Проблема человека в философии эпохи Возрождения

Донецк, Россия, ,

Donetsk branch of the Volgograd Academy of the Ministry of Internal Affairs of the Russian Federation, Donetsk, Russia, ,

Введение . Актуальность исследования проблемы человека в философии эпохи Возрождения обусловлена необходимостью глубокого изучения трансформаций в мировоззрении и само-восприятии субъекта в контексте перехода от средневековой парадигмы к новому пониманию его роли и места в меняющемся мире (Фомин, 2019).

Актуальность темы в целом определяется, прежде всего, особенностями современного состояния культуры. Несмотря на то, что в ее пределах выстраиваются оригинальные толкования так называемых «вечных» философских проблем, не потеряли своего значения и предыдущие наработки в области социальной философии. Проблема человека традиционно составляла важную сферу изучения, в которой прежде всего осмысливались и формировались предпосылки развития сущностных сил человека, основы его ценностно-смыслового универсума, начала его личностного бытия.

Целью исследования является осмысление проблемы человека в философии эпохи Возрождения в контексте процесса становления личности действенным субъектом социальных преобразований и трансформаций.

Достижение ее обуславливает постановку и решение следующих исследовательских задач: провести анализ проблемы человека в рецепции современных исследователей философии Возрождения; осуществить комплексное осмысление философско-антропологической проблематики в философии эпохи Возрождения; проанализировать основные положения работ наиболее ярких и оригинальных представителей анализируемой эпохи (П. дела Мирандола, Н. Кузанский, М. Монтень) и осуществить их сравнительный анализ.

Антропологическая проблематика в современных условиях ее рассмотрения актуализируется в контексте выяснения вопроса о движущих силах и механизмах общественной истории и объективном субъекте исторического процесса. Философы всегда задавались самым важным и фундаментальным вопросом о сущности человеческого естества – с глубокой древности и до современности.

Наследие мыслителей эпохи Возрождения представляет собой неоценимый вклад в мировую философскую культуру. Личности Л. да Винчи, Т. Мора, Т. Кампанеллы или Дж. Бруно, олицетворяющие идеал всесторонне развитого человека, стали примером для подражания.

Результаты . В современных отечественных философско-антропологических исследованиях акцент делается на том, что человек эпохи Возрождения являет собой определенный идеал (Гуревич, 1999). Если говорить в общем, то фундаментально можно выделить мифологический, религиозный, натурфилософский и социокультурный типы антропологий или концепций чело-века¹. При этом данную модель определенным образом можно экстраполировать на проблематику антропологии эпохи Возрождения.

Скажем, добавить к данной классификации можно тип «политического» человека. Так, согласно А.Х. Горфункелю, Ж. Боден, Н. Макиавелли утверждают, что добродетель людей неразрывно связана с гражданским долгом. По мнению философов, благополучие индивида напрямую зависит от процветания государства. Таким образом, в этих рассуждениях мы наблюдаем отход от теологии и провиденциализма Средневековья, то есть в таком понимании в истории не существует заранее предопределенной божественной цели2.

Конечно, Средневековье всецелостно – это религиозная эпоха. В то же время нельзя сказать, что в период Возрождения не чувствовалось ее отголосков, но, безусловно, доминирующим в это время стало художественно-эстетическое начало. Наследие прошлого для личности заключалось, прежде всего, в способности нести ответственность за свои поступки, различая, что есть добро и зло. В эпоху Возрождения произошел резкий «перегиб» в сторону автономии индивидуальности и абсолютизации эстетического в ней начала. Соответственно, такое наполнение и «обогащение» личности красотой должны были параллельно идти с глубоким нравственно-этическим воспитанием личности, внешняя и внутренняя красота должны были взаимодополняться.

В античной философии приоритет отдавался природно-космическим аспектам жизни, в Средневековье – Богу и концепции спасения. В эпоху Возрождения же акцент сместился на человека, что определило антропоцентрическую направленность философской мысли этого периода.

Возникает новое самосознание индивида и его трансформированная социальная позиция: чувство гордости и самоутверждения, осознание собственных способностей и талантов становятся характерными чертами человека эпохи Возрождения. В отличие от средневековых людей, личность этого периода склонна приписывать свои достижения исключительно себе. Таким образом, субъектом исторического процесса постепенно становится не Бог (Абсолют), а человек.

Мы акцентируем внимание на творчестве великого итальянского гуманиста Дж. Пико делла Мирандолы для того, чтобы яснее понять главную метаморфозу, которая всегда происходит с человеком: это путь возвышения к божественной жизни через падения и неудачи, связанные с животной природой. К тому же Дж. Пико одним из первых поставил проблему человеческого достоинства. Исходя из платоновской антропологической концепции, в «Речи о достоинстве че-ловека»3 мыслитель особо подчеркивал потенциал человека. Дж. Пико как бы призывает индивида, используя свою свободную волю, стремиться к бесконечному совершенствованию своей природы, быть «кузнецом своего счастья, творцом и скульптором». В этом заключалась главная гуманистическая идея мыслителя4.

