Проблема миграции этнических меньшинств Дальнего Востока (1920-1930-е годы) в зарубежной историографии

Введение.

Всестороннее понимание причинно-следственных связей в процессе миграции этнических меньшинств, происходивших на советском Дальнем Востоке в 1920–1930-х годах, позволяет представить общую картину социальных трансформаций, происходивших в Союзе ССР, проанализировать частоту мероприятий, их причины, а также определить важную роль Дальнего Востока как региона в этом контексте, территорию, выступавшую одним из восточных коридоров различного вида миграции населения Юго-Восточной Азии в советскую страну.

Значительное влияние на миграцию этнических меньшинств на территорию Дальнего Востока Союза ССР оказывали в первую очередь происходившие социальные процессы, связанные с усилением властных режимов, резких изме- нений в политике со стороны местных властей, приводивших к ухудшению положения граждан, их жизненных условий, связанных с безработицей, голодом, разного рода природными и техногенными катастрофами (наводнения, пожары и прочее).

Эти факторы были характерными и для последующих периодов развития государств Юго-Восточной Азии, именно с территории которых и осуществлялся исход потоков мигрантов, в том числе представителей этнических меньшинств. В особенно сложных социально-экономических условиях оказывались этнические меньшинства, как слабо организованные группы населения. Для них были характерными низкий уровень этнической мобильности, безграмотность, трудное социальное положение, особенно в условиях революций, войн, столкновений на межэтнической почве.

Трансформации были характерными и для отдельных периодов развития социалистического строительства в Союзе ССР, и для периода его распада, сопровождавшегося резким изменением условий жизни, форм и методов управления государством, осуществлением государственной политики, в первую очередь в совершенствовании межэтнических отношений и воспитании культуры межэтнического общения. Не всегда могли этнические меньшинства своевременно адаптироваться к новым условиям и интегрироваться в социуме, изменяющемся по тем или иным причинам.

За последние десятилетия наблюдается заметное продвижение в изучении проблемы миграции этнических меньшинств и вообще в изучении истории этнических меньшинств на Дальнем Востоке. При этом стал реальным рост внимания к этой проблеме во многих региональных научных центрах, испытывающих нехватку рабочих ресурсов, что особенно характерно для регионов Дальнего Востока, как территории с бурно развивающейся экономической системой.

К изучаемой теме обращаются не только историки, но и социологи, политологи, психологи, выступающие за более активное вовлечение этнических меньшинств в решение государственных проблем системы экономики (ресурс рабочей силы, активное участие в управлении государством, в первую очередь на местном уровне, несение службы по защите государства, создание условий для обеспечения безопасности и государства, и региона, и семьи). В современных условиях востребованность в более глубоком изучения этой проблемы очевидна. Она продолжает привлекать внимание не только стран Юго-Восточной Азии, в частности Вьетнама, но и граничащих с Дальним Востоком Южной и Северной Корей, Китая, Казахстана и других стран Средней Азии. К ней проявляют интерес ученые и практики западных государств. Она рассматривается также на различных международных и государственных форумах.

Почему для исследования выбран период именно 1920–1930-х годов? Это объясняется тем, что в условиях советского периода, времени укрепляющейся и развивающейся новой государственности, все было впервые. В связи с этим важно рассмотреть конститутивный момент этих социальных явлений, включая миграцию, ее проявление в новых условиях, формы преодоления трудностей обустройства мигрантов в государстве, решение других сопутствующих социальных проблем.

В связи с этим в предлагаемой статье поставлена цель обобщить результаты и определить степень изучения зарубежными учеными проблемы эмиграции малочисленных народов, проживавших в 1920–1930-х годах на территории Дальнего Востока, то есть до периода их принудительной миграции.

Методы исследования. В ходе изучения научных трудов по проблеме основное внимание было сосредоточено на анализе работ историков Республики Корея, Китая, Японии, отдельных стран Запада. При этом автор использовал известные и распространенные методы исторического исследования, в числе которых: метод хронологического изложения материала применительно к каждому блоку из затрагиваемых научных работ; метод альтернативы, позволяющий выяснить особенности изучения проблемы в разных государствах, а также метод историко-сравнительный, позволяющий представить демонстрацию различий и сходства в изучении проблемы миграций, выяснения их причин возникновения; метод синхронизации при показе поэтапных изменений в изучении темы. Занимаясь исследованием столь многогранной проблемы, автор прибегал и к использованию, в частности, идеографического (нарративного) метода, позволяющего представить самих зарубежных авторов.

