Правовые презумпции добросовестности и разумности осуществления предпринимательской деятельности

DOI:

Предпринимательская деятельность является важнейшим составляющим элементом экономического развития страны и ее гражданского оборота. В основе эффективного осуществления предпринимательской деятельности лежат многочисленные факторы, связанные как с правовым регулированием предпринимательских отношений, так и с ведением предпринимательской деятельности на основе принципов добросовестности и разумности. Добросовестное и разумное поведение способно стимулировать развитие предпринимательства, повышать ее эффективность, создавать позитивный климат для развития экономики страны. Моделирование правового обеспечения развития предпринимательской деятельности невозможно без создания и анализа фундаментальной основы, тех принципов, которые лежат в основе такой деятельности. Концептуально решая задачи развития гражданского оборота, необходимо рассматривать два ракурса – объективный, отражающий экономическую сторону осуществления предпринимательской деятельности, и субъективный, заключающийся в необходимости оценки субъектом предпринимательства последствий своей деятельности в отношении других лиц.

Моделируя систему современного правового регулирования предпринимательской деятельности, следует исходить из необходимости выявления характерных свойств элементов системы, а также их статических и динамических одноуровневых и многоуровневых связей. При этом нельзя недооценивать влияние субъективных факторов на стимулирование активности хозяйствующих субъектов и развитие предпринимательских рынков. Рассматриваемые в качестве принципов осуществления права, разумность и добросовестность, не только отражают особую направленность права как социального регулятора, но и формируют рамки правомерного поведения участников предпринимательских правоотношений. Закрепление в качестве фундаментальных принципов позволяет им выполнять регулятивную функцию, воздействуя на общественные отношения, влиять на каждого субъекта, который должен соизмерять свое поведение с принципами добросовестности и разумности [10, р. 421].

Неограниченное признание какого-либо интереса, будь то частного или публичного, несовместимо с удовлетворением других частных или публичных интересов [12, p. 327]. Разумность и добросовестность ставят тот предел в осуществлении своего интереса, который позволяет сбалансировать и уравновесить такие интересы, нивелировать возможные противоречия. Таким образом, научный анализ правовых презумпций разумности и добросовестности, совершенствование модели их правовой регламентации является актуальной задачей, направленной как на решение правовых проблем, так и на развитие предпринимательских отношений, представляющих основу для эффективного развития экономики [13, p. 444].

Результаты и обсуждение

О разумности как правовой категории

Гармонизация частных интересов предпринимателей зависит как от самой личности и ее представлений о нравственности (субъективный фактор), так и от норм, заложенных в объективном праве, позволяющем субъекту действовать определенным образом, удовлетворяя собственные интересы.

Действующее гражданское законодательство неоднократно обращается к категориям разумности и добросовестности при регули- ровании предпринимательских отношений. Такая апелляция популярна как в международных актах, так и в российских нормативных правовых актах. В частности, Венская конвенция ООН о договорах международной купли-продажи (заключена в Вене 11 апреля 1980 г.) обращается к понятию разумного лица (ст. 8). С этим эталоном должно сравниваться поведение обычного участника экономического оборота (ст. 25). В гражданском законодательстве России термин «разумность» используется многократно и несет различную смысловую нагрузку. В большинстве случаев речь идет об оценке разумности поведения (ст. 72, 404, 750, 962 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК)), в некоторых оцениваются различные договорные элементы (срок, цена – ст. 524 ГК). В ст. 28 Федерального закона от 8 декабря 1995 г. № 193-ФЗ «О сельскохозяйственной кооперации», п. 1 ст. 25 Федерального закона от 14 ноября 2002 г. № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» категории разумности и добросовестности называются принципами права. В свою очередь, ст. 10 ГК придает разумности природу презумпции, предполагая действие любого субъекта права разумным, пока не доказано иное.

В научной литературе понятие разумности связывают с осуществлением правомерных действий [4, c. 43]. Однако предприниматель, действуя, к примеру, в обход закона, то есть неправомерно, тем не менее, может действовать разумно с позиции получения наибольшей прибыли. Более того, в силу п. 1 ст. 2 ГК, лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность, действует «на свой риск», что позволяет предположить, что в ряде случаев, обоснованных экономической эффективностью, его поведение может быть и неразумным. Некоторые авторы полагают, что разумное поведение должно нести минимальную обязательную полезность для контрагента [3, c. 67]. Но в силу законодательного закрепления субъект предпринимательской деятельности в первую очередь действует своей волей и в своих интересах. Таким образом, его разумное поведение связано с его интересами, а не с интересами партнеров.

