Политические факторы развития канадской армии во время Второй мировой войны

О бъявив войну Германии 10 сентября 1939 г., Канада столкнулась с серьезной проблемой: в ее распоряжении было всего лишь 4 500 бойцов [Stacey 1948: 1].

С учетом франко-канадского фактора правительство не имело широких возможностей по наращиванию численности армии и, как следствие, события не форсировало. Основной задачей была объявлена оборона страны, но еще 5 сентября министерство обороны получило указание не стимулировать вступление добро- вольцев в армию доминиона [Канада… 1975: 388]. Несмотря на это, уже к концу 1939 г. сухопутные части Канады насчитывали более 63 тыс. военнослужащих1.

С осени 1939 г. по лето 1940 г. канадско-английское военное сотрудничество было не слишком интенсивным. Так, 19 сентября 1939 г. в Оттаве был одобрен план создания двух дивизий для службы вне доминиона [Stacey 1957: 62]. Но из-за урезания проекта расходов в 2 раза темпы развертывания зимой 1939– 1940 гг. были ниже официально запланированных [Канада… 1975: 388]. В данном случае, помимо уже упоминавшейся внутренней канадской проблемы, в дело вступили как «строптивость» доминиона, так и специфика военного планирования Британии во время «странной войны». Также стоит отметить, что две первые канадские «заокеанские» дивизии были укомплектованы исключительно добровольцами, а солдат 1-й дивизии прозвали «брэд-лайнерами» (стоящими в очереди за хлебом), поскольку до того, как записаться в армию, они были безработными [Douglas, Greenhous 1978: 36].

Весной 1940 г. как либералы, так и консерваторы Канады вписали в программу национальной обороны оказание военной помощи Великобритании. После нападения Германии на Францию военный комитет кабинета министров принял решение об ускорении переброски на Британские острова 2-й канадской дивизии. О начале создания 3-й дивизии и параллельно – армейского корпуса в составе уже существовавших 1-й и 2-й дивизий премьер-министр объявил в палате общин 20 мая 1940 г. Еще через 3 дня в соответствии с законом «О мобилизации национальных ресурсов» была введена всеобщая воинская повинность, но только для «внутренней обороны». Одновременно было санкционировано дальнейшее увеличение численности соединений канадских сухопутных соединений [Канада… 1975: 390-391].

На практике военная помощь Канады Англии была относительно невелика. Через Атлантику с конца 1939 г. было отправлено 43 тыс. чел., т.е. около четверти общей численности сухопутных войск доминиона2. В апреле 1940 г. на территорию метрополии были полностью передислоцированы 1-я и 2-я канадские дивизии, но в кампании во Франции летом 1940 г. они не приняли участия, т.к. использовались для обороны Британских островов; также с июня по октябрь 1940 г. канадская пехотная бригада, сформированная из частей как 2-й, так 3-й канадской дивизий, находилась в Исландии [Канада… 1975: 390-391; Stacey 1957: 85]. Тяжелая ситуация летом 1940 г. привела к подъему патриотизма в Канаде – за 3 летних месяца добровольцами в армию записались 77 тыс. чел., что позволило начать реализацию программы расширения сухопутных войск [Stacey 1948: 27]. Формирование 3-й дивизии было завершено к 5 сентября (24 августа3) 1940 г. [Stacey 1957: 85]. Летом 1940 г. были отмобилизованы все батальоны 4-й диви-зии4, штабы 3 бригад этой дивизии были созданы за период с декабря 1940 г. по февраль 1941 г.

11 августа 1941 г. в письме генерала Г. Крерара генералу Э. Макнотону указывается на возможность дальнейшего расширения канадской армии. Уже в сентябре Крерар представляет министру обороны черновой план программы развития канадской армии на 1941–1942 гг. Основное внимание в ней было уделено бронетанковым войскам, что, несомненно, было влиянием неудачной кампании во Франции, когда английский экспедиционный корпус полностью прочувствовал на себе преимущество хорошо организованных немецких танковых атак [Stacey 1957: 94].

