Польские страницы в социальной истории и материальной культуре Кяхты/Троицкосавска

На сегодняшний день Кяхта представляет собой тихий провинциальный городок, расположенный в интереснейшем регионе пограничья стран и культур, которое способствует созданию неповторимого калейдоскопа культурных, этнических, природных, а также климатических разнообразий. Именно здесь, в долине Кяхты сибирская тайга, в конце концов, уступает степи и пустыне Центральной Азии, по которым пролегли старинные торговые пути, тянувшиеся к Дальнему Востоку, Индии и Тибету. Люди, живущие на этой земле, и те, кто прибыли с разных сторон света создали причудливую мозаику этнических групп и культур. Среди тех, кто внес заметный вклад в богатую историю и культуру этого места были и поляки.

Датой основания Кяхты считается 1728 г., но во многих источниках, можно встретить также дату на год раньше. По моему мнению, данное расхождение не является столь важным и связано оно с образованием на месте нынешнего города районного казачьего форта в 1727 г. под названием Форт Новотроцкий. Как бы то ни было вопрос даты основания города остается в компетенции историков. Нам интереснее то, что с самого начала город в первую очередь служил важным пунктом на карте российско-китайских политических и торговых контактов. Уже в упомянутом 1728 г. на реке Кяхта был возобновлён и подписан договор о российско-китайской границе. Российская сторона была представлена графом боснийского происхождения Саввой Владиславич-Рагузинским. Именно он был инициатором создания обменных пунктов и товарных складов на территории и окраинах Новотроцкого Форта.

Создание новой точки зоны пограничья и развития торговых отношений было обосновано в первую очередь его выгодной локализацией. Долина реки Кяхта соединила дороги, ведущие на запад в Москву и за ее пределы, в Западную Европу и даже через Атлантический океан в Америку с пустынными районами Монголии, находящейся в те времена в составе Китая, Ургой (ныне Улан-Батор), Пекином и другими торговыми центрами Дальнего Востока.

Период с конца XVIIIв. до второй половины ХХ в. считается временем расцвета Кяхты/Троицкосавска. Основной причиной динамичного развития города – в дополнение к упомянутой природной пограничной локализации – было его участие в системе торговой коммуникации – так называемом Чайном пути. Именно благодаря этому Кяхту/Троицкосавск можно рассматривать как важное звено в цепи мировой торговой системы растянувшейся от Китая на востоке до Англии и Северной Америки на западе.

Сильная геополитическая и экономическая позиция Кяхты пришла в упадок по причине развития других торговых путей, особенно морского транспорта и железной дороги. В ущерб интересам Кяхты сыграло развитие Транссибирской магистрали. Эти и другие события привели к постепенному оттоку купцов и предпринимателей. Многие из них переместили свои предприятия в Москву, Санкт-Петербург или в другие сибирские города, лежащие на пути разрастающейся Транссибирской магистрали.

Тем не менее, Кяхта/Троицкосавск не сразу потеряла свою сильную стратегическую и культурную позицию. На рубеже XIX и XX вв., несмотря на постепенную потерю экономической мощи, город по-прежнему привлекал посетителей. В частности, исследователей и ученых. Он все чаще начинает функционировать в качестве удобной базы для исследователей Центральной Азии и Южной Сибири – в основном геологов, натуралистов, географов, картографов, а также историков и специалистов этнографических исследований этих регионов. Среди них были ученые и польской национальности.

Точное описание истории поляков в Кяхте, безусловно, требует отдельной монографии. Здесь мы приведём лишь некоторые ключевые факты и имена, появляющиеся в контексте истории и развития города и региона.

Многое о поляках, живущих в девятнадцатом веке в Кяхте / Троицко-савске мы можем узнать, читая работы Агатона Гиллера (Agaton Giller). Особенно интересна в этом отношении написанная в 1869 г. работа «Описание Забайкальского края». Гиллер представляет более пяти сотен лиц польского происхождения, проживающих на территории Забайкалье. Некоторые из них описаны с особенной подробностью. (Стоит отметить здесь, что автор не сосредотачивается исключтельно на поляках, но также дает широкие описания коренных народов Сибири – основном бурятов и орочонов. Особое внимание уделял он также большой китайской общине, проживающей в частности на территории Кяхтинского района). Во время службы в царской армии, Гиллер в первую очередь уделял внимание вопросу ссыльных. В связи с этим значительную часть своих исследований он посвятил полякам, живущим Кяхте/Троицкосавске.

