Правовой статус и управленческие модели должности главного конструктора в российских вузах

Национальные цели развития Российской Федерации обусловили активное вовлечение вузов в процессы укрепления технологического суверенитета и достижения технологического лидерства. Так, в еще не вступившем в силу Федеральном законе от 28.12.2024 № 523-ФЗ «О технологической политике в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»1 вузы отнесены к числу организаций, осуществляющих содействие развитию технологий.

Сегодня на инженерные вузы возлагаются задачи как по созданию собственной научно-технологической продукции и опытных образцов, так и по опережающей подготовке кадров для критически важных отраслей, а также по повышению качества инженерного образования в целом.

Государство стимулирует развитие инженерного образования и технологической деятельности вузов. Разворачивается реформа высшего образования, начавшаяся в 2023 году2, увеличиваются контрольные цифры приема по укрупненной группе специальностей и направлений «Инженерное дело, технологии и технические науки» (по сравнению с 2020 годом совокупный приём на инженерные программы вырос на 21 %, в 2024 году доля первокурсников – будущих инженеров в структуре общего приёма достигла 41 %3).

В целях подготовки инженерных кадров нового поколения с 2022 года Минобрнауки России запустило масштабный федеральный проект «Передовые инженерные школы»4. Объем вы- деленных федеральных средств на его реализацию в 2022–2024 годах составил более 29 млрд руб. Всего к 2030 году на базе вузов планируется создать не менее 100 школ в партнерстве с высокотехнологичными компаниями.

Реализуются федеральные гранты, направленные на обновление приборной базы вузов5 и создание в их структуре технологических подразделений – инжиниринговых центров6, центров трансфера технологий7, центров инженерных разработок8 и пр. В 2025 году прошел первый конкурсный отбор студенческих конструкторских бюро9.

Результатом проводимой политики стало формирование группы вузов – лидеров инженерной сферы, драйверов национального технологического развития. Большинство из них вошли в утвержденный в конце 2024 года перечень вузов, обеспечивающих подготовку инженерных кадров и научных разработок для технологического лидерства10. Всего в перечне 38 вузов, лидирующих по доле студентов, обучающихся по укрупненным группам специальностей и направлений «Инженерное дело, технологии и технические науки» и «Математические и естественные науки», и объему поступлений от научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ.

По поручению заместителя Председателя Правительства Российской Федерации были разработаны и утверждены стратегии указанных вузов по обеспечению подготовки инженерных кадров и проведению научных разработок, направленных на обеспечение технологического лидерства (далее – стратегии), а также определены кандидатуры главных конструкторов11.

Логическим продолжением федеральной политики вовлечения вузов в процессы укрепления технологического суверенитета и достижения технологического лидерства стала переориентация программы стратегического академического лидерства «Приоритет 2030», которая сегодня является одним из основных финансовых инструментов развития вузов, на обеспечение технологического лидерства.

Программы развития вузов, обеспечивающих подготовку инженерных кадров и научных разработок для технологического лидерства, в рамках их участия в «Приоритете 2030» должны быть сфокусированы на технологическом лидерстве и включать в себя стратегические технологические проекты и ранее разработанные стратегии. Оценка способности вуза создавать глобально конкурентоспособные наукоемкие технологии и/или продукты и готовить специалистов для создания и эксплуатации таких технологий и продуктов играет решающую роль при определении объема финансирования вуза – участника «Приоритета 2030».

Должность главного конструктора станет новшеством для большинства вузов. Ее введение следует из упомянутого выше поручения заместителя Председателя Правительства Российской Федерации. Минобрнауки России были разработаны методические рекомендации о порядке отбора и назначения главных конструкторов (далее – методические рекомендации)12, а также предложено использовать опыт ПАО «Газпромнефть» по формированию

«научного интегратора» как функционально-ролевой единицы13.

Сейчас вузам в условиях правовой неопределенности, при наличии документов учредителя рекомендательного характера, предстоит назначить главных конструкторов, определить их функционал и встроить в существующую систему управления. За такой формальной на первый взгляд процедурой стоят более серьезные и содержательные вопросы: кого и как назначать на новую должность, чем должны заниматься главные конструкторы и как их должность будет встроена в существующую систему управления?

