Проблемы становления и развития государственного аппарата власти Бурятии: историография вопроса

Историография процесса становления и развития государственного аппарата власти в Бурятии объемна и разнообразна. Ее исследовательское поле увеличивается вслед за изменением территориальных и административных границ субъектов, сменой идеологических установок и методологии науки, увеличением объема знаний и расширением источниковой базы. Проблемы генезиса и эволюции органов власти привлекали многих исследователей. В той или иной степени они затрагивалась в работах, посвященных вопросам советского, партийного и национальногосударственного строительства в РСФСР, СССР в целом и в национальных регионах в частности.

К первым попыткам обобщения национально-государственного строительства и становления государственного аппарата в Бурятии этого процесса можно отнести приуроченные к юбилею республики статьи М.Н. Ербанова, опубликованные в журнале «Жизнь Бурятии»[1]. Их ценность состоит в том, что автор, будучи председателем ЦИК и СНК БМАССР, непосредственным участником событий, попытался дать собственную интерпретацию произошедшим историческим событиям и идеологически обосновать объективность создания автономии бурятского народа.

Первым научным опытом обобщения и анализа работы государственного аппарата нового типа стали небольшие исследования по этим проблемам, основанные на архивных документах [2,3,4]. Статьи содержали ряд актуальных для того времени оценок и выводов о специфике государственного строительства в Бурятии.

В 1950-х гг. были опубликованы статьи и монографии, освещавшие отдельные аспекты раз вития государственности Бурят-Монгольской АССР [5,6], специфику национально-государственного строительства Бурятии, роли парторганизаций в образовании республики, некоторые особенности формирования органов центрального и местного управления Бурятии [7,8,9].

С начала 1990-х гг. появляется значительное число работ по истории государственного строительства Бурятии, авторы которых пытаются проанализировать процесс создания госаппарата БМАССР с учетом новых подходов [10, 11, 12, 13]. В этот период происходит переосмысление ранее известных событий. В частности, В.В. Бабаков [14, 15] приходит к заключению, что территориальное объединение областей Бурятии - закономерный и логичный шаг, который негативно сказался на хозяйственном механизме, административном устройстве и системе управления Бурятии, т.к. буряты не составляли большинства и не занимали сплошной территории. Вместе с тем, за 1917-1919 гг. несмотря на сложную общественно-политическую ситуацию в регионе, была фактически создана и успешно развивалась система национальных органов самоуправления бурятского народа.

Ранний этап политической истории Бурятии представлен в докторской диссертации Г.Д. Басаева [16], отразившей вопросы различных сфер жизни общества, включая деятельность органов власти. Используя значительное количество новых документальных источников, автор с современных позиций анализирует основные направления развития законодательных органов с персонификацией исторических личностей, характеризует вклад руководителей различного уровня, представителей интеллигенции в социально-экономическое развитие, национально- государственное строительство в регионе.

Процесс возникновения, формирования и реорганизации государственного аппарата власти и управления Забайкалья, в том числе и Бурятии в первые годы Советской власти, изменение структуры, состава и деятельности изучен И.А. Перфильевой [17].

В вышеназванный период начался системный исторический анализ создания советского аппарата Сибири, проблем государственности Бурятии, следствием чего стало издание серьезных работ, определивших направление развития и оценочные позиции историков на десятилетие вперед. Исследователи, привлекая огромный фактический материал, изучали проведение выборных кампаний, состав, структуру и деятельность местных органов власти Сибири [18, 19, 20, 21, 22, 23], уделяли значительное внимание партийному руководству и работе Советов Сибири [24, 25, 26, 27, 28, 29], деятельности органов партийно-государственного контроля по улучшению состава аппарата [30, 31, 32, 33].