Результаты. В статье автором комплексно представлена историография названной проблемы. Дана характеристика научных трудов, опубликованных историками Республики Корея, Китая и Японии, а также значимые исследования по проблеме в российской историографии, в отдельных трудах историков западных стран. Раскрыты специфика изучаемой проблемы, особенности межрегиональных миграций, причины их возникновения, а также их основное предназначение и роль в развитии экономик принимающих мигрантов государств, возрождении национальных культур.

Цель исследования заключается в изучении как текущей ситуации, так и повторного акцентирования на необходимости международного понимания и исследования проблем малочисленных народов Дальнего Востока. Для этого можно рассматривать проблему в дух плоскостях: по странам и по временным периодам. Хотя полезным было бы использовать оба подхода, так как результаты исследования слишком объемны. Целью данной статьи выступает и изучение представительных потоков мигрантов, и исследование их истории по государствам, их регионам, в которых исследование проблемы остается в числе приоритетных1.

В конкретном случае рассматривается вопрос о роли зарубежной историографии, о группе историков и политологов, сосредоточившихся в своих трудах на изучении истории этнических меньшинств Дальнего Востока.

Обсуждение.

В середине 1950-х годов западные ученые начали активно публиковать научные труды, содержащие информацию о национальных меньшинствах Дальнего Востока. Так, исследователь истории периода холодной войны В. Коларз изучал принудительную миграцию на Дальний Восток, как регион, на территории которого именно через политику национального самоопределения, нацие-строительства решался вопрос и этнических общностей, включая малочисленные меньшинства, проживавшие на территории, рассматриваемой в статье. Он также высказал новую точку зрения о причинах принудительной миграции, связав ее с политикой урегулирования конфликта между русскими и корейцами в период коллективизации [26].

В 1960-х годах зарубежные исследователи подготовили ряд специальных научных статей и монографий, посвященных изучению истории прошлого, современной повседневности народов Дальнего Востока Советского Союза.

Профессор Джон Стефен (Гавайский университет) опубликовал новое исследование, в котором содержатся статистические данные о китайцах, корейцах и японцах на Дальнем Востоке России, а также представлено описание процесса советизации корейцев в период с 1917 по 1937 г. Для своего научного труда, выводов Д. Стефен использовал многочисленные источники, включая статьи уже известного к этому времени корейского ученого Ким Сынхва [16; 17].

В Центре корейских исследований при Гавайском университете состоялась научная конференция на тему «Корейцы в Советском Союзе». Резюме этого форума было опубликовано в виде сборника статей. Под редакцией профессора Сео Дэ-сука в 1987 г. эта книга (англоязычный вариант) была издана Гавайским университетом. Она представляет собой тезисы, подготовленные корейско-американскими учеными (Сео Дэ-суком, Шин Ён-джа), а также известными японскими учеными (Вада Харуки, Хара Териюки и Кимура Хидэсукэ) [27].

Профессор Ко-Сонму (Хельсинский университет) изучал главным образом проблему появления корейцев в Российской империи, их насильственного переселения в Казахстан. Книга автора была опубликована в Республике Корея. Исследователи темы использовали опубликованные Ко-Сонму сведения как основной материал по истории сообщества советских корейцев [25].

Привлекает внимание исследование вопросов национальной политики Советского Союза в 1920–1930-е годы, в том числе на Дальнем Востоке, в изданном научном труде Томасом Мартином. По нашему мнению, Т. Мартин является наиболее последовательным и авторитетным из зарубежных авторов. Им представлены обоснованные выводы и суждения по разным направлениям советской национальной политики, особенно по вопросу о сущности и причинах проявления национализма.

Мартин исследует также противоречия, присущие национальной политике, в которой проявляется одновременно и исследование советской национальной политики, и ее практическое воплощение. Мартин обращает внимание на противоречия, присущие советской национальной политике, в которой проявляются стремление способствовать росту и самосознания, и национального сознания граждан, в том числе этнических меньшинств, когда одновременно целевые установки на поддержку культур народов сопрягаются с необходимостью спонсировать национально-освободительное движение в соседних странах, устраняя при этом всякое иностранное влияние на многие национальные сообщества (диаспоры) Советского Союза [55].

