Раннесредневековые (древнеуйгурские) этнические связи Прибайкалья с Центральной Азией (на примере этнонимов буин и абазай)

Этнонимия бурят представляет собой мозаичную картину, сложенную в основном из этнонимов монгольского происхождения, а также этнонимов тюркского, тунгусского, самодийского происхождения. Крупнейшим из немонгольских пластов является группа этнонимов тюркского происхождения [12; 15]. В тюркском пласте бурятской этнонимии явно прослеживаются этнонимы древнеуйгурского происхождения, булагатской группы племен «Обогони олон» [14]. В данной статье сделана попытка интерпретации еще двух этнонимов, сложившихся во времена Уйгурского каганата, которые предположительно имеют отношениe к религиозной принадлежности их носителей.

Значительная часть населения Уйгурского каганата в течение длительного периода исповедовала буддизм. Буддизм довольно глубоко проник в сознание древних уйгуров. Как пишет М. А. Бартаханова: «…положение буддизма среди прочих религий в уйгурских государствах во все времена было главенствующим. Буддийские монастыри обладали огромной экономической мощью, их влияние проникало во все сферы жизни уйгурского общества. Все население активно участвовало в религиозных службах, праздниках и обрядах. Жители окрестностей зачастую были связаны со своим монастырем различными связями, в том числе и торговоростовщического характера. Правящие круги во главе с каганом, а позднее идикутом, оказывали всестороннюю поддержку буддийской церкви. Многое было сделано буддийскими монахами для повсеместного распространения грамотности и знаний, причем не только религиозного характера» [2, с. 26].

После разгрома Уйгурского каганата и установления власти Кыргызского каганата в Центральной Азии значительные группы уйгурского населения покинули пределы современной Монголии и двинулись в основном в юго-западном направлении. Вместе с тем, часть уйгурского населения осталась на местах, а часть двигалась в других направлениях [8, с. 26–33, 35–36, 97– 98; 10, с. 25–30].

С. А. Васютин отмечает: «Падение Уйгурского каганата и завоевания кыргызов вызвали мощную волну миграций в Центральной Азии. Уйгуры и их союзники, разделившиеся на несколько групп, переселились к границе империи Тан, откочевали в тибетские владения в Восточном Туркестане, в Ганьчжоу и Гаочан, часть бежала на запад в Семиречье, а некоторые племена укрылись на востоке у шивэй и киданей. В Семиречье уйгуры наряду с карлуками и ягма сыграли важную роль в провозглашении и дальнейшей истории Караханидского каганата. Другой миграционный поток привел к образованию в Восточном Казахстане и степном Алтае Ки-макского каганата. Это в свою очередь подтолкнуло к переселению в западном направлении огузов, печенегов и другие кочевые группы» [5, с. 23]. Вполне вероятно, что одной из колоний токуз-огузов оказался и район добычи пушнины, известный еще со времен Тюркского каганата – Прибайкалье. Возможно, потомками буддийского населения Уйгурского каганата являются представители бурятского племени буин.

Буин (буян) является одним из древнейших племен булагатов Кудинской долины. В XIX в. в его состав входили четыре буиновских административных рода в составе Кудинской степной думы [11, с. 53–54]. Буиновцы расселялись в верхнем и среднем течении реки Оёк и по ее притокам, в низовьях Мурина, в местностях Хо-ринхон и Хабшал (Капсал). Кроме того, часть буинов переселилась в долину Кахи, где они входили в состав 3-го Онгоева рода [1, с. 155], часть — в долину Селенги, однако отдельного административного рода не составляли, очевидно, ввиду немногочисленности. В рамках полевых исследований мы встречались с представителями племени буин / буян / буянгууд в селе

Жаргаланта, часть их присутствует в составе селенгинских бурят, ушедших в Монголию.

До настоящего времени отдельного этимологического исследования этнонима буин не предпринималось. Возможным значением термина буин / буян может являться древнетюрк. boj ‘скопление людей, племя, род’ [6, с. 110] и его производное bojun ‘народ’ [6, c. 111]. Другим возможным вариантом является древнетюрк. bujan > санскр. punya ‘благодатный поступок, благодеяние’ [6, c. 120]. В настоящее время термин буян также широко используется буддистами в монгольском мире. Вполне вероятно, что этот термин мог быть использован как антропоним, от которого впоследствии образовался этноним, либо как топоним (жители местности также могли приобрести этноним от топонима). В любом случае буины, по нашему мнению, являются одними из древнейших насельников Ку-динской долины и вполне могут оказаться наследием расцвета буддизма в Уйгурском каганате.

