Редакции «Записок» чиновника Коллегии иностранных дел И. М. Цебрикова о событиях русско-турецкой войны и присоединении Крыма в 1768–1787 годах

Acknowledgement

The reported study was funded by the Russian Science Foundation according to the research project no. 22-78-10135 For citation

Коллектив сотрудников Российской национальной библиотеки более пяти лет ведет систематическую работу по поиску и изучению различных форм письменной автобиографической традиции русского общества XVII – начала XX в. На материале крупнейших архивохранилищ России была предпринята работа по сплошному просмотру de visu основных собраний русской рукописной и печатной книги, а также личных архивных фондов и коллекций. Результатами этого продолжающегося исследования стало обнаружение, атрибуция и сравнительное изучение как отдельных ранее не известных автобиографических записей-экстратекстов, так и значительных по объему комплексов дневников и мемуарной литературы, вышедших из-под пера авторов из самых различных слоев русского общества. А. Г. Тар-таковский, обобщивший и подсчитавший мемуарные произведения XVIII – начала XIX в., довольно категорично выразился о перспективах их обнаружения: «Трудно предположить, чтобы при чрезвычайно пристальном интересе к ним на протяжении прошедших двух веков со стороны архивистов, историков, издателей исторических журналов и т. д., в архивах находились бы еще сколько-нибудь значительные массивы неизвестных доселе дневников и воспоминаний XVIII в.» [Тартаковский, 1991, с. 24–25]. Последние архивные изыскания доказывают обратное: не введены в научный оборот не только отдельные записи-экстратексты, но и значительное количество памятников крупных жанровых форм автобиографической лите- ратуры [Поляков, 2021; Смирнова, 2021]. Одно из таких произведений – «Записки» Ивана Максимовича Цебрикова – является предметом настоящего исследования.

При работе с фондами Отдела письменных источников Государственного исторического музея (ОПИ ГИМ) была обнаружена ранее не привлекавшая внимание исследователей рукопись, содержащая записки очевидца о событиях 1768–1782 гг. ¹ Формата in folio , она написана на русской бумаге с белой датой 1826 г. и представляет собой восемь сброшюрованных тетрадей, составляющих 64 листа. Текст на обороте последнего листа обрывается. Можно предположить, что существовали и другие тетради, однако неизвестно, сохранились ли они до сегодняшнего дня. Заглавие на первом листе содержит информацию об имени автора и основных событиях: «Записки, или Журнал, веденныя статским советником Иваном Цеб-риковым с 1768 года с открытия с Портою Оттоманскою Россиею войны, о Крыме и 4-х на-гайских ордах, и о прочем» ². Рукопись является автографом и написана в той же манере, что и собственноручное прошение И. М. Цебрикова 1808 г. с описанием его службы после возвращения из Крыма ³.

Историю ее бытования и обстоятельства поступления в собрание ГИМ установить не удалось, так как фонд № 92 «Дневники, мемуары, записки» составлен из отдельных не связанных друг с другом материалов, попадавших в фонды музея в первой половине – середине XX в. Документ был извлечен из связки бумаг и описан в 1955 г. 4

При транслитерации «Записок» И. М. Цебрикова из ОПИ ГИМ и изучения историографии была обнаружена публикация отрывка похожего текста, содержавшегося в деле из фонда Главного архива Азиатского департамента МИД в Архиве внешней политики Российской империи (АВПРИ) 5. Фрагмент из двадцати листов о заключении Карасубазарского договора 1772 г. был включен в сборник документов из архивов МИД «Крым в развитии России», изданный в 2018 г. [Крым в развитии России…, 2018, с. 229–253]. В 2023 г. публикация данного отрывка без изменений была включена во второе издание сборника [Крым в развитии России…, 2023, с. 202–222].

Рукопись записок И. М. Цебрикова из АВПРИ выполнена в той же манере и в том же формате, однако в два раза больше по объему и содержит 125 листов бумаги с филигранью с белой датой 1828–1829 гг. Она хранится в министерской папке с названием «Описание Крыма, составленное ст[атским] сов[етником] Цебриковым» и первым листом с припиской о препровождении всего документа в архив Министерства иностранных дел 6. Текст содержит лаконичное заглавие «Записки о Крыме и протчем» 7 и завершается послесловием автора: «И сим оканчиваю мои длинныя обо всем виденном и постигаемом от юности до старости сии записки. В Харькове сентября 5-го дня 1829 года перепискою конченныя мною. Статский советник и кавалер Иван Цебриков. На 75-м годе жизни кончены» 8.