В качестве последовательного исследователя истории этнических меньшинств на Дальнем Востоке можно отметить и Фортиса Джеймса. В 1994 г. в рамках истории Восточной Сибири и российской истории Дальнего Востока он опубликовал книгу, в которой констатирует положение мигрантов из Восточной Азии, а также коренных народов в связи с этнической составляющей региона. В этом же научном труде рассматривается сущность национальной политика СССР в 1920–1930-е годы, а также раскрывается социальное положение каждого из этнических меньшинств [12].

В 2001 г. канадский лингвист Росс Kинг занялся изучением положения корейцев, в частности в Благовещенске Амурской области (на 1911 г. проживало 383 человека). На основании литературных записей того времени им рассматривался процесс развития корейцев в относительно обособленном состоянии от основных корейских поселений в Приморье, а также казахов, частично сосуществовавших на территории с корейцами [33].

Репрессии сталинского периода были в центре внимания Джеймса Харриса. В 2013 г. он исследует в своем научном труде не только вынужденную миграцию корейцев, но и притеснения, и чистки этнических меньшинств в сталинскую эпоху, а также их причины [18].

Джон К. Чанг, доктор философии по истории России и СССР (Манчестерский университет) опубликовал в 2016 г. всеобъемлющий труд о «русских корейцах» России и Советского Союза 1860–1940-х годов. В главах 3–6 он резюмирует, что корейцы Дальнего Востока России постоянно рассматривались в царский и советский периоды как «проблемная и оклеветанная национальность» (этническая общность). Он утверждает, что царское влияние проявлялось в различных формах русского национализма и мировоззрения, ослепивших сталинский режим и не позволявших увидеть в корейцах «лояльных советских граждан». На практике корейцев представляли как «колонизируемый элемент (рабочую силу с неизвестной и непостижимой политической лояльностью») [20].

В 2021 г. профессор Марк Камса (Тель-Авивский университет в Израиле) рассматривал перемещения (миграцию) населения через р. Амур и р. Уссури на границе между Россией и Китаем. Автором анализируется история пересечения границы в этом регионе после обретения Россией Приамурья и Приморских провинций от Цинской империи в 1860 г. до настоящего времени с акцентом на 1920–1930-е годы. В первой части статьи показано, что «движение людей (переселенцев, трудовых мигрантов, беженцев) через две речные границы шло в обоих направлениях» [30].

В последние годы, проведенные в Университете Британской Колумбии (Канада), Ольга Белоконь защитила диссертацию, в которой, в частности, сравнивалась деятельность кампаний по распространению грамотности среди корейцев на Дальнем Востоке России с кампаниями, решавшими эту житейскую проблему применительно к другим этническим группам в Советском Союзе [8].

***

Изучение проблемы в историографии Республики Корея

Историей российских корейцев занимается также ряд исследователей в Южной Корее. В большинстве их научных трудов внимание направлено на раннюю миграцию корейцев на территорию Российской империи, а также на историю движения за независимость под властью Японии с исторической точки зрения, в рамках уже осуществлявшейся сталинской принудительной миграции. Было проведено множество научных исследований, касающихся выявления причин принятия подобных акций, развития процессов, определения правового статуса, вида миграции и др.

По нашему мнению, исследования вынужденной миграции корейцев постоянно проводятся в академической среде ученых. Очевидно стремление самих исследователей рассматривать нацию, людей и идентичность прежде всего путем глубокого анализа причин принятия таких акций, процесса их осуществления, выявления правового статуса вынужденной миграции, их вида, а также политики в соответствии с этими причинами. Однако, несмотря на эти различия в подходах в изучении корейцев Приморской провинции в 1920–1930х годах, как утверждают ученые-предшественники, исследований «все еще недостаточно» [6; 19; 32; 34].

Корейские ученые обращают внимание конкретно на советский Дальний Восток 1920–1930-х годов. Заметно их стремление ответить на вопросы, каким образом протекал период реорганизации корейского сообщества в социальном, культурном и экономическом отношении в условиях советского режима, установившегося после русской революции 1917 года, а также последовавшей Гражданской войны в Сибири и на Дальнем Востоке. В связи с этим просматривается их интерес к демографическим характеристикам этнических меньшинств на Дальнем Востоке в 1920 г. В связи с этим демонстрируется сам процесс формирования корейского общества, включавший возрождение жизни корейских иммигрантов при советском режиме в 1920-е годы. В этой связи особую ценность приобретает и анализ реакции Советского правительства на эти изменения. Кроме того, в работах ученых содержатся сведения о характере «земельного вопроса», составлявшего основу благополучия и сносного проживания корейского сообщества, в том числе прибывающих на территорию Дальнего Востока мигрантов 1920-х годов.

