Проблемы толкования права человека на благоприятную окружающую среду в контексте изменения климата

,

,

влияет, помимо прочего, и на жизнеобеспечение человека. Такие последствия как опустынивание и засуха ставят под угрозу безопасность жизни населения, приводят к дефициту ресурсов и обостряют проблему их перераспределения (Lord, Goldberg, Rajamani, Brunnéeр, 2011: 50). Тенденция повышения уровня моря уже угрожает существованию малых островных государств1, что создает гуманитарную угрозу и влечет риск экологической миграции.

Климатические последствия, возникшие в связи с деятельностью человека, в международноправовом поле связывают с неисполнением или ненадлежащим исполнением государствами обязательств в сфере климата.

Основные климатические соглашения (Рамочная конвенция ООН об изменении климата 1992 г., Киотский протокол 1997 г., Парижское соглашение по климату 2015 г.) были достигнуты в результате сложного компромисса между государствами, и обязательства в этих документах сформулированы как мягко-правовые нормы (Исполинов, 2025). На практике это усложняет процесс доказывания того, что государство нарушило обязанности по климату. В отсутствие эффективных механизмов реализации ответственности государства в рамках климатического режима становится актуальным вопрос поиска альтернативных механизмов защиты прав потерпевших в результате последствий изменения климата.

Тенденцией последних лет является существенный рост числа жалоб на нарушение прав человека не только в национальных, но и в международных судебных инстанциях, а также органах по защите прав человека, в связи с ущербом, вызванным изменением климата2 (Pain, 2021). Вопросы соблюдения прав человека при выполнении государством климатических обязательств государств освещались в консультативных заключениях Международного суда ООН (далее – МС ООН) и Межамериканского суда по правам человека (далее – МАСПЧ). В 2025 г. запрос на консультативное заключение со схожими по содержанию вопросами был направлен в Африканский суд по правам человека и правам народов3.

Проблема соотношения вышеуказанных прав и обязательств наводит на размышления о необходимости выделения права человека на благоприятную окружающую среду в контексте изменения климата; аргументы в пользу такого подхода уже представлены в доктрине и международной судебной практике (Cima, 2022: 38). Однако, поскольку в доктрине широко распространено мнение, что причинение ущерба окружающей среде является предпосылкой нарушения прав че-ловека4 (Mayer, 2022: 147), обоснованность признания такого права как самостоятельного пока что остается спорным вопросом5.

Тем не менее дискуссия о соотношении прав человека и обязательств государств имеет практическое значение. Полученные выводы могут быть использованы для обоснования привлечения государств к ответственности в связи с неисполнением климатических обязательств на основании норм прав человека.

Можно ли считать ущерб окружающей среде, причиненный вследствие изменения климата, нарушением прав человека? Следуют ли нормы, наделяющие человека правом жить в благоприятной окружающей среде, из международного режима прав человека или же они составляют часть климатического режима и обеспечиваются за счет обязанности государства соблюдать обязательства по климату? Ответ на этот вопрос привнесет ясность в понимание применимых международно-правовых источников, что, в свою очередь, позволит уяснить содержание международных обязательств государств по климату с учетом обязательств по правам человека.

Несмотря на дискуссионность права человека на благоприятную окружающую среду, в последнее время интерес человека жить в здоровой окружающей среде активно защищается не только в решениях органов ООН, но и в международных судебных актах. В этой связи необходимо установить статус и природу такого права.

Если соотношение прав человека и обязательств государств по климату получит нормативное обоснование, потерпевшие от последствий изменения климата получат дополнительные возможности защиты своих прав, так как смогут пользоваться механизмами, предусмотренными международным режимом защиты прав человека.

