Православные религиозные организации в контексте трансформации государственно-конфессиональных отношений (1985-1997 гг. ): проблемы и особенности взаимоотношений в национальном регионе (на примере дагестана)

DOI:

Citation. Khalidova O.B., Gebekov G.F. Orthodox Religious Organizations in the Context of Transformation of State-Confessional Relations (1985-1997): Problems аnd Features (the Case of the Dagestan Republic). Vestnik Volgogradskogo gosudarstvennogo universiteta. Seriya 4, Istoriya. Regionovedenie. Mezhdunarodnye otnosheniya [Science Journal of Volgograd State University. History. Area Studies. International Relations], 2018, vol. 23, no. 4, pp. 148-158. (in Russian). DOI:

История православного христианства в Дагестане насчитывает много веков. Проник- нув в Дагестан еще в первые века нашей эры, оно прошло все ступени развития здесь: от расцвета до полного падения, возрождения в дореволюционный период как опоры царской власти до гонений в советские годы. На сегодняшний день, являясь неразрывно связанной с политической историей России, история Русской Православной Церкви и ее роль в политической истории постсоветской России на Кавказе и в частности в Дагестане нуждается в специальном исследовании.

Целью работы является исследование процесса трансформации отношений государства и религиозных организаций в 1985– 1997 гг. и ее влияние на положение православных организаций в Дагестане. Цель исследования предопределила решение следующих задач: проанализировать религиозную обстановку в Дагестане в перестроечный период, рассмотреть эволюцию государственной религиозной политики и отразить новации в отношениях государства и православных организаций, показать локальные особенности и проблемы в развитии православной составляющей в первые годы 1990-х гг. в республике.

Методы

Методологическая база исследования включает в себя принципы междисциплинарного историко-социологического исследовательского подхода, систематизации и сравнительного анализа данных, исторического беспристрастия. Использование совокупности общеисторических методов научного исследования как проблемно-хронологического и сравнительно-исторического позволит нам показать изменения положения православных организаций в республике, происходившие в переходный период и постсоветский на фоне ухудшения социально-экономического и общественнополитического развития страны. Для подтверждения последнего и выявления оценок в массовом сознании дагестанцев к переменам, происходившим в 80–90-х гг. ХХ в., мы прибегли к методу социологического опроса.

Материалами для представленного исследования послужили неопубликованные и впервые вводимые в научный оборот документы фонда р-1234 Уполномоченный Совета по делам религий при СМ СССР по ДАССР, г. Махачкала, хранящиеся в Центральном архиве Республики Дагестан (далее – ЦГА РД).

Среди комплексных исследовательских работ, посвященных взаимоотношениям вла- сти и религиозным организациям, на протяжении всего советского периода и постсоветского хочется отметить труды ученых-историков В.А. Алексеева [1], Д.В. Поспеловско-го [16], протоирея В. Цыпина [26], С.Ю. Си-морот [22], И.И. Масловой [12], М.В. Шкаров-ского [27], М.И. Одинцова [14].

За последние годы в нашей республике издано немало публикаций по религиозной тематике, защищены диссертации. Однако повышенный интерес у исследователей вызывают разработки, связанные с исламом [3; 19; 24]. В этой связи представленная статья в определенной степени не только поможет восполнить образовавшуюся лакуну в современной региональной историографии по православию, но и способствовать предоставлению объективной научной информации новому поколению граждан.

Анализ

Процесс перестройки в нашей стране повлек за собой коренные изменения не только в политической и экономической структурах, но и затронул государственно-религиозные отношения. Сохранение стабильности и сдерживание деятельности религиозных объединений приходит на смену форсированному вытеснению религии из общественной жизни в рамках вероисповедного законодательства [12, с. 6]. Именно в этот период были заложены серьезные изменения в религиозной политике, взаимоотношениях верующих и государства, их организационных структурах и функциях.