Проблемы правового статуса научно-педагогических работников рассматриваются Ю. В. Васильевой, С. С. Худяковой, М. А. Поткиной [1], А. А. Васильевым, Ю. В. Печатновой [2], Н. В. Пу-тило [3], Н. В. Черных [4–5], Д. А. Бочарниковым [6], М. М. Кудаевым [7] и другими. Отдельное внимание уделяется правовому статусу ректора [8–11]. Правовому статусу главного (генерального) конструктора предприятия посвящены исследования М. А. Орловской, Л. Ю. Новицкой [12–13] и др. Однако научных работ, посвященных особенностям правового статуса главного конструктора вуза, еще нет.

В связи с этим настоящее исследование – первая в научной литературе попытка определить правовой статус главного конструктора (квалификационные требования, компетенции, полномочия, специальные права и обязанности, ответственность, порядок назначения) и его место в системе управления вуза. В основу исследования легли результаты:

– формально-юридического анализа действующего законодательства в сфере высшего образования и науки (федеральных законов, Указов Президента Российской Федерации, постановлений Правительства Российской Федерации, приказов Министерства науки и высшего образования Российской Федерации и пр.), трудового законодательства (Трудового кодекса Российской Федерации, актов Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации), а также поручений органов и должностных лиц публичного управления, решений коллегиальных органов;

– анализа «живого» правового статуса главных конструкторов, в том числе декларируемого вузами в программах развития. Основаниями для проведенного сравнения проектируемых и уже реализованных практик стали отраслевая направленность вузов, квалификационные требования, предъявляемые вузами к кандидатам на должность главного конструктора, порядок их назначения, закрепляемые компетенции, полномочия, место в системе управления вузов.

Правовые основания должности главного конструктора и практика их реализации в российских вузах

В целях определения правового статуса главного конструктора вуза проведены систематизация и анализ действующих нормативных правовых актов, предусматривающих отдельные нормы, применимые к данной должности.

Согласно методическим рекомендациям, назначение главного конструктора утверждает ректор на основании решения ученого совета. Для кандидатов определены обязательные критерии, соответствие которым должен оценивать ученый совет: опыт работы в организациях реального сектора экономики и (или) по направлению ключевого научно-технологического направления в вузах и (или) научных организациях; суммарный привлеченный претендентом в университет (законтрактованный) объем внебюджетных средств по научно-технологическому направлению – не менее 10 млн руб. в год. При этом вузы вправе устанавливать дополнительные критерии.

Фрагментарность приведенных методических рекомендаций требует изучения трудового законодательства и законодательства в сфере образования и науки с целью определения квалификационных характеристик должности главного конструктора вуза и порядка его назначения.

Федеральным законом от 29.12.2012 № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации»14 для вузов предусмотрены должности педагогических работников и научных работников, которые относятся к научно-педагогическим работникам. Согласно приказу Минобрнауки России от 05.08.2021 № 715 (далее – приказ Минобрнауки России № 715)15, должность главного конструктора отнесена к числу должностей научных работников, замещаемых по конкурсу. При этом указанный приказ, определяющий в том числе порядок проведения конкурса, распространяется и на вузы.

Формально методические рекомендации предлагают иной порядок назначения главного конструктора, отличный от предусмотренного приказом Минобрнауки России № 715. Согласно методическим рекомендациям, назначение главного конструктора в форме утверждения его кандидатуры ректором должно основываться на решении ученого совета. Согласно приказу Минобрнауки России № 715, трудовой договор должен заключаться с лицом, признанным победителем конкурсного отбора на основании решения конкурсной комиссии.

Однако такое несоответствие нивелируется тем, что по своей правовой природе методические рекомендации не являются нормативным правовым актом. Порядок отбора главных конструкторов, рекомендованный Минобрнауки России, не может подменять порядок конкурсного отбора, утвержденный приказом Минобрнауки России № 715, а должен лишь дополнять его при условии внесения соответствующих изменений в локальные акты вузов по конкурсному отбору научных работников.

