Предпосылки и причины провала британской интервенции на Европейский Север России

,

,

Современные отношения России и Великобритании на Европейском Севере остаются весьма нестабильными и характеризуются острой конкуренцией в освоении природных ресурсов Арктики, идеологическим и военно-стратегическим противостоянием в этом регионе, а также кардинально разными подходами к осуществлению интервенций в отношении третьих государств.

В изданной в 2025 г. британским правительством Национальной стратегии безопасности Великобритании прямо указывается, что одной из ключевых задач модернизации сухопутной армии является повышение эффективности именно военных вмешательств1. Более того, тот же документ содержит утверждение, что в условиях сохранения в мире различных форм неравенства и «несостоятельных государств» предотвращение конфликтов практически невозможно, поэтому в XXI в. интервенции будут продолжать использоваться в качестве инструмента по изменению «баланса сил» в международных отношениях.

Позиция вмешательства противоречит положениям «Концепции внешней политики Российской Федерации», утвержденной Президентом В.В. Путиным 31 марта 2023 г., где подобные действия являются «нарушением норм международного права»2.

В этом контексте противодействие попыткам интервенции на данный момент входит в число приоритетных задач государства, так как от эффективности этой деятельности нередко зависит существование страны. В свою очередь, выработка рекомендаций по преодолению указанных проблем стала бы невозможной без осмысления соответствующего исторического опыта. Как следствие, вопрос об изучении механизмов подготовки и проведения интервенций становится все более острым, так как полученные в ходе таких исследований выводы в перспективе позволят вскрывать и успешно противостоять попыткам вмешательства во внутренние дела суверенных государств на ранней стадии.

В основу исследования положены следующие методы исторического исследования: диалектический, метод источниковедческого анализа и метод альтернативистики. Первый из названных обеспечил всесторонний подход к анализу и оценке изучаемых процессов и явлений с учетом всей совокупности фактов в их корреляции и коллизии. Второй – позволил критически оценить и проанализировать подлинность, достоверность и глубину исторических материалов, касающихся деятельности британского правительства в отношении Европейского Севера России в 1918–1919 гг. Третий – метод альтернативистики предоставил возможность выявить наличие различных вариантов формирования политики Великобритании в планировании и осуществлении интервенции в исследуемый регион.

Результаты . Останавливаясь на иностранной интервенции на Европейском Севере России 1918–1919 гг. стоит отметить, что первостепенная роль в ее планировании, финансировании и практической реализации принадлежала именно Великобритании. Примечательно, что столь активное участие англичан во вторжении на Европейский Север не является случайным. С момента установления российско-английских дипломатических отношений в 1553 г. и вплоть до начала XVIII в. данный регион оставался единственной российской территорией с выходом к морю, а город Архангельск являлся крупнейшим каналом международной торговли. Данные обстоятельства позволяли поддерживать внешнеполитические, научные, экономические и социально-культурные связи с европейскими государствами и, в первую очередь, с Англией.

С воцарением Петра I, перенесшего столицу в Санкт-Петербург в 1712 г., российско-британские отношения развивались уже на берегах Невы, а роль Европейского Севера как центра международной торговли начала отходить на второй план.

Несмотря на данное обстоятельство, а также на несколько вооруженных столкновений в ходе англо-русской войны 1807–1812 гг. и Крымской войны 1853–1856 гг., XVIII–XIX вв. отмечены культурным и экономическим сближением и углублением связей между жителями северных регионов и англичанами.

В период Первой мировой войны Европейский Север России приобрел важнейшее геополитическое значение, став единственным судоходным каналом связи со странами Антанты. Именно в этот период Великобритания значительно укрепляет свои позиции в регионе посредством дислокации военных кораблей в северных морях и осуществлением фактического руководства над акваторией Северного Ледовитого океана ввиду отсутствия здесь развитого российского военно-морского флота3.

Между тем Великобритания активно устанавливала контакты с антибольшевистскими группами, а также стремилась использовать местные сепаратистские настроения с целью расширения своего влияния в северных регионах. К тому же, в соответствии с двусторонним соглашением Франции и Великобритании от 23 декабря 1917 г. Европейский Север России становился сферой влияния последней, что значительно укрепляло британское влияние в регионе1.