К середине 1980-х гг. по количеству последователей православная религия в республике занимала второе место. Ее исповедовали, в основном, верующие русской национальности, проживающие в городах и в Та-румовском и Кизлярском районах Дагестана. Православные приходы, расположенные на территории Дагестана входили в состав Ставропольской и Бакинской епархии. В 1986 г. в ДАССР функционировало пять церквей: в Махачкале, Кизляре, Дербенте, Хасавюрте и поселке Крайновка [8, л. 19]. Общее количество служителей православного культа составлял 10 человек от 40 до 60 лет. Из них: священников – 7, дьяконов –

1, псалмовщиков – 2. Только один священнослужитель и один псалмовщик имели среднее духовное образование, остальные – среднее светское образование [8, л. 21]. Посещаемость церквей в дни православных праздников составляла 5–5,5 тыс. человек. Гендерный показатель свидетельствовал, что 80–90 % из них были женщины. В 1986 г. общее количество освятивших продукты питания составило более 2 тыс. человек, среди которых 100 человек принадлежали цыганской национальности [8, л. 20]. География посещаемости православных церквей по ДАССР была достаточно широкой. Так, в Махачкалинскую церковь на праздники приезжали верующие из г. Каспийска, Избербаша, пос. Сулак, в Дербентскую – из пос. Огни, Белиджи, в Кизлярскую – из с. Та-румовка, в Хасавюртовскую – из Кизилюрта, Гудермеса.

Точную численность верующих в православных приходах ДАССР того времени установить не представляется возможным, так как государственная статистика отсутствует, а в приходах списочный учет не велся. Однако сведения о посещаемости церквей и молитвенных домов во время церковных праздников, о количестве продаж свечей и освященных куличей, об уровне религиозной обрядности все же имеются в архивных документах, хранящихся в фонде Уполномоченного совета по делам религий по ДАССР. Учитывая тот факт, что большинство доходов церкви формировалось за счет пожертвований и платы за совершения религиозных обрядов, советская власть рассматривала религиозную обрядность как один из элементов идеологии Православной церкви в увеличении своей паствы. В этой связи уполномоченные были обязаны систематически предоставлять сведения о религиозной обрядности в Совет по делам религий. В 1986 г. было продано 270 тыс. свечей, 80 тыс. просфоров, 11 тыс. крестиков и 1 200 икон на общую сумму 260,5 тыс. рублей [8, л. 19–20].

Увеличение количества продаваемых свечей и доходов церквей говорит, видимо, об улучшении не только финансового положения населения, но и о потребности совершать религиозные обряды. Несмотря на доминантное положение советской вероиспо- ведной политики, ощущалась тенденция изменения отношения государства к религиозным организациям в сторону либерализации. В условиях гласности и демократии население начало обращаться к своим духовным религиозным истокам, вследствие чего возрастает количество людей, принимающих участие в богослужениях и совершающих религиозные обряды.

Отношение к религии и религиозным объединениям в стране одновременно диктовала и сложившаяся международная ситуация. Пристальное внимание к СССР со стороны США и потоки клеветы о преследовании верующих в Советском Союзе, вынуждали советское руководство пойти на уступки в религиозных вопросах. Поводом к трансформационным процессам во взаимоотношениях религиозных организаций и государства стало празднование 1000-летия Крещения Руси в 1988 году. Однако еще в сентябре 1985 г. состоялось заседание Секретариата ЦК КПСС по вопросу «О противодействии зарубежной клерикальной пропаганде в связи с 1000-летием введения христианства на Руси». Прошедшее заседание показало, что первоначальные планы реформирования советского общества предусматривали не достижение диалога государства с церковью и верующими, а лишь некоторое сдерживание атеистической пропаганды в канун церковного юбилея с целью нейтрализации критики положения религии в СССР со стороны общественного мнения Запада [5, л. 1–2].