Должностные обязанности и требования к должности содержатся в квалификационных справочниках и (или) профессиональных стандартах. Но в отношении должности главного конструктора вуза или научной организации профессиональный стандарт не утвержден. Действует лишь профессиональный стандарт «Конструктор в автомобилестроении». Применять его по отношению к вузовской должности некорректно. Следовательно, при отсутствии утвержденного профессионального стандарта претенденты на должность главного конструктора вуза должны соответствовать установленным квалификационным требованиям.

В квалификационном справочнике должностей руководителей, специалистов и других служащих, утвержденном постановлением Минтруда России от 21.08.1998 № 37 (далее – постановление Минтруда России № 37)16, содержатся общеотраслевые квалификационные характеристики должности главного конструктора. Вместе с тем некоторые предусмотренные квалификационными характеристиками должностные обязанности не могут быть универсальными для каждого вуза. В частности, такая должностная обязанность, как принятие мер по ускорению освоения в производстве перспективных конструкторских разработок и новейших материалов, может быть реализована только в вузах, имеющих собственные производства (например, в форме малого инновационного предприятия, соучредителем которого является вуз).

Соответственно, для введения должности главного конструктора вузу необходимо:

• •    внести должность главного конструктора в штатное расписание;

• •    внести соответствующие изменения в положение об оплате труда;

• •    предусмотреть должность в перечне профессиональных квалификационных групп должностей работников и должностных окладов;

• •    разработать должностную инструкцию, адаптировав под условия вуза должностные обязанности, необходимые знания и требования к квалификации, установленные постановлением Минтруда России № 37;

• •    внести изменения в положение о порядке организации и проведения конкурса на замещение должностей научных работников, соблюдая требования к квалификации, установленные постановлением Минтруда России № 37, и порядок проведения конкурса на замещение должностей научных работников, установленный приказом Минобрнауки России № 715, предусмотрев рекомендации Минобрнауки России в части требований к претенденту и процедуры согласования его кандидатуры ученым советом.

Преимуществом такого подхода является введение полноценной должности с четко определенными должностными обязанностями. Недостатком – необходимость проведения ряда организационных процедур для вузов, в штатном расписании которых эта должность ранее отсутствовала, а также необходимость соблюдения «обязательного минимума» в части требований, установленных постановлением Минтруда России № 37 и приказом Минобрнауки России № 715 соответственно.

Вместе с тем практика российских вузов предусматривает и иные способы реализации функционала главного конструктора. В связи с этим по критериям формального закрепления должности (введение должности в штатное расписание или закрепление функционала за сотрудником без введения соответствующей должности), опыта работы кандидата на должность (научно-исследовательского, административного, на предприятиях реального сектора экономики и (или) в научных и образовательных организациях) и организационной принадлежности главного конструктора (структурное подразделение, в рамках которого осуществляется функционал главного конструктора) исследованы уже сложившиеся в вузах практики реализации института главных конструкторов.

Ряд должностных обязанностей, предусмотренных постановлением Минтруда России № 37, как и в целом создание в системе управления вуза должности, предполагающей курирование ключевых научно-технологических направлений, не является чем-то новым для системы и структуры управления. Такой функционал реализуется другими сотрудниками вуза, например, советниками ректора, проректорами и др.

Более того, в некоторых случаях должности главных конструкторов были введены еще до соответствующего поручения заместителя Председателя Правительства Российской Федерации. Зачастую должности главных конструкторов, относящиеся к категории научных работников, присутствуют в крупных университетах, имеющих собственные производства или образованных путем объединения с научными организациями, для которых эта должность в большей степени характерна.

