Результаты трасологического анализа каменного и костяного инвентаря из материалов памятника каменного века Губский навес 7 (Сатанай)

Губский навес 7 (Сатанай) располагается в Губском ущелье (Краснодарский край) и исследовался с 1961 по 1975 г. ( Амирханов , 1986). Состав коллекции детально охарактеризован в ряде публикаций ( Амирханов , 1986. С. 61–74; Аутлев, Любин , 1994. С. 18, 19; Golovanova, Doronichev , 2020. Р. 224–233). Общая численность коллекции каменного инвентаря, приуроченной ко второму литологическому слою (разделенному на 4 условных горизонта), составляла, по данным авторов раскопок, более 15 тыс. изделий из камня, среди которых на долю морфологически выраженных приходится 490 изделий ( Амирханов , 1986. С. 68). Материалы навеса Губский 7 (Сатанай) хранятся в Национальном музее Республики Адыгея (г. Майкоп) по условным горизонтам. В ходе непосредственного знакомства с коллекцией стало очевидно, что часть предметов, в сравнении с опубликованными данными, отсутствует ( Леонова, Успенская , 2022. С. 26). Помимо этого, типологический состав имеющейся коллекции Губского навеса 7 (Сатанай) и современные исследования памятников каменного века на Северо-Западном Кавказе позволяют рассматривать эти материалы как несколько смешанных разновременных комплексов раннеголоценового и позднеплейстоценового времени ( Леонова , 2009. С. 104, 105; Голованова, Дороничев , 2012. С. 68; Golovanova, Doronichev , 2020. Р. 224–233; Леонова, Успенская , 2022. С. 26). Несмотря на это обстоятельство, в результате трасологического анализа были получены данные о функциях как отдельных форм орудий, так и их серий, прослежены взаимосвязи между морфологией и функцией для целых категорий каменного и костяного инвентаря, которые позволяют производить типолого-функциональные сопоставления с материалами других памятников каменного века. В силу обозначенных выше обстоятельств результаты приводятся без указания процентных соотношений выявленных трасологически орудий и процентного распределения в рамках функциональных групп. Первичные данные, полученные в результате трасологического анализа материалов Губского навеса 7 (Сатанай), вошли в диссертационное исследование автора, в статье рассматриваются переработанные и дополненные к настоящему моменту итоги проведенной ранее работы ( Александрова , 2015).

Материалы

Выборка для трасологического анализа формировалась в процессе непосредственного знакомства с коллекцией Губского навеса 7 (Сатанай) в Национальном музее Республики Адыгея, в нее были включены все морфологически выраженные орудия из кремня (254 ед.), с которыми удалось ознакомиться. Кроме того, в выборку были включены 76 пластинчатых сколов с ретушью, визуальная сохранность которых позволяла провести трасологический анализ, 20 нуклеусов, и также была изучена серия наконечников из кости и две мелкие кварцитовые гальки. Преобладающее число рассматриваемых изделий из кремня (326 ед.), а также костяные наконечники и их обломки (7 ед.) происходят из условного горизонта 3, для которого, судя по опубликованным данным, была

получена дата по кости (SPb-132: 11 140 ± 100 тыс. л. н.), соотносимая авторами с финально-плейстоценовым возрастом ( Golovanova, Doronichev , 2020). Гораздо меньше орудий (15 шт.: 8 концевых скребков, в том числе два высокой формы, 4 пластины с ретушью и по одному: угловой резец, комбинированное орудие скребок концевой – резец угловой, выемчатое орудие) из условного горизонта 4, также датированного финально-плейстоценовым временем (SPb-131: 11 200 ± 130 тыс. л. н.) (Ibid.). Из вышележащего условного горизонта 2, голоценовый возраст которого определен датой (LE-4982: 7780 ± 200 тыс. л. н.) (Ibid.), удалось изучить 5 геометрических микролитов в форме трапеций и 4 нуклеуса (рис. 1: А: 2, 4, 6; Б: 3; В: 3, 4 ). Несмотря на наличие датировок, разделение представленных материалов по горизонтам имеет условный характер и не дает оснований рассматривать выборки орудий из различных горизонтов по отдельности. Косвенным свидетельством тому служит и принадлежность к условному горизонту 3 сегмента, оформленного гелуанской ретушью (рис. 1: А: 11 ), формы, характерной для мезолита и неолита Закавказья, но встречающейся и в более широком географическом ареале ( Бадер , 1984. С. 286; Амирханов , 1987. С. 197; Выборнов и др. , 2020; Голованова, Дороничев , 2020). Проводя аналогии с коллекцией каменного инвентаря многослойного памятника каменного века пещеры Двойная, имеющей четкую стратиграфию и располагающейся в непосредственной близости в Губском ущелье, можно отметить и предположительно голоценовый возраст трапеции с выемкой, оформленной ретушью по спинке на верхнем основании, происходящей также из горизонта 3 навеса Сатанай (рис. 1: А: 3 ) ( Александрова, Леонова , 2017; Еськова, Леонова , 2023). Таким образом, более дробное достоверное разделение рассматриваемых предметов для трасологического анализа не представляется возможным.