Источники международно-правовой защиты прав человека о праве на благоприятную окружающую среду . Правовой режим прав человека основан на международных документах, принятых под эгидой ООН, и известен как Международный билль о правах человека¹. Нормативная основа для защиты прав человека сложилась к концу 60-х гг. ХХ в. Первая международная конференция об окружающей среде состоялась в 1972 г. в Стокгольме, в ходе ее проведения было провозглашено право человека на «благоприятные условия жизни в окружающей среде». Впервые о проблеме изменения климата на международном уровне было заявлено на Конференции по окружающей среде и развитию в Рио-де-Жанейро в 1992 г. Таким образом, Международный билль о правах человека не учитывает экологические права.

Вместе с тем признано, что изменение климата затрагивает широкий круг прав человека2. Всеобщая декларация прав человека 1948 г. – документ, представивший права человека как всеобъемлющую категорию, провозгласил право человека на такой жизненный уровень, который необходим для поддержания здоровья и благосостояния его самого и его семьи (ст. 25)3. Право человека на здоровье было также включено в Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах (ст. 12)4. Представляется, что провозглашение права на достойный уровень жизни, обеспечивающий здоровье человека, было принято в развитие права человека на жизнь. При наступлении последствий изменения климата, таких как повышение температуры и волны жары, увеличивается риск теплового удара, распространяются инфекции, что фактически нарушает право человека на здоровье и, следовательно, на жизнь.

На уровне регионального регулирования право человека на здоровую окружающую среду получило широкое признание. Первым региональным документом стала Африканская хартия прав человека и народов 1986 г.5, которая провозгласила, что «все народы имеют право на общую удовлетворительную окружающую среду, благоприятствующую их развитию» (ст. 24). Ст. 38 Арабской хартии прав человека 2004 г. устанавливает, что «каждый человек имеет право на достаточный уровень жизни для себя и своей семьи, обеспечивающий благополучие и достойную жизнь, и право на безопасную среду»6. Однако в Хартии не указано учреждение, уполномоченное обеспечивать реализацию этого стандарта. Межамериканская система признает право каждого жить в здоровой окружающей среде (ст. 11 Протокола Сан-Сальвадора к Американской конвенции о правах человека 1988 г.).

Резолюция Совета по правам человека ООН (далее – СПЧ ООН) 2008 г. стала первым документом уровня ООН, в котором последствия изменения климата были признаны угрозой осуществлению прав человека. С 2008 г. начались исследования по вопросам влияния последствий изменения климата на права человека и принимались резолюции СПЧ ООН7, призывающие учитывать права человека в рамках исполнения обязательств по Парижскому соглашению 2015 г., в том числе в решениях об адаптации и смягчении последствий изменения климата. В 2012 г. Совет по правам человека назначил независимого эксперта для изучения взаимосвязи между правами человека и окружающей средой8, в результате работы которого были опубликованы 16 рамочных принципов по правам человека и окружающей среде9. Принципы обобщают практику судов и органов по правам человека, исследовавших существующие обязательства в области прав человека в жалобах, связанных с изменением климата, но тем самым новых обязательств не создают.

При вынесении решений по индивидуальным жалобам договорные органы по правам человека неоднократно признавали последствия изменения климата препятствием для осуществления прав человека. Существенный вклад в формирование эффективных механизмов защиты прав человека от последствий изменения климата в практике договорных органов по правам человека внесло дело Torres Strait Islanders v. Australia (2022), рассмотренное Комитетом ООН по правам человека. По мнению заявителей – граждан Австралии, жителей островов Торресова пролива¹, последствия изменения климата пагубно повлияли на их условия существования, культуру и традиционный образ жизни. Сильное наводнение не только разрушило места захоронения предков, но и привело к деградации земель и сокращению объемов продовольствия. В жалобе заявители указывали, что Австралия нарушила их право на жизнь, право на свободу от произвольного вмешательства в частную жизнь, право на культуру, гарантированные Международным пактом о гражданских и политических правах 1966 г., поскольку не смогла предпринять меры по адаптации к изменению климата, в частности модернизировав дамбы на островах и сократив выбросы парниковых газов. Комитет ООН по правам человека установил причинно-следственную связь между недостаточными действиями Австралии по защите коренных жителей островов от неблагоприятных последствий изменения климата и наступившими последствиями, повлиявшими на их традиционный образ жизни. Итак, в этом деле Комитет ООН по правам человека впервые признал климатическую политику нарушением прав человека со ссылкой на договорные источники по правам человека.