Например, должность главного конструктора предусмотрена в Инжиниринговом центре цифровых технологий машиностроения Уральского федерального университета имени первого Президента России Б. Н. Ельцина и в Южном федеральном университете, образованном на базе Ростовского государственного университета, где действовали научно-исследовательские институты. Должности главных конструкторов также распространены в Московском физико-техническом институте, Национальном исследовательском ядерном университете «МИФИ» и др. Также распространена практика привлечения представителей индустрии на должности, связанные с курированием ключевых научно-технологических направлений и взаимодействием с бизнес-партнерами. В частности, в университетах – участниках проекта по созданию передовых инженерных школ (Уральский федеральный университет имени первого Президента России Б. Н. Ельцина, Московский государственный технический университет имени Н. Э. Баумана) руководители школ совмещают должность с работой в организациях реального сектора экономики, соответствующих направленности школ.

Ряд вузов реализуют функционал главных конструкторов без введения должности, но с установлением статуса главного конструктора. Так, Иркутский национальный исследовательский технический университет масштабировал свой проект по подготовке ключевых исследователей и к настоящему моменту определил кандидатуры главных конструкторов (с соблюдением методических рекомендаций). Согласно положению университета о программе развития кадрового потенциала «Главного конструктора»17, главный конструктор (Principal Investigator – ключевой исследователь) – профессионал в предметной области, имеющий опыт исследований и разработок, руководящий развитием определённого направления критических и (или) сквозных технологий, отвечающий за формирование программы исследований и разработок в рамках направления деятельности, определяющий формат коммуникации и модели с представителями индустрии, создающий наукоемкую продукцию в интересах университета и индустриальных партнеров для устойчивого ежегодного выполнения коммерчески успешных проектов. На статус главного конструктора могут претендовать ключевые исследователи и научно-педагогические работники, имеющие опыт реализации крупных проектов в интересах заказчиков.

Программа университета предусматривает поэтапное присвоение статуса и ориентирована на поиск и подготовку управленческих кадров по трем уровням: «перспективные кадры», «лидеры направлений» и непосредственно «главные конструкторы» (PI). Статус присваивается по результатам рассмотрения кандидатуры претендента ученым советом университета. Вуз вправе в установленном порядке присвоить статус главного конструктора внештатному сотруднику университета и заключить с ним трудовой договор / договор на оказание услуг, выполнение научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ.

Основными критериями к кандидату на присвоение статуса главного конструктора являются наличие ученой степени или управленческого опыта, программы исследований и разработок, опыта успешного руководства коллективом (рост объема НИОКР на 1 участника коллектива, количества и уровня публикаций, появление новых участников команды), ежегодный объем НИОКР свыше 10 млн руб. на коллектив, наличие РИД и пр. Главному конструктору предоставляются «преимущества»: делегирование полномочий по представлению интересов университета на различных площадках, подписанию соглашений, договоров на сумму до 10 млн рублей и пр. Также в положении подробно описаны права, обязанности и ответственность главных конструкторов.

Установление статуса главного конструктора также применяется в Санкт-Петербургском политехническом университете Петра Великого, Национальном исследовательском университете «МЭИ» и пр.

При таком подходе, когда вводится не должность главного конструктора, но функциональноролевой статус, вузу необходимо провести ряд организационных действий:

• •    разработать и утвердить локальный акт (например, положение о конкурсе на присвоение статуса, положение о реализации программы / проекта), отразив в нем критерии к кандидатам и порядок присвоения статуса с учетом рекомендаций Минобрнауки России;

• •    в случае, если статус присвоен работнику вуза, заключается дополнительное соглашение к его основному трудовому договору, в котором отражаются дополнительные трудовые обязанности, права, показатели эффективности;

• •    в случае, если статус присвоен внешнему специалисту, с ним заключается договор на оказание услуг, выполнение научно-исследовательских, опытно-конструкторских работ, где указываются срок действия договора, перечень (виды) услуг / работ, объем услуг / работ, результат услуг / работ.

Преимущество такого способа закрепления функционала главного конструктора и фиксации его места в системе управления – маневренность. Не ограничивая себя рамками требований постановления Минтруда России № 37 и приказа Минобрнауки России № 715, вуз может оперативно корректировать требования к кандидатам на соискание статуса, обязанности главного конструктора, его полномочия и пр.