Состав выборки выглядит следующим образом: скребки – 83 ед., преобладали концевые формы, серия округлых скребков, несколько двойных и микроскребок, единичные нуклевидный и два скребка высокой формы; резцы – 43 ед., преимущественно ретушные и на сломе заготовки, двугранные и угловые дублированные резцы; а также три комбинированных орудия (скребок концевой – резец) (рис. 3: А ).

Острия и их обломки – 19 ед., среди них острия типа граветт и острия с ретушью по обоим сходящимся краям, сформированным двумя симметричными

Рис. 1 (с. 44). Каменные орудия из Губского навеса 7 (Сатанай)

А – геометрические микролиты со следами метательного износа ( 1–9 – трапеции; 10–12 – сегменты); Б – микрофотографии следов метательного износа на геометрических микролитах ( 1 – боевой конец сегмента, использовавшегося в качестве косолезвийного наконечника стрелы; 2 – острие колющего наконечника стрелы, использовавшееся в качестве такого наконечника; 3 – нижнее основание трапеции, использовавшейся в качестве поперечнолезвийного наконечника стрелы); В: 1, 2 – фрагменты пластинок к притупленным краем, использовавшиеся в качестве колющих наконечников стрел и макрофото следов метательного износа на них; 3, 4 – трапеции со следами метательного износа, использовавшиеся в качестве наконечников стрел с поперечным лезвием, и макро- и микрофотографии следов использования на них

Увеличение на микрофотографиях указано в кратах (x)

выемками по боковым сторонам. Геометрических микролитов в общей сложности – 16 ед. (рис. 1: А: 1 – 12; В: 3, 4 ), среди них 12 трапеций, в том числе 2 трапеции с выемкой на верхнем основании, «рогатые» (рис. 1: А: 3; В: 3 ), 1 прямоугольник. Сегментов всего 3 ед., в том числе один экземпляр сегмента, оформленного гелуанской ретушью (рис. 1: А: 11 ). Пластинки и микропластинки с притупленным краем (далее – ППК и МППК) – всего было рассмотрено 50 ед. (15 и 35 соответственно) (рис. 1: В: 1, 2 ), а также 2 «перфоратора» на пластинчатых заготовках с ретушью по обоим сходящимся краям и выделенным двумя выемками «жалом». Выемчатых орудий – 18 (из них 4 орудия с зубчатой обработкой) (рис. 3: А: 1–6 ); орудий с вентральной подтеской («стамески») – 3 ед., а также в выборку вошли 76 пластинчатых сколов с ретушью. Кроме того, была просмотрена серия нуклеусов (20 ед.) и несколько мелких кварцитовых галечек со следами ударов (2 ед.).

Среди изделий из кости, происходящих из культурных отложений Губского навеса 7 (Сатанай), при помощи трасологического анализа была изучена выразительная серия двуконечных костяных наконечников (рис. 2: А ). По архивным данным, было обнаружено 16 наконечников и их обломков, нами рассмотрены в общей сложности 7 предметов, с которыми удалось ознакомиться ( Амирханов , 1986. С. 73).

