Празднование круглых дат со дня хиротонии в Российской империи начала XX в. по материалам «Известий по Санкт-Петербургской епархии»

В начале XX в. некий автор в своей статье, помещенной в «Известиях по Санкт-Петербургской епархии», отмечал: «У нас обыкновенно пишут и говорят о хороших качествах человека тогда, когда он или во гробе, или справляет юбилей, но все таковые писания и речи так заурядны, и всем и каждому так хорошо известны, что нового, пожалуй, ничего не скажешь»1.

Действительно, автор статьи был прав, — о достоинствах того или иного человека обычно говорят в определенных обстоятельствах, одним из которых является юбилей. Однако далеко не все подобные «писания и речи» были заурядны, а потому заслуживают определенного внимания.

У священнослужителей, помимо юбилейных дат со дня рождения, принято особым образом отмечать и круглые даты со дня хиротонии, поскольку день принятия особой благодати Св. Духа является одним из наиболее важных в жизни пастыря. Об этом, к примеру, писал свт. Симеон Солунский: «Каждому из священников надо праздновать то время, в которое он рукоположен и освящён Духом, и чтить, и отличать от других тот день, в который он сподобился великих и непостижимых даров»2.

В начале XX в. было принято торжественно отмечать данный праздник. Не оставалась в стороне от подобных торжеств и церковная пресса, так или иначе рассказывавшая о данном событии.

Так, в столичном издании «Известия по Cанкт- Петербургской епархии»3 первого десятилетия XX в. опубликован целый ряд статей, посвящённых тому или иному юбиляру, праздновавшему 25–30–35–40–45–50-летие и даже 60-летие со дня хиротонии4. На примере данных статей постараемся реконструировать ход праздничных мероприятий.

Следует отметить, что подобные юбилейные заметки в «Известиях по Санкт-Петербургской епархии» были нескольких типов: 1) только биографическая справка о юбиляре; 2) краткая заметка о праздновании данного события, либо 3) развернутая статья. Ниже приведена таблица с указанием основных составляющих заметки.

Краткая биографическая справка 5	Краткая заметка 6	Развернутая заметка 7
1)    Указывалась круглая дата со дня хиротонии; 2)    Биография юбиляра.	1)    Указывалось, какого числа состоялось празднование и какая круглая дата со дня хиротонии; 2)    Описание совершения Божественной литургии и / или благодарственного молебна; 3)    Перечисление имен тех, кто поизносил приветствен-	1)    Указывалось, какого числа состоялось празднование и какая круглая дата со дня хиротонии; 2)    Краткая биография юбиляра (иногда отсутствовала); 3)    Описание совершения Божественной литургии в день празднования; 4)    Перечисление имен тех, кто поизносил приветственные речи; 5)    Награждение юбиляра и вручение подарков (церковно- иерархические награды могли быть вручены на Малом входе); 6)    Благодарственный молебен;

¹ Смирницкий А., свящ. Голос из деревни // Известия по С.- Петербургской епархии. 1902. № 7. С. 11.

² Симеон Солунский, свт. Премудрость нашего спасения. М.: Благовест, 2009. С. 188.

³ См. подробнее: Троицкий А., прот. «Известия по Санкт- Петербургской епархии» // Православная энциклопедия. Т. XXI. М., 2009. С. 550–552.

4 60-ти летней юбилей пастыря // Известия по С.- Петербургской епархии. 1909. № 23. С. 30.

5 См., например: Пастырские юбилеи // Известия по С.- Петербургской епархии. 1913. № 24. С. 14.

6 См., например: 25-тилетие служения в священном сане // Известия по С.- Петербургской епархии. 1915. № 9. С. 7; Юбилей пастыря // Известия по С.- Петербургской епархии. 1908. № 4. С. 28.

⁷ См., например: Z. Юбилей пастыря // Известия по С.- Петербургской епархии. 1917. № 1. С. 10.

ные речи (иногда указывалось, какие подарки дарились).

• 7)    Совместная трапеза и перечисление имен тех, кто поизносил приветственные речи, вручение подарков;

• 8)    Пожелания от автора статьи (авторов).

Конечно же, приведенная таблица несколько условна, т. к. краткая статья могла содержать некоторые пункты развернутой и наоборот, однако краткая биографическая справка обычно включала только сведения о чествуемом священнике и ничего не упоминала о том, как проходили праздничные мероприятия. Иногда это была целая колонка из нескольких биографий под общим названием «Пастырские юбилеи»8.

Следует отметить, что краткая заметка носила более формальный характер, чем развернутая, — состояла всего из нескольких предложений и касалась только непо- средственно дня празднования.

Разумеется, более ценным было развернутое описание торжества, к каковому следует обратиться.

В начале подобной заметки читателю представляли информацию о том, когда, где, кого и с какой круглой датой поздравляли. К примеру: «10-го февраля прихожане и причт Андреевского собора на Васильевском острове торжественно чествовали местного протоиерея о. Виктора Александровича Благовещенского, по случаю его 50-летняго служения в священном сане»9.