Основным недостатком такого подхода является то, что лицо, получившее статус главного конструктора, оказывается вне системы управления вуза и не является участником управленческих отношений. Кроме того, ввиду отсутствия должностной инструкции, понижается степень ответственности лица, получившего статус главного конструктора, и прозрачность оплаты его труда. При этом наибольшие риски возникают при наделении статусом главного конструктора внешнего специалиста, пришедшего в вуз из другой корпоративной культуры. Академическая среда консервативна, она враждебно воспринимает чуждые ей элементы. В практике университетского управления есть множество примеров отторжения «варягов», когда научно-педагогическим сообществом саботировались проекты новых коллег из бизнес-среды, привлекаемых для работы администрацией университета.

В сущности, Иркутский национальный исследовательский технический университет воплотил федеральную инициативу по введению в вузах должности главного конструктора, выйдя за рамки ее традиционного понимания в отечественной системе права. Вуз адаптировал под действующую в России нормативную правовую базу мировую практику закрепления в организациях позиции ключевого исследователя (principal investigator (PI)).

Сегодня в условиях быстро меняющейся исследовательской среды позиция ключевого исследователя привлекает все большее внимание ученых. Анализ зарубежных публикаций в изданиях, индексируемых в международных реферативных базах данных Scopus, позволил выявить тенденции эволюции функций ключевых исследователей, вызовов и контекста их деятельности.

Одной из ключевых тенденций, прослеживаемых в работах 2017–2020 гг., является значимость личных отношений и коммерческого опыта PI в процессе трансфера технологий и коммерциализации. В работах Conor O’Kane, Paul O’Reilly и др. [14] подчеркивается, что личные связи с индустриальными партнерами и малыми и средними предприятиями способствуют успешному трансферу технологий, особенно в условиях ограниченных институциональных ресурсов. Эта идея развивается в работе Cunningham J. A. [15], где также отмечается, что ключевые исследователи с практическим опытом работы в коммерческом секторе успешнее интегрируют исследования в рыночные продукты, особенно в университетско-индустриальных коллаборациях. Указанная тенденция отражает переход к грантовой модели финансирования и возрастающую потребность в кооперации науки и реального сектора экономики.

Также выявлена тенденция смещения фокуса исследований с операционных барьеров к стратегической роли ключевых исследователей. В работах Conor O’Kane, Paul O’Reilly [14–15] к числу таких барьеров отнесены нехватка ресурсов офисов трансфера технологий и непоследовательность грантовых процессов. В более поздних работах [16] исследователями уже предлагается в своем роде диагностический подход: использовать компетенции ключевых исследователей для оценки зрелости культуры трансфера технологий в университете.

В более поздних работах значительное внимание уделяется социальным аспектам, в том числе как результат осмысления работы ключевых исследователей в период пандемии. Такая закономерность наблюдается в исследованиях 2020–2023 гг. В работе Cunningham J. A. [17] отмечается гендерный паритет в успехе грантов, реализуемых ключевыми исследователями. Однако женщины-PI, по мнению Antes A. L. [18], чаще сталкиваются со стрессом.

Пандемия акцентировала необходимость адаптируемости ключевых исследователей к кризисным ситуациям, что особенно ярко показано в работе Antes A. L. [18]. Авторы описывают, как PI в США во время пандемии приоритизировали безопасность персонала над личной продуктивностью, сталкиваясь с инфраструктурными барьерами.

В сущности, последние исследования подчеркивают этические аспекты лидерства ключевых исследователей, что контрастирует с изучением их более рутинных функций, описанных в ранних работах, где предметом исследования выступала в основном грантовая деятельность исследователей.

Выявленные тенденции отражают эволюцию восприятия ключевых исследователей – от операционного уровня к стратегическому лидерству – с учетом глобальных вызовов (финансовый кризис, пандемия COVID-19). В новейших зарубежных исследованиях в данной области (исследования Burt B. A., Stone B. D., Hemmings Ya., Kleba J., Glasco-Boyd D., Washington B. [19], Banks L. [20] и других [21]) приоритет отдается формированию метапредметных компетенций исследователей, скорее управленческих, нежели исследовательских.

