Психическое здоровье детей и подростков: региональный аспект проблемы, поиск путей решения

По данным ВОЗ, до 20 % детей на Земле страдают психическими заболеваниями. Отсутствие психического здоровья в начале жизни может привести к психическим расстройствам с долговременными последствиями и уменьшает способность общества быть безопасным и продуктивным.

Социальная значимость и актуальность проблемы психического здоровья подросткового контингента определяет интерес к ней широкого круга исследователей (Семке В. Я., 1994; Личко А. Е., 1997; Рыбалко М. И., 1998; Дмитриева Т. Б., 1999; Миронов Н. Е., 1999; Дроздовский Ю. В., 2002). Авторы отмечают, что в течение последних 10 лет ухудшаются показатели психического здоровья подростков, в частности, растут пограничные психические расстройства и девиантное поведение; увеличивается количество лиц призывного возраста, освобожденных от военной службы в связи с пограничными психическими расстройствами.

Согласно исследованиям В. А. Гурьевой, В. Я. Семке, В. Я. Гиндикина (1994), подростковый возраст становится всё более сложным и «трудным» в психологическом и социальном плане. С формированием расстройств личности связан рост употребления алкоголя и наркотических веществ, который затронул в большей степени нынешнее поколение подростков. Отмечен рост распространенности в детско-подростковой среде деструктивных форм соци- ального поведения (Рыбалко М. И., 1998; Бар-денштейн Л. М., Можгинский Ю. Б., 2000; Дроздовский Ю. В., 2003; Кузенкова Н. Н., 2003).

Подростки являются одной из возрастных групп, испытывающих тяжелую моральнопсихологическую нагрузку в связи с преодолением экономического, политического, социального, культурного, образовательного кризисов, с переходом индустриального российского общества к обществу информационному (Райс Ф., 2000). По мнению Т. Б. Дмитриевой (2000), особая подверженность этой возрастной когорты к действию комплекса неблагоприятных факторов вполне очевидна. Это обусловлено анатомо-физиологической и гормональной перестройками, происходящими в организме подростка, а также спецификой социальных факторов на этапе подросткового возраста – ослабление роли семьи, вопросы дальнейшего образования и выбора профессии, отношение к службе в армии и возможности привлечения к уголовной ответственности (Личко А. Е., 1997; Дмитриева Т. Б., 1999; Canetti L., 1997). Служба в армии, вероятность участия в локальных войнах и условия, в которых находятся призванные на срочную службу, сами по себе являются мощным дезадаптирующим и стрессогенным фактором (Ядчук В. Н. и др., 2001).

С точки зрения психологии, этап взросления – это приспособление личности ребенка к половозрастному статусу с совокупностью индивидуальных процессов, связанных с переживанием соматических изменений, необходимостью адаптации к ним, а также социальными реакциями на них (Райс Ф., 2000).

Наиболее распространенными формами пограничных психических расстройств у подростков являются аномалии развития личности (Дмитриева Т.Б., 1997), которые длительное время могут быть незначительными, находиться в скрытом, инициальном состоянии (латентная стадия). Патохарактерологическое развитие формируется в качественном соответствии с условиями жизни личности, развиваясь медленными темпами (Кербиков О. В., 1962). Ранними признаками латентной стадии являются разнообразные реакции – подвижные, изменчивые, постепенно утрачивающие свою адаптивную функцию (с переходом в аномальные). Незначительные отклонения приспособления индивида к среде (конфликтность, претенциозность, эмоциональная незрелость и др.) рассматриваются как социально негативные непатологические образования личности, которые придают своеобразие патологическим радикалам при структурировании личностных расстройств. При этом отдельные компоненты синдромов имеют различные по выраженности характер, отчетливую связь с экзогенными и средовыми влияниями (Жариков Н. М., 2000).

В школьном и подростковом возрастах к факторам риска на уровне микросоциума принадлежат семейная запущенность, психотравмирующее поведение родителей в отношении своих детей, большую роль играет неправильное воспитание. На макросоциальном уровне факторами риска в дошкольном, школьном и подростковом возрастах являются отсутствие возможностей для полноценного развития, получения образования, социальная депривация, педагогическая запущенность (Ковалев В. В., 1992; Bios P., 1983; Clark R. D., 1997).