Первым исследованием в корейском научном сообществе был труд, в котором российские корейцы были признаны академическим предметом. Это была обобщающая книга «История корейских переселенцев и эмигрантов», опубликованная Хён Гю-хваном в 1967 г. В труде констатируется, что достижения в документировании истории корейской иммиграции с помощью данных из третьих стран в период холодной войны заложили основу для дальнейших исследований корейцев. Данные касались общего иммиграционного процесса с использованием сведений за 1910–1920-е годы, но не затрагивали описания условий жизни [15].

С середины 1980-х годов национальная политика Союза ССР в отношении советских корейцев и истории жизни корейских эмигрантов Дальнего Востока коренным образом меняется, усиливается внимание к этой проблеме, ее изучению. Корейские ученые, активно используя российские данные, попытались продемонстрировать в своих работах более конкретные аспекты из жизни корейцев, в частности такие как экономика, образование, религиозный фактор – вероисповедание.

В рамках исследования, связанного с сельскохозяйственной коллективизацией корейцев на Дальнем Востоке в 1920–1930-х годах, следует упомянуть работы Ли Че Муна [28], Бан Бён-юля [4], Хонг Унг-хо [14] и других ученых. Период исследования охватывает события, связанные с русской революцией

1917 г. и началом сельскохозяйственной коллективизации до 1937 г., когда была осуществлена принудительная миграция.

Основное внимание в трудах ученых уделяется периоду с 1929 г., когда была проведена тотальная коллективизация, до 1934 г., когда завершился процесс коллективизации корейцев. Очевидно, научные труды нацелены главным образом на изучение процесса коллективизации корейцев, участия в сельхозпро-изводстве. Акцент был направлен на показ роли колхозов в преобразованиях аграрного сектора. Так, Ли Че Мун, анализируя события этого периода, учитывает прежде всего фактор участия в коллективизации корейцев в этих сложных социальных условиях, когда приходилось преодолевать еще и проблему расовой дискриминации между русскими и корейцами [28].

С начала 2000-х годов были изданы и другие исследования, посвященные корейской общности на Дальнем Востоке в 1920–1930-х годах, в частности на основе материалов газеты «Сонбон». Конечно, газетные материалы содержали сведения об этом процессе, исходившие из государственных структур власти, курировавших подобное направление в жизни Дальнего Востока в период с 1923 по 1937 г. и представлявшие собой особо значимый информационный источник. Здесь же были материалы с ответами на возникавшие вопросы со стороны корейских иммигрантов того времени. Исследование данных «Сонбон» стало определенным вызовом для российских ученых, так как газета публиковалась на корейском языке. Правда, в последующем и эта проблема решалась с помощью ученых историков из корейцев, трудившихся в сфере науки Союза ССР.

Бэ Ын Гён провел исследование, посвященное разнообразной культурной жизни (фольклор, традиции, обычаи дальневосточной корейской общины), используя при этом материалы газеты «Сонбон» [1; 2; 3]. Бан Бён-юль также, используя сведения, публикуемые на страницах названной газеты, изучал многие стороны жизни корейского сообщества на Дальнем Востоке [5].

Профессор Юн Сан-Вон (Университет Чон-Чжу) занимался проблемой восприятия корейцами национально-освободительного движения, событий, связанных с «Движением 1 марта», в том числе материалов, опубликованных в газете «Сонбон» [42].

Кроме того, проводились и другие научные исследования, посвященные жизни корейцев в Советской России, в частности состоянию и развитию сферы культуры, искусства корейцев на Дальнем Востоке, анализу корейского общества, национальной системы образования, а также исследованию нормативноправового законодательства, регламентирующего жизнь корейцев в Приморском крае [9; 10; 31; 37; 40; 41].

В последнее время профессор Чон Мак Рэ (Университет Кемён) провел исследование, направленное на реконструкцию повседневной жизни корейцев того времени, с особым акцентом на корейских детях, женщинах и религиозной деятельности на Дальнем Востоке в 1920–1930-х годах, опираясь в данном случае и на материалы газеты «Сонбон» [21; 22; 23; 24].