Идея человека как микрокосма открывает путь к натуралистическому его пониманию как неотъемлемой части природы. Гуманистическая мысль предлагает иной подход к этой проблеме. Она не отрицает основополагающих христианских принципов, видит не проблему грехопадения или спасения, а контекст защиты человеческого достоинства. Оно как раз заключается в умении подняться от примитивного и животного состояния до подлинного человеческого, которое достигается за счет реализации потенциала самосовершенствования, заложенного в субъекта Богом. Для осуществления этого необходимы, прежде всего, собственные усилия людей, их культурная и творческая деятельность.

Гуманизм, признавая природу человека, не ограничивается ею. Он утверждает, что за обманчивой внешней стороной скрывается подлинная божественная культура как истинное проявление человеческих возможностей. Божественность не дана, а задана. Это то, что предстоит осуществить в процессе возвышения человека к «образу и подобию», по которому он был создан (Гинатулина, 2022).

В своей работе «Речь о достоинстве человека»1 Джованни Пико делла Мирандола утверждает, что человек стоит в центре мироздания. Он не наделен (небесной, ангельской) природой, и должен сам сформировать себя как свободный и достойный творец. Место человека в иерархии существ зависит от его ответственного выбора. Он может возвыситься до уровня «звезд и ангелов» или же опуститься до животного состояния2.

Именно в этой возможности свободного самоопределения Дж. Пико видит высшее счастье человека. Он ставит «во главу угла» свободу выбора в качестве решающего фактора любого поступка и его нравственной оценки. В этом он продолжает гуманистическую традицию и предлагает новое понимание природы человека, которая формируется в результате самостоятельной творческой деятельности, а не является чем-то неизменным.

По мнению Дж. Пико, человеческая природа – это результат непрерывного процесса саморазвития, основанного на ответственности личности за выбор того или иного жизненного поступка. Божественность человека, как и любое другое совершенство, достигается, а не дается от рождения. Каждый должен уподобиться Творцу своими делами3.

Для обоснования того факта, что эпоха Возрождения была уже другой по сравнению с предыдущей, нужно прежде всего обратить внимание на работы Н. Кузанского, который одним из первых в философии эпохи Возрождения перенаправил ее с теологических спекуляций к натуралистическим размышлениям о природе и человеке. Для мыслителя более реальным и необходимым являлся факт существования Абсолюта как объединяющего всеобъемлющего принципа в противовес природному миру, который зависит от божественного милосердия4. Н. Кузанский, будучи вдохновленным учениями Прокла и других представителей неоплатонизма, предлагал новый подход к решению богословских вопросов, который состоят в слиянии Бога с природой. Таким образом, креационистский и монотеистический подходы в его творчестве сменяются пантеистическим. Это существенно противоречит ортодоксально-христианским представлениям. Постепенно пантеизм станет доминирующим направлением в философии Н. Кузанского – он стремится сблизить, а не противопоставлять Бога миру5.

В своем труде «Об ученом незнании»6 мыслитель рассматривает человеческую природу как высшее творение, что ясно указывает на антропоцентрический характер его учения. Человек, по Н. Кузанскому, объединяет в себе разумную и чувственную природу, отражая в себе всю Вселенную. С древних времен субъект именуется микрокосмом, малым миром. Однако важнее не сам термин, а тот мир, который заключен в человеке. Он принципиально отличается от космоса античной и средневековой философии7.

Всякое сущее характеризуется единством противоположностей (coincidentia oppositorum), что находит свое отражение и в природе человека. Это выражается в соотношении свернутой в божественном начале полноты и развернутой в космосе ограниченной бесконечности.

Божественность, по сути, есть совершенство в его полном проявлении. Человеческая сущность лишь частично реализует этот потенциал. Абсолютное соединение божественной и человеческой природы возможно только во Христе. Человек носит в себе его образ, но не в абсолютном смысле.

Пантеистическое понимание бесконечного Бога как сущности, пронизывающей всю природу, привело к переосмыслению концепции космоса. Мир в этом контексте не имеет границ и не обладает фиксированным центром, таким, как Земля, традиционно признаваемая таковым с эпохи Аристотеля и Ветхого Завета.

Таким образом, Н. Кузанский явно отходит от догм ортодоксального учения Церкви. Мыслитель возвращается к представлениям античности о человеке как о микрокосме. Согласно этой теории, последний концентрирует в себе все элементы макрокосма, но является миниатюрной моделью природы и при этом способен к тому, чтобы ее постигнуть. Это глубокая платоновская концепция разумных познавательных способностей человека, которые могут раскрыть сакральное знание о природе.

В когнитивном процессе особо важным является чувственное познание, которое связано с силой воображения. При этом позиция Н. Кузанского принципиально отличается от классического неоплатонизма, потому что мыслитель испытал влияние номинализма. Абстрактный и ограниченный рассудок, будучи результатом чувственной деятельности человека, создает множество слов и имен. Это главная его функция, которая связана с математикой, которой Н. Кузанский отводит центральное место в своей гносеологии, признавая ее главным средством познания мира природы. Познаваемость природы как органичного божественного творения находится в отношении обратной пропорциональности с непознаваемостью Бога как абсолютного максимума и актуальной бесконечности. Это объясняет парадоксальное название главного труда Н. Кузан-ского – трактата «Об ученом незнании».