Бурятское племя абазай / абзай / абаза входит в состав эхиритского племенного союза. В XVII в. абазаевцы были расселены в долине реки Мурин, впадающей в реку Куда. Их западными и северными соседями были эхириты племен ол-зон, буура и баяндай, и племя хурумши, входившее в булагатский военный союз в XVII в., но не входившее в булагатское племенное объединение с юга. В дальнейшем после завоевания русскими Прибайкалья часть бурят племени абазай переселилась на Ольхон, откуда они расселились в двух направлениях: в Баргузинскую долину и Кударинские степи. Таким образом, буряты племени абаза й к концу XIX – началу XX в. были известны в составе четырех территориальных групп бурят: верхоленской, ольхон-ской, баргузинской и кударинской.

Этноним абзай / абазай также принадлежит «коренному» эхиритскому малому племени. Его этимологию можно выяснить, используя тюркские лингвистические материалы. Согласно первой версии, этноним можно связать с кыргызским субстратом. Как отмечает В. Я. Бутанаев, «хакасский сеок аба ведет свое происхождение от медведя ( аба )» [3, с. 65]. Архаичным термином по отношению к медведю в хакасском языке является азығ [3, с. 66]. Исходя из этого материала, можно предположить, что термин абазай возник путем слияния слов аба и азығ : aba + azїğ ~ abaazï ~ abaza ~ абазай .

Однако, исходя из материалов древнетюркского и современных алтайского и хакасского языков, очевидной может показаться и другая трактовка этнонима. В древнетюркском языке использовалось слово abišik / abižik от санскр. abhiseka ‘помазание (на трон); посвящение, рукоположение в духовный сан’ [6, c. 2]. В современных алтайском и хакасском языках слово абыс / абызы переводится как ‘священник’, причем оно противопоставляется шаману [4, с. 17; 7, с. 9]. Можно полагать, что этот термин когда-то употреблялся тюркскими предками бурятского племени абазай в этом же значении. В этой связи вполне допустимой видится связь бурятского этнонима с древними уйгурами, среди которых был распространен буддизм. В этом случае термин означает ‘[буддийский] священник’, так как термин имеет санскритские корни и непосредственно связан с буддизмом.

Во втором случае напрашиваются параллели с этнонимом токуз-огузского племени, известного по танским хроникам в составе Уйгурского каганата, как 阿布思 или 阿布斯абусы [9, с. 173– 175]. Впервые этноним абусы встречается в тексте о районировании степей к северу от пустыни Гоби, датированном 647 г. В нем говорится, что на территории расселения племени абусы был создан округ [9, с. 173]. Далее известно, что после гибели Уйгурского каганата часть его населения, в основном собственно уйгуры во главе с вождями из рода яглакар, бежала к границам Танского государства в район Ордоса. В составе беженцев были и представители абусы. Один из вождей абусы сдался вместе со знатными людьми рода и в дальнейшем сражался в танских пограничных войсках. За заслуги ему была пожа- лована императорская фамилия Ли [8, с. 38]. В период «Пяти династий» был известен другой представитель абусы — командующий конницей Моногань [8, с. 50]. Также можно предполагать, что представители абусы присоединились к каракитаям в XII в. [8, с. 77].

По нашему мнению, вполне вероятным может оказаться то, что часть племени абусы / аба-за после разгрома Уйгурского каганата ушла на север — в Прибайкалье, где и осела в долине Мурина, притока Куды. В таком случае бурятские абазай являются осколком древнеуйгурского племени, проникшего на территорию Прибайкалья после разгрома Уйгурского каганата. Возникновение подобного этнонима у древних уйгуров вполне логично, так как на протяжении долгого периода население каганата было поли-конфессиональным, буддисты должны были выделяться в обществе как этноконфессиональная группа, и, соответственно, за ними мог закрепиться социальный термин, который постепенно трансформировался в этноним.

Таким образом, перед нами две возможные версии этимологического значения этнонима абазай , общим для которых является их тюркская принадлежность, что позволяет связывать их либо с енисейскими, либо с теле-уйгурскими тюрками. Представленные этимологические исследования двух этнонимов объединяет такой ключевой момент, как расцвет буддизма в Уйгурском каганате в раннем средневековье.