В 2012 г. профессор Лим Чэ-Ван (Государственный университет Чоннам) и его коллеги опубликовали книгу под названием «Право, жизнь и образование корейцев в Приморской провинции». В итоге изучения ресурсов знаний современной корейской диаспоры, базы данных были обобщены основные нормативно-правовые акты, правила, регламентирующие проживание корейцев и образовательные кодексы применительно к корейцам на Дальнем Востоке в 1920–1930х годах, а также рассмотрены социальные аспекты жизни советских корейцев. В научном труде представлены первоначальные данные, охватывающие политику, экономику, общество и культуру корейцев того времени [35].

По вопросам истории миграции, положения сахалинских корейцев состоялись разнообразные исследования начиная с 1960-х годов и по мере появления в СМИ информации о движении, связанном с возвращением корейцев, остававшихся на Сахалине. Основное внимание в исследованиях уделялось вопросу о принудительном труде в период Японской империи [7].

В теме корейской иммиграции на Сахалин в 1920–1930-х годах следует отметить научный труд Ли Джэ-Хёка. Он проанализировал различные данные и статистику, опубликованную в Корее, России и Японии, а также, посетив Сахалин, провел полевые исследования. В его работе представлена ценная статистика о корейском населении в обстоятельствах Северного и Южного Сахалина 1920–1930-е годов. Автор опирался как на устные интервью, так и на архивные материалы японского генерал-губернаторства во время японской оккупации, отчеты японских военных и информацию, полученную из России. Он подошел к проблеме корейцев на Сахалине как с географической, так и социо-демографической точек зрения. Используя исторические характеристики, метод временных рядов для анализа процесса формирования корейской иммиграции, он предпринял попытку исследовать характеристики и формы миграции [38; 39].

Научно-исследовательский институт международных отношений (Университет Донгук) в течение пяти лет занимался разработкой зарубежного корееведения в России (2011–2015 гг.). В итоге учеными была опубликована книга, значение которой трудно переоценить, поскольку она определяет пути развития корейской общины в России. Одновременно предпринималась попытка разъяснить исторический процесс разделения и расселения народов, а также конкретно путем анализа развития связей между российскими корейцами, государств Центральной Азии и корейцами Республики Корея к современной идентичности [13].

Этим отличаются упоминавшиеся ученые Бан Бён-юль, Хонг Унг-Хо, Юн Сан-Вон и другие, которые занимались изучением национальной политики применительно к корейской общине в Советском Союзе, в частности корейцев в хронологических рамках с 1910-х до 1930-х годов, предшествующих принудительной миграции. Российский ученый В.С. Бойко (Алтайский университет. г. Барнаул) провел исследование миграции корейцев в Западной Сибири в изучаемый период [13].

В 2018 г. в Государственном университете Чонбук был создан исследовательский центр «Корё Сарам» — специализированный исторический исследовательский институт (Чон-Чжу, профессор Юн Сан Вон, ранее имевший тесные связи с Советским Союзом). 29 сентября 2018 г. состоялась международная научная конференция под названием «Идентификация народа Корё -Сарам», в которой приняли участие 13 ученых из России и государств Центральной Азии, а также редакторы и официальные представители прессы, ученые из Китая, Японии и Кореи, которых объединяют общие усилия в исследовании корейской общности за рубежом [67].

Институт российских исследований (при Университете Ханлим) занимается изучением России, особенно субъектов Дальнего Востока и Сибири. Ежегодно проводятся международные научные конференции с участием ученых из России, Казахстана и государств Средней Азии. 21 августа 2020 г. состоялась научная конференция на тему «Солидарность во имя безопасности и процветания корейской диаспоры в Евразии». В ходе конференции профессор Юн Сан Вон (университет Чон-Чжу) представил свой доклад о культуре и жизни корейцев в Приморской провинции в 1920—1930-х годах. Основой его выступления послужили материалы, опубликованные в Приморском крае и хранящиеся в Российской государственной библиотеке изданий [66], а таже опубликованные в 2017 г. материалы МИД России «Миграция корейцев на русский Дальний Восток: российско-корейские отношения (1821-1918)» (М., 2017).