Итак, благородный (нравственный) и свободный человек возвышается над всеми представителями природной и божественной иерархии, являясь центральным звеном природы. Эту идею развивают в дальнейшем последователи Н. Кузанского. Философ подчеркивает, что главным человеческим достоинством является разум (intellectus), который может пересекаться с интуицией. При этом, по мнению мыслителя, высшая интеллектуальная человеческая способность имеет божественное происхождение1.

Только бесконечный мыслящий Разум, а не рассудок, способен увидеть в крайнем противопоставлении противоположностей их совпадение и единство. Так появляется учение о совпадении противоположностей (coincidentia oppositorum), где бесконечность отрицает всякую противоположность. Примеры совпадения противоположностей Н. Кузанский берет из математики, в которой бесконечная кривизна может быть бесконечной прямизной2.

Теория мыслителя о совпадении противоположностей органично появляется в связи с его пониманием философской истины, которая имеет диалектическую природу. Она состоит в неразрывной связи истины и заблуждения. То есть истина («свет») не может принципиально существовать без своего антипода в виде «тени»3.

Н. Кузанский отвергает мистическое пассивное созерцание как путь к «обожению» человека. Напротив, он видит его в творческой деятельности разума. Интеллектуальная интуиция рассматривается им как «ученое незнание», являющееся результатом познавательного процесса4.

В своей работе мы обращаемся также к творчеству видного мыслителя Возрождения М. Монтеня по той причине, что его концепция оригинальна, объективна. Говоря конкретнее, в своих трудах5 М. Монтень подвергает критике как антропоцентризм христианско-теологический, утверждающий превосходство человека над остальным творением, так и гуманистический антропоцентризм, вдохновленный неоплатонизмом Флорентийской академии, позиционирующий человека в центре иерархической цепи бытия (Гуторович, 2021). Он разоблачает миф о его божественной природе, подчеркивая, что такое разоблачение не умаляет человека6.

М. Монтень предлагает вернуться к концепции человека, для которого мать-природа – его неотъемлемая часть. Взгляды философа двойственны: они предполагают, с одной стороны, подчинение естественным законам, а с другой – восприятие человека как объекта божественного промысла. Истинное достоинство человека, по М. Монтеню, заключается не в возвышении его над природой к божественному статусу, а в осознании своей принадлежности к величественному миру природы (Горфункель, 1980: 220).

Таким образом, реализация свободы человека возможна лишь при условии признания им природного закона и его соблюдения в повседневной жизни и деятельности. Центральным же понятием этики М. Монтеня является самодостаточность человеческого бытия, чей смысл заклю- чен не во внешних целях, а в самой себе. Нравственная автономия, самостоятельная позиция является высшим достижением человека. Она не нуждается ни в земных, ни в потусторонних «наградах», но побуждает к действиям, основанным на свободном выборе, и способствует гармонизации личных интересов с интересами общества. Ведь только суверенная личность способна принести пользу обществу1.

Таким образом, неудачи и ограничения индивидуального познания не должны приводить к отчаянию, поскольку они являются лишь временными препятствиями на пути к всестороннему постижению мира (Антисери, Реале, 2002: 64).

Заключение . Таким образом, постулаты философии Возрождения ставят в центр размышлений человека-творца, что предопределяет и формирует объяснительный принцип истории. Эта тенденция сохранится в философии эпохи Просвещения, где она будет иметь ярко выраженный характер, но, которая вскоре будет преодолена в системе материалистического понимания истории (Рагозина, 2021: 41).

С одной стороны, человек слишком индивидуален и автономен, потому что он действует в соответствии с ограниченными частными интересами. С другой стороны, ему чужда сосредоточенность на сугубо индивидуальном в узком мире, у него всегда есть возможность выхода в общественное бытие. Потому что смысл жизни человека связывается с потребностями конкретного социума, где он себя реализует. Индивид не может с себя снять ответственность перед будущими поколениями, его правильное отношение к Вселенной определяет смысл человеческой истории.

В целом, в эпоху Возрождения наличествовал антропоморфный взгляд на историю. Это прослеживается в каждом учении и концепции данного удивительного и уникального периода. Изменился сам человек, который, творя культуру, перестал приписывать своим действиям божественное или мифическое происхождение. В современных исторических условиях, осваивая ремесла и искусства, он начал новую, истинно человеческую жизнь.

Таким образом, нужно указать на тот факт, что смена мировоззренческих доминант в истории философии не статична и схематична, а динамична и разнообразна. В частности, антропоцентризм Возрождения содержит элементы космоцентризма античности (Миргородский, 2024), как и наоборот – эпоха античности имеет черты антропоцентризма Возрождения.

Итак, в условиях современных общественных трансформаций необходимо делать акцент на том, что центром мира, природы, Универсума является творческий Человек, преобразующий действительность.