Принятие СПЧ ООН2 в 2021 г. и Генеральной Ассамблей ООН (далее – ГА ООН) в 2022 г.3 резолюций, признавших право человека на чистую, здоровую и устойчивую окружающую среду, можно расценивать как существенный шаг на пути нормативного признания права человека на здоровую окружающую среду. Совет по правам человека ООН провозгласил право на безопасную, чистую, здоровую и устойчивую окружающую среду как право, необходимое для полного осуществления всех прав человека4. Ухудшение состояния окружающей среды и изменение климата представляют собой серьезные угрозы нынешнего и будущих поколений пользоваться правами человека, включая право на жизнь.

Спустя год право на чистую, здоровую и устойчивую окружающую среду было признано ГА ООН правом человека. Согласно резолюции, изменение климата наносит ущерб окружающей среде, что препятствует эффективному осуществлению прав человека. Генеральная Ассамблея признает право на чистую, здоровую и устойчивую окружающую среду, ссылаясь на положения международных договоров и деклараций в области окружающей среды, решения Совета по правам человека и учитывая, что большинство государств уже закрепило это право в национальных конституциях и законодательстве. В поддержку этой резолюции 13 мая 2026 г. Генеральная Ассамблея ООН приняла резолюцию A/80/L.655, и со ссылкой на право на чистую, здоровую и устойчивую окружающую среду и выводы консультативного заключения Международного Суда об обязательствах государств в области изменения климата от 23 мая 2025 г. призывает все страны соблюдать свои обязательства по международному праву «в целях обеспечения защиты климатической системы и других компонентов окружающей среды от антропогенных выбросов парниковых газов». ГА ООН советует обеспечивать эффективное осуществление прав человека и народов путем принятия необходимых мер для защиты климатической системы и других компонентов окружающей среды6. Несмотря на кажущуюся прогрессивность этого документа, среди государств оказалось достаточно противников принятия этой резолюции – в числе которых Россия, США, Израиль7.

Таким образом, в юридически обязательном документе по правам человека универсального уровня право человека на чистую, здоровую и устойчивую окружающую среду как отдельное не закреплено. Хотя некоторые региональные конвенции закрепляют это право, его нормативное содержание недостаточно определено. На уровне ООН признание данного права нашло отражение в актах СПЧ ООН и ГА ООН. Признание обосновано тем, что последствия изменения климата препятствуют осуществлению человеком своих основных прав, закрепленных в Международном билле по правам человека.

Право на благоприятную окружающую среду в международно-правовых источниках, регулирующих обязательства государств в области изменения климата . Впервые право человека на чистую, здоровую и устойчивую окружающую среду нашло закрепление в Декларации Конференции ООН по проблемам окружающей человека среды (Стокгольмская декларация) 1972 г. Согласно принципу 1 Стокгольмской декларации 1972 г., «человек имеет основное право на … благоприятные условия жизни в окружающей среде, качество которой позволяет вести достойную и процветающую жизнь…». Так, в Стокгольмской декларации 1972 г. защита окружающей среды названа в качестве предварительного условия для осуществления многих прав человека. Несмотря на мягко-правовой характер этого источника, Декларация задала импульс дальнейшему развитию международного права окружающей среды и в последующих документах, включая климатические соглашения, взаимосвязь прав человека и изменение климата, нашла свое закрепление.

Основными международными договорами, устанавливающими меры по предупреждению последствий изменения климата, вызванных антропогенной деятельностью, а также обязательства по сокращению выбросов, являются Рамочная конвенция ООН об изменении климата (далее – РКИК ООН) 1992 г., Киотский протокол 1992 г. и Парижское соглашение 2015 г.

РКИК ООН, а также Киотский протокол 1992 г. не содержат упоминания об обязательствах государств по правам человека.

