских людей в тылу врага. К середине июля 1941 г. в оккупации оказалась вся Белорусская ССР. В этих обстоятельствах советские государственные служащие и партийные работники стали участниками сопротивления оккупантам. В борьбе с врагом в его тылу участвовали и прокуроры. Многие прокурорские работники остались на местах в партизанских отрядах и на подпольной работе (Болдырев, 2008: 57–58).

Прокурор Белорусской ССР Иван Дмитриевич Ветров4 принял участие в организации подпольной борьбы и партизанского движения. Затем осенью 1941 г. он добровольно ушел на фронт.

Воевал на Брянском и Калининском фронтах, получил контузию и был отправлен на лечение в Москву. В июне 1942 г. И.Д. Ветрова отозвали из армии в распоряжение ЦК КП(б) Белорусской ССР и Белорусского штаба партизанского движения1. По решению ЦК ВКП(б) и Центрального штаба партизанского движения в августе 1943 г. его переправили в Полесскую зону руководить областной парторганизацией и соединением партизан, в которое входило 58 отрядов общей численностью 9 тыс. человек2.

Прокуратура Украинской ССР также участвовала в создании подпольного сопротивления и партизанских отрядов. Прокурор Червонного района Сумской области Порфирий Фомич Куманек был утвержден Сумским обкомом КП(б) Украины секретарем подпольного райкома партии, а затем комиссаром объединенных партизанских отрядов Сумской области.

Прокурор Понизовского района Смоленской области Иван Емельянович Чернышев вступил в партизанский отряд 13 июля 1941 г. Он погиб в бою весной 1942 г. Активное участие в партизанском движении принимал и. о. прокурора Ярцевского района Иван Михайлович Сафронов (награжден орденом Красной Звезды), прокурор Батуринского района Григорий Иванович Мишарин (награжден медалью «Партизану Отечественной войны» II степени). Иван Михайлович Алексеев, прокурор Сафоновского района, был командирован в партизанский отряд имени Ворошилова. Он погиб 11 января 1943 г., попав в фашистскую засаду. За мужество и героизм в борьбе с немецкими захватчиками Иван Михайлович Алексеев награжден орденом Красной Звезды3.

В первые месяцы войны штат прокуратуры Смоленской области оказался разукомплектован. Большинство оперативных работников ушли в Красную Армию, в партизанские отряды, погибли от бомбежки.

Прокурор Темкинского района И.Е. Махов с октября 1941 г. по июнь 1942 г. воевал в партизанском отряде на территории своего района. Помощник прокурора Смоленской области по спецделам А.Я. Коваленко с декабря 1941 г. по март 1942 г. возглавлял партизанский отряд в Демидовском районе4.

В начале октября 1941 г. руководство Курской области осознало приближающуюся угрозу. Немецко-фашистские войска продвигались по соседней Харьковской области и 25 октября захватили Харьков. В Курской области создавались истребительные батальоны, 4 полка народного ополчения, готовились подпольные группы. Командиром роты одного из истребительных батальонов стал прокурор Дмитриевского района Ефим Емельянович Вислогузов.

Бойцов обучали специалисты из органов внутренних дел. Проводились занятия по разведке, минно-подрывному делу, отрабатывалось боевое взаимодействие в группах. Одновременно выстраивалась связь с подпольем и партизанскими отрядами. Руководство определило места закладки мин на дорогах, мостах, на территории важных объектов, которые необходимо уничтожить в первую очередь при приближении противника. Уже в октябре 1941 г. в созданные базы заложили оружие, боеприпасы, взрывчатку, продовольствие, инструмент, печки-буржуйки для отопления землянок.

В начале ноября развернулись бои на подступах к Курску. Остатки истребительных батальонов и соединений народного ополчения были преобразованы в партизанские отряды. 3 ноября части Красной Армии оставили город. Но партизаны в тылу врага продолжали борьбу, совершали диверсии. Отряд Е.Е. Вислогузова к 1 ноября сжег 6 деревянных мостов, взорвал 4 моста на шоссе, подорвал на заложенных минах 3 автомашины с солдатами и боеприпасами, а 7 ноября, в годовщину Октябрьской революции, взорвал на дорогах 5 грузовиков и бронетранспортер5.