Категорию разумности следует в первую очередь связывать с принятием доступных и необходимых мер, характерных для каждого конкретного случая. Под доступными мерами необходимо понимать те меры, принятие которых возможно в данных обстоятельствах, а под необходимыми – те, которые следует предпринять в данной ситуации и без осуществления которых результат достигнут не будет. Совокупность указанных критериев позволит квалифицировать то или иное поведение как разумное или неразумное.

О добросовестности субъекта предпринимательской деятельности

Категория добросовестности употребляется в гражданском законодательстве значительно чаще категории разумности. Она сформулирована как принцип права (п. 3 ст. 1 ГК, ст. 53, 234 ГК и др., ст. 237 Кодекса торгового мореплавания РФ, ст. 39 Федерального закона от 29 ноября 2001 г. № 156-ФЗ «Об инвестиционных фондах» и др.), как правовая презумпция (ст. 10 ГК), как субъективный фактор поведения (ст. 302, 303 ГК, ст. 2 ФЗ от 22 апреля 1996 г. № 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг»), связывающий добросовестное поведение с знанием или незнанием определенных фактов, либо как презумпция права (ст. 10 ГК).

Право многочисленных стран рассматривает добросовестность в качестве принципа. К примеру, Гражданское уложение Швейцарии от 10 декабря 1907 г. устанавливает обязанность поступать по доброй совести (ст. 2), аналогичные нормы содержатся в § 157, 242 Германского гражданского уложения (одобрено 14 июля 1896 г., вступило в силу 1 января 1900 г.). В ст. 6 Гражданского кодекса Франции (кодекс Наполеона) от 21 марта 1804 г. предусматривается запрет на нарушение частным соглашением добрых нравов, ст. 1-203 Единообразного торгового кодекса США (1952 г.) указывает на обязательность добросовестного поведения при исполнении обязанностей.

В научной литературе одни авторы выделяют в добросовестности объективный фактор, рассматривая ее как внешнее мерило правомерного / неправомерного поведения, принимаемое во внимание при оценке законом, судом и другими субъектами гражданского оборота [5, c. 56].

Многие авторы характеризуют добросовестность с позиции субъективной характеристики поведения или отношения к своему поведению. В частности, добросовестность определяется как нравственное убеждение лица, уважающего своего контрагента [6, c. 79], либо как субъективное незнание своего неуправомо-ченного поведения, либо неведение каких-либо обстоятельств [2, c. 13]. Ряд цивилистов полагают, что добросовестное поведение предполагает обязанность заботиться о соблюдении прав и интересов других субъектов экономического оборота [7, c. 100]. Однако здесь и возникает сложность оценки поведения предпринимателя как добросовестного или недобросовестного. Можно привести классический пример, в силу которого один предприниматель открывает булочную рядом с другим, и первый разоряется [8]. Можно ли в таком случае признать действия второго предпринимателя недобросовестными? Нельзя. Однако, надо полагать, что, открывая булочную, он в первую очередь руководствовался своими интересами, и в меньшей степени заботился об интересах других предпринимателей.

С того момента, как принцип добросовестности закреплен в действующем законодательстве, он перестал быть только критерием оценки нравственного или безнравственного поведения [9, р. 453]. Для добросовестного поведения субъекта предпринимательской деятельности необходимо, чтобы субъект не только осознавал возможные негативные последствия своей деятельности для других субъектов предпринимательства (так называемому рефлекторному действию праву), но и строил свое правомерное поведение так, чтобы не нарушать и не ущемлять права и законные интересы других участников хозяйственного оборота. В таком подходе проявляется субъективная характеристика добросовестного поведения субъекта предпринимательской деятельности. С объективной стороны требование добросовестности выражается в закрепленности необходимости добросовестного поведения (добросовестность как принцип права) и предположении наличия добросовестности, пока не доказано иное (добросовестность как презумпция права).

С позиции используемой законодательной техники так же следует обратить внима- ние на то, что при формулировании положений о добросовестности недопустимо использование запретов. Добросовестность – это всегда требование определенного поведения, поэтому техника запретов хотя и может быть использована, но в ограниченных рамках. Исходя из данного утверждения можно разграничить понятия пределов осуществления гражданских прав и добросовестности; предел – это всегда запрет на определенное поведение, тогда как добросовестность – это необходимость определенного поведения.

