Принципы уголовно-правовой политики и ее соотношение с уголовным правом

Понимание уголовно-правовой политики тесно связано с определением формирующих ее принципов, поскольку именно они раскрывают ее содержание и находят отражение в законе как необходимом средстве практической реализации политических и практических установок [5, с. 53]. Также, определяя содержательную сторону уголовно-правовой политики, нельзя обойти вопрос, касающийся ее соотношения с наукой уголовного права. Так, М.П. Чубинский считал, что уголовно-правовая политика является составным элементом науки уголовного права, объясняя это тем, что, имея определенную правовую материю, мы добиваемся более плодотворных результатов и задаемся вопросом, что для этого надо сделать, то есть от изучения существующего (чем мы переходим к обрисовке того, что было бы желательно и каким путем достигнуть желательного, улучшить существующее – эту задачу выполняет уголовно-правовая политика) [24, с. 5].

Современные авторы признают данные суждения небесспорными. Так, Н.А. Лопашен-ко считает, что уголовно-правовая политика первична по отношению к уголовному праву. Она определяет задачи, стоящие перед ним, и большей частью – через уголовное законодательство – воплощается в нем. В то же время уголовное право в некоторой степени самостоятельно от уголовно-правовой политики. Оно, как и право вообще, довольно консервативно. Являясь надстроечной категорией, уголовное право не всегда соответствует быстро меняющимся условиям общественной жизни. Уголовно-правовая политика мобильнее, быстрее реагирует на новое, и это отчетливо видно в период происходящих в стране реформ [15, с. 36]. Подобной точки зрения придерживается А.И. Александров [1, с. 64–65].

Думается, следует согласиться с данными суждениями, поскольку в большинстве случаев уголовная политика рассматривается как направление политики, в рамках которого формируются исходные требования борьбы с преступностью посредством разработки и осуществления широкого круга предупредительных мер, создания и применения правовых норм материального, процессуального и исполнительного уголовного права, уста- навливающих криминализацию и пенализацию, а когда нужно – декриминализацию деяний, а также посредством определения круга допустимых в борьбе с преступностью мер государственного принуждения [9, с. 4]. Соответственно уголовная политика может осуществляться исключительно специальными мерами с использованием уголовного, уголовно-процессуального, уголовно-исполнительного права, а также криминологии (см.: [2, с. 25; 4, с. 15; 8, с. 6; 10, с. 31; 11, с. 5; 17, с. 12; 20, с. 10]).

Уголовно-правовая политика показывает отношение государства к преступности: то, что власть считает преступным, какими методами и средствами она готова с этим бороться, какие гарантии могут быть предоставлены гражданам от необоснованного обвинения и осуждения, каким власть видит наказание за преступление. Прежде всего государство должно определить, какие деяния признаются преступлением. Эту задачу следует решить уголовно-правовыми средствами: уголовно-правовой наукой, уголовным законодательством. Уголовно-правовая наука обобщает имеющийся опыт, анализирует его, уголовное законодательство выступает в качестве синтеза обобщенного материала.

Политика, для того чтобы оправдать свое предназначение, должна быть принципиальной, иметь систему руководящих идей, начал – систему определенных принципов. Понять уголовно-правовую политику без знания формирующих ее принципов невозможно: принципы в концентрированном виде выражают саму политику.

Позиции относительно принципов уголовно-правовой политики в науке различны. В этой связи С.А. Борсученко отмечает, что «задачи уголовно-правовой политики должны решаться на основе ее принципов, исходных нормативно руководящих начал, идей, которые в рамках отрасли уголовного права обладают стабильностью, универсальностью, императивностью и системностью» [5, с. 54]. Систему принципов уголовно-правовой политики, как и уголовного законодательства, составляют принципы законности, равенства граждан перед законом, вины, гуманизма [5, с. 55].

Б.Т. Разгильдиев при определении уголовно-правовой политики подчеркивает, что она осуществляется «в рамках уголовно-пра- вовых принципов» [18, с. 138]. В.Н. Кудрявцев и В.В. Лунев указали на то, что когда в Уголовном кодексе были закреплены принципы уголовного права, в них нашли отражения и принципы уголовной политики Российской Федерации [13, с. 20].