Далее печаталась краткая биография, включавшая сведения о сословной принадлежности («сын диакона»10, «сын священника»11 и пр.), о духовном образовании, даты, когда юбиляр был определен на должность (здесь могли указываться и все этапы церковно- и священнослужения, от псаломщика до священника, а могла указываться сразу степень, в которой находится юбиляр), в каких приходах юбиляр совершал служение. Иногда также упоминалось о послушаниях и должностях, занимаемых священнослужителем на момент празднования. Любопытно, что дата рождения юбиляра указывалась довольно редко.

Протоиерей Константин Никольский (1824–1910)

После знакомства читателя с биографией священника- юбиляра шло описание самого празднования.

Как правило, в этот день совершалась Божественная литургия. Иногда её возглавлял архиерей — митрополит или викарный епископ, иногда служил благочинный или настоятель церкви. Мог возглавлять богослужение также и сам юбиляр, если он был лишь штатным клириком. Во время Литургии юбиляру вручались церковно- иерархические награды, если они ему были положены. Например, протоиерею К. Никольскому в честь 50-летия служения в священном сане была вручена митра12.

Затем шли краткие приветствия, после которых начинался благодарственный молебен.

Почти всегда в заметках указывалось, кто именно произносил эти приветствия, иногда публиковались выдержки из них, где, как правило, акцентировалось внимание на самоотверженном пастырском служении юбиляра. Так, благочинный Шлиссельбургского округа протоиерей Н. Тихомиров, обращаясь к протоиерею А. Вашневскому по случаю 35-летия его хиротонии, отметил: «Ваш живой пример будил равнодушных, Ваше просвещённое слово влияло на грубые сердца, под Вашим пастырским влиянием смягчались нравы и Ваша пастырская молитва согревала холодные души и облегчала тяжелое бремя их жизни»13.

Участие в Литургии могли принимать не все приглашенные на торжества церковно- и священнослужители, однако к молебну старались собраться большинство гостей, чтобы совершать богослужение соборно.

К примеру, торжества по случаю 25-летия служения в священном сане протоиерея Волковско- кладбищенских церквей Николая Павинского проходили следующим образом. Юбиляр совершил Литургию в сослужении двух священников и двух диаконов. Затем на молебное пение вышел благочинный IV столичного округа протоиерей И. Виноградов, настоятель кладбища с остальными членами причта и «многочисленные товарищи юбиляра по Академии во главе с настоятелем Преображенского всей гвардии собора митрофорным протоиереем С. А. Голубевым, который и возглавил соборное служение»14. В тот день в молебне приняло участие более 20-ти священнослужителей.

Важной частью мероприятия были подарки, которые дарились как в церкви, так и за трапезой. Самым распространенным из них был священнический крест (если юбиляр был пресвитером). К примеру, золотые кресты (иногда с драгоценными украшениями) были подарены к 25-летию хиротонии священникам Николаю Триодину15, Николаю Павинскому16, Анатолию Покровскому17 и др.

В церкви духовенство и гости могли дарить и другие памятные подарки, каковыми являлись иконы Спасителя, Божией Матери и святых18, Библия19, Евангелие20 и пр. Иногда в статьях говорилось лишь, что священнику принесли «массу дорогих подар-ков»21, среди которых могли оказаться и пара ящиков серебра. Именно такой подарок к 25-летию хиротонии преподнесли протоиерею Философу Орнатскому22. Также дарили серебряные сервизы, подстаканники и другие предметы быта23.

Особый подарок был сделан диакону А. Львову по случаю 50-летия со дня

Протоиерей Философ Орнатский (1860–1918)

почтившіе ero подношеніями.

ПятидесятилЪтній юбилей,

Того-же 15 февр. праздновалось 50-ти-лФ>тіе служенія въ дьякинскомъ сан 书 о. дьякова при церкви Петроградскаго Коммерческаго училища А. В. Львова. Юбиляръ за пятидесятилетиюю службу лосвященъ во іереи. Посвященіе и совер-

Пятидесятилетний юбилей // Известия по С.-Петербургской епархии. СПб., 1915. № 9. С. 7.

хиротонии: «Юбиляр за пятидесятилетнюю службу посвящен во иереи»24. Хиротонию совершил епископ Вениамин (Казанский).

Иногда подарки были адресованы не самому юбиляру, а храму, в котором он служит. Так, в день 45-летнего священнического юбилея протоиерея Василия Баротинского Смоленская «церковь получила от неизвестного жертвователя очень ценные сосуды»25.