Оформление, послесловие и место хранения указывают на то, что рукопись является подносным экземпляром руководству МИД. Это подтверждает и обнаруженное в другой описи фонда Азиатского департамента сопроводительное письмо И. М. Цебрикова от 31 декабря 1829 г., адресованное министру графу К. В. Нессельроде 9. В нем Цебриков подробно рассказывает о своей службе, убеждая адресата, что он был не только свидетелем, но и участником описываемых событий, и сообщает причину, по которой приступил к написанию воспомина- ний: «политические дела о Крыме и о протчем никогда из памяти не выходили, а к тому имея с давняго времени у себя с тех важных дел несколько верныя списки, <…> основываясь во всем на точности событий, написал я обстоятельныя записки» 10.

Автором «Записок» был статский советник Иван Максимович Цебриков, родившийся в середине 1750-х гг. Цебриковы были уроженцами Харькова и происходили из слободских казаков. Иван Максимович служил в канцелярии харьковского губернатора Е. А. Щербинина 11. Дальнейшие этапы службы И. М. Цебрикова описаны в его сочинении, сведения которого полностью подтверждаются записями в делопроизводственных документах. С 1772 г. Цебриков находился к Крыму «при татарских делах» 12 – в посольстве Е. А. Щербинина к ногайским ордам. С 1775 по 1779 г. служил в канцелярии генерал-губернатора Малороссии графа П. А. Румянцева-Задунайского в Москве и Киеве. В 1779 г. был командирован в штаб резидента при крымском хане Шагин-Гирее А. Д. Константинова и был секретарем русского посланника в Крыму П. П. Веселицкого. В 1783 г. Иван Максимович уволился из Коллегии иностранных дел и вернулся в Харьков. «Ныне обретаясь и стряпчим», – писал он о себе в 1785 г. 13, пребывая в этой должности в верхней расправе во втором департаменте казенных дел Харьковского наместничества 14. С 1805 по 1820 г. адрес-календари указывают на службу И. М. Цебрикова советником губернского правления Слободско-Украинской губернии. Последние сведения об авторе «Записок» датированы 1 марта 1830 г. по его письму графу К. В. Нессельроде 15.

Более известен младший брат Ивана Максимовича – Роман Максимович Цебриков, переводчик, литератор и музыкант 16. Он обучался в Лейпцигском и Нюрнбергском университетах, служил переводчиком Коллегии иностранных дел в походной канцелярии Г. А. Потемкина, был помощником начальника 3-го отделения Комиссии составления законов, трудился в секретной экспедиции Министерства внутренних дел. Еще в конце XIX в. А. Ф. Бычковым в журнале «Русская старина» был помещен фрагмент дневника Р. М. Цебрикова о штурме Очакова в 1788 г. [Цебриков, 1895]. В 2009 г. С. А. Козлов переиздал эти записи и опубликовал несколько литературных произведений Р. М. Цебрикова автобиографического характера [Козлов, 2009]. Автографы этих сочинений, а также многих переводов и бумаг хранятся в Отделе рукописей Российской национальной библиотеки в личном архиве Р. М. Цебрико-ва 17. В 2013 г. по списку начала XX в. из Центрального государственного исторического архива Украины В. Ю. Иващенко было издано автобиографическое «Письмо к старинному моему приятелю…» Р. М. Цебрикова [Цебриков, 2013].

Сюжетами произведения стали обстоятельства службы И. М. Цебрикова и связанные с ними события в период с 1770 по 1787 г. «Записки» из ОПИ ГИМ сохранились не полностью – описание обрывается на происшествиях марта 1782 г., тогда как повествование в документе из АВПРИ доведено до 1787 г.

На первом листе рукописи ОПИ ГИМ сверху рукой автора сделана приписка «2-я», что было ошибочно интерпретировано при описании для электронного каталога музейных фондов ГИМ как «часть 2». В рукописи АВПРИ повествование структурно разделено автором на три части по хронологическому признаку, на что он сам указал в тексте: «И как я с 22-го июня (1775 г. – И. П., М. С.) по пожаловании губер[нато]ра Щербинина в сенаторы отошол с вышесказанными о татарской камисии делами в ведомство графа Петра Александ- ровича Румянцова, почему и записки вел, особо 2-ю и 3-ю частью, до присоединения Крыма 1783 года к России» 18.