Немаловажным аспектом политики Великобритании в северных регионах являлась экономическая деятельность. К 1918 г. около 60 % лесопромышленного производства Европейского Севера России находилось под управлением граждан других государств, в частности, Великобрита-нии2, что указывает на весьма сильные экономические позиции западных стран на Русском Севере. Между тем в период 1918–1919 гг. англичане вели работу по геолого-экономической оценке природных ресурсов данной территории, о чем свидетельствует деятельность британского полярного экспедитора Э.Г. Шеклтона3.

Таким образом, к весне 1918 г. история взаимодействия русского населения северных регионов и англичан уже насчитывала несколько сотен лет, а отношения между двумя государствами в этот период, несмотря на ряд конфликтных ситуаций, характеризовались постепенным социально-культурным сближением. Кроме того, в ходе Первой мировой войны 1914–1918 гг. Великобритания существенно закрепила свое положение на Европейском Севере России с точки зрения военно-стратегических и экономических аспектов.

На первый взгляд, для успешного отделения северных территорий от России были созданы все предпосылки: богатая история взаимодействия с местными жителями, малонаселенность, географическая удаленность от центра страны, англо-французский секретный документ о разграничении сфер влияния в российском государстве от 23 декабря 1917 г.4, контакты с антибольшевистскими движениями, а также прочные позиции британцев в регионе, занятые в ходе Первой мировой войны.

Тем не менее британский план по установлению контроля над Европейским Севером потерпел поражение. На сегодняшний день как в зарубежной, так и в отечественной историографии не существует единого научного мнения относительно точных причин поспешного завершения английской экспедиции в данном регионе, однако на основе существующего обширного количества литературы и источников представляется возможным выделить целостный комплекс факторов и объективных предпосылок, которые привели к капитуляции английских войск с территории Севера.

Прежде всего стоит отметить расхождение во мнениях внутри политических кругов Великобритании, а также отсутствие четкой цели осуществления интервенции. В 1917 г. в правящих кругах Великобритании обсуждались три основные точки зрения на осуществление интервенции в Россию.

Первая из них принадлежала инициатору идеи военного вмешательства британскому военному министру У. Черчиллю и его немногочисленным сторонникам-консерваторам, которые открыто стремились ослабить Россию и подавить развитие коммунистических идей, ценностей и движений. Министр воспринимал Октябрьскую революцию как мировую катастрофу, а действия большевиков – как посягательство на сложившийся международный порядок. Иное отношение у него было к сторонникам Белого движения, которых он публично поддерживал посредством отправки вооружения и боеприпасов. По словам У. Черчилля, русские белогвардейцы сражались на полях Первой мировой войны в интересах Великобритании, так как их борьба спасала страны Европы от мировой социалистической революции5.

Вторая точка зрения принадлежала представителям британского правительства в лице А.Д. Бальфура, О. Чемберлена, А. Милнера и Д.Н. Керзона, которые предлагали вести «тайную» войну против большевизма посредством создания автономных движений в разных частях России (в том числе на Европейском Севере), их материальной и продовольственной поддержки и последующей коммуникации с ними с целью успешного проведения интервенции и раздробления России на зоны британского влияния6.

Несмотря на то, что вышеуказанные государственные деятели разделяли позицию У. Черчилля относительно потенциальной угрозы большевизма для установившегося миропорядка, для большего числа представителей британской власти борьба с большевиками также являлась возможностью предотвратить дальнейшее усиление Германии на российских территориях и укрепить положение Великобритании в послевоенном мироустройстве.

Главным оппонентом военного министра стоит назвать премьер-министра Великобритании Д. Ллойд Джорджа, делавшего акцент на антигерманском характере интервенции, который заключался в открытии Восточного фронта и защите снаряжения, продовольствия, оружия и боеприпасов, находившихся на складах северных городов.

