Сарматская атрибутика в археологических комплексах катакомбных погребений арысской культуры Южного Казахстана (I в. до н. э. - III в. н. э.)

DOI:

Сарматская проблематика в Южном Казахстане обозначилась после работ по реализации программы «Археологические и письменные памятники государства Канцзюй (Кан-гюй) II в. до н. э. – IV в. н. э.» [22, с. 208–229]. В рамках изучения материальной культуры этого государства на территории Южного Казахстана в 70–90-е гг. XX в. активно велись комплексные археологические исследования, которые позволили выделить арысскую археологическую культуру (далее – Ар.АК) как категорию, фиксирующую устойчивые системы традиций в материальной сфере на ранних памятниках Южного Казахстана для периода IV в. до н. э. – VI в. нашей эры [20, с. 87–105].

В настоящее время ученые имеют полное представление о памятниках этой культуры (ареал и типология), периодизации и хронологии (три этапа: караултобинский – IV в. до н. э. – I в. н. э.; каратобинский – I в. до н. э. – IV в. н. э.; алтынтобинский – IV–VI вв.), специфическом блоке признаков в виде артефактов, наконец, о наглядном облике (образе) Ар.АК. Осуществлена также этническая атрибуция культуры с государственным объединением Кангюй (Кангха авестийских, Кан-цзюй китайских и Кангу-Тарбан тюркских источников). В результате удалось установить полиэтничность Кангюй: в частности, выявлены позднесакский, сарматский, сюннуский и кангюйский этнические компоненты, представленные соответствующими археологическими комплексами [20, с. 140–161].

Материалы сарматского археологического комплекса связаны с исследованиями катакомбных погребений могильников Южного Казахстана (Каратобе, Алтынтобе, Тулебай-тобе II, Кылышжар, Культобе и Бугуньский). В результате были получены материалы, которые своими этнокультурными характеристиками указывают на их сарматское происхождение. При этом они очень хорошо вписываются в общеизвестные параметры сарматской археологической культуры Евразии (артефакты, периодизация и хронология), а также этнические, социально-экономические и иные заключения, связанные с сарматской историко-культурной общностью. Формат публикации не позволяет в полной мере высветить масштабы этого явления (речь идет о тысячах артефактах), поэтому в тезисном порядке обозначим основные характеристики археологических комплексов Ар.АК сарматского облика на примере катакомбных могил Южного Казахстана.

1.    Погребальные сооружения и обряд

Они представлены подкурганными катакомбами нескольких типов: трехчастные Т- и Г-образные (дромос – лаз – камера), в которых траншейного вида дромос (ступенчатый, бесступенчатый) перпендикулярно примыкает к сводчатой овально-прямоугольной по форме камере; аналогичные по конструкции, но двухчастные катакомбы (отсутствует лаз); катакомбы с дромосом «с заплечиками». Многие катакомбы находятся с большим смещением от центра насыпи (в сторону южного сектора), а некоторые выходят за ее пределы. Обряд погребения – трупоположение на спине с ориентировкой головой преимущественно на восток.

В числе особенностей обряда в контексте сарматской тематики: фиксация одиночных погребений (женских, мужских) в деревянных прямоугольных узких гробах, судя по всему, с крышкой; помещение покойных на плетеные камышовые маты (или на песчаногравийную подсыпку с включениями угля). При этом умершие оборачивались тканью;

зафиксированы факты, когда одежда вместе с аксессуарами, а также украшениями и другими значимыми предметами (амулеты, зеркала) клались в ногах погребенных. Как правило, женские захоронения сопровождал более богатый погребальный инвентарь.

Обычным явлением также является присутствие в погребениях «жертвенной пищи» в виде передней части туши овцы (вблизи всегда находился небольшой железный нож) и наличие предметов, связанных с культом огня или иных ритуальных действий (керамические курильницы, меловые амулеты). В катакомбах присутствует в основном керамика местного производства (редко импортная), причем на этой керамике часто имеются прочерченные (процарапанные) знаки, близкие по графическому исполнению и функциональному наполнению к сарматским знакам-тамгам.

Кроме того, катакомбы Ар.АК «работали» как склепы – то есть всегда имели место разновременные впускные погребения, что прямо связывается с практикой аналогичных погребений, характерных для сарматов Поволжья и Приуралья первых веков нашей эры [25, с. 47–48]. В качестве инвентаря отмечены: присутствие конской атрибутики (железные подпружные пряжки, части удил), клинкового (железные мечи, кинжалы) и дистанционного (части лука, наконечники стрел) оружия сарматского облика, причем и в женских погребениях (наконечники стрел); находки деревянных сосудов с серебряной обкладкой, артефактов из серебра, сделанных в традициях звериного стиля; украшения в «золотобирюзовом» и полихромном стиле.

Перечисленные погребальные конструкции и обрядовые действия, а также – назначение, качественные параметры инвентаря в той или иной степени находят самые широкие аналогии в сарматской среде Нижнего Поволжья, Подонья, Южного Приуралья начиная с конца IV в. до н. э. и вплоть до III в. нашей эры [15, с. 53–57; 16, с. 178–181; 26, с. 75–77; 30, с. 156; 34, с. 55–62].

