Региональная образовательная политика КНР в современных условиях (на материале АРВМ)

С овременные достижения Китая напрямую связываются с реализацией политики реформ и открытости, которая была запущена в конце 1970-х гг.

За последние 40 лет, прошедших с начала политики реформ и открытости, Китай претерпел потрясающие изменения во всех сферах, в т.ч. и в сфере образова-ния1. Правительство Китая непрерывно увеличивает объем финансирования сферы образования, благодаря чему значительно улучшились соответствующая инфраструктура учебных заведений и условия их функционирования. Вместе с тем оценки качества образования весьма неоднозначны, в т.ч. и в среде самих китайских ученых.

Система образования КНР подверглась коренным изменениям в 1949 г. Истоки традиционной системы воспитания и образования были заложены еще в учении Конфуция. При этом развитие образования в Китае напрямую зависит от социально-экономического развития страны, включая аграрный характер экономики, большую численность населения, разный уровень развития районов страны с точки зрения инфраструктуры, национально-культурные различия между территориями, неравномерное расселение населения на юге и севере страны. Все это обусловило ряд проблем, которые китайское правительство должно было решить в образовательной сфере для создания условий развития государственной экономики. Для решения указанных противоречий государство в лице Дэн Сяопина выдвинуло концепцию м-ъш ( liang ge da ju ), которую можно перевести как «два развития». Суть ее заключалась в том, что государство условно делилось на два макрорегиона: экономически развитый юго-восток (прибрежные районы) и отсталый северо-запад (материковая часть). И для развития всей страны в целом Дэн Сяопин 13 декабря 1978 г. выдвинул идею 7*сЖ ®?d ( xian fu si xiang – идея первичного благосостояния), которая заключалась в стимулировании развития прибрежных регионов, имеющих экономический потенциал и инфраструктуру для дальнейшего роста. Впоследствии эти регионы страны должны были подтянуть в развитии западные районы [>^^¥^ЙЖЖЖ?Ш 2012].

Политика освоения западных регионов Китая включала в себя 4 основных направления:

• 1)    анализ ресурсного потенциала территории и строительство предприятий добывающей и обрабатывающей промышленности;

• 2)    стимулирование развития сельского хозяйства через модернизацию и расширение ирригационной системы;

• 3)    развитие инфраструктуры в регионе;

• 4)    реализацию комплекса мероприятий по охране окружающей среды [Цыремпилова 2019: 177].

В сентябре 1999 г. на 4-м пленарном заседании XV съезда ЦК КПК была согласована стратегия широкомасштабного развития уже западных районов Китая. Стратегия делилась на 3 основных этапа: 1-й этап – с 2001 по 2010 г. (базовый этап); 2-й этап – с 2010 по 2030 г. (этап ускоренного развития); 3-й этап – с 2031 по 2050 г. (этап всестороннего продвижения модернизации) [гшжж 2018].

Основная цель развития западных регионов Китая заключалась в том, чтобы усилиями нескольких поколений к 2050 г. завершить основной процесс модернизации, кардинальным образом сменить облик отсталого и бедного Западного Китая на новый – с процветающей экономикой, прогрессивным обществом, национальным единством, стабильной и безопасной жизнью, замечательной экологией и богатым населением [ФИВ^Ж®®ЙЖ 2003: 1].

В 2002 г. состоялся XVI съезд Коммунистической партии Китая, на котором были приняты новые стратегические задачи развития государства. В качестве основной задачи было определено построение в стране к 2020 г. «общества малого благосостояния» (d<). Для достижения этой цели необходимо было дальнейшее совершенствование системы образования; повышение общего уровня образования населения, повсеместное распространение полного среднего образования; повышение идейных, нравственных, научно-культурных качеств личности, стимулирование всестороннего развития граждан, внедрение идеи непрерывного образования [Чэнь Чжаомин 2010: 65].

Несомненный интерес представляет политика правительства Китая в отношении малых национальностей, проживающих в КНР. С 1990-х по 2009 г. центральное правительство Китая направило сумму в 4 биллиона юаней для развития системы образования в автономных регионах [Rui Yang, Mei Wu 2019: 117]. Это позволило повысить материальную обеспеченность образовательных учреждений, стимулировать привлечение молодежи к работе в сфере образования, расширить число людей, охваченных всеми уровнями образования.

Для современного Китая принципиально важным направлением в образовательной политике является развитие системы высшего образования в национальных автономиях, особенно это касается приграничных регионов, таких как Автономный район Внутренняя Монголия, Синьцзян-Уйгурский автономный район, Тибетский автономный район. Это важно как для дальнейшей социализации национальных меньшинств в китайское общество, так и для опосредованной внешней политики в отношении соседних государств.

Китай традиционно является многонациональным государством. В современный период впервые суть и цели национальной автономии объяснил в своем выступлении на расширенном пленуме ЦК КПК Мао Цзэдун в 1936 г. Мотивация лидера КПК была обусловлена объективной политической ситуацией в тот период. Мао Цзэдун во избежание массовых недовольств давал заверения представителям всех национальностей об их равноправии и предоставлении возможностей самим управлять «своими» делами, сохраняя целостность государства, уважении религиозных и культурных особенностей всех национальных групп, о сохранении национальных языков и письменности.

