Самоубийства в структуре насильственной смертности населения Российской империи пореформенных десятилетий: основные показатели, динамика, тенденции

Историческая суицидология – та отрасль научного знания, которая имеет свои специфические объекты, предмет и методы исследования. Настоящая статья написана как раз в данном стиле и подчинена его правилам. Обращение к исторической суицидологии во многом продиктовано стремлением разобраться с современным состоянием самоубийств как одним из наиболее разрушительных социальных явлений в современной России при помощи историко-сравнительного анализа. Предметом рассмотрения выступает динамика, особенности, условия устойчивого воспроизводства суицидальной активности среди населения страны на одном из противоречивых этапов развития государства – периода пореформенного развития второй половины XIX столетия. При этом смертность от самоубийств рассматривается в общей структуре смертности населения от насильственных и внезапных причин. Выбор временнòго отрезка – первые десятилетия после отмены крепостного права (18701893 гг.) – продиктован относительной схожестью с современным состоянием российского общества: масштабные реформы во всех сферах жизни, модернизационный рывок, переплетение многочисленных противоречий, где рядом с позитивными процессами соседствуют разрушительные явления, среди которых достаточно высокий уровень завершённых самоубийств.

Источники и методы.

Выяснение динамики и основных показателей смертности населения, в том числе и от насильственных причин (умышленных убийств и самоубийств) Российской империи второй половины XIX века, наталкивается на целый ряд сложностей, прежде всего, первичной статистической информации.

На протяжении пореформенных десятилетий неоднократно публиковались сведения о численности населения Российской империи в 1870-1894 гг. [1, 2, 3, 4, 5].

Сам же Центральный статистический комитет Министерства внутренних дел (далее – ЦСК МВД) Российской империи критически относился к сведениям о движении населения, получаемым из губернских статистическим комитетов. Как отмечалось в предисловии к одному из статических сборников этого ведомства: «… ибо много раз имел случаи убеждаться в ненадёжности находящихся в настоящую минуту в обращении цифр населения, почему в среде его с давних пор выработалось убеждение, что этими цифрами можно пользоваться только в ожидании всеобщей переписи, без каковой никакая проверка частного характера, даже при самых благоприятных обстоятельствах, не может дать вполне удовлетворительных результатов» [1].

В то же время в российском обществе, в одночасье получившему свободу после многовековой крепостной зависимости, остро ощущалась потребность в понимании многочисленных социальных проблем, одной из которых являлся достаточно высокий уровень смертности населения от насильственных причин. Как итог – появление трех статистических сборников:

• 1.    Статистический временник. Серия II. Выпуск 19. «Умершие насильственно и внезапно в Европейской России в 1870-1874 гг.» [6].

• 2.    Временник ЦСК МВД №35. «Умершие насильственно и внезапно в Европейской России в 1875-1887 гг.» [7].

• 3.    Временник ЦСК МВД № 41. «Умершие насильственно и внезапно в Российской Империи в 1888-1893 гг.» [8].

Впервые заинтересованные граждане получили возможность посредством цифр увидеть ситуацию со смертностью российских подданных от насильственных и внезапных причин.

Для сопоставимости сведений о состоянии и динамике развития различных видов насильственной смерти, в том числе самоубийств, используются показатели, опубликованные в представленных выше статистических сборниках и охватывающие территорию 49 губерний Европейской части Российской империи в пореформенные десятилетия.

В качестве метода научного исследования использован анализ рядов динамики насильственной и внезапной смерти, что позволило выявить определённые закономерности в развитии различных видов насильственной смертности среди населения страны в обозначенный хронологический период.

Степень научной изученности.

Появление в России научных трудов, посвящённых различным аспектам смертности населения от самоубийств, в XIX веке шло чрезвычайно неравномерно. Если для начала этого столетия количество этих работ может быть охарактеризовано, как очень немногочисленное. При этом большинство из них носило событийно-описательный характер [9, 10, 11, 12].

Фактически до начала периода «великих реформ» особняком стояло единственное для всего предшествующего периода исследование смертности от самоубийств в Российской империи, принадлежавшее К.С. Веселовскому [13].

Ситуация с изучением насильственной смертности вообще, в том числе и самоубийств, начала кардинально меняться после 1861 года. В очень короткий промежуток времени проблематика суицида в российском обществе стала одной из наиболее часто публикуемой на страницах многочисленных как научных, так и публицистических изданий. Среди обилия работ по данной теме в центре внимания научной общественности оказались труды Ю.Ю. Гюбнера, И.Р. Пастернацкого, Н.В. Пономарева, А.В. Лихачева, П.Ф. Булаце-ля [14, 15, 16, 17, 18].

