Растущее экономическое влияние Китая на Ближний Восток

В последние десятилетия Китай стал основным источником иностранных инвестиций на Ближнем Востоке, а также крупным экономическим партнером ряда государств Персидского залива, прежде всего Саудовской Аравии и Объединенных Арабских Эмиратов. Пекину нужны были нефть и газ, чтобы подпитывать его быстрый экономический рост и стать крупнейшим экспортером товаров в мире; арабские государства Персидского залива нуждались в доходах от экспорта для финансирования диверсификации своей экономики [2, 4].

Китай до сих пор воздерживался от вмешательства в региональные конфликты, такие как напряженность между Ираном и странами Персидского залива. Возможно, им придется действовать с еще большей осторожностью, чтобы защитить свои огромные инвестиции сейчас, когда Соединенные Штаты сигнализируют о своем намерении выйти из Ближнего Востока [7].

Китай совместно с Россией сейчас принимает участие в восстановлении Сирии. Китай обладает впечатляющим послужным списком национальных компаний по строительству портов, дорог и железнодорожных путей, поддерживаемых безграничными финансовыми ресурсами. В 2021

году Пекин инвестировал 10,5 млрд долларов в связанные с реализацией инициатив «Один пояс, один путь» (ОПОП) и энергетические проекты в Ираке, третьем по величине поставщике нефти в Китай после Саудовской Аравии и России [1].

Египет является важной станцией для ОПОП, и в 2018 году две страны подписали несколько контрактов на сумму 18 миллиардов долларов. Пекин участвует в различных инфраструктурных проектах, среди которых новая административная столица Каира и зона экономического и технологического развития в экономической зоне Суэцкого канала в Египте в Айн-Сохне.

В общей сложности Китай подключил 21 арабскую страну к ОПОП, своему многотриллионному проекту по возрождению легендарного Шелкового пути для транспортировки и продажи своих товаров на рынках Европы и Африки. Две трети ее экспорта на эти континенты в настоящее время проходят транзитом через инфраструктуру, построенную странами Персидского залива.

Китай не проявлял особого интереса к Ближнему Востоку до второй половины прошлого века, когда Дэн Сяопин (19781989) запустил свою программу модернизации и обратился к единственному регио- ну, который мог поставлять огромные объемы нефти и газа. Это привело к более тесным связям и, в конечном итоге, к установлению дипломатических отношений со всеми арабскими странами к концу 1993 года [5].

В начале нового тысячелетия Китай импортировал почти 50 процентов своих энергетических потребностей с Ближнего Востока, экспортируя широкий спектр своей продукции, наращивая инвестиции, создавая инфраструктуру и передавая технологии. Пекин никогда не проявлял интереса к правам человека или их отсутствию в регионе, и его партнеры там придерживались такого же подхода к Китаю.

В 2004 году Пекин инициировал переговоры о создании зоны свободной торговли со странами Персидского залива и создании форума китайско-арабского сотрудничества. Хотя зона свободной торговли еще не создана, поскольку государствам Персидского залива пока не удалось создать общий рынок и валюту, форум имеет огромный успех. Ежегодно проводятся встречи для рассмотрения результатов и определения следующих целей. В этом году в Саудовской Аравии пройдет первый в истории саммит лидеров стран форума. По словам министра иностранных дел Китая, «решение провести такой саммит само по себе является свидетельством твердой решимости обеих сторон повысить уровень своего стратегического партнерства и углубить сотрудничество по всем направлениям» [6].

Соглашения о стратегическом сотрудничестве подписаны с Алжиром, Египтом, Ираном, Саудовской Аравией и ОАЭ. Однако, когда дело доходит до Тегерана, Китай, похоже, не хочет реализовывать упомянутое выше 25-летнее партнерство, чтобы не вступать в прямой конфликт с США.

Китай является основным двусторонним торговым партнером арабских стран, его объем в 2021 году составит 330 миллиардов долларов. Это без учета инвестиций, ОПОП и других инфраструктурных и высокотехнологичных разработок. Цифры торговли только с Саудовской Аравией и Эмиратами составили 200 миллиардов долларов.

Используя свое стратегическое положение на морском пути между Азией, Африкой и Европой, Эр-Рияд и Абу-Даби начали развивать свою портовую инфраструктуру еще в конце прошлого века. Стратегия Саудовской Аравии Horizon 2030, направленная на снижение зависимости от нефти и диверсификацию экономики, направлена на превращение королевства в региональный портовый и транспортный узел. С этой целью он модернизирует порты Даммам на востоке и Джидда на западе. Соединяя Персидский залив с Красным морем, они призваны стать суперцентрами контейнерных перевозок. Абу-Даби также превращает порты Джебель-Али и Дубай в многоцелевые логистические центры [3, 4].

Таким образом, Пекин нашел две страны готовыми к интеграции в ОПОП. Китай стремится еще больше увеличить свои возможности для размещения контейнеровозов и намерен построить огромный промышленный парк и зону свободной торговли, где местные и китайские товары могут производиться и продаваться или храниться в ожидании отправки на западные рынки.

Саудовская Аравия является старшим партнером, поскольку она не только поставляет 25 процентов импорта нефти в Китай, но также имеет стабильный режим и является бесспорным лидером в Персидском заливе. Сначала он настороженно относился к коммунистическому режиму и не разорвал дипломатические отношения с Тайванем. Только в 1990 году были установлены официальные отношения между Пекином и Эр-Риядом, хотя Китай в предыдущее десятилетие поставлял Саудовской Аравии оружие, в том числе ракеты, в которых Вашингтон отказал королевству. Китай выиграл тендер на строительство монорельсового метро в Мекке, и в ноябре 2010 года был открыт первый участок, ведущий к местам паломничества [5].

В 2012 году Китай заключил соглашение с Саудовской Аравией о ядерном сотрудничестве «в мирных целях», которое включало строительство электростанции и ядерных исследовательских реакторов.

Недавно выяснилось, что он также помогает стране в разработке баллистических ракет.

За последние 10 лет Эмирейтс строила и модернизировала портовую инфраструктуру для ОПОП, при этом Abu Dhabi Ports и Dubai DP World сотрудничали с крупными китайскими компаниями. Они также создали дружественные порты вплоть до Суэцкого канала. DP World финансирует, строит и управляет портами от Эдема в Южном Йемене до Берберы в Сомалиленде и Босасо в Пунтленде, что приводит к разрыву отношений с Сомали, которая не признает автономный статус двух регионов [6].

К 2019 году китайские инвестиции в Персидский залив – порты и инфраструк- туру – превысили 177 миллиардов долларов. Пекин был вознагражден безопасным проходом для своих товаров в Африку и в Европу. Государства Персидского залива использовали деньги для диверсификации своей экономики, помимо получения доходов от транзита. Параллельно Китай установил свое доминирующее положение на Ближнем Востоке, не вступая в открытую конфронтацию с США – пока. Тем не менее, страны Персидского залива закладывают часть своих доходов от продажи нефти, чтобы гарантировать кредиты от Китая; если страна объявит дефолт, последствия будут для них разрушительными [7].