Сравнительно высокий правовой статус республик в составе Российской Федерации способствовал анализу этого феномена с нормативно-правовой точки зрения. Кардинальные вопросы российского федерализма и национально-государственного строительства в целом, а также проблемы правовой самостоятельности, равноправия субъектов федерации подняты в монографии «Конституционно-правовой статус Республики Бурятия» [34]. Правовой статус и правовые аспекты взаимодействия Республики Бурятия с федеральным центром анализируются Д.А. Ивайловским, Э.В. Доржиевой, К.А. Будаевым, Ю Г. Хамнуевым [35, 36, 37]. Д.А. Ивай-ловский [38] и О.В. Хышиктуев [39] обратили внимание на возникшие в ходе принятия нормативно-правовых документов проблемы, касавшиеся статуса республики, на распределение полномочий между органами государственной власти Бурятии, проанализированы взаимоотношения между ними.

Исследованием процессов государственного строительства в субъектах Российской Федерации Байкальского региона занималась и С.Д. Раднаева [40]. Автор определила несколько факторов влияния на процессы государственного строительства, к каковым отнесла политику федерального центра по отношению к субъектам федерации, социально-экономические и этнополитические особенности их развития. Нестабильность социально-экономической ситуации способствовала усилению в Республике Бурятия роли исполнительной власти в лице глав адми нистраций и президента [40, с. 26-27]. Следствием чего стало формирование президентско-парламентской модели государственного устройства с тенденцией доминирования исполнительной власти.

Специфика современного этапа бурятской историографии заключается в том, что ученых начинают интересовать вопросы государственности переломных моментов в истории страны. И это неслучайно. Ведь именно на переломе, на переходе из одного состояния в другое наиболее ярко проявляются все противоречия, негативные или положительные аспекты развития, именно кризис как наивысшая точка позволяет не только лучше осознать ретроспективы развития, но и определить его перспективы.

В этом ряду исследование ЦБ. Батуева [41,42], в ходе которого автор, рассматривая исторические предпосылки формирования государственности в Бурятии, анализируя деятельность общественно-политических движений и объединений, в том числе, и национальных как носителей этнонациональных идей, приходит к выводу, что, во-первых, ряд принятых в 1994— 1998 гг. законодательных актов существенно укрепил статус республики в составе Российской Федерации и, во-вторых, отмечает позитивный характер процесса демократизации и конституционализации для развития национально-государственного строительства в Бурятии.

В современной историографии Бурятии можно выделить работы, охватывающие весь процесс возникновения и трансформации национальной государственности бурят, отразившие и вопросы государственного аппарата власти.

Особое место, на наш взгляд, в современной историографии занимают монографические исследования А.А. Елаева [12, 43]. Новый подход к вопросам государственного строительства в Бурятии представлен автором в монографии 1994 г., где анализируется роль различных факторов в процессе государственного строительства. Наряду с современным видением проблем исторического развития бурятского народа, автором подробно рассматриваются вопросы эволюции автономии бурят, национально-государственного строительства, развития системы представительных органов власти в республике. А.А. Елаев подвергает сомнению решающую роль партийной организации на начальном этапе в создании государственного аппарата, т.к., по его мнению, в этот период парторганизация сама находилась в стадии становления. В целом автор данной работы отмечает, что к концу 1930-х гг. государственное устрой- ство Бурятии оформилось на принципах советской государственности.

С предшествующими публикациями перекликается увидевшая свет в начале 2000-х гг. книга «Бурятия: от степных дум к автономии» [11]. Уже в самом названии, звучащем столь определенно, авторы наметили направление своего исследования. Мы же отметим лишь грани наиболее нам интересные: на основе широкого привлечения документальных материалов освещен противоречивый ход формирования бурятской автономии и поиск эффективной модели национального самоопределения.

Основные этапы национально-государственного строительства, образования и функционирования автономных округов анализируются в новейшем трехтомном издании «Истории Бурятии» [44]. Авторами работы обобщен большой массив первоисточников и исторических трудов, что дает исследованию информационную насыщенность и тематическое разнообразие. Значительное внимание в издании уделено образованию и развитию национальных округов, что подчеркивает важность их дальнейшего комплексного изучения. Однако характерной чертой данной работы является преобладание фактологического содержания над его аналитической частью, что обусловлено энцик-лопедичностью подачи материала.