Методы

Все трасологические заключения, фотографии артефактов и микрофотографии следов на орудиях были получены автором лично при непосредственном изучении коллекции Губского навеса 7 (Сатанай) в хранении Национального музея Республики Адыгея (г. Майкоп) при помощи металлографического микроскопа Olympus с увеличением в диапазоне 50–200 крат, фотосъемка микроследов производилась при помощи фотоаппарата Canon 60D, подсоединенного непосредственно к микроскопу. Склейка серии разнофокусных микрофотографий производилась в программе Helicon Focus.

Сохранность

Изделия, изготовленные из кремня, имеют различные оттенки: от полупрозрачного светло-серых, светло-коричневых оттенков желтого, а также непосредственно желтого до темно-серого и темно-коричневого и красного непрозрачного. В целом, стоит отметить наличие значительного количества повреждений поверхности орудий, связанных как с патинизацией и люстражем в постдепози-ционный период, так и с камеральными работами (следы металла) и музейным хранением коллекции (контакты артефактов друг с другом, покрытие поверхности артефакта лаком).

Результаты трасологического анализа

Всего следы использования выявлены на 255 каменных орудиях. Структура описания находок основывается на сходстве функций, кинематики работы орудием и совокупности признаков вторичной обработки, орудия со следами использования объединены в функциональные группы (табл. 1).

Таблица 1. Распределение выявленных при помощи трасологического анализа каменных орудий из Губского навеса 7 (Сатанай) по функциональным типам и группам

Функциональная группа	Кинематика	Количество орудий	Итого по функциональным группам:
Орудия охоты и разделки охотничьей добычи	Колющий наконечник стрелы	19	51 ед.
	Косолезвийный наконечник стрелы	10
	Поперечнолезвийный наконечник стрелы	5
	Вкладыш составного вооружения	9
	Разделочный нож	8
Орудия для обработки шкуры/кожи	Скребок	12	34 ед.
	Нож	19
	Проколка	3
Орудия для обработки дерева	Строгальный нож	21	54 ед.
	Скобель	22
	Резец	8
	Пилка	3
Орудия для обработки кости/рога	Скобель	52	74 ед.
	Резец	19
	Стамеска	3
Орудия для обработки неопределимого твердого органического материала	Скобель	17	29 ед.
	Резец	12
Орудия для обработки твердого минерального сырья	Отбойник/ретушер	13	13 ед.
ИТОГО:		255 трасологически выявленных орудий

Обработка дерева и растительных материалов для трасологии орудий каменного века имеет особое значение, поскольку подобные следы, встреченные сериями, могут быть косвенными свидетельствами перехода от единичного собирательства к систематическому. В рассматриваемой коллекции на основе

Рис. 2. Костяные наконечники из Губского навеса 7 (Сатанай)

• А: 1–7 – костяные наконечники и их обломки со следами метательного износа, стрелками указаны участки съемки микрофотографий; Б – микрофотографии боевых концов костяных наконечников со следами метательного износа в виде обволакивающей заполировки и серии направленных линейных следов, увеличение микрофотографии указано в кратах (х); В – макрофотографии следов метательного износа ( 1, 2 – повреждения боевых концов в форме плоских фасеток; 3 – ступенчатый слом черешковой части наконечника; 4 – выемка для фиксации наконечника и остатки, предположительно, клеящих составов на поверхности наконечника)

2. x. 200                                                3. x 200

трасологического анализа можно говорить об обработке мелких фрагментов дерева/веток, а также, вероятно, размягчении растительных волокон. Всего подобные следы были зафиксированы на 54 изделиях из кремня (табл. 1). В качестве орудий для обработки растительных материалов использовались концевые скребки, выемчатые орудия и пластины с ретушью, а также несколько резцов (рис. 3). Этими орудиями скоблили и строгали небольшие фрагменты дерева для изготовления некрупных изделий (вероятно, рукоятей, оправ и др.). Помимо этого, многие изделия несут на себе перекрестные следы от нескольких различных операций: сочетание функций резца и скобеля, струга и скобеля.