В противовес государству для служителей культа юбилей являлся знаковым событием. В его подготовке принимали участие священнослужители всей страны, в том числе и Дагестана. В ведомостях по денежным отчислениям православных церквей ДАССР в различные фонды, в Епархиальное управление и реставрацию монастыря, был введен пункт « На празднование 1000-летия Крещения Руси » [20, л. 98, 237, 241, 251]. Согласно отчету Уполномоченного по делам религий по ДАССР С. Девришбекова за 1988 г., основная деятельность православных церквей была связана с подготовкой и празднованием 1000-летия Крещения Руси. К этому юбилею все религиозные общины отремонтировали свои храмы. 27–28 августа 1988 г.

состоялся юбилейный праздник в Махачкалинской церкви, на котором присутствовало 5,4 тыс. верующих. Было отмечено посещение указанной церкви 1 300 приезжими верующими, из которых 90 % составили женщины, 15–20 % – молодежи и 30–40 % – детей [9, л. 230].

Подобный шаг в период «перестройки» означал не только сближение религии и власти в стране, но восстановление роли церкви в обществе. Довольно частым явлением в жизни республики стали встречи с целью налаживания диалогов со служителями религиозных культов разных конфессий, в том числе и православных организаций. Так, на одну из таких встреч был приглашен благочинный церквей Дагестана И.И. Коноплев, выступивший с докладом «Миротворческое служение православных церквей в Дагестане во благо мира» [23, л. 20]. Инициаторами подобных мероприятий выступали Уполномоченный Совета по делам религий по ДАССР и Духовное Управление мусульман Северного Кавказа во главе с муфтием М.Ч. Геккиевым.

Однако на фоне либерального отношения власти к религиозным организациям, постепенно положение православных организаций в национальной республике начало осложняться в виду создавшейся здесь особой общественно-политической ситуации. Все чаще здесь можно было слышать заявления о консолидации поликультурного этнического дагестанского общества под знаменем исламской религии. Широкий резонанс приобретают миграционные процессы среди русскоязычного, как правило, православного населения республики. К 1989 г. в сравнении с 1979 г. русское население республики сократилось на 23 534 человека – с 189 474 до 165 940 [15, с. 24, 25]. Только в Кизлярском районе республики с 1970 по 1989 г. русское население сократилось в 2 раза [11, с. 152]. В связи с этим, уже в 1988 г. отмечалось снижение показателей совершения религиозных обрядов по православным канонам в Дагестане. В подтверждение вышесказанного, нам представляется необходимым привести данные, которые демонстрируют количественные показатели религиозных треб по ДАССР за указанные годы (см. таблицу) [21, л. 9, 96, 238, 252].

Динамика религиозной обрядности в православных церквях г. Махачкалы, Дербента, Хасавюрта, Кизляра и пос. Крайновка за 1986–1988 г.

Годы	Религиозные требы
	Крещение	Венчание	Отпевание
			Очное	Заочное
1986	1 192	8	30	1 158
1987	896	7	36	1 012
1988	660	4	–	850

Данные таблицы позволяют увидеть, что самыми популярными видами церковной обрядности в указанный период являлись обряд отпевания заочной формы и обряд крещения. Очень низкую степень демонстрировал обряд венчания по церковным канонам. В отчетах Уполномоченного по ДАССР С. Девришбеко-ва отмечалось уменьшение доходности православных церквей и посещаемости за 1988 г. Особенно это было заметно в Крайновской и Дербентской церквях [9, л. 93]. Участие молодежи и мужчин в религиозной жизни стало менее заметным. Многие молодые люди покидали церкви после покупки и зажигания свечей. По этому поводу православные священники утверждали, что «молодым необязательно находиться до конца службы, им достаточно приобрести свечи, просфоры и отметиться заходом в храм» [9, л. 93]. Все чаще практиковалась пропаганда заочной обрядности. Верующие старушки ставили свечи за близких, исполняли требы, похоронные поминальные обряды, освещали продукты.

