Реформы шоковой терапии в России в 1990 годы: исторический анализ

В конце 1991 года Советский Союз прекратил своё существование. Бывшие республики, входившие в его состав, столкнулись с задачей поиска собственного направления развития. Перед ними возникла сложная задача: требовалось подобрать подходящие экономические методы, установить конфигурацию государственного устройства и наладить взаимодействие с государствами, которые совсем недавно принадлежали к общей союзной территории.

К концу 1980-х годов советская экономика столкнулась с серьезным спадом. Выручка от экспорта нефти и газа направлялась на импорт потребительских товаров из-за рубежа. Но поступления от этих поставок постоянно уменьшались. Из-за этого полки магазинов пустели, а граждане теряли доступ к базовым вещам: одежде, обуви, продуктам - соли, сахару, маслу, мясу и даже хлебу. Чтобы добыть хоть какую-то еду, люди проводили часы в очередях. Для преодоления кризиса рассматривались два основных подхода. Первый предполагал плавный переход от командной экономики к рыночной, что было детально прописано в плане «500 дней», созданном при участии Г. А. Явлинского.

Этот проект предусматривал за сто дней приватизировать государственное имущество, затем в течение ста пятидесяти дней отпустить цены, после чего на такой же срок провести либерализацию рынка, а завершался он трёхмесячным этапом восстановления экономической деятельности.

Второй подход подразумевал реформы "шоковой терапии", предложенные Егором Гайдаром (заместитель председателя правительства по экономической политике в начале 1990-х годов). Данный курс предполагал уменьшение объёма наличных средств в обращении, урезание бюджетных трат, сдерживание повышения стоимости товаров и внедрение системы помощи гражданам. Фундаментальными были структурные дисбалансы, сложившиеся в экономике вследствие многолетнего директивного планирования. Развитие тяжёлой индустрии и оборонных предприятий в качестве первоочередных задач происходило за счет снижения внимания к легкой промышленности, сельскому хозяйству и обслуживающей сфере. Колоссальные материальные средства и деньги сосредотачивались на производстве военной продукции, в то время как обеспечение обычных потребностей граждан оставалось второстепенным. Эта деформированная структура снижала маневренность экономики, мешала росту уровня жизни населения и делала её неустойчивой к изменяющимся обстоятельствам, создавая глубокие системные проблемы.

Основной причиной этих трудностей было нерациональное использование ресурсов. Отсутствие рыночного механизма формирования цен, конкурентной среды и преобладание государственных заказов вело к тому, что инвестиции поступали не в самые эффективные направления, а в те, которые утверждались плановыми органами. Предприятия работали не для удовлетворения запросов покупателей, а для достижения количественных нормативов, установленных вышестоящими инстанциями, что часто приводило к изготовлению продукции, не нужной рынку или имеющей низкое качество.

II.    ОБСУЖДЕНИЕ И РЕЗУЛЬТАТЫ

В конце 1980-х кризис плановой экономической модели стал столь глубоким, что никакие медленные, ограниченные преобразования уже не могли её реабилитировать. Государственные органы продолжали устанавливать фиксированные расценки на ключевые предметы повседневного спроса, включая хлебобулочные изделия и молочную продукцию, а также держали под надзором тарифы на жилищно-коммунальные услуги и оплату проезда в городском транспорте. Со временем перечень таких регулируемых категорий сокращался, однако к 1995 году примерно треть цен всё ещё определялась решением государства, а не рыночными механизмами.

Даже сегодня, на основании постановления правительства № 530 от 15 июля 2010 года, власти имеют право устанавливать максимальные розничные цены на определённые продукты: рис, пшено, яблоки, хлеб, молоко, яйца, говядину, сахар и прочие товары.

Одним из ключевых последствий отмены государственного контроля над ценами стала гиперинфляция - в 1992 году её уровень превысил 2500 процентов. Положение усугубили действия Центрального банка, который в апреле того же года запустил печать денег, чтобы покрыть дефицит бюджета.

В результате сбережения граждан потеряли свою ценность, предприятия лишились оборотных средств для выплат зарплат, множество компаний прекратили работу, что вызвало огромную безработицу. Пенсионеры остались без положенных выплат. Миллионы людей оказались на грани выживания. Дефицит товаров удалось восполнить за счёт импорта, но позволить себе такие покупки могли лишь немногие.

Уже в начале 1990-х годов реформы, которыми руководил Егор Гайдар, подверглись серьёзной критике. Основные претензии к его курсу сводились к следующему: не было создано действенных инструментов для сдерживания инфляции; следовало пересчитать накопления граждан с учётом роста цен на товары; потребительские цены нужно было привязать к реальной покупательной способности рубля; кроме того, реформы не сопровождались широким общественным обсуждением - мнение простых людей осталось неуслышанным.

