Регламентация ответственности за клевету в уголовном законодательстве России и Казахстана: сравнительно-правовое исследование

В советском и раннем постсоветском законодательстве стран СНГ уголовная ответственность за посягательства на честь и достоинство личности была представлена статьями о клевете и оскорблении. Нормы о клевете и оскорблении содержатся и в ст. 143–144 Модельного Уголовного кодекса для государств – участников СНГ, являющегося рекомендательным законодательным актом [1]. Однако в последние несколько лет уголовное законодательство бывших союзных республик в своем формировании и развитии в гораздо меньшей степени, чем ранее, ориентируется на Модельный УК, в силу чего различия в уголовных законах государств – участников СНГ стали более заметны, особенно в части ответственности за преступления против чести и достоинства. Так, сегодня Уголовный кодекс Республики Казахстан [2] предусматривает ответственность и за клевету (ст. 130), и за оскорбление (ст. 131), Уголовный кодекс РФ – только за клевету (ст. 1281), а, например, УК Кыргызской Республики [3] не устанавливает ответственности ни за то, ни за другое деяние: в результате наименование гл. 17 УК Кыргызстана «Преступления против свободы, чести и достоинства» уже не соответствует ее содержанию, поскольку в ней отсутствуют составы преступлений, посягающих на честь и достоинство.

Стоит заметить, что российский законодатель свою позицию относительно возможности и пределов уголовно-правовой охраны чести и достоинства личности менял неоднократно. Федеральным законом от 7 декабря 2011 г. №420-ФЗ [4] и клевета, и оскорбление были декриминализированы и переведены в разряд административных правонарушений, а Федеральным законом от 28 июля 2012 г. №141-ФЗ [5] за клевету вновь установлена уголовная ответственность, тогда как за оскорбление сохранена административная. При этом статья об ответственности за клевету (ст. 1281 УК РФ) претерпела существенные изменения как в части диспозиций, так и в части санкций.

Прежней осталась формулировка признаков основного состава преступления в ч. 1 ст. 1281 УК РФ («клевета, т.е. распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица или подрывающих его репутацию»), а также формулировки некоторых квалифицированных видов данного преступления – клевета, содержащаяся в публичном выступлении, публично демонстрирующемся произведении или средствах массовой информации (ч. 2 ст. 1281), и клевета, соединенная с обвинением лица в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления (ч. 5 ст. 1281 УК РФ). В то же время появился ряд новых квалифицирующих признаков: совершение клеветы с использованием служебного положения (ч. 3 ст. 1281 УК); соединение клеветы с обвинением в совершении преступления сексуального характера или с распространением сведений о том, что лицо страдает заболеванием, представляющим опасность для окружающих (ч. 4 ст. 1281 УК РФ).

Содержащееся в уголовном законодательстве Казахстана определение клеветы (ч. 1 ст. 130 УК РК) полностью совпадает с тем, которое дается в российском УК. Однако квалифицирующие признаки сформулированы несколько иначе. В ч. 2 ст. 130 УК РК говорится о клевете, совершенной публично или с использованием средств массовой информации или информационно- коммуникационных сетей, а в ч. 3 той же статьи – о клевете, соединенной с обвинением лица в совершении коррупционного, тяжкого или особо тяжкого преступления, а равно повлекшей тяжкие последствия. Таким образом, во-первых, более детально описаны средства совершения преступления, выступающие в качестве квалифицирующих обстоятельств, поскольку в отличие от российского законодательства упоминается использование информационно-коммуникационных сетей; во-вторых, специфическим квалифицирующим признаком является наступление тяжких последствий в результате распространения заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица или подрывающих его репутацию; в-третьих, указывается на сопряженность с обвинением в совершении коррупционного преступления как одно из отягчающих ответственность обстоятельств.

Понятие тяжких последствий в УК Республики Казахстан применительно ко всем составам, в которые оно включено, разъясняется в п. 4 ст. 3 УК. Очевидно, что из обширного универсального перечня последствий, которые законодатель считает тяжкими, к клевете имеют отношение лишь отдельные из них, в частности смерть потерпевшего, самоубийство его или его близких, причинение лицу тяжкого вреда здоровью. Повышение уголовной ответственности за клевету, повлекшую такого рода последствия, представляется вполне обоснованным и может расцениваться как позитивный законотворческий опыт, полезный и для российского законодательства. Так, самоубийство потерпевшего вследствие распространения заведомо ложных сведений, порочащих его честь и достоинство или подрывающих его репутацию, по УК РФ в настоящее время учитывается лишь как обстоятельство, отягчающее наказание (п. «б» ч. 1 ст. 63 УК РФ), в пределах санкции ст. 1281 УК. По ст. 110 УК РФ, предусматривающей ответственность за доведение до самоубийства, такие деяния по общему правилу квалификации не подлежат, поскольку данная статья в качестве способа совершения преступления называет систематическое унижение человеческого достоинства потерпевшего. Кроме того, под ст. 110 УК РФ подпадают лишь случаи, когда имело место самоубийство самого лица, в отношении которого виновным совершались соответствующие действия, но не самоубийство его близких. С учетом изложенного полагаем, что ст. 1281 УК РФ должна быть дополнена рассматриваемым квалифицирующим обстоятельством. Аналогичные предложения высказываются и в работах других авторов [6; 7] и др.).