Зачастую, характеризуя добросовестное поведение субъекта предпринимательской деятельности, законодатель противопоставляет его недобросовестному поведению. Такой подход, в частности, отражен в Федеральном законе от 26 июля 2006 г. № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (ст. 14), Федеральном законе от 13 марта 2006 г. № 38-ФЗ «О рекламе» (ст. 5). Однако анализ нормативных правовых актов позволяет сделать вывод, что недобросовестное поведение отождествляется законодателем с противоправностью и рассматривается как действия, нарушающие нормы права. Более того, в научной литературе некоторые ученые также полагают, что недобросовестное поведение – это не только противоправное поведение, но и виновное поведение [2, c. 13] (контаминация объективного и субъективного факторов). Впрочем, данная точка зрения крайне популярна в научной литературе.

Противоправное поведение – это такое поведение, которое нарушает нормы права, в том числе источником которых является договор и иные локальные акты. Недобросовестное поведение – не связано с прямым нарушением норм права. Например, перевозчик обязуется доставить груз в пункт назначения. При этом он избирает самый длинный из возможных маршрутов. С одной стороны, обязательство исполнено в срок, с другой стороны, стоимость доставки значительно выше, чем по наикратчайшему маршруту. Формальное нарушение норм права отсутствует, но недобросовестное поведение есть. С учетом рассмотренного случая, к недобросовестному поведению можно отнести все случаи экономически необоснованных затрат. Однако только этого критерия недостаточно.

Рассматривая пример с торговой организацией, можно говорить о том, что снижение цены субъектом предпринимательской деятельности является правомерным действием. С другой стороны, цель этого действия может заключаться в том, чтобы разорить конкурента, который не сможет удерживать цены на столь низком уровне. Следовательно, цель трансформирует правомерное поведение в недобросовестное, а в определенных случаях и противоправное. Таким образом, цель осуществления права является еще одним критерием отнесения действий к добросовестным или недобросовестным.

Для недобросовестного поведения важен и мотивирующий фактор, желание достичь большего эффекта, максимальной прибыли, что само по себе недобросовестным не является. Но, если в основе деятельности лежит желание достичь необъективных результатов, то можно говорить о недобросовестном поведении. Таким образом, в квалификации действия как недобросовестного решающее значение все-таки следует отдать субъективному фактору, связанному как с целеполаганием, так и с осознанием своего недобросовестного поведения.

Заключение

Разумное и добросовестное поведение в сфере осуществления предпринимательской деятельности играет важную роль как для развития самой предпринимательской деятельности, так и для роста экономики всех стран. Осуществление прав, учитывающее принципы разумности и добросовестности, позитивно влияет на правоотношения субъектов предпринимательства, формирует их правомерное поведение, создает необходимый баланс частных интересов различных лиц, гармонизирует частные и публичные интересы.

Разумность и добросовестность – понятия взаимосвязанные. Действовать добросовестно может только такой субъект предпринимательской деятельности, который способен осознать, что его действия могут ущемить интересы и субъективные права иных лиц, в результате такого прогнозирования он может скорректировать вектор своего пове- дения. Таким образом, действовать добросовестно может только разумный человек.

Учитывая значение разумного и добросовестного поведения субъекта предпринимательской деятельности, назрела необходимость совершенствования гражданского законодательства. Целесообразно внесение в закон определенных конкретных критериев, сопоставление с которыми позволит сделать вывод о разумном, добросовестном или неразумном, недобросовестном поведении.

В частности, необходимо дополнить действующее гражданское законодательство четырьмя критериями, позволяющими оценить поведение с точки зрения разумности и добросовестности.

Первый критерий связан с оценкой поведения субъекта на предмет принятия им доступных мер, под которыми следует понимать те меры, которые возможно предпринять в соответствующих обстоятельствах.

Вторым критерием выступает критерий необходимого поведения – те меры, которые следует предпринять в данной ситуации и без осуществления которых результат достигнут не будет.

Третий критерий – цель осуществления права. Это тот мотивирующий фактор, который заставляет совершать определенные действия. При этом желание достичь наибольшей прибыли является законным и добросовестным с точки зрения ведения предпринимательской деятельности. Но если в основе осуществления права лежит цель достижения необъективного результата, в том числе и за счет ущемления прав и интересов другой стороны, то следует говорить о недобросовестном поведении.

Четвертый критерий – необходимость осуществлять субъективные права так, чтобы не нарушать и не ущемлять права и законные интересы других участников хозяйственного оборота (критерий учета прав и интересов третьих лиц).

Совокупность указанных критериев позволит квалифицировать то или иное поведение как разумное и добросовестное.

Полагаем, необходимо изменить законодательную технику, используемую для регулирования исследуемых правоотношений. Исходя из того что добросовестность и разумность – есть требования определенного поведения, необходимо в механизме правового регулирования использовать в большей степени управомочивающие нормы и в меньшей – запреты.