Проблема китайской миграции на Дальний Восток в трудах ученых Китая

В конкретном случае необходимо обратить внимание и на положение других народов, охваченных миграцией и связанных с Дальним Востоком, например групп китайцев (как этнического меньшинства), мигрировавших на территорию России, что было важной составляющей российско-китайских отношений, представляя собой особую область контактов между двумя государствами. Исследование темы проводилось как китайскими, так и российскими учеными на протяжении длительного времени. В КНР исторические исследования традиционно повергались сильной политизации. Их интерес связан с миграцией китайцев на Дальний Восток в конце XIX — начале XX в., c занятостью китайской рабочей силы, деятельностью в социально-экономической сфере и социалистическом строительстве.

Историография китайской иммиграции на Дальний Восток относительно широко изучена Ольгой Залесской [68]. Китайские ученые же сосредоточились на различных аспектах миграции китайцев в Россию. В научных исследованиях, опубликованных в 1980—1990-х годах, внимание акцентировалось главным образом на изучении вопросов о роли китайских рабочих, вступивших в Красную Армию и партизанские отряды в революционный период, их последующем влиянии, которое было подчинено улучшению социально-экономического положения китайских иммигрантов в конце XIX — начале XX в., а также о деятельности рабочих союзов, в частности профсоюзов китайцев [29].

С 2000-х годов исследования изучаемой проблемы заметно расширились, включая участие китайцев в российском революционном движении. В публикациях этого периода была определена и модель экономической деятельности, обращалось внимание на количественный состав китайских иммигрантов [46]. Однако большинство исследований до сих пор фокусируются главным образом на периоде до Октябрьской революции [50; 51; 52]. В настоящее время отсутствует должное освещение темы миграции как в российской, так и в китайской историографии, несмотря на масштабное исследование некоторых аспектов жизни этнических меньшинств на Дальнем Востоке, включая китайскую общность (диаспору), в 1920—1930-е годы. Исследования китайских ученых, посвященные китайцам-иммигрантам 1920—1930-х годов, заключаются в следующем.

В 2003 г. была опубликована магистерская диссертация Бу Цзюньчжэ (Северо-восточный педагогический университет). Автор раскрыл роль китайцев в СССР в обстановке, возникшей после Октябрьской революции 1917 г., и в первую очередь показал усиление их влияния на экономику, разработку новых социальных технологий, возрождение культуры [44].

В 2007 г. в была защищена докторская диссертация Чжао Цзюаня (Цзилиньский университет), посвященная изучению зарубежных китайцев -мигрантов в России. Чжо Цзюань анализирует особенности развития китайской общности на территории России, а также рассматривает связь с теорией «желтой опасности» и существовавшей теорией «демографической угрозы». В диссертации также содержатся обобщающие выводы о роли китайских мигрантов в России и Китае, основанные на исторических отчетах о китайцах-мигрантах в России.

Во второй главе диссертационной работы подробно раскрыто участие китайских рабочих в Гражданской войне в России, последовавшей после революции, а также их активность и влияние на китайско-советские отношения и разви- тие китайской революции в 1920-х и 1930-х годах. Привлекает в работе детальное изображение положения иностранных студентов и рабочих [63].

Лю Тао и Пак Гун-чулом была опубликована научная статья, посвященная миграции китайских иммигрантов в Россию в период с 1860 по 1941 г. В пятой главе исследования авторами проведено исследование общества китайских иммигрантов на Дальнем Востоке в советское время [54]. В 2014 г. в Хэйлунцзянском университете была опубликована магистерская диссертация, посвященная этапам развития истории китайских иммигрантов на Дальнем Востоке [47].

Исследованиями истории национальных меньшинств, национальной политики на Дальнем Востоке занимались и другие китайские ученые, Чусян представил научный труд о национальной политике на Дальнем Востоке в целом и конкретно о северных меньшинствах региона [64], а Лю Сяочунь занимался изучением коренных и приграничных народов на территории Китая, соседнего с Дальним Востоком России [53], придавая тем самым особое значение пограничному, то есть периферийному фактору в истории и судьбах этнических меньшинств.

В последние время в Хэйлунцзянской академии общественных наук была опубликована магистерская диссертация, посвященная этническим меньшинствам на Дальнем Востоке и политике в отношении меньшинств в Советском Союзе. Автор анализирует национальную политику Союза ССР с 1917 по 1953 г., исследует предпосылки советской национальной политики в условиях осуществления курса индустриализации Дальнего Востока, коллективизации сельского хозяйства, изменявших прежний образ жизни, налаживания производства. Параллельно авторы исследовали факторы влияния и на состояние сферы экономики, ее развитие [43].