В рамках РКИК ООН была основана Конференция Сторон в качестве органа, ответственного за имплементацию Конвенции1. Документы, принимаемые на сессиях Конференции Сторон (далее – COP), хотя не имеют юридически обязательной силы, тем не менее являются одним из способов осуществления ею своих полномочий по выполнению функций, возложенных на нее Конвенцией и, следовательно, отражают согласованные решения по климату государств-участников (Wewerinke-Singh, 2019: 48). Первое официальное признание прав человека в рамках РКИК ООН было отражено в решении на Конференции сторон (COP16), состоявшейся в Канкуне в 2010 г.2 Согласно п. 8 Канкунских соглашений, государства обязаны «при принятии мер по климату уважать права человека».

Таким образом, Стороны Конференции признают наличие взаимосвязи между правами человека и изменением климата и подтверждают обязанность государств учитывать эти права при принятии мер по климату, что находит отражение в достигаемых договоренностях.

Первым многосторонним соглашением по климату, в котором были признаны обязательства государств в области прав человека, стало Парижское соглашение 2015 г. На текущий момент это единственное такое соглашение. При подготовке его текста закрепление положения о правах человека в основной части соглашения, содержащей обязательства сторон, оказалось одним из спорных вопросов (Bodansky, Brunnée, Rajamani, 2017). В окончательном варианте упоминание о правах человека осталось только в преамбуле: «Сторонам следует, при осуществлении действий в целях решения проблем, связанных с изменением климата, уважать, поощрять и принимать во внимание свои соответствующие обязательства в области прав человека». То есть в преамбуле содержится отсылка на обязательства по правам человека, которые стороны должны соблюдать при принятии мер по климату. Новые обязательства в области прав человека на государства Парижское соглашение 2015 г. не налагает.

Закрепление обязанности государств уважать права человека в преамбуле международного договора тем самым предопределяет цели регулирования действий сторон по климату и позволяет в случае толкования этого климатического соглашения учитывать международное право в области прав человека как источник регулирования отношений в связи с действиями государств по климату.

Итак, проведенный анализ источников международно-правовой защиты прав человека и в сфере изменения климата позволяет сделать следующие выводы.

Международные нормы о правах человека направлены на гарантию обеспечения каталога фундаментальных прав (право на жизнь, здоровье), эффективному осуществлению которых препятствуют последствия изменения климата. Отдельное право на здоровую окружающую среду в универсальных международных договорах по правам человека не закреплено, однако в некоторых региональных конвенциях по правам человека это право содержится.

С точки зрения международных договоров по окружающей среде, в частности, Парижского соглашения 2015 г., права человека следует учитывать при реализации мер по климату.

Буквальное толкование норм универсальных договоров по правам человека во взаимосвязи с источниками международного права окружающей среды позволяет сделать вывод, что здоровая окружающая среда является предпосылкой осуществления прав человека и самостоятельным правом не является. В то же время на текущий момент отдельное право человека на здоровую окружающую среду на глобальном уровне признано на уровне компетентных органов по правам человека – СПЧ ООН и ГА ООН – в виде резолюций.

Позиции некоторых государств по вопросу соотношения прав человека и климатических обязательств государств . Вопрос о применимости норм прав человека к обязательствам государств в сфере климата не имеет однозначного ответа не только в международноправовых источниках, но и в позициях государств. Для выявления текущих тенденций представляется важным исследовать официальные подходы государств к этой проблематике, транслируемые, в том числе, в решениях национальных судебных органов.

Во время подготовки консультативного заключения Международного суда ООН, запрошенного Генеральной Ассамблеей ООН в 2023 г., государства направили в адрес МС ООН свое видение по вопросам, поставленным перед Судом. МС ООН предстояло исследовать, помимо прочего, суть обязательств государств по защите климата и других компонентов окружающей среды от антропогенных выбросов и определить правовые последствия для государств в случае, если последние нанесли значительный ущерб окружающей среде.