По шоссе Курск – Орел было оживленное движение транспорта противника. Партизаны решили взорвать мост южнее села Трояны, предварительно ликвидировав охрану, а затем освободить от оккупантов сам населенный пункт. В ночь на 7 ноября 1942 г. они заняли исходные позиции. Разведчики бесшумно сняли часовых у моста, в трубу землянки бросили гранату, которая уничтожила отдыхающих там фашистов. Затем быстро заложили взрывчатку и через несколько минут произвели подрыв, что послужило сигналом к началу штурма села. 32 вражеских солдата и 14 полицейских были уничтожены.

18 декабря 1942 г. отряд имени Железняка и две роты Троснянского партизанского отряда в дневном бою разгромили вражеский гарнизон в деревне Остапово Михайловского района. Партизаны уничтожили 128 полицейских и вражеских солдат.

В январе 1943 г. командир партизанского отряда имени Железняка получил приказ уйти на запад в Хинельские леса на соединение со 2-й Курской партизанской бригадой. 2 февраля 1-я и 2-я партизанские бригады получили приказ овладеть железной дорогой Курск – Киев и разрушить железнодорожные пути между станциями Льгов – Коренево. Партизаны выполнили приказ. Однако немецкое командование бросило против них крупные силы пехоты при поддержке артиллерии и танков. Несмотря на жестокие бои, партизаны остались на своих позициях, а враг отошел. 17 февраля обе партизанские бригады встретились с 605-м полком 132-й стрелковой дивизии. Совместно они освободили город Дмитриев1.

После боев у села Толкачевка отряд Е.Е. Вислогузова потерял почти половину личного состава. На 1 марта 1943 г. в этом формировании, носившем имя Железняка, насчитывалось 165 человек. 3 марта партизанские соединения были расформированы. Военнообязанные были зачислены в состав 280-й стрелковой дивизии. Ефим Емельянович Вислогузов приступил к исполнению обязанностей прокурора своего района. В судебных процессах против карателей и пособников немецко-фашистских оккупантов он поддерживал государственное обвинение.

Победа на Курской дуге способствовала продвижению Красной Армии и на других фронтах. Пришло время освобождения Крыма от немецко-фашистских захватчиков. Поэтому советское командование спланировало десантную операцию на побережье Керченского полуострова.

Керченско-Эльтигенская наступательная операция продолжалась около полутора месяцев – с 31 октября по 11 декабря 1943 г.2

За проявленный героизм сотни моряков, солдат и командиров – участников Керченско-Эль-тигенской операции были награждены высокими государственными наградами, а 129 – удостоены звания Героя Советского Союза.

За образцовое выполнение боевых заданий Командования на фронте борьбы с немецкими захватчиками и проявленные при этом доблесть и мужество орденом Ленина был награжден и военный прокурор 318-й стрелковой дивизии майор юстиции Артавазд Барсамович Франгулов3.

1 ноября 1943 г. во время сильного шторма на море А.Б. Франгулов участвовал в высадке дивизии на берег в районе Эльтигена. За период 35-дневных боевых действий в районе Эльтиген он непосредственно находился в окопах и воодушевлял бойцов на героические подвиги. В ночь с 7 на 8 декабря 1943 г. прокурор в составе дивизии принимал участие в прорыве обороны противника. По инициативе А.Б. Франгулова он и два краснофлотца ворвались в расположение гитлеровской артиллерийской батареи, повредили орудия и уничтожили вражеский расчет. Затем группе бойцов под его командованием удалось удержать три дзота, имевших важное значение для наших частей, не подпуская к ним противника. Помимо этого, А.Б. Франгулов во время штурма немецкого командного пункта захватил знамя противника и привез его в часть.