В первой части описаны военные события на Крымском полуострове 1771 г., посольство Е. А. Щербинина в Крым и переговоры с ногайскими мурзами, подписание Карасубазарского мирного договора 1772 г., восстание под руководством Е. И. Пугачева, обстоятельства заключения Кючук-Кайнарджийского мирного договора, приезд Е. А. Щербинина для отчета в Москву.

Вторая часть открывается описанием пышного празднества в Москве летом 1775 г. по поводу заключения мира и содержит рассказ о периоде службы И. М. Цебрикова в «татарских комиссиях» под руководством графа П. А. Румянцева и непосредственного начальника П. П. Веселицкого в Москве и Киеве в 1775–1777 г.

Заключительная часть «Записок» значительно больше по объему и посвящена времени пребывания И. М. Цебрикова в Крыму при посланнике П. П. Веселицком в 1779–1783 гг. Сюжетами повествования стали: дипломатия, происшествия, настроения местной аристократии, повседневная жизнь при дворе посланника. В произведении подробно описаны обряды, этикет, приведены цитаты из документов и устных речей татарских властей и представителей российского посольства. Особенно ярко отмечены хитросплетения восточной дипломатии и опасности, которым подвергался штат русского посланника в Крыму.

Центральным эпизодом в третьей части является рассказ о восстании в Крыму в 1782 г., в ходе которого автору пришлось проявить себя не только в роли исполнительного секретаря посланника, но и в роли умелого дипломата 19. В формулярном списке И. М. Цебрикова особо отмечены его заслуги в этих событиях 20.

Большое внимание автор уделил интригам ханского переводчика Я. И. Рудзевича (Якуба-аги) в канун обнародования манифеста 1783 г. о присоединении Крыма к Российской империи 21. Втянутого в них И. М. Цебрикова, по его собственным словам, «заняла <…> борьба присяги за границею и внутреннее о Крыме желании постижение, написал <…> ночью прямо набело письмо высочайшаго кабинета письмоводителю генерал-майору Безбородке», в котором обвинил Я. И. Рудзевича в утаивании донесения Г. А. Потемкину 22.

Завершается повествование отъездом И. М. Цебрикова из Крыма осенью 1783 г. и описанием его краткого пребывания в Санкт-Петербурге, Москве и Харькове. В конце произведения приведен рассказ о жизненном пути еще одного героя «Записок» после 1783 г. – бывшего крымского хана Шагин-Гирея, убитого в 1787 г. на о. Родос по приказанию турецкого султана.

На всем протяжении «Записок» рассказ автора подкреплен текстами документов: официальных и частных писем высокопоставленных особ, указов, инструкций и т. д. В рукописи АВПРИ автор даже сохранил визуальное расположение структурных элементов документов на листе: титулов, подписей и печатей. В круг должностных обязанностей И. М. Цебрикова входило составление и копирование официальных бумаг, поэтому вполне логично их присутствие в тексте памятника, на что он сам неоднократно указывал в тексте произведения. К примеру, при назначении в Крым он «занимался при г. резиденте перепискою набело разных секретных от него донесений фельдмаршалу графу Румянцову-Зад[унайско]му» 23.

Исходя из данных бумаги и приписок о позднейших событиях, обе рукописи были переписаны приблизительно в одно время – в конце 1820-х гг., и являются автографами И. М. Цебрикова. На рукописи ОПИ ГИМ есть несколько приписок на полях: 1827 г. о мо- лебне в годовщину заключения Кючук-Кайнарджийского мира 24, а также о болезни сына: «сын Григорий последних числ маия 1828 г. сильно горячкою заболел по приезде из Беляев-ки» 25. Последняя запись важна для датировки текста, поскольку сын Ивана Максимовича Григорий умер в Харькове 7 июня 1828 г. [Парамонов, 2011, с. 245]. Не менее информативна там же сделанная приписка «лутче написалось сие в последних записках» 26: эта помета может быть интерпретирована как указание на параллельную работу И. М. Цебрикова с двумя рукописями его «Записок».