Государства не оспаривают влияние изменения климата на реализацию прав человека, но по-разному соотносят свои обязательства в области прав человека и изменения климата¹. Некоторые государства, прежде всего малые и наиболее уязвимые, отстаивают точку зрения о том, что обязательства по правам человека предполагают принятие государствами мер в области изменения климата. Преимущественно развитые страны придерживаются мнения, что климатические соглашения составляют lex specialis , в связи с чем иные источники не могут налагать на государства обязательства в связи с принятием последними мер по климату. Поэтому неэффективная реализация обязательств по климату не влечет ответственность государства за нарушение прав человека.

Наибольший интерес представляют позиции наименее развитых и малых островных развивающихся государств, а также ведущих экономик мира и особенно тех государств, где были приняты знаковые судебные решения по спорам, связанным с климатическими обязательствами государств и защитой прав человека: Нидерланды, Германия, Южная Корея, Швейцария.

Республика Вануату, сыгравшая ведущую роль в инициировании запроса на консультативное заключение МС ООН по вопросам изменения климата, признает отдельное право на здоровую окружающую среду и рассматривает его как производное от прав человека. Объектом защиты является природная среда, которая, в свою очередь, является предварительным условием для реализации и пользования другими правами человека. Вануату рассматривает отдельное право на здоровую окружающую среду как норму обычного права, исходя из резолюций ГА ООН и СПЧ ООН, практики закрепления этого права самостоятельным в конституциях и законодательстве более 150 государств, растущего числа национальных судебных решений, где такое право признается. Поведение государства по защите климатической системы не ограничивается договорами по климату – РКИК ООН, Киотским протоколом и Парижским соглашением, а дополняются обязанностями по защите прав человека. Несоблюдение государством мер по адаптации и смягчению последствий изменения климата представляет собой нарушение права на жизнь2.

Нидерланды указывают, что международное право в области прав человека в равной степени требует от государств принятия мер по смягчению последствий глобального потепления3, обосновывая свою точку зрения со ссылкой на резолюцию 76/300 ГА ООН от 28.07.2022 г., согласно которой эффективное осуществление прав человека зависит от здоровой окружающей среды.

Нидерланды известны тем, что стали первой страной, в которой национальный суд признал, что недостаточное применение мер по климату является нарушением прав человека. В деле Urgenda Foundation v. State of the Netherlands, 2015 истец – неправительственная экологическая организация «Ургенда» – обратился в суд с требованием обязать Нидерланды принять более строгие меры по сокращению выбросов (не менее 25 % к 2020 г.)¹. По мнению заявителя, действовавшая на тот момент климатическая политика государства была недостаточной и нарушала обязанность защищать граждан от климатических рисков. Одним из спорных вопросов истца и ответчика оказалась возможность применения норм о правах человека, закрепленных в Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 г. (далее – ЕКПЧ), к обязательствам государства по климату. Суд признал, что Нидерланды, являясь стороной РКИК ООН, несут ответственность за свою долю выбросов парниковых газов в пределах своей территории. Изменение климата представляет угрозу для жизни и благополучия человека², так что, не сократив выбросы парниковых газов как минимум на 25 % к концу 2020 г., правительство Нидерландов действовало незаконно в нарушение своих обязанностей по защите права на жизнь (ст. 2 ЕКПЧ) и права на частную жизнь (ст. 8 ЕКПЧ).

По мнению Германии, вышеупомянутые резолюции не создали новое право, а признали его производный характер, проистекающий из толкования обязанностей государств по защите прав человека, в частности, закрепленных в Международном пакте о гражданских и политических правах 1966 г. Германия заявляет, что права человека и международное экологическое право дополняют друг друга: обязательства в области прав человека должны толковаться в свете обязательств государств по международному экологическому праву, и наоборот³. Другими словами, с точки зрения Германии режим по климату не является lex specialis , а значит обязательства по правам человека применимы к климатическому режиму.