Таким образом, к основным ролям ключевых исследователей можно отнести формирование новых исследовательских тематик и направлений, трансфер знаний и инноваций в экономику, административное управление проектом, согласование позиций, координацию стейкхолдеров научно-исследовательского проекта и пр. [22, 24 ].

Сейчас позиция ключевого исследователя во многих странах и организациях научно-исследовательской сферы закреплена официально. По сути, это новая позиция в системе разделения труда. В России пока только появляются отдельные практики формирования института ключевых исследователей (образовательных программ, школ ключевых исследователей), но законодательного закрепления они не имеют.

Анализ подходов вузов к определению функционала главного конструктора и его места в системе управления

Для того, чтобы определить, как вузы с учетом действующей нормативно-правовой базы и реальных кейсов, понимают для себя институт главных конструкторов, был проведен анализ программ развития 28 вузов, являющихся победителями конкурсного отбора программы «Приоритет 2030» в 2025 году (основной трек). Критериями анализа стали квалификационные требования, предъявляемые вузами к кандидатам на должность главного конструктора, порядок их назначения, предоставляемые компетенции, полномочия, место главных конструкторов в системе управления вузов.

Результаты анализа18 позволили выявить несколько моделей функционально-ролевого статуса главных конструкторов в зависимости от ведущей функции (проектной, экспертной, административноуправленческой) и их места в системе управления:

• а)    Административно-координационная модель (Томский политехнический университет, МИРЭА – Российский технологический университет, Национальный исследовательский университет «МЭИ»). Характеризуется посредническим характером деятельности главных конструкторов при взаимодействии основных органов управления (в том числе офиса технологического лидерства), структурных подразделений и работников вуза, непосредственно занимающихся научной и образовательной деятельностью. Планируется, что функционал главного конструктора будет выполнять работник вуза или внешний специалист, которому через трудоустройство на административно-управленческую должность будут предоставлены административные полномочия по отношению к другим сотрудникам. В рамках модели главный конструктор не является руководителем стратегического технологического проекта, а действует совместно с ним.

• б)    Экспертно-прикладная (Московский авиационный институт, Уфимский государственный нефтяной технический университет, Национальный исследовательский технологический университет «МИСИС»). Обладает внешним характером деятельности: главный конструктор выстраивает коммуникацию органов управления и проектных команд с внешними партнерами. Планируется, что функционал главного конструктора будет закрепляться за лицами с опытом работы в организациях реального сектора экономики по ключевому научно-технологическому направлению. В рамках модели главный конструктор не является руководителем стратегического технологического проекта, а действует совместно с ним. При этом главный конструктор курирует не столько конкретный стратегический технологический проект, а технологические направления и продуктовые результаты проектов в целом.

• в)    Проектная (Московский физико-технический институт, Санкт-Петербургский государственный электротехнический университет «ЛЭТИ» имени В. И. Ульянова (Ленина), Казанский национальный исследовательский технологический университет). Главный конструктор возглавляет стратегический технологический проект, организует и обеспечивает его реализацию, коммуницирует

с органами управления. Планируется, что функционал главного конструктора будет закрепляться за специалистами с опытом проектного управления и руководства научными и инжиниринговыми подразделениями после согласования органов проектного управления вуза. В рамках модели главный конструктор является руководителем стратегического технологического проекта и несет ответственность за его реализацию.

Вузы, реализующие такую модель, продолжают логику предыдущего этапа «Приоритета 2030» (2021–2024 гг.), где ключевым элементом выступал стратегический проект (в том числе портфельного типа) с закрепленным за ним руководителем. В новой конфигурации «Приоритета 2030» стратегический проект и его руководитель трансформировались в стратегический технологический проект и главного конструктора соответственно.