Новый взлёт интереса к проблемам самоубийств в России произошёл в начале XX столетия и был связан, прежде всего, с «эпидемией» детских суицидов. Инерция научного интереса к проблемам самоубийств вновь проявилась теперь уже в советской России в 1920-е гг. Однако этот кратковременный научный порыв был решительно свернут новым политическим руководством страны. Данная установка просуществовала фактически до краха СССР.

На рубеже XX-XXI вв. интерес к различным аспектам насильственной смертности в России пореформенного периода вновь обозначился в научных исследованиях отдельных российских и западных специалистов [19, 20, 21, 22].

Обсуждение.

Известный отечественный теоретик статистики Ю.Э. Янсон отмечал: «Трудно придавать полную веру всем фактам движения населения в Европейской России, но, тем не менее, надобно предполагать, что, по крайней мере, рождаемость и смертность в последние 30-40 лет у нас значительно увеличилась. В особенности поражает увеличение смертности, которая до конца прошлого столетия определялась в 20%, в 1816-20 гг. стояла на 23%, а в последние годы стоит выше 30 promille. По-видимому, кроме этой особенности наши ко- эффициенты движения населения отличаются ещё крайней неустойчивостью: ни одно западноевропейское государство не представляет в средних цифрах по периодам таких внезапных переходов, какие представляет Россия» [23].

В то же время объективной реальностью пореформенного развития страны являлось то, что заметную роль в увеличении общих показателей смертности играла насильственная и внезапная смертность среди сельского и городского населения страны.

За первый период статистического наблюдения ЦСК МВД (1870-1874 гг.) общее количество умерших насильственно и внезапно составило 164436 человек. Из этого количества наибольшее количество умерло от несчастных случайностей – 77211 человек (46,9%), затем скончавшихся от скоропостижных смертей – 66947 (40,7%) и погибших от насильственных смертей – 20278 человека (12,3%).

Внутри каждого из видов насильственной и внезапной смерти среди населения губерний Европейской России наблюдались свои наибольшие показатели. Так, среди несчастных случаев наибольшее количество погибло от утопления – 31511 человек (40,8%), среди умерших скоропостижно большая часть скончались от болезней и болезненных припадков – 66947 человек, из которых 22529 человек – практически одна треть – умерли от пьянства. Среди жертв насильственной смерти набольшее количество погибло от злонамеренных убийств – 11665 человек, что составило 57,5% от общего числа погибших от насильственных смертей.

В 1870-1874 гг. было зафиксировано 8613 фактов самоубийств. Таким образом, ежегодное число суицидов, регистрировавшихся органами полиции в 49-ти губерниях Европейской России в этот период, составило 1722 случая.

В расчёте на 10000 человек наличного населения в этот период ежегодно приходилось: в городах – 8,4 человек обоего пола, в том числе мужчин – 12,7 и женщин – 3,8; в сельской местности – 4,7 человек обоего пола, в том числе мужчин – 7,5 и женщин – 2,0. Результаты данных расчётов позволяют утверждать, что жители городов, как мужчины, так и женщины в первые пореформенные десятилетия умирали от насильственных и внезапных смертей чаще, нежели жители сельской местности.

Как отмечал в своем труде, посвящённом проблемам заболеваемости и смертности населения Костромской губернии, земский врач

И.С. Иванов: «Жизнь городская представляет более условий, при которых происходят апоплексии, смерть случайная и насильственная. Так, в городах умерло 3,98%, а в селах и деревнях 2,18%. По отношению к смерти от пьянства оказывается, что в городах умерло 10,1% всего числа умерших от умерших скоропостижно и от насильственных причин, а в селах и деревнях 19,2%. Но так как значительное большинство умерших от апоплексии представляют лица, злоупотреблявшие вином, то и в данном случае необходимо принять это обстоятельство во внимание, и тогда процент умерших от пьянства должен возрасти. При этом окажется, что число умерших от пьянства превзойдёт тот процент, который исчислен ранее» [24].

Анализ территориальных особенностей насильственных и внезапных смертей свидетельствует, что в Малороссийских (Полтавской, Харьковской, Черниговской) и ЮгоЗападных губерниях (Волынской, Киевской, Подольской) были зафиксированы наибольшие доли женщин в общем количестве умерших насильственным и внезапным образом.