В деле Neubauer v. Germany, 2020 заявители обратились с жалобой в Федеральный конституционный суд с заявлением о том, что нормы, установленные в Федеральном законе Германии о защите климата 2019 г. ( Bundes-Klimaschutzgesetz, 2019 ), недостаточны для выполнения обязательств Германии по Парижскому соглашению 2015 г. Согласившись с заявителями, Суд признал, что положения закона нарушают права граждан, защищаемые Основным законом ФРГ 1949 г. В результате Бундестаг внес поправки в вышеуказанный закон, ужесточив климатическую стратегию⁴.

В своей официальной позиции Южная Корея заявляет, что международные договоры по правам человека требуют от сторон добросовестного исполнения обязательств «для предотвращения негативных последствий изменения климата для прав человека»5.

В 2024 г. Конституционный суд Южной Кореи удовлетворил иск группы заявителей против государства, признав, что недостаточность мер по смягчению последствий изменения климата может нарушать права человека ( DoHyun Kim et al. v. South Korea, 2024 ) . По мнению заявителей, цель по сокращению выбросов парниковых газов, определенная в Законе о низкоуглеродном зеленом росте 2010 г. ( Framework Act on Low Carbon, Green Growth, 2010 ), нарушает их основные права, включая право на здоровую окружающую среду, право на жизнь и здоровье.

Россия не разделяет позицию о том, что обязательства по правам человека являются частью климатического режима6. По мнению России, права человека и изменение климата являются параллельными режимами. Режим прав человека требует от государства принятия мер по их защите в моменте и предусматривает ответственность перед человеком. Целью обязательств по климату является защита климатической системы на благо нынешнего и будущих поколений человечества (ст. 3(1) РКИК ООН), т. е. обязательства направлены на достижение результата в будущем. Далее права человека действуют на основе территориального принципа, согласно которому государство обязано соблюдать и уважать права человека в пределах своей территории (ст. 2 Международного пакта о гражданских и политических правах 1966 г.). Напротив, обязательства государств по защите климатической системы от антропогенных выбросов направлены на благо всего человечества и носят глобальный характер. Эти обязательства возложены на государства не в равной степени, а на основе климатической справедливости.

США согласны, что здоровая окружающая среда является необходимым условием для осуществления прав человека1. Однако США не признают «право на чистую, здоровую и устойчивую окружающую среду» как договорную норму либо норму международного обычая. Признание того факта, что антропогенное изменение климата может негативно сказаться на осуществлении прав человека, не означает, что государства несут международные обязательства в области прав человека по сокращению антропогенных выбросов парниковых газов2. Итак, США придерживаются позиции, что обязательства по климату и права человека проистекают из самостоятельных, параллельно существующих правовых режимов, и из международных договоров по правам человека не следуют юридические обязательств по снижению выбросов.

Швейцария не разделяет позицию о том, что международные соглашения по правам человека применимы к режиму охраны окружающей среды, в том числе изменению климата3.

С 2016 по 2020 г. ассоциация швейцарских активисток Verein KlimaSeniorinnen Schweiz ⁴ обращалась с жалобами в национальные суды Швейцарии на нарушения прав человека, вызванные тем, что правительство Швейцарии не предпринимает достаточных действий для смягчения последствий изменения климата. В швейцарских судах требования были отклонены, поскольку суды квалифицировали их как политический, а не правовой вопрос. После исчерпания всех доступных средств защиты жалоба была направлена в Европейский суд по правам человека (далее – ЕСПЧ). В этом деле ЕСПЧ впервые признал невыполнение государством обязательств по климату нарушением прав человека. Суд заключил, что Швейцария, не приняв достаточных мер по климату, а именно не определив предельно допустимый объем вредных выбросов в стране, тем самым нарушила права заявителей на уважение частной и семейной жизни, гарантированные ст. 8 Конвенции. Исходя из посылки, что последствия изменения климата препятствуют реализации права на частную жизнь, Суд расширительно истолковал эту статью, указав, что ст. 8 Конвенции гарантирует право физических лиц на эффективную защиту со стороны государственных органов от серьезных неблагоприятных последствий изменения климата.