В качестве скобелей (всего 22 орудия со следами) использовались морфологически выраженные концевые скребки (2 ед.), пластины с ретушью (7 ед.), выемчатые орудия (10 ед.). Также следы обработки древесины скоблением и резанием обнаружены на трех морфологически выраженных резцах. Следы строгания мелких фрагментов дерева и, вероятно, размягчения растительных волокон обнаружены на серии выемчатых орудий, 13 ед. (рис. 3: А : 1–6; Б : 5, 6 ). Общая тенденция появления группы выемчатых орудий со следами обработки дерева и размягчения растительных волокон в переходное от плейстоцена к голоцену время отмечается в широком географическом контексте и имеет прямые аналогии в коллекции нижнего мезолитического культурного слоя пещеры Двойная, располагающейся в непосредственной близости от Губского навеса 7 (Сатанай) ( Guéret et. al. , 2014; Леонова, Успенская , 2018). Характерно, однако, что большинство обломков орудий с единичными выемками являются обушковыми частями сломанных инструментов, а выемка имеет аккомодационный характер и не обнаруживает следов использования. Косвенно это подтверждается и характером фрагментации этих изделий: сломы приходятся в большинстве случаев на участки, примыкающие к выемкам, либо по самим выемкам. Подобная фрагментация с наибольшей долей вероятности могла происходить в случае, если орудие крепилось в рукоять и фиксировалось по выемке. Помимо этого, следы строгания дерева выявлены на 8 пластинчатых заготовках с ретушью. В качестве резцов использовали 3 морфологически выраженных резца, слом одной пластинки с вентральной подтеской, а также углы сломов 4 пластинчатых заготовок с ретушью; в качестве пилок – 3 пластины с ретушью («пильчатая» выкрошенность и продольные рабочему лезвию направленные цепочки заполировок сформировались в результате работы орудием).

Наличие значительного числа орудий для обработки кости/рога является характерной особенностью для материалов из навеса Губский 7 (Сатанай), что косвенно подтверждается и выразительной серией костяных изделий в коллекции. Всего следы обработки кости/рога зафиксированы на 74 изделиях из камня (табл. 1). Скобели составляют очень выразительную группу – 52 ед., высока доля морфологически выраженных скребков и резцов (22 ед.), использовавшихся для скобления кости/рога (рис. 3: А : 7–10; Б : 1 – 3 ). Подобный микроизнос выявлен также на 11 пластинах с ретушью, тронкированном конце пластинки и одном комбинированном орудии (резец косоретушный – скребок концевой). Рабочим лезвием комбинированного орудия являлось скребковое лезвие, в то время как резцовый скол не несет на себе следов износа.

Функция резца выявлена на 13 морфологически выраженных резцах (рис. 3: А : 7 ), а также 6 пластинах с ретушью, рабочим лезвием являлись углы сломов заготовки. На рабочих лезвиях трех скребков зафиксирован комплекс макро-и микроизноса, позволяющий интерпретировать кинематику работы ими в качестве стамесок по кости/рогу (рис. 3: А : 10; Б : 3 ). На многих орудиях этой функциональной группы фиксируются признаки аккомодации в виде выемок и отдельных выломов краев корпуса орудия и сопровождающие эти макропризнаки истертости ребер и заполировки на микроуровне.

Следы на некоторых орудиях не позволили дать уверенное заключение относительно характера обрабатываемого материала, однако, исходя из их морфологии и расположения на кромке рабочего лезвия, можно было заключить, что ими обрабатывался достаточно твердый органический материал. Таких орудий в изученной коллекции всего 29, к группе относятся в основном резцы и скобели с незначительным износом, не поддающимся точной интерпретации. Вполне вероятно, что после очередного приострения лезвия орудием работали относительно мало, в результате чего следы просто не успели сформироваться.