К системе принципов уголовно-правовой политики принято относить законность, гуманизм, предупреждение преступности, научный подход к выработке политики, связь с практикой, предупреждение преступности, неотвратимость ответственности, дифференцированный подход к различным категориям преступников, применение альтернативных лишению свободы мер воздействия, привлечение общественности к борьбе с преступностью [6, с. 74; 21, с. 26–28]. Выделяются и такие принципы уголовно-правовой политики, как согласование уголовно-правовых мер борьбы с преступностью с более широкими социальными программами, предельно возможная гуманизация употребляемых государством карательных средств, постоянная и своевременная коррекция запретов; профилактика преступности; максимально возможная дифференциация ответственности и индивидуализация наказания [12, с. 268].

С позиции Н.А. Лопашенко к принципам уголовно-правовой политики следует относить: 1) социальную обусловленность, 2) научную обоснованность, 3) устойчивость и предсказуемость, 4) легитимность, демократическую сущность, 5) гуманность и нравственность, 6) справедливость, 7) гласность, 8) сочетание интересов личности и государства, 9) приоритетность прав человека, 10) соответствие международным стандартам, 11) экономию репрессий, 12) неотвратимость ответственности [14, с. 275; 15, с. 39–41].

По мнению отдельных специалистов, принципы уголовного права и принципы уголовного законодательства соотносятся как «содержание» и «форма» [23, с. 2]. То есть они представляют собой единое целое, а их раздельное рассмотрение допустимо лишь в порядке научной абстракции, для удобства исследования отдельных проблем, например, законодательной регламентации.

Е.В. Епифанова полагает, что «принципы уголовно-правовой политики не могут идти вразрез с принципами, сформулированными в общей теории права и государства, а также с принципами, разработанными наукой уголовного права и нашедшими отражение в УК РФ, в Конституции РФ, с принципами, закрепленными в основных положениях международных правовых актов в сфере уголовного права, ратифицированных Россией» [7].

Поэтому, полагает ученый, принципы уголовно-правовой политики являются ведущими и определяющими по отношению к принципам, закрепленным в уголовном законодательстве [7, с. 48].

Некоторые исследователи указывают на то, что принципы уголовного законодательства и принципы уголовно-правовой политики являются разнопорядковыми категориями, так как первые из них представляют собой основные положения уголовного законодательства, то есть системы уголовно-правовых норм, а вторые – основные положения конкретной деятельности [22, с. 135].

А.И. Коробеев отметил, что «по способу выражения, характеру и содержанию принципы уголовно-правовой политики качественно отличаются от принципов уголовного права» [19, с. 70].

В.В. Мальцев считает, что «принципы уголовно-правовой политики и уголовного права по содержанию очень близки друг к другу, но различия между ними все же имеются. Принципы уголовного права первичны. Принципам же уголовно-правовой политики принадлежит подчиненная, служебная роль, которая заключается в том, чтобы точнее и полнее отразить содержание принципов уголовного права в уголовном законодательстве» [16, с. 84].

С.А. Борсученко рассматривает принципы уголовно-правовой политики и принципы уголовного закона как требования нравственного, идеологического и политического характера, обусловленные потребностями и закономерностями общественного развития, направленные на выполнение задач уголовного законодательства, обязательные как для законодательных, так и для правоприменительных органов и выполняющие функцию непосредственного и опосредованного регулирования общественных отношений [5, с. 55].

Как видим, одни авторы определяют более узкий спектр принципов уголовно-правовой политики, другие – более развернутый. Но так или иначе во всех суждениях содержатся точки соприкосновения, позволяющие вывести «единую формулу принципов уголовно-правовой политики». Данная «формула», на наш взгляд, должна базироваться на видовых категориях принципов права: общих, межотраслевых и отраслевых принципах [3, с. 51]. Исходя из данной классификации и учитывая позиции авторов, полагаем, что система принципов уголовно-правовой политики включает в себя следующие принципы: законность, справедливость, гуманизм, гласность, научную обоснованность, социальную обусловленность, соответствие международным стандартам, неотвратимость ответственности.