С таким эволюционным толкованием данной статьи, однако, согласны не все. В особом мнении судья Т. Эйке указывает, что Суд недостаточно аргументировал взаимосвязь права на уважение частной и семейной жизни, установленное ст. 8 ЕКПЧ, и обязанность государства защищать граждан от неблагоприятных последствий изменения климата. По мнению судьи, Суд тем самым создал новое право человека – на защиту от неблагоприятных последствий изменения климата, и возложил новую обязанность на государства – принимать и эффективно применять на практике нормативные акты и меры, способные смягчить существующие и потенциально необратимые будущие последствия изменения климата5. Вместе с тем, как указывает судья, ни это право, ни обязанность не основаны на ст. 8 ЕКПЧ.

Итак, в настоящее время по вопросу соотношения прав человека и климатических обязательств можно выделить две противоположные точки зрения. Малые островные (р. Вануату), а также некоторые развитые государства (Нидерланды, Германия, Южная Корея) придерживаются мнения, что в настоящее время на универсальном уровне существует право на чистую, здоровую и устойчивую окружающую среду с собственным содержательным наполнением. Право прав человека налагает на государства обязательства по принятию климатических мер, поскольку последствия изменения климата препятствуют осуществлению прав человека. Напротив, некоторые развитые и развивающиеся государства, среди которых Россия, США, Швейцария, отрицают обоснованность выделения отдельного права на чистую среду и не признают, что обязательства по правам человека относимы к климатическим обязательствам государств.

Консультативные заключения международных судов . Взаимосвязь изменения климата и осуществления прав человека была предметом исследования консультативных заключений, вынесенных в 2025 г. Межамериканским судом по правам человека и Международным судом ООН.

В консультативном заключении от 29 мая 2025 г. МАСПЧ признает право на здоровую окружающую среду отдельным правом¹. В обоснование своей позиции Суд ссылается на обязанность государств достигать «комплексного развития» своих народов, установленную в ст. 26 Американской конвенции о правах человека (Пакт Сан-Хосе)², а также закрепление этого права в ст. 11 Протокола Сан-Сальвадора к Американской конвенции о правах человека 1988 г. Праву на здоровую окружающую среду корреспондирует обязанность государства предотвращать ущерб – норма обычного международного права. Право на здоровую окружающую среду рассматривается Судом в двух аспектах: как коллективное право и как индивидуальное. Как коллективное это право защищает универсальный интерес, принадлежащий как нынешним, так и будущим поколениям. В то же время нарушение этого права приводит к нарушению прав человека как индивида – на жизнь, здоровье, личную неприкосновенность или жизнь. Отсюда следует, что обеспечение права на здоровую окружающую среду неразрывно связано с обеспечением других прав человека. Признавая глобальный характер проблемы изменения климата, а также цель защиты – коллективный и частный интерес отдельных индивидов, Суд приходит к выводу о том, что обязательства государств о недопущении вреда окружающей среде носят характер норм ius cogens .

В консультативном заключении МС ООН, вынесенном 23 июля 2025 г., дискуссии о применимости норм прав человека к обязательствам по климату также уделено особое внимание. Учитывая положительную практику рассмотрения жалоб договорными органами по правам человека и принятия решений международных региональных судов, МС ООН признает, что чистая, здоровая и устойчивая окружающая среда является предпосылкой реализации прав, гарантированных международными пактами о правах человека 1966 г. В обоснование своей позиции Суд ссылается на Декларацию Рио 1992 г., региональные договоры, законодательство более чем ста государств, Резолюцию ГА ООН 76/300 от 28 июля 2022 г. и приходит к выводу, что нормы международного права прав человека применимы при толковании и реализации обязательств государств по климату3.

Вместо заключения . Международно-правовая основа регулирования климатической политики государств начала формироваться позднее того, как были сформулированы нормы права человека, так что буквальное прочтение основных универсальных договоров в этих областях не позволяет делать вывод о том, что обязанности государства по обеспечению прав человека применимы к мерам по климату.