Судьба этой программы должна была решаться в Англии, куда 13 октября 1941 г. прибыли Ральстон и Крерар. После консультаций с английскими представителями и генералом Макнотоном они вернулись в Оттаву 6 ноября и представили доклад военному комитету [Stacey 1957: 95]. 18 ноября 1941 г. Крерар представил программу развития армии. Основной акцент в ней был сделан на создание подразделений для бронетанкового корпуса [Stacey 1957: 96].

После того как идея расширения «командных структур» канадской армии получила положительную оценку со стороны британских военных [Stacey 1957: 96-97], результатом работы военного комитета над программой развития канадской армии стало заявление Кинга от 26 января 1942 г. о том, что планируется создание двух «заокеанских» корпусов. Также в процессе обсуждения и изменения стратегической обстановки было решено, что лимитом для контингента в Британии станут 5 дивизий, а не 6, как предполагал генерал Крерар. Правительство либералов не желало нарушать данное избирателям обещание о принципе добровольности службы в частях, дислоцированных на территории метрополии [Stacey 1957: 97].

Логическим завершением такой политики стало разрешение военного комитета от 11 марта 1942 г. на формирование соединений для штаба армии в Британии. Это образование «появилось на свет» 6 апреля того же года, а к июню было укомплектовано ровно наполовину. В таком же темпе продолжалось формирование штабных соединений на уровне корпусов. Главной проблемой, с которой столкнулись канадские военные, было отсутствие необходимого числа опытных штабных офицеров [Stacey 1957: 98-99].

Параллельно шло переформирование 4-й пехотной дивизии в 4-ю танковую. В течение 1942 г. эта задача была выполнена, последние подразделения 4-й канадской танковой дивизии прибыли в Британию 4 ноября 1942 г. Несколько хуже дело обстояло со 2-й танковой бригадой. Несмотря на то что формировать ее начали в январе 1942 г., в Англии она оказалась лишь летом 1943 г. [Stacey 1957: 100].

Генерал Макнотон, получив одобрение со стороны британских военных в вопросе продолжения курса на создание канадской армии, заявил о ее реорганизации 28 декабря 1942 г. В конечном итоге, новый начальник канадского генерального штаба генерал-лейтенант К. Стюарт представил 6 января 1943 г. «последний вариант» ( final submission ) программы развития армии на 1943 г. с учетом рекомендаций Макнотона. 11 марта 1943 г. после очередной дискуссии Военного комитета с Макнотоном для «заокеанского» контингента был утвержден потолок в 232 100 чел. на 1 сентября того же года [Stacey 1957: 100-105].

Пика своего развития канадский «заокеанский контингент» достиг 7 августа 1944 г., когда на территории Франции начал действовать штаб 1-й канадской армии. Командовал ею генерал Крерар1. Стоит отметить, что данное соединение нельзя назвать чисто канадским. Помимо частей доминиона (2-я и 3-я пехотные дивизии и 4-я танковая дивизия), в состав армии входили польская дивизия, британский корпус и в разное время – американские, бельгийские и голландские части2.

Резюмируя, нужно отметить, что армия доминиона за время войны увеличилась до 687 тыс. чел.3 Но на момент окончания боевых действий на европейском театре действий 1-я канадская армия состояла из 75 тыс. канадцев, к которым можно добавить 1-й канадский парашютный батальон из состава 6-й британской воздушно-десантной дивизии [Учаев 2015: 92], а также диверсионные спецпод-разделения1.

Данные факты говорят о том, что развитие вооруженных сил Канады в период Второй мировой войны находилось под влиянием ряда политических факторов. Во-первых, это наличие франко-канадского меньшинства, негативно настроенного по отношению к процессу милитаризации страны и, соответственно, к расширению армии. Но, во-вторых, расположение Канады в «североатлантическом треугольнике» обусловливало желание ее политического руководства повысить свой рейтинг в отношениях со «старшими» партнерами, в т.ч. и за счет участия в военных действиях. В-третьих, исходя из предыдущего пункта, Канаде приходилось считаться с мнением и запросами Великобритании, что сказывалось непосредственно на структуре вооруженных сил североамериканского доминиона.