Особенно важно, что Гиллер сумел точно оценить количество членов католической общины Кяхты/Троицкосавска, которую он называет чисто польской. Благодаря ему, теперь известно, что в 1860 г. в общей сложности пребывало 89 лиц польской национальности, в том числе 10 женщин и 79 мужчин [см. Kość 2008]. Кроме того, автор оставил описания социально-нравственного уклада жизни кяхтинского сообщества. Гиллер представляет поляков проживающих в городе как лиц, пользующихся уважением и социальным престижем. Среди наиболее часто выполняемых ими занятий Агатон Гиллер отмечает профессию учителя (в основном иностранных языков) и пианиста. Он также упоминает о неким Гжегоже Козяркевиче, исполняющего обязанности директора местного орке- стра, чей репертуар автор оценивает как «легкий». Он также дает точное количество роялей, находящихся в домах кяхтинских купцов. По его мнению, примерно в 1860 г. у, их было 13 [см. Giller 2007].

Согласно сообщениям Гиллера, статус проживающих здесь поляков был довольно высоким. Тем не менее, стоит отметить, что не все поляки являлись представителями местной интеллигенции. Многие из них оказались в данном регионе Сибири в рамках военной службы. Можно выделит два типа военных польского происхождения, проходящих службу в российской армии в конце первой половины XIX в. Первые – это участники Ноябрьского восстания, т.е. солдаты армии Польского Королевства, насильно включенные в состав царской армии1. Во вторую группу можно причислить обычных призывников, в основном крестьян находящихся на обязательный военной службе, судьба которых забросила в этот далекий регион российско-китайского пограничья. В Кяхте польские новобранцы служили при охране государственной границы в составе казачьих образований. Стоит отметить, что обычные призывники являются наименее описанной группой поляков, живших в Забайкалье. В действительности, ничего не известно о точном месте происхождения новобранцев, условиях военной службы, их семейном положении и т. д. [Семёнов, 2007]. Определенно больше информации можно узнать о политических ссыльных, особенно выходцев из знати.

Один из самых известных поляков, чья судьба была связана с Кяхтой /Троицкосавском, несомненно, Юлиан Талько-Гринцевич, который жил в Кяхте/Троицкосавске во второй половине XIX в. Жизнь и научная карьера этого выдающегося ученого стала предметом нескольких подробных биографических исследований. Тем не менее, вспомним о нескольких основных фактах его жизни, связанных с данной местностью.

Талько-Гринцевич не был ссыльным. В Сибирь его привлекли хорошие финансовые условия работы, предлагавшиеся в том регионе врачам. В поисках доходов, которые могли бы поправить не наилучшее материальное положение, Талько-Гринцевч и его жена поселились в Кях-те/Троицкосавске, где он устроился на работу в качестве врача терапевта. Помимо этого он работал в местном санитарном и судебно-врачебном комитетах. Результаты его медицинской практики оформились в многочисленные статьи в специализированных журналах, которые чаще всего касались встречающихся в Сибири заболеваний.

В общей сложности в Сибири он провел 16 лет. Его деятельность перешла далеко за пределы медицинской практики. Талько-Гринцевич имел за собой довольно обширные исследования в области физической антропологии. Однако он не ограничивался исключительно проблемами биологии и анатомии. Много внимания он уделял также вопросам культурной специфики коренных народов Сибири. Объектом его интересов и описа- ний были буряты, эвенки, якуты, остяки, сойоты, татары и другие азиатские народы – монголы и тибетцы. Интересным примером сочетания дисциплин явилась статья, опубликованная им в 1893 г. в этнографическом журнале «Wisła» под названием «Несколько слов о тибетской медицине и ее связь с фольклором». Интерес Талько-Гринцевича в этнографических исследованиях вылился, в то, что после возвращения в Польшу, уже в качестве заведующего кафедрой физической антропологии Ягеллонского университета, он работал над созданием Этнографического музея в Кракове. Он является одним из авторов концепции этого объекта.