Весной 1944 г. в результате успешного продвижения Красной Армии была освобождена вся Правобережная Украина, включая Одессу. Однако враг не оставлял надежды выровнять фронт, укрепить позиции и предпринимал контрнаступательные действия для улучшения своей обороны, находя уязвимые места в расположении наших войск. Прокуроры по-прежнему участвовали в боях, проявляя героизм и мужество. Следователь военной прокуратуры 8-го гвардейского механизированного корпуса капитан юстиции Тихон Прокопьевич Антипенко погиб 3 сентября 1944 г. под городом Дукля (Польша) на передовом крае при выполнении боевого задания. В период Висло-Одер-ской наступательной операции Красной Армии 24 января 1945 г. погиб военный прокурор 96-й гвардейской стрелковой дивизии гвардии майор юстиции Валериан Иосифович Михалевич.

Последние месяцы войны хорошо описал в своих мемуарах военный прокурор 5-й ударной армии 1-го Белорусского фронта Николай Михайлович Котляр: «По заданию Военного совета все работники прокуратуры во главе с моим заместителем подполковником юстиции Ф.П. Романовым, а также прокуроры дивизий без устали мотались по раскисшим дорогам Польши. Не хватало боеприпасов, горючего, продуктов, где-то далеко застряли госпитали. <…> Но мы непреклонно делали все, чтобы выполнить требование Военного совета – помочь подтянуть тылы. А растянулись они от Вислы до Одера!»4. В такой обстановке находилось место и для курьезов. Вот как вспоминает Николай Михайлович один из них: «Во второй половине дня 4 февраля прокуратура, трибунал, часть политотдела перебрались к новому месту расположения штаба армии. Следовали на грузовых и легковых машинах. Впереди – машина с охраной, за ней – легковые, и замыкала колонну вторая грузовая машина и тоже с охраной. <…> Успех наступления притупил настороженность. Шли мы позади боевых частей. Гитлеровцы были отброшены за Одер, и никто серьезно не тревожился за безопасность передвижения. В сумерках машины вошли в лес. Пройдя минут 15-20 по намеченному маршруту, мы, чтобы сократить путь и быстрее выехать на шоссе, свернули влево на проселочную дорогу и неожиданно столкнулись с идущей навстречу колонной немецких солдат. Трагическая развязка казалась неизбежной. Выхватив автоматы, мы спрыгнули в кюветы. Но немцы шарахнулись к обочине дороги, побросали оружие, подняв руки, закричали “Не стреляйте, Гитлер капут!”. Вместе с солдатами сдались в плен капитан и лейтенант. На допросе они кляли Гитлера, фашистов, войну»1.

На всем протяжении Великой Отечественной войны прокуроры добросовестно выполняли свой служебный долг и, помимо исполнения своих профессиональных обязанностей, участвовали в борьбе с немецко-фашистскими оккупантами как военные прокуроры в составе частей Красной Армии и ВМФ СССР, так и прокуроры в составе истребительных батальонов, партизанских отрядов, подпольных групп. Никто из рядовых бойцов и командиров не мог упрекнуть их в малодушии и уклонении от опасностей. Исторический опыт показал, что прокуроры занимались не только выявлением дезертиров и пресечением правонарушений против воинской службы где-то в прифронтовом тылу и участвовали в работе военных трибуналов, но и сами демонстрировали примеры храбрости, мужества и собранности, расследовали преступления на передовой в условиях непрерывных боев, поднимали бойцов в атаки, увлекая за собой. Поэтому современный курсант, слушатель или студент учебных заведений, обучающих прокуроров и следователей, должен понимать, что профессия военного юриста не менее опасна и ответственна, чем любая другая военная специальность. В свою очередь, гражданский прокурор должен быть готов как резервист поступить на службу в качестве военного прокурора.

К сожалению, пока еще наличие и доступность архивных документов не позволяют детально реконструировать изменения в кадровом составе всех прокуратур, выявить все факты героического участия прокуроров в боях, проследить судьбу всех прокуроров военной поры.