2.    Клинковое оружие

Представлено железными черешковыми мечами и кинжалами следующих видов: мечи с линзовидным в разрезе клинком без перекрестия и навершия (рис. 1, 1, 3); аналогичные мечи с округлым каменным навер-шием (рис. 1, 5); кинжалы (акинаки) с линзовидным в разрезе клинком без перекрестья и навершия (рис. 1, 2, 4, 7); кинжалы с линзовидным в разрезе клинком, брусковидным прямым перекрестием, кольцевым наверши- ем (рис. 1, 6). Все мечи и кинжалы имели деревянную рукоять. Перечисленное оружие в мужских погребениях практически всегда отмечено в парном варианте: меч слева, кинжал справа от костяка (рис. 1, 1–4). Кроме того, и мечи, и особенно кинжалы находились в сложно-конструктивных ножнах (дерево,

Рис. 1. Клинковое оружие из катакомбных погребений могильников Южного Казахстана:

1–4, 6–7 – могильник Кылышжар; 5 – могильник Тулебайтобе II; 8–10, 12, 16 – могильник Кылышжар;

11 – могильник Культобе; 13 – могильник Алтынтобе; 14 – могильник Бугуньский; 15 – могильник Каратобе

тонкая кожа, качественная по выделке ткань), окрашенных в ярко-красный (иногда малиновый) цвет.

Железные мечи и кинжалы без навершия и перекрестья, как и мечи с каменным навер-шием, характерны для конца среднесарматской и всей позднесарматской культуры [16, с. 195–197, табл. 81, 59, 60–61 ; 24, с. 46, рис. 29–30, 37]. Зафиксированы они в указанное время и в погребальных памятниках Средней Азии [17, с. 57–62, рис. 1; 18, с. 159–171] (курганы 1, 2, 6 и 8 Агалыксайского могильника, могильники близ Самарканда, которые датируются первыми веками до – первыми веками нашей эры) [19, с. 119–121].

Что касается кинжалов с кольцевым сплошным навершием и прямым брусковидным перекрестием в сложно-конструктивных ножнах (дерево, ткань, кожа, окрашенная в ярко-красный цвет), то подобное оружие как массовое явление отмечено у сарматов Северного Причерноморья в среднесарматский период [16, с. 183, табл. 81, 21–26 ] и в памятниках позднесарматской культуры [24, с. 32– 39, рис. 15, 24, 1 ]. Отмечены они также в сарматских памятниках бассейна Дона, Поволжья и Южного Приуралья первых веков до – первых веков нашей эры [15, с. 40–41, рис. 25, 1, 45, 2 ; 27, с. 339–346, рис. 4, 22 , 5, 22 , 6, 13, 21, 7, 3 , 8, 18, 9, 23 ; 33, с. 10].

3.    Бронзовые зеркала

Представлены несколькими видами: с боковой ручкой-штырем, валиком на декоративной стороне диска и умбоном в центре (рис. 1, 8–9 ); с боковой ручкой-ушком с отверстием, валиком по окружности и умбоном в центре (рис. 1, 10 ); с боковой ручкой-ушком с отверстием и валиком по окружности (рис. 1, 11–12 ); зеркала с ручкой-штырем без валика и умбона (рис. 1, 14–15 ); зеркала без ручек с бортиками по краю диска (рис. 1, 13 ) и простые дисковые зеркала без ручек (рис. 1, 16 ).

Бронзовые дисковидные зеркала 1–5 видов характерны для погребений конца раннесарматской [28, с. 146–148, рис. 1, 4, 10–11, 14–15; 31, с. 174, табл. 69, 35] и среднесарматской культуры [16, с. 187–188, табл. 80, 23– 24, 26]. Зеркала без ручки имеют прямую ана- логию в памятниках сарматского круга племен северо-западного Кавказа I в. до н. э. – I в. нашей эры [9, с. 250, табл. 99, 5]. Отмечены подобные зеркала и в могильниках дже-тыасарской культуры в начале нашей эры [13, с. 231, рис. 158, 14, 16, 18, 22]. В целом бронзовые зеркала – неотъемлемая часть сарматской культуры, ее один из ключевых признаков («...ни в одной культуре кочевых племен... зеркала не были столь популярны, как у сарматов» [16, с. 188]).

4.    Ритуальные и культовые артефакты

Представлены алебастровыми, меловыми и каменными амулетами (рис. 2, 1–5 ), часть которых зооморфные (голова змеи; рис. 2, 1–3 ), а также – керамическими курильницами нескольких видов: кубкообразные на высокой ножке с врезным поддоном (рис. 2, 6, 8–11 ) и с двумя чашами с двойными ручками (рис. 2, 7 ). Судя по всему, роль таких ритуальных предметов в сарматском обществе, как амулеты и керамические курильницы, которые широко использовались в погребальной обрядности, была высока: амулеты и различных форм курильницы фиксируются на всей территории расселения сарматов как культовые изделия, имеющие отношение к огню или иным особым погребальным действиям; амулеты и курильницы имели хождение в среднесарматское и позднесарматское время [15, с. 55–56; 16, с. 190, 202, табл. 80; 29, с. 166–179].