К тому же, Великобритания вложила серьезные инвестиции в промышленность на Европейском Севере России и к началу 1918 г. иностранные государства владели 27 из 44 лесозаводов Архангельской губернии, им принадлежало 7 из 10 млн руб. основного капитала «Союза архангельских лесопромышленников»1. В связи с этим поддержка белого движения представляла собой острую необходимость и не носила исключительно антисоветского характера.

Но данная позиция отнюдь не была связана с какой-либо симпатией к большевикам, скорее, она была обусловлена тяжелыми временами, которые переживала Британская империя, характеризовавшимися кризисом управления империей, внутрисоциальными проблемами, стремительным увеличением людских и материальных проблем в ходе Первой мировой войны, внешним долгом и др. (Ullman, 2019: 366).

Однако, несмотря на то, что кабинет министров Великобритании в дальнейшем придерживался этой позиции, план и задачи по проведению интервенции начали терять всякий смысл после окончания Первой мировой войны, из-за чего возникли другие проблемы, которые, подобно карточному домику, неизбежно вели к провалу всей операции.

Второй причиной завершения интервенции, исходя из вышесказанного, разумно назвать недовольство со стороны населения Великобритании, вызванное окончанием мировой войны и отсутствием явных аргументов в поддержку продолжения военной операции. По всей стране активизировались социалистические партии, а также развернулись масштабные акции протеста с призывами прекратить конфронтацию с советской властью и направить усилия на решение внутригосударственных проблем, в том числе на устранение безработицы и преодоление отсталости некоторых отраслей промышленности.

После подписания Брестского мира британские военнослужащие постепенно начали терять выдержку и становились деморализованы бессмысленностью дальнейшего пребывания на Севере России в условиях сурового климата, человеческих, технических и продовольственных потерь, а также организованного военного наступления и проведения масштабной пропаганды большевиков. Между тем социалисты Соединенного Королевства также выступали против ведения войны с большевиками и поддержки Белого движения2.

Отношения Великобритании с местными антисоветскими властями и населением также способствовали поражению интервентов на Европейском Севере России. Уже изначально, с установлением своего превосходства в северных регионах страны, англичане намеревались воспользоваться всеми благами этих территорий, в том числе природными ресурсами, промышленностью, финансами. Контроль над северными портами, владение большими лесными концессиями, боевыми и торговыми кораблями помогали Великобритании практически беспрепятственно вывозить разнообразные источники сырья, при этом нанося немалый ущерб экономике северных регионов (Ротштейн, 1982: 87).

Кроме того, отношение британских властей к местному населению оставалось крайне холодным. Даже после вывода своих войск с территории Русского Севера, английское правительство оказывало лишь незначительную помощь белогвардейцам, при этом осознавая, что Красная армия в итоге одержит вверх. Все эти факторы вели к окончательной потере доверия со стороны местного населения, а также к неоднократным восстаниям в рядах Белой армии.

Завершающей причиной провала британской миссии на Севере России стоит обозначить несогласованность и противоречивость действий правительств Антанты, когда каждая сторона преследовала исключительно собственные интересы. Попытки осуществления интервенции стран Антанты проводились в разных частях РСФСР, в том числе на Дальнем Востоке, в Центральной Азии и на Юге России. Несмотря на то, что Европейский Север России был обозначен сферой влияния Великобритании, экспедиционный корпус включал представителей разных национальностей и не все из них были дружелюбно настроены к англичанам и их командованию (Ермаков, 2021: 6).

Заключение . Подводя итог, стоит отметить, что причины интервенции по сей день остаются не до конца понятными, но, как правило, исследователи придерживаются одной из позиций, согласно которой, вторжение могло носить антигерманский, антисоветский или политико-экономический характер. При этом одно не исключает другого. Заинтересованность Европейским Севером со стороны Великобритании можно объяснить в том числе историческим контекстом.

Следует сказать, что британская миссия потерпела поражение из-за ряда причин, касающихся противоречивой политики внутри правительства, отсутствия поддержки со стороны английского общества, непродуманной организации взаимодействия с органами управления северных регионов, а также несогласованности действий с союзниками по Антанте.