В то же время было бы несправедливым упускать из виду влияние пагубных последствий изменения климата на осуществление прав человека, особенно остро ощутимых в последние годы.

Право человека на благоприятную окружающую среду (или, используя формулировку МС ООН, право человека на чистую, здоровую и устойчивую окружающую среду) как отдельное пока что признается на уровне резолюций ГА ООН и консультативных заключений международных судов, а также следует из толкования некоторых региональных договоров по правам человека. Обоснование признания такого права заключается в том, что ущерб окружающей среде, причиненный вследствие изменения климата, препятствует эффективному осуществлению прав человека, прежде всего, права на жизнь и здоровье.

Поскольку право на благоприятную окружающую среду в контексте изменения климата было сформулировано относительно недавно, его статус как нормы международного права и нормативное содержание находятся в процессе становления.

Парижское соглашение 2015 г. содержит лишь упоминание взаимосвязи прав человека и изменения климата. В других универсальных договорных источниках это право не закреплено.

Учитывая официальные позиции государств о соотношении прав человека и климатических обязательств, а также то, что резолюция ГА ООН A/80/L.65 была принята неконсенсусным путем, заявлять о том, что право человека на благоприятную окружающую среду отвечает признакам обычной нормы, рано.

В отсутствие международного договора, а также четкой формулировки о природе права на благоприятную окружающую среду можно сделать следующие замечания. Провозглашенное право, по-видимому, будет обладать свойствами обоих правовых режимов. В силу территориального принципа прав человека государство обязано обеспечивать право на благоприятную окружающую среду в пределах своей территории (Mayer, 2022: 151). Вместе с тем отнесение действующими международно-правовыми документами права на благоприятную окружающую среду к правам человека не должно приводить к его толкованию в отрыве от климатического режима. Для эффективной климатической политики государства и защиты прав человека целесообразно было бы рассматривать право на благоприятную окружающую среду и как часть климатического режима. Благодаря этому корреспондирующие обязательства были бы возложены на государства на основании климатической справедливости. Однако для этого требуется нормативное основание существования такого права, например заключенный международный договор. Таким образом, на данный момент природа этого права остается неясной.

Провозглашения права недостаточно. Текущий подход к праву на чистую, здоровую и устойчивую окружающую среду, нашедший отражение в резолюциях ГА ООН и консультативных заключениях международных судов, оставляет множество вопросов для государства в части соблюдения этого права. На первый взгляд исходя из анализа формулировок можно предположить, что признание такого права фактически не создает дополнительных обязанностей; непринятие/принятие недостаточных мер в рамках соглашений по климату дает потерпевшим основание для обращения с жалобой на государство-нарушителя со ссылками на нарушение прав человека. Тем не менее в отсутствие нормативного содержания права на чистую, здоровую и устойчивую окружающую среду не ясен стандарт поведения государств. Поскольку право, вероятно, будет совмещать в себе признаки обоих режимов, как известно предъявляющих разные требования к поведению государства, необходимо достигнуть консенсуса по этому вопросу.

Несмотря на недостаточность нормативного оформления права человека на благоприятную окружающую среду, тенденция имеет важное практическое значение. В отсутствие эффективных механизмов реализации ответственности государства в рамках климатического режима привлечение государства к ответственности в органах по правам человека представляется более эффективным механизмом воздействия на климатическую политику государства. Наделение правом человека на защиту против государства создает дополнительные гарантии соблюдения его прав. Важно подчеркнуть, что прогрессивный шаг на пути признания права человека на чистую, здоровую и устойчивую окружающую среду уже сделан: взаимосвязь прав человека и изменения климата признана на уровне международных судов. Представляется, что выводы международных судебных инстанций, как известно, фиксирующих opinio iuris государств¹, будут положены в основу дальнейшего нормативного оформления механизмов защиты прав человека от последствий изменения климата (например, при разработке статуса климатических беженцев).