Количественные показатели насильственной смертности в сельской местности в абсолютном исчислении в этот период оказались значительно выше, нежели в городах. Так, за эти годы в сельской местности Европейской России погибло 16595 человек, что составило 81,8% от общего количества погибших от убийств, детоубийств и самоубийств. Безусловно, в стране, где подавляющее большинство населения проживало в сельской местности, абсолютные показатели насильственной смертности среди деревенских жителей были вполне закономерным явлением.

В то же время необходимо обратить внимание на следующее. Если не принимать в расчёт абсолютных цифр населения, то в городах женщины становились жертвами насильственной смерти реже, чем женщины, проживавшие в сельской местности, а мужчины, напротив, в селениях реже, чем в городах.

Наибольшее процентное отношение погибших от насильственной смерти к умершим от естественных причин среди мужчин в эти годы было зафиксировано в городах Вятской (6,4%) и Архангельской (6,1%) губерний. Затем следовали городские поселения Псковской (4,8%), Ярославской (4,7%), Вологодской (4,6%), Тверской (4,6%), Костромской (4,4%), Воронежской (4,4%) и Смоленской (4,1%) губерний, в которых был зафиксирован данный показатель свыше 4%. В остальных городах, располагавшихся в Европейской части Российской империи, было зарегистрировано отношение числа умерших мужчин в результате насильственного воздействия к общему количеству умерших от естественных причин на уровне либо средних показателей (от 2 до 3,7%) или на самом низком уровне (от 0,6 до 1,9%).

Основные итоги второго статистического наблюдения за динамикой насильственной и внезапной смерти в 49 губерниях Европейской России оказались следующими. Всего за 18751887 гг. количество умерших насильственно и внезапно составило 536039 человек. Как и ранее, больше всего было зарегистрировано умерших от несчастных случаев - 237528 человек, что составило 44,3% от общего количества умерших от внезапных и насильственных смертей. Затем следовала группа людей, которые скончались скоропостижно - 202590 человека или 37,7% от всего количества умерших насильственно и внезапно. Количество жертв насильственной смерти составило 66992 человека или 12,4% от всех умерших насильственной и внезапной смертью. За этот же период впервые были представлены сведения о количестве обнаруженных мертвых тел, которые стали объектами судебно-медицинской экспертизы с целью выяснения причины смерти. Количество обнаруженных мертвых тел за данное тринадцатилетние составило 28929 человек или 5,6% от общего числа умерших насильственно и внезапно.

Среди умерших от несчастных случаев наибольшее количество умерло в результате утопления - 93011 или 39,1% от общего числа умерших от несчастных случаев. Среди погибших в результате насильственной смерти наибольшее число погибло от злоумышленных убийств - 39592 человека или 59% от общего количества умерших от насильственных смертей.

За данный тринадцатилетний период покончили жизнь самоубийством 21380 мужчин и 6020 женщин. В эти годы наблюдался неуклонный рост числа законченных самоубийств как среди мужчин (с 1428 человек в 1875 г. до 1801 человек в 1887 г.), так и среди женщин (с 355 человек в 1875 г. до 578 человек в 1887 г.).

С середины 1870-х и до конца 1880-х гг. среди жителей российских городов число случаев насильственной и внезапной смерти оказалось значительно больше по отношению ко всему числу случаев неестественной смерти, чем среди жителей сельской местности. В то же время, что касается сельского населения, то среди всего числа неестественных смертей преобладали смерти от несчастных случаев.

Итак, за обозначенный хронологический отрезок на 100 умерших от насильственных смертей в городах Европейской части страны погибало 15,8 мужчин, а женщин – 17; в сельской местности среди мужчин – 12 человек, а женщин – 12,5. В целом по Российской империи этот показатель среди мужчин равнялся 12,6, а среди женщин – 13,1.

Доля россиян, умиравших от насильственных смертей среди общего количества умиравших скоропостижно и от несчастных случаев, оставалась довольно значительной. Так, в городах этот показатель составлял 16 человек на каждые 100 человек обоего пола, умиравших в течение года от насильственных, скоропостижных причин и несчастных случаев. Среди этих 16 человек жертвы убийств составляли 6,8 человек, самоубийств – 9,2 человека. Как видим, количество жертв самоубийств оказывалось больше, чем погибших от убийств. Среди жителей сельской местности этот показатель составил 12,2 человека, в том числе жертв убийств – 7,7, самоубийств – 4,5. Итак, в сельской местности в структуре насильственной смертности численно преобладали злоумышленные убийства над самоубийствами.