Интерес представляет сравнение конструирования квалифицированных составов клеветы, соединенной с обвинением в совершении определенных преступлений. И в УК РФ, и в УК Республики Казахстан преступления, с обвинением в которых сопряжена клевета, выбраны по двум критериям – по степени тяжести (тяжкие и особо тяжкие преступления в обоих УК) и по направленности (в УК РФ – преступления сексуального характера, в УК РК – коррупционные преступления). Причем в российском законодательстве клевета, соединенная с обвинением в совершении преступления сексуального характера, и клевета, соединенная с обвинением в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления, закреплены в разных частях ст. 1281 УК РФ (ч. 4 и 5 соответственно), тогда как в УК Республики Казахстан все квалифицированные виды клеветы, выделенные законодателем по признаку сопряженности с обвинением в совершении определенных преступлений, предусмотрены в одной и той же части ст. 130 (ч. 3). Обсуждения заслуживает вопрос об обоснованности выделения преступлений сексуального характера (в УК РФ) и коррупционных преступлений (в УК РК) как деяний, с обвинением в совершении которых соединена клевета, и объединения соответствующих квалифицированных видов клеветы в рамках одной части статьи либо, напротив, рассредоточения их по разным частям.

Прежде всего, заметим, что неудачным является использование в ч. 4 ст. 1281 УК РФ термина «преступление сексуального характера», поскольку уголовный закон такого понятия не знает. В.Б. Поезжалов и М.М. Шахмаев верно отмечают, что круг преступлений сексуального характера может толковаться по-разному: он может быть ограничен теми деяниями, ответственность за которые предусмотрена в гл. 18 УК РФ («Преступления против половой неприкосновенности и половой свободы личности»), а может быть расширен за счет включения в него ряда преступлений против общественной нравственности [8]. Однако даже если отождествлять преступления сексуального характера только с преступлениями против половой неприкосновенности и половой свободы, они не совпадают с тяжкими и особо тяжкими преступлениями, поскольку ряд преступлений, ответственность за которые предусмотрена статьями гл. 18 УК РФ, относится к числу преступлений небольшой и средней тяжести. В этом плане повышенная ответственность за клевету, сопряженную с обвинением в совершении преступления сексуального характера, вполне может существовать

Регламентация ответственности за клевету в уголовном законодательстве России и Казахстана...

параллельно с повышенной ответственностью за клевету, соединенную с обвинением в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления. В то же время возражения вызывает сравнительная оценка тяжести двух рассматриваемых квалифицированных видов клеветы, отраженная в ныне действующей редакции ст. 1281 УК РФ: вряд ли обоснованно считать, что клевета, соединенная с обвинением в совершении преступления сексуального характера, не относящегося к категории тяжких или особо тяжких (например, развратных действий, предусмотренных ч. 1 ст. 135 УК РФ), менее опасна, чем распространение заведомо ложных сведений о совершении лицом иного по степени тяжести преступления сексуального характера либо иного по направленности тяжкого или особо тяжкого преступления. Поэтому целесообразно было бы объединить данные квалифицированные виды клеветы в одной и той же части ст. 1281 УК РФ по примеру того, как это сделано в УК Казахстана. Казахстанский законодатель сопряженность клеветы с обвинением в совершении тяжких либо особо тяжких преступлений, а также коррупционных преступлений закрепляет в ч. 3 ст. 130 УК РК. При этом понятие коррупционных преступлений дается в п. 29 ст. 3 УК Казахстана посредством перечисления конкретных статей, в которых предусмотрена ответственность за такого рода преступления.

Модельный Уголовный кодекс для государств – участников СНГ рекомендует устанавливать за клевету наказание в пределах, соответствующих преступлениям небольшой тяжести, а за особо квалифицированные виды клеветы – преступлениям средней тяжести. Уголовное законодательство Республики Казахстан в настоящее время среди уголовных правонарушений выделяет категорию уголовных проступков, однако клевету все же относит к преступлениям. Во всех трех частях ст. 130 УК РК в качестве наиболее сурового вида наказания предусмотрено лишение свободы, а альтернативными видами наказаний выступают штраф, исправительные работы и ограничение свободы. Российский же законодатель деяния, закрепленные во всех пяти частях ст. 1281 УК РФ,