Эпидемиологические исследования, проводившиеся в последние годы в регионе Сибири, позволили выявить высокий уровень распространенности пограничной психической патологии в различных социально-профессиональных группах населения (Аксенов М. М., 1995; Потап-кин И. А., 2001).

С целью изучения формирования личностных расстройств у юношей допризывного и призывного возрастов Томска и Томской области нами обследовано 979 юношей-подростков, прошедших военно-врачебную экспертизу в условиях Томской психиатрической больницы за 2004 г., из которых 92,3 % попали в поле зрения психиатра впервые.

По данным нашего исследования, у 65,8 % юношей было диагностировано формирующееся расстройство личности. На момент осмотра распределение по группам, согласно классификации А. Е. Личко, оказалось следующим.

36,5

1,3

29,1

4,9       13         9

Возбудимое

• ■    Эпилептоидное

Сензитивное

Психастеническое

• ■    Шизоидное

Мозаичное

• ■    Истерическое

Рис. Распределение по группам формирующихся расстройств личности

Среди факторов, способных оказывать дезадаптирующее и стрессогенное воздействие на психическое здоровье, значительное место занимают факторы социального неблагополучия (Дмитриева Т. Б., 1999; Chiompi L., 1985), к которым можно отнести дисгармонию в родительской семье, материальные трудности, низкий образовательный уровень родителей, наличие у них психических или личностных расстройств и т. д.

Из числа обследованных воспитываются в полной семье 52,9 % призывников, при этом доброжелательные и ровные взаимоотношения между родителями описывают только 32,8 %. Имели отклонения в воспитании 52,1 % обследованных (в виде гиперопёки, гипоопёки, безразличия и формализма). 21,8 % подростков росли в неблагоприятной атмосфере: в условиях частых конфликтов и систематических скандалов между родителями.

Выявлено, что 41,3 % призывников с признаками психической патологии, обследованных нами в ТКПБ, имели наследственность, отягощенную психическими или наркологическими заболеваниями. В родительских семьях призывников у 30,5 % существовали проблемы, связанные со злоупотреблением алкоголем кем-либо из членов семей. 16,8 % родителей являются безработными.

К факторам, способствующим развитию заболевания, в 6,2 % случаев относятся психогении (семейно-бытовые – 4,6 %, социальные – 1,5 %) и соматогенные факторы (3,8 %).

В ходе исследования выявлены призывники, имеющие неполное среднее образование, среднепрофессиональное образование получили – 25,3 %, не учатся – 43,7 %, не работают – 40,4 %. Источником средств к существованию в 26,2 % наблюдений является физический труд, в 0,9 % – умственный труд. На государственном обеспечении находятся 2,3 %, получают стипендию – 21,9 % (как учащиеся вузов и профессиональных училищ); на иждивении родителей находятся 46,5 %.

Проявление социальной дезадаптации у подростков с формирующимся расстройством личности встречалось в 52,6 % случаев. На первый план выступает школьная дезадаптация (18,3 %), затем следуют антисоциальное поведение (8,1 %), нарушение коммуникаций (3,9 %), агрессивность и конфликтность (2,2 %), употребление ПАВ (1,3 %). Исследование показало, что 38,4 % подростков имели опыт употребления спиртных напитков, из них 1,2 % систематически употребляют алкоголь, никотин – 48,7 %. Сочетанные «вредные привычки» имеют 26,9 % призывников.

В соответствии с результатами нашего исследования положительно относятся к службе в армии 38 % призывников, имеют отрицательное уклоняющееся отношение – 14,4 %, отрицательное пассивное – 22,6 %, неопределенное – 23,9 %. Таким образом, результаты исследования подтверждают данные по России об ухудшении психического здоровья подростков. При обследовании психического здоровья допризывников с формирующимся расстройством личности важно учитывать ограничение компенсаторных и адаптационных возможностей индивида. Учитывая вышеизложенное, необходимы дальнейшие разработки в этом направлении, что позволит создать оптимальные программы коррекции и профилактики личностных расстройств и социальной реабилитации таких пациентов.