После совместной службы юбиляр с гостями отправлялся в большинстве случаев на свою квартиру, реже в «кух-

местерскую дома причта» или ещё в какое-либо место, где продолжались поздравления. Описания застолий были нечастыми в заметках, однако иногда встречались. Так, 25-летний юбилей протоиерея В. Дурнева после богослужения продолжился на квартире, где «произнесен был ряд здравиц, тостов и приветственных речей в честь юбиляра. Оглашено было свыше 100 телеграмм, в том числе от обер-прокурора Св. Синода В. К. Саблера, действ. ст. сов. В. И. Яцкевича, Г. Г. Елисеева, протоиерея от. Иакова Смирнова из Парижа»26 и т. д. Следует отметить, что авторы статей старались перечислять особо значимые фигуры для Церкви и общества, поздравившие юбиляра.

Каждый из гостей старался выразить юбиляру свое почтение, адресуя ему добрые, искренние и иногда весьма возвышенные слова. К примеру, протоиерей Анатолий Покровский был назван «самородком- педагогом», «маяком, светящим ярким, немерцающим светом»27.

Любопытно, что в отдельных статьях после самой новости были опубликованы поздравительные адреса от священников- сослуживцев, прихожан, людей, с которым тесно общался юбиляр.

Вероятно, просматривая строки поздравлений, читатели «Известий по Cанкт-Петербургской епархии» утверждались в мысли о множестве весьма достойных пастырей в Северной столице. Этому способствовало, например, стихотворное поздравление от детей- сирот протоиерею Василию Баторинскому: «…Вы бедных сирот крошек также не забыли, Вы теплый кров-приют устроили для нас; До Вас судьбою злой обижены мы были. Теперь в тепле-уюте молимся за Вас. Вы наш отец второй, нас лаской окружили: Как в гнездышке родном- тепло, уютно нам; Под Вашим крылышком мы знанья получили, Вы снова дали жизнь забытым малышам»28.

В стихах было написано и поздравление священника другому пастырю- юбиляру:

— Прошел уж год, за ним другой, За ним и двадцать чередой Пропали в вечность…

И опять ты в храме.

Но не тот уж ты…

Где та энергия, где силы… И ты стоишь седой, С поникшей головой,

Себя не узнаешь и ищешь смысла жизни29.

Иной раз произнесенные слова настолько трогали гостей, что они не могли сдерживать своих эмоций. В одной заметке говорилось, что некий участник торжества после пламенной речи священника, обращенной к своему сослужителю, «потеряв самообладание, зарыдал и с земным поклоном припал к ногам юбиляра. Все это так растрогало юбиляра, что и он не мог удержаться от слез, многие стали отирать при этом свои слезы и из присутствовавших»30.

В то же время следует отметить, что не все священники широко отмечали свои юбилеи, о чем свидетельствует, к примеру, запись в некрологе протоиерея Н. Крылова, который «от празднования 50-летняго юбилея … совсем уклонился, прося не доводить до сведения об этом дне епархиальному начальству»31.

В редких случаях в редакцию журнала поступало ответное слово юбиляра на статью в его честь. Так, протоиерей Николай Тихомиров писал: «Убедительно прошу многоуважаемую Редакцию “Известий” настоящим дать мне возможность через этот печатный орган принести самую искреннюю благодарность всем причтам и церковным старостам Шлиссельбургского благочинническаго округа, моим товарищам по школе, сослуживцам и почитателям…»32 за поздравление по случаю 25-летия служения в священном сане.

Таким образом, традиция празднования круглых дат со дня хиротонии имела важное значение для духовенства в конце синодального периода. Как можно было увидеть, юбилеи в большинстве случаев широко отмечались в петербургских храмах. И, что ещё более важно, через печатный церковный орган об этом узнавали многие православные жители Северной столицы. Сами же статьи написаны были по одному и тому же принципу. Вероятно, реакция на данные заметки была в большинстве своем или положительной, или равнодушной. Тем не менее, пример ревностного служения в течение длительного времени вполне мог бы вдохновлять христиан на добрые благочестивые поступки, давая возможность гордиться своими маститыми духовниками- пастырями.

В то же время в «Известиях по Cанкт-П етербургской епархии» довольно часто публиковались статьи с критикой как в адрес подобных панегириков, так и в целом духовенства XX в.: «Епархиальные Ведомости в их неофициальной части по-прежнему содержат в себе описания всяческих торжеств, празднеств, освящений, юбилеев; по-прежнему изобилуют панегириками в честь архипастырей, пастырей… Увы, хорошо известно всем, имеющим отношение к духовенству, что в данном случае периодическая печать отражает лишь одну сторону жизни, да и ту рисует неумеренно выпуклыми чертами. В действительности и в жизни духовенства, и в его отношениях к пасомым и между собою, и в личных качествах иных пастырей не мало неприглядного, не симпатичного»33.

Тем не менее, сформировавшуюся традицию поздравлений юбиляров подобными негативными откликами — впрочем, нечастыми и немногочисленными — поколебать не удавалось, поскольку большая часть духовенства и верующих мирян к подобной традиции привыкла, в ней нуждалась и не видела ничего предосудительного в том, чтобы поздравить своих сослуживцев, чтимых архипастырей и пастырей с юбилеем, отдавая дань признания и уважения их многолетним трудам.