Позднее, в 1945 г., на VII съезде КПК Мао Цзэдун поддержал национальную политику Сунь Ятсена, который выступал за равноправие всех народностей, населявших Китай, и за возможность их самоопределения с целью создания единого государства при добровольном согласии всех народов, которые будут входить в Китайскую Республику. Тогда компартия Китая утвердила создание народной демократической федеративной республики с учетом равноправия всех народностей и возможности добровольного вступления в Китайскую Федерацию. Но с установлением коммунистической власти в Китае политический курс претерпел изменения и был уже ориентирован на создание единого национального государства.

При этом китайское правительство выступает за то, что все этнические группы являются неотъемлемой частью китайской нации, национальные меньшинства и титульная нация хань имеют одинаковый статус во всех аспектах общественной и национальной жизни, пользуются теми же правами и имеют одинаковые обязанности. Национальная политика КНР в отношении национальных автономий заложила подсознательное понимание того, что этнические группы являются «региональными хозяевами» и могут сами управлять своими делами [Ван Цзянгань 2018: 84-85].

Образование является механизмом создания новой элиты национальных меньшинств, которая будет в состоянии реализовывать глобальные идеи руководства на местах. Это довольно четко прослеживается на реализации нацио- нальной политики КПК. Например, Автономный район Внутренняя Монголия после включения в программу развития западных регионов получил огромную поддержку со стороны центрального правительства. В планах развития автономного района указаны мероприятия, связанные с сохранением традиционной культуры, нематериального духовного наследия национальностей, проживающих на территории автономии. В рамках повышения грамотности среди нацменьшинств выделяются специальные квоты на обучение по специальностям в вузах автономии.

Отдельное внимание традиционно уделяется национальной кадровой политике в сфере образования. Руководство образовательного учреждения (либо структурного подразделения вуза) представлено двумя руководителями – директором и партийным секретарем. Директор преимущественно занимается административными вопросами, партийный секретарь – идеологической и воспитательной работой. При назначении на должность и ротации кадров учитывается национальность руководителей. Например, если партийный секретарь по национальности ханец, то директором, как правило, назначают этнического монгола. Если директор – представитель ханьского большинства, то партийной работой занимается монгол или один из представителей этнических меньшинств АРВМ.

В целом, успешность проведения образовательной политики КНР доказывается тем, что число студентов из этнических меньшинств возросло с 4 500 чел. в 1952 г. до 950 000 чел. в 2005 г. [Помпелова 2014: 30]. Большинство выпускников, воспользовавшихся преференциальной политикой, станут политически лояльными и компетентными профессионалами. Льготная политика в области высшего образования, тем не менее, не может сама по себе обеспечить необходимый прорыв в области стабилизации межэтнических отношений в Китае. Преференциальная политика привлекает внимание к этническому происхождению абитуриентов и студентов. Выделение учащихся из числа меньшинств в отдельные этнические классы и школы, подготовительные курсы, институты и университеты во многом способствуют развитию этнического самосознания, а не уменьшают его.

Таким образом, одно направление образовательной политики КНР в отношении регионов (на примере АРВМ) отражает специфику развития западных регионов страны, процесс поэтапной модернизации, которая должна завершиться к середине XXI в. Динамику развития образования в АРВМ мы можем проследить по данным, приведенным в табл. 1.

Таблица 1

Число общеобразовательных учреждений в АРВМ по годам

Источник: Национальное бюро статистики. Доступ: htm?cn=E0103 (проверено 17.12.2019).

Вторым направлением региональной образовательной политики КНР в настоящее время является привлечение иностранных студентов в вузы и школы АРВМ (учащиеся из Монголии и регионов России). В приграничном городе Эрляне создан филиал Педагогического университета Автономного района Внутренняя Монголия, который готовит кадры для региона и для реализации глобальных инициатив правительства КНР, в т.ч. специалистов в области рус- ского языка. Кроме того, работают монгольские национальные школы, в которых обучаются дети из Монголии и России, образование реализуется на китайском языке.

Китайские вузы совместно с вузами других стран мира создали Союз высших учебных заведений «Пояса и пути», чтобы тем самым сформировать новый механизм подготовки квалифицированных кадров, включая транснациональную подготовку персонала и трансграничный обмен персоналом. К концу 2017 г. уже 148 вузов являлись членами этого союза [Су Хуэйян 2019: 44]. При этом приграничным провинциям и автономным районам отводится особая роль в реализации программы развития западных районов КНР и глобальной внешней политики Китая в XXI в. в целом. В качестве примеров можно рассмотреть инициативу «Один пояс – один путь», а также международные экономические коридоры, которые призваны создать инфраструктуру для дальнейшего развития этих регионов (железная дорога Аршан – Чойбалсан между Китаем и Монголией, железная и автомобильная дороги Кашгар – Исламабад – Карачи – Гвадар и др.)

Власти КНР подчеркивают, что без развития культуры Китай не сможет соперничать с другими странами на равных. Более того, китайские лидеры выдвигают в качестве глобальной идеи развития мира конфуцианскую модель как универсальную и жизнеспособную в эпоху кризиса либеральных взглядов. В качестве фундамента развития данной идеи будет выступать система образования, образовательная политика Китая внутри страны и ее экспорт. Первые и довольно успешные шаги уже сделаны. В Китае считают, что распространение китайской культуры в мире поможет повысить международный авторитет страны, улучшить ее имидж. Озвучивается идея китайской мечты (Фате) по аналогии с «американской мечтой», которая, вероятно, должна прийти ей на смену.

Статья подготовлена в рамках гранта РФФИ 19-514-44001 Монг_т «Мягкая сила в российско-монгольских отношениях: сравнительный анализ».