Функциональная группа орудий охоты и разделки охотничьей добычи составляет 51 изделие из камня (табл. 1). Диагностика следов метательного износа проводилась на основании изучения как комплекса признаков, включающих макроповреждения, так и поверхности орудий на микроуровне. Исследованию и экспериментальной верификации следов метательного износа на артефактах каменного века посвящено значительное число современных работ, детально описывающих как следы на каменных орудиях, применявшихся в качестве предметов вооружения, так и новейшие результаты экспериментов, позволяющие проводить уверенные аналогии с наблюдаемыми следами износа. В обобщенном виде диагностирующими признаками при определении метательной функции являются микро- и макроследы. Для макроследов наиболее показательны следующие конфигурации: выломы и микрорезцовые сколы, среди которых наиболее характерны фасетки выкрошенности с неконическим началом и ступенчатым окончанием, а также конические фасетки – «spin–off»; поперечные резцовые снятия со ступенчатым или петлеобразным окончанием; единичные резцовые снятия или веерообразные серии мелких резцовых снятий, располагающиеся на дорсальной и вентральной поверхностях наконечника, а также на ребрах острия наконечника, от его кончика продольно длинной оси; сломы корпуса наконечника со ступенчатым или петлеобразным окончанием; наличие

Рис. 3 (с. 50). Кремневые орудия со следами обработки твердых органических материалов из Губского навеса 7 (Сатанай)

А : 1–6 – выемчатые орудия со следами обработки дерева и, вероятно, размягчения растительных волокон; 7 – морфологически выраженный резец со следами резания и скобления кости/рога; 8–10 – морфологически выраженные скребки со следами скобления (8, 9) и строгания (10) кости/рога; Б – микрофотографии следов износа на рабочих лезвиях кремневых орудий ( 1–3 – следы скобления кости/рога; 4 – остатки смолоподобных составов, предположительно, клея и растительных волокон на поверхности кремневого орудия для обработки дерева; 5, 6 – следы строгания дерева и, вероятно, размягчения растительных волокон)

Увеличение на микрофотографиях указано в кратах (x)

однонаправленных фасеток выкрошенности на боковом лезвии наконечника. На микроуровне описываемые выше макроследы сопровождаются характерным комплексом износа, сочетающим в себе различные по яркости и ширине направленные в соответствии с кинематикой наконечника полосы заполировок и тонких сплошных или прерывистых линейных следов на режущей кромке наконечника; скругления межфасеточных ребер и обволакивающей «мясной» заполировки на боевом конце наконечника; ступенчатых плоских микрофасеток с заломом, появление которых связывается с контактом лезвия наконечника с грунтом или иным твердым препятствием; цепочек направленных мелких фасеток и выломов; а дополняется описываемый комплекс следов также остатками клеящих составов и отпечатками обмотки на насадах ( Fischer et al. , 1984. P. 22–27; Лозовская , 1994. С. 159; Нужний , 2008; Yaroshevich , 2010; Rots, Plisson , 2014; Нужный, Лозовский , 2015; Rots , 2016; Serwatka , 2018; Osipowicz, Nowak , 2017; Жилин и др. , 2024а). Выраженный комплекс макро- и микроизноса на острие или лезвии наконечника в сочетании с пересекающимися под разными углами линейными следами может указывать на неоднократное использование одного и того же наконечника, что нередко удается проследить для материалов мезолита Северо-Западного Кавказа и Горного Крыма ( Леонова, Успенская , 2020; Жилин и др. , 2024а).

Значительные серии косолезвийных наконечников стрел и наконечников с поперечным лезвием, в качестве которых были использованы низкие трапеции и сегменты, колющих наконечников стрел, в качестве которых использовались различные формы острий, ППК, МППК, были определены ранее в результате трасологического анализа каменного инвентаря мезолитических слоев стоянок Северо-Западного Кавказа и Горного Крыма ( Александрова, Леонова , 2017; Леонова, Успенская , 2020; Жилин и др. , 2023; 2024б).

В рассматриваемой выборке каменных изделий из Губского навеса 7 (Са-танай) в качестве наконечников использовались геометрические микролиты, пластинки и микропластинки с притупленным краем и различные типы острий (рис. 1: А ), а также подходящие по морфологии пластинчатые заготовки без вторичной обработки. Характерно, что следы метательного износа на последних совпадают с наблюдаемыми на орудиях. Трасологическому анализу трапеций, в том числе происходящих из разновременных отложений Губского навеса 7 (Сатанай), посвящена отдельная работа, где детально описан характер макроповреждений, ассоциируемый с каждым из вариантов ориентации наконечника во взаимосвязи с его морфологией ( Леонова, Успенская , 2022. С. 36–38).