Талько-Гринцевич также проводил исследования на территории современного Кяхтинского района и приближенных к нему местностей. Результаты этих научных изысканий в области физической антропологии над населением региона опубликованы в статье «Материалы по антропологии Забайкалья и Монголии». Талько-Гринцевич внес фундаментальный вклад в развитие культуры и науки в Кяхтинском районе. Отметим, что именно по его инициативе был создан филиал «Императорского русского географического общества» в Троицкосавске, где он проработал директором в течение 14 лет. За это время он основал научную библиотеку и музей, который до сих пор действует под названием Краеведческий музей имени академика В. А. Обручева в Кяхте. Кроме того, он организовал и руководил работой кяхтинского научного издательства «Работа Троицко-Кяхтинскокой секции Надамурского отдела Императорского русского географического общества». В знак признания высоких результатов его научной деятельности и организаторской работы Царская власть удостоила в 1898 г. престижной наградой московского «Общества любителей природы, антропологии и этнографии». Вскоре после этого, в 1900 г. он был награжден титулом «незаменимый член товарищества». Следующее признание его деятельности было выражено со стороны Санкт-Петербургского географического общества, члены которого, предоставили ему золотую медаль общества [Machlański, 2008].

Кроме того, благодаря усилиям Талько-Гринцевича Кяхтинский краеведческий музей обладает обширной коллекцией польских журналов и научной периодики рубежа XIX и XX вв. К ним относятся „Biuletyn Międzynarodowego Towarzystwa Naukowego w Krakowie”; „Biuletyn Polskiej Literatury Naukowej w Krakowie”; „Wisła. Miesięcznik Poświęcony Krajoznawstwu i Ludoznawstwu”; „Rocznik Towarzystwa Naukowego Miasta Poznania”; „Ziemia. Popularny Tygodnik, Katalog Polskiej Literatury Naukowej w Krakowie”; „Kosmos. Czasopismo Polskiego Towarzystwa Przyrodników Imienia Kopernika”; „Lud”.

Данная коллекция представляет собой невероятно ценный документ польской научной мысли, а также свидетельством состояния эмпирического знания рассматриваемого периода. Она может послужить важным источником знаний о состоянии и достижениях научных исследований, проводившихся в то время в Польше, а также полезным материалом для исследований по истории науки и понимания науки как отрасли культуры. Но прежде всего, это важная коллекция памятников польской матери- альной и духовной культуры. Среди этих изданий особого внимания заслуживают «Lud» и « Wisła». Опубликованные на их страницах статьи и описательные монографии представляют собой начала польской этнографической мысли. Именно те вопросы, поставленные в них должны рассматриваться как начальный этап польской этнологии. Они также являются ценным источником знаний, в том числе о польской народной культуре.

Кроме того, в коллекции Музея имени академика Обручева в Кяхте хранятся восемь икон, авторство которых приписывают польскому портретисту, выпускнику Академии искусств Санкт-Петербурга, Каролу Филиппу Райхелю. Рожденный в 1788 г. в Варшаве, художник принимал участие в создании иконостаса кяхтинской Воскресенской церкви. Иконы его авторства также находятся Успенской церкви. Период его работы на территории современной Кяхты приходится на 1845-1857 гг.

По словам сотрудников музея, иконы находятся в плачевном состоянии и требуют немедленной реставрации. Кроме того, в связи с плохим состоянием, иконы в настоящее время находятся в хранилищах музея и не представляются общественности. Отмечу лишь, что мне не удалось увидеть работ Райхеля. Об их существовании я узнал от сотрудников музея и г-жи Галины Мостовшчиковой, члена национально-культурной автономии поляков «Наджея» в городе Улан-Удэ. О хранящихся в музее работах Райхеля Галина Мостовшчикова также сообщила во время конференции «Современные тенденции развития полонийного движения в России», которая состоялась 19 сентября 2008 г. в здании Восточносибирской академии культуры и искусств города Улан-Удэ.