В исследованиях ученых о китайских иммигрантах на советском Дальнем Востоке в 1920–1930-е годы недостает следующих аспектов: более подробного анализа роли китайских иммигрантов в Гражданской войне, последовавшей за революцией 1917 года, что включает прежде всего этническую мобильность, активность китайцев, участие в вооруженных отрядах, фактор влияния на китайско-советские отношения. Важно изучить условия пребывания иностранных студентов и рабочих на Дальнем Востоке, их социальную и экономическую адаптацию, а также их вклад в различные сферы общественной жизни.

Анализ взаимодействия и влияния китайских иммигрантов на процессы социальных и культурных изменений на Дальнем Востоке показывает необходимость усиления внимания на адаптацию китайской культуры, формирование китайских общин, влияние на местное население и обмен культурными ценностями, необходимость более глубокого исследования демографического состава китайских иммигрантов на Дальнем Востоке в 1920–1930-е годы. Изучение этого блока вопросов поможет понять разнообразие этнических групп и их взаимоотношения на территории. Учитывая эти недостатки, в дальнейшем исследователи должны стремиться заполнить пробелы в знаниях о китайских иммигрантах на советском Дальнем Востоке в указанный период.

***

Ученые Японии о проблеме миграции этнических меньшинств на Дальний Восток

Японские ученые также проявляли устойчивый интерес к этническим меньшинствам на Дальнем Востоке России, в том числе непосредственно к японцам. Японские иммигранты жили в Сибири до 1930-х годов, но деятельность японцев на советском Дальнем Востоке прекратилась в 1922 г., когда Японская армия покинула эту территорию, и в то же время это не могло не пошатнуть основы японской общности в целом [59].

Исследования японских ученых на российском Дальнем Востоке в основном сосредоточены на анализе промышленных вопросов, включая рыболовство, русско-японскую войну 1904–1905 гг., интервенцию в Сибири и Приморском крае, а также вопросы размещения японских военных до и после Второй мировой войны. Поэтому, как и в истории России, интерес Японии к Дальнему Востоку в 1920–1930-е годы не отличается широтой охвата темы.

С конца XIX и до начала XX в. Дальний Восток привлекал внимание японского правительства и социальных институтов сферы торговли, особенно рыбной промышленности. В 1906 г. была создана полугосударственная и частная специальная японская компания ООО APOS – Южно-Маньчжурская железная дорога, функционирующая в северо-восточном регионе Китая, которая проводила подробные исследования советского Дальнего Востока сразу после русско-японской войны. Были изданы путеводители, содержащие местную информацию о Дальнем Востоке, основанные на отчете Генерального консульства Японии, где содержится информация о японских, китайских и корейских иммигрантах.

В 1935 г. Комитетом экономических исследований Южно-Маньчжурской железной дороги была опубликована книга «Этнические районы советского Дальнего Востока （ ソ聯極東地方人種誌 ）», где представлены ценные общие сведения о народах советского Дальнего Востока. Книга состоит из 12 глав и знакомит читателя с современной обстановкой в регионе, с отношениями, формировавшимися в то время между населявшими Дальний Восток народами [65].

В 1940 г. Научно-исследовательский отдел Южно-Маньчжурской железной дороги также выпустил в свет книгу «Этническая ситуация на советском Дальнем Востоке （ソ聯極東諸民族事情）», в которой опубликованы общие све- дения о русских, корейцах, китайцах, а также меньшинствах, проживающих на Дальнем Востоке [57]. К сожалению, в ней отсутствует детализация количественных характеристик применительно к субъектам регионов.

В 1942 г. Ириэ Тодаджи представил книгу «История развития зарубежных стран», во втором томе которой в краткой форме он повествует о японцах, эмигрировавших в Россию [36].

В 1980 г. с этой целью, обратившись к данным консулов, чиновников и миссионеров, переехавших во Владивосток, Кюдзо Като провел по этим материалам собственное исследование и подготовил обобщающую публикацию [49].

Тереюки Хара, занимаясь изучением видов деятельности японской общности, провел исследование о деятельности японской общности в России с привлечением и документов МИД Японии. Он рассмотрел процесс расселения не только японцев, но и китайцев, и корейцев в Приамурье и Камчатке [60; 61; 62].