Благодаря изучению следов износа удалось реконструировать несколько ведущих форм вооружения на памятнике: колющие наконечники стрел – 19 ед., различные острия, микропластинки и пластинки с притупленным краем, а также пластины с участками ретуши (рис. 1: В: 1, 2). Для колющих наконечников был зафиксирован комплекс макроповреждений в виде резцовых продольных длинной оси орудия сколов на боевом конце, плоских фасеток, диагностичных ступенчатых и петлевидных сломов боевого конца, сопровождаемых яркой за-полировкой и скруглением ребер сколов, а также тонкими, едва различимыми царапинами, отходящими от острия вглубь корпуса наконечника по вентральной стороне (рис. 1: Б: 2). Помимо этого, на боковых сторонах наконечников зафиксирована серия выемок и заломов, которая, предположительно, связывается с элементом фиксации наконечника на древке. Следы метательного износа, характерные для колющей ориентации наконечника стрелы, встречены также на шести МППК и пяти ППК (рис. 1: В: 1, 2). На черешковой части одной МППК со скребковидным окончанием зафиксированы остатки смолоподобного вещества, вероятно, клея.

Косолезвийные формы наконечников стрел – 10 ед. (сегменты, в том числе сегмент с гелуанской ретушью, и низкие трапеции) (рис. 1: А: 2, 4, 6, 8 – 12 ). Наиболее выразительна серия из 6 средневысоких и высоких трапеций, имеющих схожий комплекс микро- и макроизноса. Боевым концом служил один из углов, образованных нижним основанием и боковой стороной трапеции. На микроуровне наблюдаются цепочки направленных вдоль длинной оси корпуса орудия фасеток под углом около 20°, сопровождаемых тонкими рисками линейных следов и яркой заполировкой. Непосредственно боевой конец на четырех трапециях имеет серию накладывающихся друг на друга плоских сколов, идущих от конца вглубь орудия по вентральной стороне (рис. 1: Б: 1 ). Еще на двух трапециях эти повреждения дополняются мелким резцовым сколом аналогичной направленности, срезающим край острия. Из числа упомянутых две трапеции имеют также резцовый скол, начинающийся с противолежащего боевому концу угла нижнего основания и срезающий часть ретушированной стороны. На одной трапеции выявлен прием аккомодации в виде небольшой подтески верхнего основания по вентральной стороне (рис. 1: А: 9 ). Помимо этого, признаки косолезвийной ориентации наконечника были зафиксированы для трех сегментов (рис. 1: А: 10–12 ). У одного низкого сегмента на острие наблюдается слом в виде плоской фасетки, сопровождаемой единичными тусклыми полосами заполировки, направленной под небольшим углом (около 10 – 20°) к длинной оси орудия. Противолежащий конец дугообразно срезан косым резцовым сколом (рис. 1: А: 10 ). Сегмент с «гелуанской» ретушью имеет схожие следы на боевом конце, он смят, от кончика на вентральной поверхности зафиксирована плоская фасетка. Кромка лезвия наконечника имеет выкрошенность, фасетки направлены под небольшим (10–20°) углом к лезвию. Микроследы характеризуются редкими тонкими полосами направленной заполировки, идущими от острия и кромки лезвия сегмента под острым углом к лезвию (рис. 1: А: 11 ). Третий сегмент значительно крупнее, макроизнос боевого конца схож с описываемым выше, кромка лезвия имеет интенсивную выкрошенность в виде мелких направленных выломов и фасеток. Поверхность сегмента сильно патинирована и зафиксировать микроследы не удалось (рис. 1: А: 12 ).