Еще одно исследование, посвященное государственности бурят в XX - начале XXI в., проведено Е.Н. Палхаевой [45]. Это исследование, с одной стороны, значительно в хронологическом аспекте, с другой, включено в группу работ, изучающих трансформационные процессы.

Как и в работах предшественников, в монографии Е.Н. Палхаевой описан процесс создания Бурят-Монгольской АССР, уделено внимание современному состоянию национальногосударственного развития. Что еще раз подчеркивает, с одной стороны, неисчерпаемость данной темы, с другой, отвечает потребностям современного этапа развития отечественной исторической науки. А это, прежде всего, переосмысление некоторых аспектов истории нашей страны в советский и переходный периоды. Новшеством данной работы стало комплексное научно-историческое обобщение трансформации государственности бурят в XX - начале XXI в., которую автор вслед за И. Пригожиным понимает как «переход к качественно новому состоянию организации общества, осуществляющийся как результат нарастания удельного веса неравновесных и нелинейных отношений со своим окружением» [45, с. 13].

Особо обращается внимание на процесс формирования и эволюции правовой базы национального строительства, а принятие Конституций России и Бурятии рассматривается как этап федеративного строительства и национально-государственного развития. В ходе изучения трансформации государственности бурят автор выделяет ряд периодов, несколько отличных от существующей традиционной периодизации: 1917-1922 гг. - «период революционного энтузиазма», 1923-1937 гг. - образование БМАССР, 1937-1977 гг. - раздел территории на три административных единицы, 1970-1980-е гг. - принятие основных законов, 1990-е гг. - приобретение нового статуса автономных образований бурят, 2000-е гг. - модернизация федеративного устройства.

ОБ. Дашинамжилов, задавшись целью изучить особенности трансформации территориальных властных структур Республики Бурятия и их степень эффективности в решении социальных проблем, повседневных задач развития территориального народнохозяйственного комплекса [46], определил довольно широкий круг задач. В ходе их решения автор приходит к выводу о том, что республиканская модернизация конца 1980-1990-х гг. выявила неэффективность органов управления Бурятии, которые оказались не в состоянии нейтрализовать отрицательное воздействие макроэкономической ситуации в стране и вынуждены были в обмен на федеральные дотации проявлять лояльность в отношении центра [46, с.23-24].

Среди новейших исследований проблем и перспектив национально-государственного строительства необходимо отметить историкоюридическое исследование «Республики Сибири - субъекты Российской Федерации» СП. Бу-дажапова [47], где, сравнивая процесс образования автономий, автор определяет особенности создания государственности каждого сибирского народа, в том числе и бурят. Второе исследование этого же ученого [48] посвящено вопросам национально-государственного строительства в эпоху проведения демократических преобразований. Его значение определяется тем, что СП. Будажапов одним из первых обратился к проблеме реформирования административной структуры республики в период модернизационных процессов в Российской Федерации.

Объектом изучения стали деятельность партийных организаций по подбору, расстановке и воспитанию руководящих кадров [49, с. 13, 14], формирование и функционирование номенклатурных кадров органов ВКП(б)-КПСС в регио- нах Сибири (1945-1991), влияние административно-командной системы на процессы подготовки и расстановки руководящих партийносоветских кадров в послевоенный период [51, 52, 53, 54], а также исторический опыт и эффективность управления региональными партийными элитами [55].

В 1960-1970-е гг. в сибирской историкопартийной историографии формируется направление, целью изучения которого является кадровая политика КПСС. В его рамках подготовлен и защищен ряд кандидатских диссертаций, в том числе по проблемам подбора и расстановки кадров [56, 57]. Диссертация В.Н. Барлукова представляла собой компаративный анализ деятельности Бурятской, Тувинской и Хакасской партийных организаций за одно десятилетие. Однако изучению и обобщению подвергся только опыт подбора номенклатурных кадров в трудовых коллективах, первичных партийных организациях, райкомах, горкомах и обкомах КПСС.