В этой связи можно сделать заключение, что, несмотря на общий подъем религиозной обрядности по стране, в Дагестанской АССР данные были очень низкими и обусловлены общественно-политическими проблемами национального региона. С другой стороны, мы можем предположить, что показатели религиозной статистики намеренно занижались властями республики для центра, поскольку одним из важнейших направлений в своей работе с религиозными объединениями признавали атеизм. Так, при оценке политики руководства республики в конце 1980-х гг., бывший заместитель Уполномоченного по делам религий ДАССР М.Р. Курбанов отмечал в ней двусмысленность. Несмотря на полученные инструкции, где главная задача уполномоченных состояла в том, чтобы верующие имели возможность свободно исповедовать свою веру, на деле все обстояло совсем иначе. Объективные аналитические справки с протекцией верующих не всегда получали одобрительную поддержку со стороны начальства и трактовались как покушение на партийные принципы [10].

Повороты в государственно-религиозных отношениях повлекли за собой необходимость разработки новой нормативно-правовой базы. 1 октября 1990 г. Верховным Советом СССР был принят Закон «О свободе совести и религиозных организациях» [17, л. 92–107]. По замечанию Председателя Совета Л.Ф. Колесникова правовой документ «свободен от иде-ологизированности позиций прежних официальных установок в отношении церкви и юридического несовершенства некоторых других законопроектов» [4, л. 91].

В ДАССР подобный закон был принят 5 мая 1991 г. [6, с. 1], обсуждение которого проходило в сложной общественно-политической обстановке и было связано с организацией выезда паломников для совершения хаджа. В своем выступлении председатель Верховного совета ДАССР М.М. Магомедов обращал внимание на то, что в Дагестане новое законодательство было воспринято как призыв для использования религии в целях возбуждения фанатизма и подогревания националистических чувств [7, с. 2]. Однако, попытка рассмотреть эту проблему немного шире, приводит нас к выявлению и таких факторов, как отсутствие стабильности в обществе, углубляющееся имущественное и материальнофинансовое неравенство, отток сельского населения в города и увеличение количества безработных, инфляция, отсутствие правовой защиты. Социально-экономические и политические преобразования постперестроечного периода закономерно отразились и на духовной сфере общества. С целью глубокого анализа и установления существующих в массовом сознании дагестанцев оценок и отношения к происходившим в 1985–90-х гг. событиям, авторами был проведен социологический опрос 2.

Так, респондентам был задан вопрос «Как Вы сегодня относитесь к преобразованиям, происходившим в 1985–1999 гг. (внедрение гласности, свободы слова, совести и ве- роисповедания, кооперативов, рыночных отношений)?» с целью выявления существующих в массовом сознании дагестанцев установок. В установках опрошенных превалирует негативная оценка преобразований (49,8 %) и ее наличие в общественном мнении можно объяснить тем, что дагестанцы хорошо помнят последствия изменений основ советского строя, проявившиеся в гиперинфляции, безработице, расслоении дагестанского общества на богатых и бедных, проведение приватизации, которая, на первый взгляд, обеспечивала равный доступ всех граждан к материальным богатствам, страны, а на самом деле, преследовала совершенно иные цели. Доля охарактеризовавших положительно преобразования перестроечного периода более чем в 2 раза меньше по сравнению с подгруппой негативно настроенной части опрошенных и составляет 20,8 %. Выбор данной позиции респонденты мотивируют позитивными изменениями в обществе, выразившимися в демократизации и гласности, свободе выбора и т. д. Далее, каждый десятый опрошенный по всему массиву демонстрирует полное безразличие к преобразованиям перестроечного периода. Таким образом, полученные результаты исследования являются основанием для вывода о том, что в массовом сознании дагестанских народов в основном превалировала негативная оценка событий 80–90-х гг. XX столетия.

В жизни православия и православных верующих в Дагестане 1990-е гг. были сложными. На территории республики действовали 11 православных приходов. Из них: 3 церкви – в г. Махачкале, Хасавюрте, Дербенте и 8 молитвенных домов – в г. Буйнакске, Каспийске, Кизляре, Избербаше, а также в с. Та-румовка и Кочубей Тарумовского района и с. Крайновка Кизлярского района.