Сопоставление присутствующих в обеих рукописях сюжетов показало, что набор описываемых внешнеполитических и дипломатических событий и процитированных документов практически полностью совпадает. Текст «Записок» ОПИ ГИМ более краток, упущены некоторые подробности, укорочены рассказы о дипломатических приемах, отсутствуют сводки о военном положении противоборствующих стран, некоторые документы и детали служебной деятельности автора. В то же время в «Записках» из рукописи АВПРИ И. М. Цебриков выступает скорее как свидетель, а не основной участник событий. Главными героями его произведения становятся известные полководцы, дипломаты, представители крымской администрации, а биография автора уходит на второй план. Лишь в нескольких эпизодах он фокусируется на своем положении, поведении и испытанных эмоциях. К примеру, описав обстоятельства встречи Е. А. Щербинина с крымским ханом в Бахчисарае летом 1772 г., автор отметил, что тоже присутствовал на приеме: «На оной превосходной для российского посла у хана крымскаго аудиенсии писатель об ней быв юн, удостоен быть одетым изрядно, хотя приказный, стоя и на все глядя между знатным собранием, подчиван подносимым на китайской фархворной посуде сладким вареньем костяною белою ложечкой и шербетом» 27. После 1783 г. воспоминания становятся более личными: И. М. Цебриков описывает уже не исторические события, а свои встречи и разговоры с высокопоставленными особами, друзьями и бывшими сослуживцами. Одним из последних эпизодов стал визит автора во время его пребывания в Москве осенью 1783 г. в дом Е. А. Щербинина. Бывший начальник не узнал своего письмоводителя, но подробно расспросил о службе и дальнейших планах. «Убеждал отобедать. Отпросился тем, что сопутник уедит. “Жалею, что не остаешься, прощай, желаю тебе щастья”. Ростался навеки. Он скоро умре, осенью 1783 г.», – с грустью констатировал И. М. Цебриков 28.

В рукописи ОПИ ГИМ текст воспоминаний об исторических событиях меньше по объему, а повествование значительно больше сфокусировано на жизни самого автора. Так, в ней присутствуют многие эпизоды, не отразившиеся в рукописи АВПРИ: проезд «на прекрасном фиатоне» императрицы Екатерины II, «яко Минервы», по улицам Москвы на Пасху 1773 г. 29; встреча с Е. А. Щербининым около Черкасс в 1774 г. 130-летнего казака, участвовавшего в походах Петра I 30; праздничные мероприятия на Ходынском поле в 1775 г. 31; будни секретарской службы у П. П. Веселицкого в Москве и Киеве; служба митрополита Платона (Левшина) в Успенском соборе в Кремле, на которой присутствовал автор 32. Цебриков подробно пишет о своей жизни в 1777–1779 гг. в Киеве и Харькове, о местных властях и своей семье, в первую очередь о младшем брате Романе, для которого стал вторым отцом и ради кого отправился в опасное предприятие в Крым. Свой отъезд в 1779 г. на полуостров, чреватый многими неудобствами и опасностью для жизни, И. М. Цебриков объяснил размером жалованья, на которое его брат может обучаться языкам за границей 33. Далее, при характеристике крымских событий 1780 г., автор сделал пространное отступление о судьбе Романа, которого через знакомых смог устроить переводчиком к немецким купцам, отправляющимся в Лейпциг. Эпизоды взаимоотношений двух братьев содержат уникальные биографические сведения о жизненном пути Романа, не известные по другим источникам. Более подробно в рукописи ОПИ ГИМ изложен и путь автора из Харькова в Крым: описаны все тяготы путешествия, приведены наиболее яркие моменты, случившиеся с И. М. Цебриковым в дороге, и диалоги с попутчиками и местными жителями. Большое внимание в этой рукописи уделено впечатлениям и эмоциям автора о происходящих событиях.

Стилистические и тематические различия между редакциями проиллюстрируем примером – описанием окончания празднований по случаю триумфального въезда графа П. А. Румянцева в Москву в 1775 г. (см. таблицу). Помимо общих сведений о мероприятии в рукописи ОПИ ГИМ автор особо отметил свое личное отношение к фигуре известного полководца и пересказал увиденный им сон.

Сопоставление описаний триумфа графа П. А. Румянцева

Comparison of descriptions of the triumph of Count P. A. Rumyantsev

АВПРИ. Ф. 161. II-26. Оп. 71. 1830 г. № 2. Л. 44 об.

ОПИ ГИМ. Ф. 92. № 111. Л. 28 об.