Особенности функционирования политической элиты Бурятии в контексте исторического развития бурятского народа рассмотрены в работе А.А. Елаева [58]. Проблемам активизации политической роли средств массовой информации посвящены работы Э.Д. Дагбаева [59, 60]. В них автор также касается вопросов жизнедеятельности властных структур республики. Интерес может представить работа Б.П. Крянева о Народном Хурале Республики Бурятия [61]. Объектом изучения бурятских историков и политологов стали политические партии, общественно-политические движения и общественные объединения, а также предвыборные блоки Республики Бурятия [62, 63]. Несмотря на то, что эти работы не преследовали цели прямого исследования политической элиты Бурятии, затрагивали лишь один из аспектов данной проблематики, тем не менее, информация и выводы, содержащиеся в них, представляют определенный интерес для раскрытия проблемы политической элиты современной Бурятии.

В определенной мере этот пробел восполняет работа В.Г. Жалсановой [64], предметом исследования которой стал процесс формирования и функционирования политической элиты Бурятии в современных условиях. Автор изучала особенности социальной трансформации политической элиты Республики Бурятия, определила ее место в социальной структуре общества и роль в процессе политической трансформации.

Среди работ представителей бурятской исторической науки можно выделить публикации, имеющие биографическую направленность [65,

66]. Характеризуя эти работы, отметим, что их, во-первых, крайне мало, и, во-вторых, они в основной своей массе воссоздали жизнь и деятельность политической элиты начального этапа формирования советской государственности в Бурятии [67, 68, 69, 70, 71, 72, 73]. Из политических деятелей советского периода интерес вызвала личность В.Б. Саганова, из постсоветских - С.М. Иванова [74, 75, 76]. Эти работы важны не только тем, что содержат конкретные материалы биографического свойства, но и дают возможность выявить тенденции политического развития республики того или иного периода, отражают проблемы становления государственного аппарата власти, поскольку представляют собой портрет политика на фоне политической истории республики.

К этой же группе примыкают и воспоминания непосредственных участников событий, в частности двух ведущих политических лидеров республики своего времени первого секретаря Бурятского обкома КПСС (1962-1984) А.У. Мо-догоева и первого президента Республики Бурятия (1994-2007), помощника руководителя Администрации Президента РФ (2007-2009) Л.В. Потапова [77].

Отдельные особенности постсоветского развития народного хозяйства Республики Бурятия в 1990-е гг. изучены в трудах Е В. Атутова, В.П. Бартукова, А.Г. Бобкова, Н.Ж. Номшиевой, Л.В. Потапова, ДБ. Рабданова, ПЖ. Хандуева [78, 79, 80, 81, 82, 83, 84].

Таким образом, проблема изучения государственного аппарата власти имеет длительную традицию, включает в себя значительный объем научной литературы теоретического и эмпирического плана. Как междисциплинарная проблема она исследовалась представителями различных гуманитарных специальностей от философов до историков, от социологов и политологов до экономистов, как многогранная тема охватывает большой круг вопросов, так или иначе соприкасающихся с исследовательским объектом. Весь историографический комплекс состоит из научных работ зарубежных, советских (российских), сибирских, бурятских ученых.

Анализ историографии данной проблемы позволяет заключить, что органы законодательной власти как часть и одна из ветвей единой системы государственных органов в качестве специального предмета научного изучения в литературе не выделялась. В научных исследованиях историков и правоведов, посвященных изучению органов государственной власти и истории их развития, в той или иной степени нашли от- ражение отдельные вопросы деятельности законодательных органов, которые, преимущественно, рассматривались в общем историческом или правовом контексте.

Все вышесказанное позволяет заключить, что проблема возникновения и становления государственного аппарата власти в Бурятии в период 1920 г. - первая четверть XXI в. требует своего дальнейшего углубленного исследования.