Еще в период перестройки, когда территория Дагестана и Чечено-Ингушской республики входила в состав Ставропольской епархии, приходы Дагестана и Чечено-Ингушетии не были привлекательными для православного священства. Для митрополита Гедеона, возглавлявшего в то время Ставропольскую епархию, всегда представляло большую трудность отправить туда священников на постоянное служение [2, с. 93]. Это, в свою оче- редь, обостряло кадровый дефицит православных священнослужителей, отсутствие духовного образования у которых зачастую не позволяло проводить духовную работу среди молодежи и взрослого населения должным образом. Существовала проблема с регистрацией православных храмов в республике. Одновременно в республике сложилась ситуация, когда православное население должно как можно меньше себя проявлять, а всякая миссионерская деятельность с их стороны могла привести к обострению отношений с мусульманским населением республики, для которых ислам на протяжении многих веков оставался единственно «правильной» религией с четкими укоренившимися в обществе установками и правилами.

В связи с этим, в дагестанском обществе продолжали преобладать тенденции оттока русского православного населения. Особенно усилились темпы роста миграции среди русских после начала военных действий в соседней Чечне в 1994 г., взрывов жилых домов в ноябре 1996 г. в г. Каспийске, а затем и 4 сентября 1999 г. в г. Буйнакске, военных событий в августе 1999 г. на территории нашей республики. Ареалами миграции становились близлежащие территории (Ставропольский и Краснодарский края, Ростовская область). Экспертные опросы среди респондентов русской национальности в прошлом проживавших в Дагестане и мигрировавших сюда выявили ряд причин их переселения, в том числе «из-за детей, из-за неуверенности в их будущем», «ощущение скованности при проявлении своей религиозной принадлежности (ношение открыто крестика и пр.)», бытовые причины. Некоторые респонденты отмечали для себя «низкий уровень возможностей в Дагестане, нежели в том же Ставропольском крае», а также «развитость на кавказских территориях клановой системы» [25, с. 147–153].

Начало военных действий в Чечне (1994 г.) и сильный отток из республики русского населения, по словам отца Николая, бывшего настоятеля Свято-Успенского собора г. Махачкалы, сказались на финансовом положении церкви в Дагестане. Поддерживая свое существование за счет наполнения «церковной кружки», резкое сокращение паствы привело к тому, что священники получали по

400 рублей в месяц, а певчие и «трудовики» – по 200 рублей [13, с. 163]. Кроме того, денежные доходы подобного рода производились с задержками. Учитывая то, что в 1994 г. в Дагестане среднедушевой прожиточный минимум населения в год составлял 92 889 рублей, а в месяц, соответственно, 7 740 рублей [18, с. 111], эта сумма была весьма ощутимо маленькой. Малочисленный состав прихожан способствовал прекращению работы воскресных школ при церквах в Махачкале и Кизляре [13, с. 162]. Численность паствы сократилась в 3–5 раз.

Положение православной церкви в Дагестане осложняла активная деятельность протестантских проповедников, успехи которых были обусловлены опытом и постоянным настроем на проповедь Евангелия. Это, в свою очередь, не могло не беспокоить православное духовенство.

С другой стороны, все обозначенные проблемы имели «оборотную сторону» После 1995 г. положительным событием в жизни православия явилось возрождение православной культуры, одним из проявлений которого стал процесс воссоздания храмов на месте старых церквей, действовавших до революции. Так, на месте уничтоженного в советские годы православного храма в селе Коктюбей была восстановлена церковь святых Петра и Павла. В Кизляре проводилась активная работа по восстановлению женского монастыря.

Результаты

Процесс религиозного возрождения православия в республике в переходный период истории происходил на фоне общего духовного кризиса в стране и был обусловлен продолжающейся политикой «государственного атеизма». Атеистическое мировоззрение руководящих органов зачастую влияло на процесс выстраивания взаимоотношений с религиозными организациями и характеризовалось как «двусмысленное». Религиозный ренессанс в первой половине 1990-х гг. в Дагестане имел свои локальные особенности, был обусловлен ухудшением общественно-политического фона республики и сопровождался факторами, негативно влияющими на положение здесь православия.