Поперечнолезвийные формы наконечников стрел представлены трапециями (5 ед.) (рис. 1: А: 3, 5, 7; Б: 3; В: 3, 4). Две из них имеют схожие следы износа (рис. 1: А: 5, 7). На одном из боковых краев зафиксирован плоский скол, начинающийся от лезвия с дорсальной стороны, нижнее основание, служившее лезвием, покрыто серией направленных сегментовидных выломов. На микроуровне описываемый износ дополняется тусклой заполировкой как по вентральной, так и по дорсальной сторонам, в структуре которой читаются полосы более яркой направленной заполировки и редкие тонкие линейные следы, идущие от кромки лезвия вглубь корпуса наконечника почти перпендикулярно к ней, либо с небольшим отклонением в 10-20° (рис. 1: Б: 3). Две трапеции с выемкой на верхнем основании, оформленной ретушью по спинке, имеют плоский скол со ступенчатым окончанием, срезающий часть вентральной поверхности, вдоль кромки лезвия наблюдаются цепочки сегментовидных выломов с дорсальной на вентральную поверхность, а по верхнему узкому основанию с выемкой фиксируются следы контрудара в виде нескольких мелких резцовых сколов, начинающихся от краев выступающих вершинок и идущих вглубь корпуса орудия (рис. 1: А: 3; В: 3). Нижнее основание последней высокой трапеции покрыто крупными плоскими фасетками, идущими с дорсальной на вентральную поверхность, и цепочкой более мелких сегментовидных выломов аналогичной направленности, один из углов нижнего основания срезан мелким резцовым сколом со ступенчатым окончанием, идущим почти перпендикулярно к длинной оси корпуса орудия. На микроуровне по вентральной и в меньшей степени дорсальной поверхности от кромки под углом 70–80° зафиксированы тонкие линейные следы, значительно уходящие вглубь корпуса (рис. 1: В: 4).

Вкладышевые орудия представлены обломками МППК (3 ед.), ППК (1 ед.) и микропластинками с участками ретуши (5 ед.) и определены как вкладыши по наличию диагностичных повреждений орудия в виде мелких резцовых сколов, продольных длинной оси орудия, смятости углов вкладышей, сопровождаемых слабой тусклой заполировкой, продольной длинной оси вкладыша, преимущественно по одной стороне, а также направленными тонкими полосами заполировки, располагающейся продольно длинной оси вкладыша, вдоль режущей кромки лезвия (рис. 1: А: 1 ).

Помимо этого, к группе орудий для разделки охотничьей добычи отнесены 8 ножей на пластинах с ретушью, наиболее выраженный микроизнос в виде широко распространяющейся от рабочей кромки залощенности поверхности лезвия и серии направленных фасеток приурочен к скругленному участку неретушированного края пластины, примыкающего к проксимальному концу. Кроме того, на насадах наконечников стрел и аккомодационных частях орудий удалось зафиксировать остатки, предположительно связанные с отпечатками растительных волокон и клеящими смолоподобными составами (рис. 3: Б: 4 ).

Среди изученной коллекции орудия для обработки шкур/кожи оказались немногочисленны, всего 34 ед. (табл. 1): определены скребки (12 морфологически выраженных скребков), ножи по шкуре/коже на пластинчатых заготовках с ретушью (19 ед.) Рабочим лезвием служили скругленные участки боковых сторон пластин, примыкающие к проксимальному концу, а также углы сломов. Также определены три проколки, функцию которых выполняли морфологически выраженные острия на пластинах с выделенным мелкой крутой ретушью с двух сторон жалом. Заполировка «мягкая», «обволакивающая», локализуется на самом кончике острия и плавно «затухает» по мере отдаления от него, характерна для контакта со шкурой/кожей.

Орудия для обработки твердого минерального сырья в коллекции представлены ретушерами и отбойниками (табл. 1), в качестве которых использовались сильно сработанные нуклеусы, грани которых выположены и имеют следы многочисленных ударов (10 ед.), две кварцитовые мелкие гальки и проксимальная часть одной пластины с ретушью.