Как показывает статистика, число случаев насильственной смерти по отношению к общим итогам количества случаев неестественной смерти среди того и другого пола, среди женщин их оказывалось больше, чем среди мужчин. Однако число внезапных смертей среди женщин в городах оказалось меньше, нежели среди мужчин. Хотя в сельской местности этот показатель оказался несколько выше.

В расчёте на 10000 человек наличного населения того и другого пола в анализируемый период умирало в городах всего 0,98 человек, в том числе мужчин – 1,42, женщин – 0,50. Для сельской местности эти значения бы- ли следующими: всего – 0,63, в том числе мужчин – 0,97, женщин – 0,30. По Российской империи эти показатели выглядели следующим порядком: среди мужчин – 1,03, женщин – 0,32 и обоих полов – 0,67.

Данные третьего статистического наблюдения ЦСК МДВ за динамикой погибших показали, что за период с 1888 по 1893 гг. общее количество умерших насильственно и внезапно в 49 губерниях Европейской России составило 285244 человека. Общее количество умерших насильственным и внезапным образом распределились следующим образом: от несчастных случаев – 129774 (45,4%), от скоропостижных смертей – 105339 (36,9%) и жертв насильственной смерти – 39172 человека (13,7%). Количество найденных мертвых тел составило 10959 или около 4% от общего числа умерших насильственно и внезапно.

Внутри каждого из видов насильственной и внезапной смерти также были зафиксированы наибольшие показатели. Среди умерших от несчастных случаев наибольшую долю составили погибшие от утопления – 49639 (38,5%). Среди погибших от насильственных причин наибольшее число пришлось на жертв злоумышленных убийств – 21069 человек (53,7%).

В 1888-1893 гг. в расчёте на 10000 человек обоего пола в губерниях Европейской части Российской империи погибало в среднем: от убийств – 0,36, от самоубийств – 0,32, от последствий чрезмерного алкоголеупотребления – 0,46, скоропостижно – 1,43, от случайных причин – 2,27, от неизвестных причин – 0,18. Всего от неестественных причин смерти ежегодно в этот период умирало в среднем чуть более 5 человек.

После обработки первичной информации представляется возможным перейти к расчётам темпов роста / снижения смертности от самоубийств населения Европейской России за период с 1870 по 1893 гг. Исходная информация представлена в таблице 1.

Таблица 1 губерниях Европейской России в 1870-1893 гг.

Анализ динамики смертности от самоубийств в

Годы	Количество погибших от самоубийств, n	Абсолютный прирост/ сокращение, n	Темпы роста / сокращения, %	Среднегодовые показатели количества погибших от самоубийств, n
1870-1874	8613	–	–	1722
1875-1879	9026	413	104,7	1805
1880-1884	11115	2089	123,1	2223
1885-1889	12593	1478	113,2	2519
1890-1893	11568	-1025	91,8	2892

Как видно из представленных выше показателей, количество российских граждан, совершивших самоубийство на протяжении данного хронологического периода, имело тенденцию к постоянному росту (сокращение количества погибших от самоубийств за 18901893 гг. в сравнении с предшествующим пятилетием было связано, прежде всего, с тем, что было учтено число самоубийств не за пять лет, а за три года). Рост суицидальной активности получил своё отражение в увеличении абсолютных показателей покончивших жизнь самоубийством. Рост среднегодовых показателей россиян, принявших решение о добровольном уходе из жизни, также свидетельствовал о том, то проблема самоубийства серьезно обострилась в пореформенный период.

Результаты.

Масштабное реформирование России с начала 1860-х гг. оказало своё воздействие на различные сферы жизни общества, в том числе и на такие показатели, как рождаемость и смертность. По мере углубления реформ происходило изменение в структуре смертности населения страны. Так, расчёты показывают, что смерти от различных несчастных случаев и от неизвестных причин (речь идёт о найденных мёртвых телах) в 1875-1887 гг. составили около половины всего числа случаев неестественной смерти, а другая половина распределилась между случаями насильственной смерти (убийства, самоубийства) и случаями скоропостижной смерти от различного рода болезней.

На протяжении 1870-1893 гг. наблюдалось постоянное увеличение числа жителей губерний Европейской России, умиравших в результате внезапных и насильственных смертей. Что касается смертности от несчастных случаев, то это количество находилось в диапазоне от 40 до 46% от общего числа умиравших насиль- ственно и внезапно. Доля умиравших от насильственных смертей в общем количестве умиравших насильственно и внезапно составляла 12-13%. Причём этот показатель демонстрировал определённую устойчивость.