В воспоминаниях Егора Гайдара "Дни поражений и побед" говорится: "С каждым днём количество денег в обращении всё больше отставало от реальных потребностей экономики… Задержки в выплате зарплат, пенсий и пособий из-за нехватки наличных приобретали массовый характер. Миллионам людей было не до выяснения, кто прав, а кто виноват наверху… Кризис нарастал, особенно ближе к летнему отпускному сезону. В Перми рабочие угрожали блокировать фабрику Гознака, если им не выплатят долги по зарплате. В Москву приезжали делегации из регионов, заявляя, что не вернутся домой без денег. В самый напряжённый момент серьёзно рассматривалась возможность чеканки и выпуска золотых монет для наиболее неспокойных территорий…"

В 1990 годы главной целью экономических преобразований стало формирование в России прослойки частных владельцев. Для достижения этой задачи было необходимо провести приватизацию, под которой понимается переход государственного имущества в частные руки. Правовая база для этого начала создаваться ещё в июле 1991 года, однако на тот период в стране отсутствовали проверенные способы оценки государственных активов. В декабре того же года частная собственность получила официальное признание на уровне закона. Сам процесс передачи имущества начался летом 1992 года. По замыслу авторов реформы, мелкие предприятия предполагалось продавать через открытые торги, а крупные — преобразовывать в акционерные общества открытого типа с последующей реализацией их акций. Вследствие давления со стороны государственных структур, настаивавших на ускорении приватизации, предприятия, выставляемые на аукционы, оценивались значительно ниже их фактической рыночной стоимости. Чтобы передать крупные и средние объекты в частные руки, была введена система ваучеров. Как уже подчеркивалось ранее, либерализация цен привела к гиперинфляционным процессам, которые резко сократили покупательную способность накоплений граждан. В этих условиях встал вопрос о создании широкого слоя владельцев имущества.

Нестандартный подход к решению данной задачи предложил глава кабинета министров Анатолий Чубайс (родившийся в 1955 году): всё население получило приватизационные чеки, позволяющие претендовать на долю в активах различных предприятий. Их условная стоимость была определена на основе простого расчета: общая балансовая стоимость национальных промышленных активов (1,4 триллиона рублей) делилась на количество россиян. Итогом стало установление цены каждого ваучера на уровне приблизительно 10 тысяч рублей. По заявлениям Чубайса, такая бумага могла быть приравнена к стоимости двух автомобилей марки "Волга". Однако на практике подобный обмен оказался невозможным. Подавляющее число людей продавало свои чеки посредникам за символические суммы.

Трудовые коллективы, формально становившиеся совладельцами фабрик и заводов, не имели необходимых компетенций для руководства и фактически оставались зависимыми от прежнего управленческого аппарата или внешних бизнесменов. Кабинет министров пытался найти способы роста бюджетных доходов, необходимых для проведения последующих реформ.

Руководитель Лиги содействия оборонным предприятиям А. Шулунов, объединяющей такие организации, как ОКБ Сухого, НПО «Союз», ЦАГИ и НПО «Антей», отмечал, что в 1992 году произошёл разлад в механизмах финансирования и согласования оборонных научных и опытно-конструкторских проектов. Это повлекло за собой ослабление и разрушение научных команд, из которых уходили талантливые молодые специалисты. Шулунов характеризует данную ситуацию как минимум «серьёзным просчётом», а возможно, как умышленное вредительство или измену. Генеральный директор ОАО «Корпорация Радиокомплекс» В. Фадеев добавляет, что первый значительный удар по обороннопромышленному сектору был нанесён в 1992 году с началом реформ, проводимых Гайдаром. Оценивая итоги преобразований, инициированных Гайдаром, академик Р. Симонян сегодня утверждает, что его правительство «заложило основы для формирования коррумпированного государства». А распространённое убеждение, будто Гайдар «спас страну», является вымыслом, который был распространён его сторонниками.

Динамика реальной начисленной заработной платы в России в период с 1991 по 2008 год, выраженная в процентах от уровня 1991 года, согласно данным Росстата.

В начале 1990 гг. складывавшийся класс российских бизнесменов предпочитал хранить свои средства в иностранных банках, которые считались более надежными. Привлечение внешних инвестиций шло с большими сложностями - лишь небольшое число инвесторов рисковало вкладывать деньги в нестабильную экономику России. Начало 1990-х года ассоциируется с всеобщим замешательством. Советский Союз перестал существовать, и политики обсуждали устройство нового государства. Выделились две основные стратегии: президент и его соратники настаивали на президентской республике с четким разделением ветвей власти; Верховный Совет РСФСР предлагал сохранить порядок, схожий с советским, без разграничения полномочий, оставляя за собой ключевую роль в руководстве.