«…первенствующему министру графу Никите Ивановичу Панину и государственной военной коллегии президенту графу Захару Григорьевичу Чернышеву другу. Сии три Российскаго отечества столбы своим дара благоразумием постижениями предзрения в распоряжениях как политическими резонами, так и военных действия операций при мудрой государыне Екатерине 2-й, матери россов, сохранили отечество в его славе, величии и прерогативе при зависти Оттоманской Порты и других дворов».

«…графам Никите Ивановичу Панину и Захару Григорьевичу Чернышеву. Это три столбы своим благоразумием и своими распоряжениями при мудрой государыне Екатерине 2-й сохранили отечество россов в его славе и прерогативе. По таком зрении величественной почести, возданной великому полководцу, мужу славы, графу Румянцову оказанной императрицею, придворными знатными вельможи, войсками, военным генералитетом, сенаторами, всеми знаменитами первыми государства лицами, почти ми-лионным разным народним стечением людства и высоким духовенством. Шедши я на квартиру с наполненным воображением о такой чести великому мужу графу Румянцову зримой и с оным быв губернским регистратором, в маленьком чуланчику уснул, и спавши крепко, истинно видел во сне графа Румянцова в его великолепном мундире и кавалериях, окруженнаго большими людинами. И проснувшись, гадал, что и великим людям в их славе предлежат какие-то препоны, которые впоследствии времяни при его особе фельдмаршала уже кружение имели ».

Такое соотношение двух рукописей позволяет высказать предположение о том, что перед нами не две авторские копии текста памятника, а две его одновременные редакции, созданные для разных целей и адресованные разной аудитории. Основываясь на определении Д. С. Лихачева, «для того чтобы решить, что перед нами в тех или иных списках произведения новая редакция произведения, – надо прежде всего вскрыть целенаправленный характер особенностей текста этих списков» [Лихачев, 1962, с. 117]. При этом оба текста «Записок» И. М. Цебрикова «не утрачивают своей “единоцелостности”», по емкому определению А. Г. Тартаковского [1980, с. 49], что не дает оснований рассматривать их как два самостоятельных произведения.

Сопоставление отдельных фрагментов текста и сюжетов в обеих рукописях позволяет сделать следующие наблюдения. В рукописи ОПИ ГИМ имеются многочисленные подробности о личных переживаниях автора, бытовые эпизоды из его жизни и службы, детальные сведения о его семье. В рукописи АВПРИ отсутствует какая-либо информация о семье автора, его мотивации и поступках. Главный акцент сделан на крупных внешнеполитических событиях, большее внимание уделяется описанию церемоний, личности государственных персон и т. д. В обеих рукописях присутствуют многочисленные цитирования оригинальных документов и ссылки на них. Вероятнее всего, копии документов (или части текста воспоминаний) были выполнены И. М. Цебриковым в 1770–1780-е гг. и использованы им позднее для создания окончательных версий воспоминаний.

Рассмотренные выше «Записки» И. М. Цебрикова являются не единственными текстами автора, посвященными обстоятельствам присоединения Крыма к Российской империи. В 1785 г. он направил письмо переводчику Коллегии иностранных дел П. В. Бакунину (Меньшому) с приложением пространной записки объемом в 14 листов с воспоминаниями об обстоятельствах присоединения Крыма в 1784 г. 34 В 2000 г. текст письма и записки был опубликован Н. Ю. Болотиной [2000], а затем вошел в подготовленный ею же сборник документов «Присоединение Крыма к России» [Присоединение Крыма…, 2019, с. 151–169, 370].

Приложенная записка озаглавлена И. М. Цебриковым «Справедливыя действы при врате Крыма в Таврике 1783 года». В ней в хронологическом порядке описаны события с 1768 по 1784 г., связанные с крымскими делами, в большей степени с их дипломатической канвой. Свою роль при этом И. М. Цебриков не обозначил и даже не упомянул свое имя в тексте записки. В то же время, по справедливому наблюдению Н. Ю. Болотиной, текст отличает личностное восприятие событий, которого недостает в официальных документах. Судя по сопроводительному письму, записка была создана И. М. Цебриковым по просьбе членов коллегии, возможно, с целью ознакомления двора с современным положением в Крыму и настроениями местных жителей [Болотина, 2000, с. 174]. В рукописи АВПРИ во фрагменте за 1784 г. отмечен момент написания записки для П. В. Бакунина (Меньшого): «С коллежским ассесором или надворным советником Яблонским разговоре о политическом каждодневном журнале, не веденном при крымской миссии, написал не таков как бы из году в год довлело, под заглавием, однако, таким: “Действы при преврате Крыма в Тавриду” пообстоя-телнее. <…> По переписке того журнала чоткою своею рукою на 15-ти круглых листах в исходе того 1783 года отослал в Санкт-Петербург коллегии иностранных дел 2-му члену тайному советнику Петру Васил[ьеви]чу Меншому Бакунину» 35.