Однако в исследованиях названых японских ученых не были полностью использованы российские данные, а хронологические рамки ограничивались 1920-ми годами.

Проблемой истории корейской миграции на Дальнем Востоке в 1920– 1930-е годы занимается Нацуко Ока. В 1998 г. она рассматривала вопросы непростой жизни корейских эмигрантов на Дальнем Востоке России в 1920-е годы: земельные и национальные проблемы, коллективизацию сельского хозяйства, дискриминацию корейцев в ходе ее, реакцию властей. Затрагивалась ею и проблема дискриминационной миграционной политики на севере с конца 1920-х по 1930-е годы [56].

Группа ученых занимались разработкой темы организации промышленного производства на территории советского Дальнего Востока, взаимоотношений с Японией. В 1993 г. Масаки Ширатори исследовал деятельность Банка Японии на Дальнем Востоке в период с 1880 по 1931 год.

В центре внимания оставалась и проблема японской оккупации Дальнего Востока России в области рыболовства, добычи полезных ископаемых, разработок лесной и нефтяной промышленности, которыми занимались историки Акира Судзуки, Ясуо Мистума и Тасаки Мураками [58]. Однако названные ученые не включали анализ участия японских иммигрантов в перечисленных отраслях промышленности.

В 2016 г. ученый Каминага провел исследование группы японских рыбаков, приехавших на Дальний Восток СССР в 1920–1930-х годах. Автор отметил, что более 4 тыс. рабочих из Японии прибыли для работы на Дальний Восток, когда Советский Союз в 1928 г. разворачивал рыбное производство на промышленной основе, при этом совместно с Японией [11].

Ученые Казахстана, других стран СНГ Центральноазиатского региона, рассматривая различные аспекты истории государств, проявляют повышенный интерес к проблеме принудительной миграции и реабилитации репрессированных этнических общностей в собственных государствах. Особенно обстоятельно изучалась история советских немцев, а также других групп, в том числе и принудительно переселенных корейцев [45].

Исследования миграции этнических меньшинств на Дальнем Востоке в 1920–1930-х годах проводились в центральноазиатских странах в рамках изучения предыстории принудительной миграции. Однако следует отметить, что были проведены общие историко-научные анализы, но специальные или активные исследования по данной теме не проводились.

«История корейцев в Казахстане», представленная Г.В. Кан, основана на собствен6ных исторических записках. Глава 1 посвящена жизни корейцев, которые проживали до переселения основного корейского контингента с территории Дальнего Востока. Тем не менее это позволило рассмотреть раннюю миграцию корейцев на Дальний Восток до переселения в Казахстан именно в 1928 г. [48]. Она была связана в первую очередь с хозяйственной деятельностью, прежде всего с освоением новых регионов по выращиванию зерновой культуры – риса на территории Дальнего Востока, а также в Казахстане в 1920-х годах.

Выводы. Исследование миграционной истории этнических меньшинств на Дальнем Востоке России достигло заметных результатов в международных академических кругах. Однако большинство названных научных исследований по этой проблеме до сих пор посвящались исключительно ранней миграции, то есть до революции, и вынужденной миграции после 1937 г.

Кроме того, возникали ситуации, когда различные точки зрения, оценки и выводы принципиально смешиваются, поскольку не проводятся сравнительные исследования с другими этническими группами того же периода. Ощущается необходимость в комплексных и систематических исследованиях с критическим анализом и обобщением миграционной истории малочисленных народов Дальнего Востока на основе направлений национальной политики и с учетом внутренней национальной политики Советского Союза, а также фактора международных отношений с государствами Юго-Восточной Азии.

Что касается самой темы миграции этнических меньшинств до 1937 г., то, по нашему мнению, было бы целесообразным применительно к территории Дальневосточного региона обратить внимание на сущность исторического процесса, особенно фактора разделения и расселения этнических общностей, образа их жизни, культуры в условиях, в которых оказались этнические меньшинства, трансформировавшиеся в социум Дальневосточного региона в рамках взаимоотношений с другими народами, выступавшими основой национальной политики суверенного советского государства.

Одним словом, при рассмотрении изучаемой проблемы необходимо учитывать, что, наряду с внутренними событиями, прямое отношение к раскрытию темы имеют в рассматриваемый период и складывавшиеся международные отношения с задействованными в этом процессе государствами. Об том свидетельствует и содержание настоящей статьи.