Пока не было достигнуто единства, приступили к разработке Конституции, необходимость которой стала очевидной после Беловежских соглашений.

В начале осени 1993 года Борис Ельцин принял решение освободить от должности вицепрезидента Александра Руцкого, неоднократно выступавшего с критикой президентской политики. Верховный Совет оспорил это решение в Конституционном суде, который в свою очередь приостановил действие президентского указа. Конституционный суд, будучи высшим судебным органом, должен был охранять основные принципы конституционного строя.

21 сентября 1993 года Ельцин подписал указ «О поэтапной конституционной реформе в Российской Федерации». Этот документ прекращал деятельность Верховного Совета и Съезда народных депутатов. В ответ Верховный Совет издал собственное постановление, в котором заявил о лишении Ельцина президентских полномочий и передаче их вице-президенту Александру Руцкому.

С 22 сентября Руцкой начал временно исполнять обязанности главы государства, однако Ельцин не признал законность данного шага.

12 декабря 1993 года на общенациональном референдуме была утверждена Конституция Российской Федерации. Это событие завершило создание новой архитектуры власти, а советская политическая система была окончательно ликвидирована. В обществе возникла необходимость объединения вокруг общих социальных, политических и прочих ценностей.

Государство обязалось обеспечивать гражданам основные конституционные права: на жизнь, труд, медицинское обслуживание, безопасность, надлежащее жилье, образование, свободу, собственность, а также на защиту чести и достоинства. Однако из-за поспешных и нередко ошибочных реформ, проведенных в 1990-е годы и затронувших все сферы жизни, улучшить ситуацию в стране не удалось. Отказ от жесткой государственной модели управления, характерной для советского периода, при отсутствии развитого законодательства и рыночных механизмов привел к росту преступности и коррупции. Данное явление было обусловлено не целенаправленными злоупотреблениями должностных лиц, а структурным кризисом, возникшим на фоне переходного этапа. После распада прежних норм при отсутствии сформировавшихся новых установок образовалась юридическая пустота. Из-за слабости судебной ветви, недостатка независимого и действенного правосудия, а также пассивности органов правопорядка неформальная экономика и преступные объединения усилили свои позиции. Продажа крупных государственных объектов, особенно при отсутствии открытости и контрольных механизмов, позволила сосредоточить огромные ресурсы в руках узкого круга лиц и породила коррупционные механизмы. Оказавшись в условиях рыночной экономики, предприятия нередко применяли нелегальные подходы для выживания или достижения преимущества перед конкурентами. В конечном итоге криминализация и коррупция стали не столько проявлением чьей-либо недоброй воли, сколько естественным итогом масштабных общественных преобразований, породивших хаос и ослабление государственного аппарата. Упадок промышленного производства и так называемая деиндустриализация 1990-х - когда в 1994 году объем валового внутреннего продукта страны снизился до 395 миллиардов долларов, а сокращение продолжалось вплоть до 1998 года - нередко воспринимаются как очевидный провал реформ.

Тем не менее, данный процесс также можно интерпретировать как элемент «естественного стечения событий». В основе советской промышленности лежали принципы планового хозяйства, где приоритетом было выполнение государственных заказов и достижение заранее установленных производственных показателей. Вопросы потребительского спроса и рентабельности при этом часто отходили на второй план.

Многие заводы работали неэффективно, их оборудование морально устаревало, и в условиях рынка они оказывались неконкурентоспособными. Как только государство перестало их субсидировать, такие предприятия потеряли способность адаптироваться к новым условиям: к необходимости соперничать с другими игроками, обновлять производство, искать покупателей своей продукции. Падение выпуска, особенно в сегментах тяжелого машиностроения и оборонной отрасли, было тяжелым, но во многом ожидаемым элементом структурных изменений.

Средства, которые раньше вкладывались в эти неэффективные производства, по логике реформ должны были бы перенаправляться в более современные и прибыльные сектора.

Сложность заключалась в том, что отсутствовали работающие инструменты для мягкого и социально ориентированного перехода, что привело к росту безработицы и разрыву хозяйственных связей. Можно ли было рассчитывать на иной результат при столь глубоких преобразованиях и нехватке необходимых механизмов? Утверждение о «естественном ходе вещей» не означает, что реформаторы освобождаются от ответственности за принятые решения, однако оно позволяет взглянуть на ситуацию в более широком контексте.