Можно предположить, что именно с этого текста, созданного в 1784–1785 гг., началась работа И. М. Цебрикова над «Записками», в их окончательном варианте завершенными в 1820-е гг. Основа текста памятника была составлена в 1770–1780-е гг. После смерти брата Романа И. М. Цебриков на склоне лет, вероятно, решил собрать имеющиеся у него заметки и превратить их в законченное произведение. Исходя из различий в тексте очевидно, что им планировалось два варианта воспоминаний: подносной в МИД и семейный. Справедливо наблюдение А. Е. Чекуновой, сделанное на материале памятников мемуарной литературы

XVIII в.: «Целевое назначение диктовало мемуаристу отбор и интерпретацию той информации, которую он считал возможной донести до читателя» [Чекунова, 1995, с. 111–112]. Задача официальной редакции «Записок» И. М. Цебрикова была показать славу русской дипломатии и от первого лица рассказать о великих государственных деятелях, одержавших победы на полях русско-турецкой войны и в дипломатических переговорах, конечным итогом которых стало присоединение Крыма к Российской империи в 1783 г. Сама цель написания, что следует из сопроводительного письма, – прославление Российской империи, сохранение памяти о великих событиях. Важно отметить, что И. М. Цебриков создал это произведение на склоне лет, когда основных действующих лиц уже не было в живых, создание текста и его передача в МИД были продиктованы личным желанием автора, а не его служебной обязанностью. Вторая редакция предназначалась для семейного прочтения, поскольку в ней автор текста становился одним из героев произведения со своей личной линией, мотивацией, чувствами и переживаниями.

В ходе исследования в фондах ОПИ ГИМ и АВПРИ были обнаружены две рукописи «Записок» И. М. Цебрикова о событиях 1768–1787 гг. Обе являются беловыми автографами и были созданы в конце 1820-х гг. Между тем в их основе лежит текст, сформировавшийся еще в 1780-х гг., когда И. М. Цебриков собирал материалы в ходе своей работы в комиссии по татарским делам. Это предположение основывается на сравнении текста изучаемых рукописей с отправленной в 1784 г. И. М. Цебриковым краткой запиской П. В. Бакунину (Меньшому).

Кодикологическое и текстологическое сопоставление двух рукописей «Записок» И. М. Цеб-рикова позволяет высказать предположение, что они являются двумя одновременными авторскими редакциями памятника, предназначенными для разных читателей. Рукопись из АВПРИ представляет собой официальную редакцию текста для Министерства иностранных дел, призванную сохранить память о славных военных и дипломатических успехах Российской империи в Крыму в эпоху Екатерины II. «Записки» из ОПИ ГИМ были адресованы потомкам и содержат портреты братьев Цебриковых на фоне масштабного полотна важнейших для страны событий.

Подобная ситуация не часта для памятников мемуарной литературы XVIII – первой половины XIX в. Известны произведения в двух и более авторских редакциях (к примеру, мемуары Екатерины II, воспоминания В. С. Норова, записки Н. А. Дуровой, С. Н. Глинки, А. С. Шишкова, Е. П. Ермолова, Н. Б. Голицына, дневник Д. В. Давыдова и др.), однако они демонстрируют последовательное изменение текста авторами, зачастую связанное с их «издательскими усилиями» [Тартаковский, 1991, с. 193]. В случае с «Записками» И. М. Цебри-кова справедливо говорить о создании двух редакций одновременно.

В настоящее время издание «Записок» И. М. Цебрикова готовится к печати. В качестве основного текста будет взята рукопись из АВПРИ как наиболее полная и охватывающая события до 1787 г. Параллельно в издании будут приведены уникальные фрагменты по тексту в ОПИ ГИМ, не вошедшие в «официальную» редакцию.