• г)    Комбинированная (Уральский федеральный университет, Московский государственный технологический университет «СТАНКИН»). Отличается тем, что главный конструктор входит в команду конкретного стратегического технологического проекта, не являясь его руководителем, курирует ключевые научно-технологические направления и продуктовые результаты проектов вуза в целом. Также модель характеризуется прямой коммуникацией главного конструктора с ректором и «легальностью» – программы развития вузов, отнесенных к комбинированной модели, в наибольшей степени следуют методическим рекомендациям Минобрнауки России в части проведения конкурсного отбора и назначения главных конструкторов. В программах развития прямо предусмотрено, что главные конструкторы назначаются приказом ректора.

Отметим: согласно данным, опубликованным на официальных сайтах вузов, к настоящему моменту должности или функционал главных конструкторов существуют уже в 14 вузах из 28 анализируемых (Уральском федеральном университете имени первого Президента России Б. Н. Ельцина, Московском государственном техническом университете имени Н. Э. Баумана, Национальном исследовательском университете ИТМО, Санкт-Петербургском политехническом университете Петра Великого, Московском физико-техническом институте, Национальном исследовательском университете «МЭИ», Сибирском федеральном университете, Дальневосточном федеральном университете и пр.).

Заключение

Результатами формально-юридического анализа, а также анализа реальных кейсов вузов и функционально-ролевых статусов главных конструкторов, спроектированных вузами в программах развития, являются следующие выводы. Характер проводимых на федеральном уровне мероприятий по интеграции вузов в процессы укрепления технологического суверенитета и достижения технологического лидерства, а также содержание рекомендаций Минобрнауки России по введению в вузах должности главного конструктора указывают на то, что главный конструктор вуза в понимании федерального учредителя – не столько новая штатная единица, которой соответствуют существующие общеотраслевые квалификационные характеристики, сколько новый компетентност-ный профиль, которому в зарубежной практике соответствует статус ключевого исследователя (PI). Следовательно, уместнее говорить не о введении должности, но о внедрении в систему управления нового функционально-ролевого статуса главного конструктора (ключевого исследователя).

При определении должностных обязанностей главного конструктора, его места в системе и структуре управления и функционала в целом вузам необходимо учитывать собственную специфику, имеющиеся зарубежные практики, а также целесообразность дальнейшего существования должности вне рамок участия в «Приоритете 2030». Также предлагаем использовать сформулированные модели функционально-ролевого статуса главного конструктора (ключевого исследователя) – административно-координационную, экспертно-прикладную, проектную или комбинированную. Отметим, что в отношении указанных моделей необходимо учитывать погрешности проведенного анализа, так как его предметом стали программы развития, подготовленные вузами в ограниченные сроки в условиях правовой неопределенности. Кроме того, системы управления, декларируемые вузами в программах развития, – эталонный образ. При фактической реализации программ развития возможна корректировка, в том числе с учетом поступления новых рекомендаций учредителя.

Тактически реализовать функционал главного конструктора (ключевого исследователя) в существующей в вузе системе разделения труда можно двумя основными способами:

– трудовым, при котором в штатное расписание вводится должность главного конструктора, адаптированная под специфику вуза, его миссию и основные направления развития. При этом правовой статус главного конструктора устанавливается нормами трудового законодательства, законодательства в сфере науки и образования и локальными актами вуза;

– договорным, при котором с лицом, соответствующим статусу главного конструктора (ключевого исследователя), заключается договор на оказание услуг, выполнение научно-исследовательских, опытно-конструкторских работ (для внешнего специалиста) или заключается дополнительное соглашение к трудовому договору по основному месту работы (для работника вуза). В этом случае правовое положение главного конструктора (ключевого исследователя) регулируется нормами трудового законодательства, законодательства в сфере науки и образования и (или) Гражданского кодекса Российской Федерации, локальными актами вуза.

Полагаем, что вариативность способов включения в вузовскую систему и структуру управления нового функционально-ролевого элемента, а также не императивный по своей природе характер методических рекомендаций Минобрнауки России о порядке отбора и назначения главных конструкторов позволят в полной мере учесть уникальность каждого вуза.