Среди изделий из кости в коллекции Губского навеса 7 (Сатанай) наиболее яркой представляется серия двуконечных костяных наконечников (рис. 2: А ). Всего удалось изучить 7 наконечников и их обломков, на 5 из них были зафиксированы следы повреждений, связываемые с метательным износом: плоские фасетки сколов на острие, сглаженность поверхности боевого конца на микроуровне и ступенчатые сломы окончаний (рис. 2: Б: 1, 2; В: 1–3 ). Сохранность остальных двух наконечников не позволила провести трасологический анализ. На боковых сторонах сломанных наконечников были зафиксированы угловые выемки-заломы, а на поверхности, вероятно, остатки клея (рис. 2: В: 4 ). Подобные выемки в процессе трасологического анализа часто наблюдаются на каменных наконечниках стрел и связываются с намеренным созданием упора для крепления и фиксации насада. В рассматриваемом случае закономерность в расположении этих выемок вблизи слома наконечника, а также неоднократные повреждения, ассоциируемые с метательным износом, указывают на повторное использование наконечников после слома. Наблюдается закономерность в расстоянии сломов от боевого конца, что, по всей видимости, является результатом высокой стандартизации самих костяных наконечников и схожей кинематики их использования для дистанционной охоты. По данным фаунистического анализа, в коллекции костей из Губского навеса 7 (Сатанай) доминируют кости ископаемой дикой лошади, лесных видов гораздо меньше, что может указывать на специализированную охоту с применением рассматриваемых костяных наконечников ( Амирханов , 2020. С. 218).

Обсуждение

Типолого-функциональный состав орудий имеет прямые аналогии в материалах поздней поры верхнего палеолита – мезолита Северного Кавказа и Крыма. Использование высоких трапеций в качестве поперечнолезвийных наконечников стрел, а сегментов и низких трапеций в качестве косолезвийных выявлено среди материалов соседних с навесом Сатанай памятников – пещеры Двойная и навеса Чыгай в Губском ущелье ( Александрова, Леонова , 2017; Леонова, Успенская , 2020; 2022); микролитах из различных горизонтов пещеры Медовой 2 ( Успенская , 2020), а также в материалах многослойных стоянок финального палеолита и мезолита Горного Крыма ( Нужний , 2008; Жилин, Руев , 2023; Жилин и др. , 2023; 2024а; 2024б). Примечательно, что для серии геометрических микролитов в форме трапеций и сегментов, использовавшихся в косолезвийной ориентации в составе метательного вооружения, часто фиксируется резцовый скол, срезающий часть ретушированной дуги или стороны микролита, что указывает на ориентацию таких микролитов в качестве косолезвийного наконечника с зубцом ( Нуж-ний , 2008; Yaroshevich , 2010; Жилин и др. , 2023). Остатки предположительно клеящих составов и обмотки на черешках наконечников и аккомодационных частях орудий имеют аналогии в коллекции нижнего мезолитического слоя пещеры Двойная, где их органическое происхождение было установлено с применением методов естественных наук ( Александрова и др. , 2014).

Заключение

В результате проведенного трасологического анализа были получены данные о функциональном назначении как отдельных орудий, так и функциональной специализации серии предметов со схожей морфологией. Были обнаружены следы метательного износа, связанные с охотой и разделкой охотничьей добычи, следы изготовления значительного количества изделий из кости, также представленных в коллекции Губского навеса 7 (Сатанай), в том числе серии костяных наконечников с метательным износом. В меньшей степени представлены на орудиях следы обработки дерева (производство некрупных изделий и размягчение растительных волокон) и шкуры/кожи. Также обнаружены следы, связываемые со первичным расщеплением и вторичной обработкой каменных орудий (ретушеры и отбойники).

На основе полученных данных реконструируются различные приемы крепления наконечников в составе сложного вооружения в зависимости от их морфологии: косолезвийные формы наконечников стрел или шипов, в качестве которых использовались сегменты и низкие трапеции; поперечнолезвийные формы наконечников стрел или наконечников, в качестве которых использовались высокие трапеции. А в роли колющих наконечников стрел выступали острия, пластинки и микропластинки с притупленным краем, пластинчатые заготовки подходящих конфигураций с минимальной вторичной обработкой. Вкладышевые формы вооружения представлены в меньшей степени, что может объясняться и характером выборки: сколы без вторичной обработки в коллекции Губского навеса 7 (Сатанай) не удалось изучить, но результаты трасологического анализа серии пластинчатых заготовок в верхнем мезолитическом культурном слое пещеры Двойная указывают на их серийное использование в качестве вкладышей для оснащения вооружения ( Еськова, Успенская , 2023).

Автор выражает благодарность руководству Национального музея Республики Адыгея (г. Майкоп) и заведующей отделом археологии за предоставленную возможность работы с коллекциями.