В тот период был утвержден ряд значимых законов, сыгравших ключевую роль в переходе от системы с доминированием Госбанка СССР к многоуровневой банковской структуре. Это открыло возможности для привлечения частного капитала в финансовую сферу. Государственная Дума утвердила первую часть Гражданского кодекса Российской Федерации 21 октября 1994 года, а в силу он вступил с 1 января 1995 года.

Этот документ заложил фундамент для формирования новой правовой системы страны, утвердив основные принципы частного права. Он регулировал вопросы владения имуществом, оформление договоров, выполнение обязательств и правовое положение организаций.

Благодаря этому удалось ослабить роль государства в экономике и предоставить как гражданам, так и компаниям широкие возможности для ведения дел на основе договорных отношений. Введение Гражданского кодекса фактически означало окончательный отказ от административно-командной системы в пользу рыночных механизмов.

Эти и многие другие законы сформировали каркас, внутри которого должны были развиваться рыночные отношения, обеспечивая хотя бы минимальную правовую определенность в условиях бурных преобразований. Политику Егора Гайдара после его отставки продолжил назначенный премьером Виктор Черномырдин. Наиболее значимым результатом деятельности Виктора Черномырдина на посту премьер-министра стало получение заёмных ресурсов от Международного валютного фонда и Всемирного банка.

Кроме того, правительство привлекало финансовые средства через выпуск краткосрочных государственных долговых ценных бумаг, которые продавались населению. МВФ являлся учреждением, входящим в систему ООН, и выдавал кредиты странам, когда те испытывали нехватку денег. В объединение входило примерно двести стран. Российская Федерация присоединилась к нему в 1992 году.

Механизм работы государственных облигаций выглядел так: правительство эмитировало долговые инструменты с различной номинальной стоимостью и разными периодами погашения. Инвесторы покупали эти бумаги, а спустя установленный срок получали вложенные средства обратно вместе с процентным доходом.

Начиная с 1993 года российские власти систематически предлагали такие бумаги на финансовом рынке, постепенно увеличивая их доходность. К концу июля 1998 года обещанный процент по этим обязательствам достиг ста сорока, что вызвало огромный интерес со стороны граждан. 18 августа фиксированный курс рубля упразднили, и американская валюта подорожала с 6 до 21 рубля.

®ф

Mtribtnm U Inta mrt fowl (CC HV«|

Курс ЦБ РФ доллара США за вторую половину 1998 года

Даты

Курс доллара США по отношению к рублю во второй половине 1998 года.

Обесценивание национальной валюты происходило неоднократно. На этом фоне граждане вновь лишились накоплений, зарубежные инвесторы потеряли свои вложенные средства, а организации, предоставлявшие России кредиты, получили извещения о невозможности возврата долгов. Значительное количество крупных банков признали свою несостоятельность, а у остальных аннулировали лицензии.

Евгений Примаков, который возглавил кабинет министров в конце 1998 года, реализовал действенные шаги по выходу из кризисной ситуации: он уменьшил затраты государства и ограничил ввоз иностранных товаров, что стимулировало рост внутреннего производства. К 1999 году все задолженности по зарплатам и пенсиям были полностью ликвидированы.

®®

Attrib wtxw> М Intenvtiwwi (СС BY 4.0}

Е.М. Примаков в 1997 году. Фотография Robert D. Ward.

Временной отрезок с 1992 по 1999 год стал наиболее сложным для жителей России во второй половине XX века. Непродуманные действия властей, стремившихся перейти от командноадминистративной системы к рыночной, повлекли за собой ухудшение уровня жизни, увеличение числа малообеспеченных, сокращение рождаемости и рост криминала. Неравномерное распределение государственной собственности способствовало возникновению олигархических структур, монополий и массовому оттоку капитала за рубеж. По мнению экспертов, к концу 1990-х годов в стране сложилась гибридная экономическая система, поскольку государство продолжало играть значительную роль.

III.    ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Перестройка экономики с плановых рельсов на рыночные, после десятилетий существования в прежней системе, была задачей, не имевшей аналогов. Отсутствие зрелых рыночных институтов, проработанной правовой базы, навыков предпринимательства и сколько-нибудь эффективной системы социальной поддержки в таких масштабах объективно создавало почву для роста теневой экономики, криминальных структур и резкого имущественного расслоения. Заранее предусмотреть все возможные последствия и выстроить безупречную систему за короткий промежуток времени было нереально. Приверженцы этой точки зрения считают, что в обстановке крушения старого порядка и необходимости принимать быстрые решения многие негативные явления стали неизбежным «побочным эффектом» резких перемен. Однако, это не является их оправданием, но помогает лучше разобраться в системных причинах тех проблем, которые проявились в 1990-е годы.