Список польских периодических изданий и журналов в коллекции Краеведческого музея в Кяхте2:

Biuletyn Międzynarodowego Towarzystwa Naukowego w Krakowie – Kraków номера:

1898 г.: февраль, март, апрель, май, июнь, июль, сентябрь, декабрь

1903 г.: № 1–10.

1904 г.: № 1 – 9.

1906 г.: № 1 – 9.

1907 г.: № 10.

1908 г.: № 1 – 10.

1909 г.: № 1 – 10.

1911 г.: № 1A – 10A.

1912 г.: № 10A, 1B, 2B, 9B, 5W, 6W.

Biuletyn Polskiej Literatury Naukowej w Krakowie – Kraków номера:

1907 г.: том IV № 3 – 4, том VII № 1 – 2.

1908 г.: том VII № 3 – 4.

1909 г.: том VIII № 1 – 4, том IX № 1 – 2.

1910 г.: том IX № 3 – 4, том X № 1 – 2.

1911 г.: том X № 3 – 4.

Wisła. Miesięcznik Poświęcony Krajoznawstwu i Ludoznawstwu – Warszawa.

номера:

1898 г.: № 1 – 4.

1899 г.: № 1 – 12.

1900 г.: № 1 – 6.

1901 г.: № 1 – 6.

1902 г.: № 1 – 5.

1903 г.: № 1 – 6.

1904 г.: № 1.

Rocznik Towarzystwa Naukowego Miasta Poznania – Poznań номера:

1895 г.

Ziemia. Popularny Tygodnik – Warszawa номера:

1897 г.: том XVI № 8, 10 – 19, 21 – 29, 31 – 52.

1898 г.: том XVII № 1, 2 – 18.

Katalog Polskiej Literatury Naukowej w Krakowie – Kraków.

номера:

1901 г.: том I № 1, 3.

1902 г.: том I № 4, том II № 1 – 2.

1903 г.: том II № 3 – 4, том III № 1 – 3.

1904 г.: том III № 4.

1905 г.: том IV № 1 – 4.

1906 г.: том IV № 1 – 4, том VI № 1 – 2.

Kosmos. Czasopismo Polskiego Towarzystwa Przyrodników Imienia Kopernika – Lwów.

номера:

1896 г.: № 1 – 12.

1897 г.: № 1 – 12.

1898 г.: № 1 – 12.

1899 г.: № 1 – 3, 6 – 12.

1900 г.: № 1 – 12.

1901 г.: № 2 – 12.

1902 г.: № 2 – 12.

1903 г.: № 1 – 12.

1904 г.: № 1 – 7, 9 – 12.

1905 г.: № 1 – 7.

1906 г.: № 1 – 12.

1907 г.: № 1 – 12

1908 г.: № 1 – 5.

1909 г.: № 1 – 12.

1910 г.: № 1 – 12.

1911 г.: № 1 – 12.

1912 г.: № 1 – 12.

1913 г.: № 1 – 12.

1914 г.: № 1 – 3.

Lud. Organ Towarzystwa Ludoznawczego we Lwowie – Lwów/Kraków.

номера:

1896 г.: № 1 – 4, Lwów.

1987 г.: № 1 – 2, 4, Lwów.

1898 г.: № 1 – 4, Lwów.

1900 г.: № 1 – 4, Lwów.

1902 г.: № 2 – 4, Lwów.

1903 г.: № 1, 3 – 4, Lwów.

1904 г.: № 1 – 4, Kraków.

1905 г.: № 1 – 4, Kraków.

1906 г.: № 1 – 4, Kraków.

1907 г.: № 1 – 4, Lwów.

1908 г.: № 1 – 4, Lwów.

1909 г.: № 1 – 3, Lwów.

1910 г.: № 1 – 4, Lwów.

1911 г.: № 1, Lwów.

1912 г.: № 1 – 4, Lwów.