• 5.    Тамгообразные знаки на керамике и иных артефактах (ритуальные камни, бронзовый перстень)

6.    Украшения

из катакомбных погребений могильников Ар.АК

По графическому исполнению они близки к сарматским знакам-тамгам Северного Причерноморья периода Боспорского царства и тамгам хорезмийскиx царей из «дома Чжа-ову» Средней Азии, и представляют собой различные сочетания круга, креста, Т-образных, стреловидных и «усообразных» компонентов (см.: рис. 3, 1–5 ) [4, с. 76–77, табл. ХII; 32, с. 28–30, 38, 42–43, 47, 57–58; 35, с. 31–82, рис. 33–34].

Рис. 2. Ритуальные и культовые артефакты из катакомбных погребений могильников Южного Казахстана: 1–2, 4–8 – могильник Кылышжар; 3, 9–11 – могильник Культобе

Представлены наборными ожерельями и браслетами из бус (гагатовых; стеклянных различных типов – обоймочковых, глазчатых, «бородавчатых», с золотой прокладкой; из горного хрусталя, янтаря, камня) и зооморфных подвесок (рис. 3, 7–10), а также – бронзовыми колокольчиками и кольцами с «гроздьями» шариков (рис. 3, 11–18). Подобная погребальная атрибутика находит самые широкие аналогии в сарматских памятниках первых веков до – первых веков нашей эры в Северном Причерноморье, на Нижнем Дону. Например, бусы с золотой прокладкой, изготовленные в Египте, а затем – в Северном Причерноморье, широко известны в сарматских памятниках первых веков до – первых веков нашей эры [3, с. 238– 239, табл. CLVI, 1–10, 20, 22, 26]. Отмечены они и в джетыасарской культуре этого же времени [12, с. 205–212, рис. 1–3].

Что касается различных видов бронзовых язычковых колокольчиков с ушком для подвешивания (круглых сферических простых и «шлемовидных»; с треугольными вырезами в сфере; пирамидальных; все они входили в состав наборных браслетов вместе с бубенчиками, зооморфными подвесками, которые носились либо на запястье, либо у локтя руки) (рис. 3, 11 ), то подобные артефакты хорошо известны в археологических материалах погребений сарматского обли-

Рис. 3. Украшения из катакомбных погребений могильников Южного Казахстана:

1 – могильник Тулебайтобе II; 2–3, 7–8, 11, 16 – могильник Культобе;

4–5, 12–15, 17–18 – могильник Кылышжар; 9 – могильник Каратобе

ка на Кубани, некрополя Кобякова городища, Танаиса и других памятников Нижнего Дона первых веков нашей эры [10, с. 123– 133, ил. 15, рис. 9, 10–11 , 61, 8 ]. Интересны также впервые найденные в Южном Казахстане бронзовые кольца с гроздьями шариков («шишечек»), которые также находят прямые аналогии в Нижнем Подонье сарматского времени (рис. 3, 17–18 ) [6, с. 378, рис. 122, 8 ; 10, с. 139–140, ил. 6, 2–3 , рис. 35, 2 , 70, 4 ].

7.    Изделия в «зверином» стиле, другие артефакты из серебра

Они представлены серебряными накладками на венчик деревянного сосуда (рис. 4, 2 ) и серебряной пряжкой, выполненной в «зверином» стиле в виде двух голов грифонов, развернутых симметрично одна к другой (рис. 4, 1 ). Аналогии серебряным накладкам на деревянный сосуд имеются в материалах могильника Покровка X позднесарматского времени II–

Рис. 4. Серебряные изделия из катакомбных погребений могильников Южного Казахстана: 1–3, 8–14 – могильник Кылышжар; 4–5, 7, 15 – могильник Культобе; 6 – могильник Борижарский

III вв. н. э. [14, с. 50, рис. 155, 1–3 ]. Прямых аналогий зооморфной серебряной пряжке в виде головок грифа (грифона) с инкрустацией глазниц бирюзой или голубой пастой (вставки не сохранились) найти не удалось, однако отдаленная аналогия прослеживается с колчанным крюком из Прохоровки в виде «бараньего грифона» (?), где читаются выделенные глаз и клюв грифа [34, с. 216]. Между тем образ грифа (грифона) сквозным порядком пронизывает искусство звериного стиля у скифов и савромато-сарматов начиная с середины I тыс. до н. э. и сохраняется в трансформированном «сарматском» варианте в более позднее время [31, с. 174, табл. 66–67].

• 8.    Изделия из золота в «золото-бирюзовом» и полихромном стиле

9.    Изделия из египетского фаянса

Представлены серьгами из катакомбы 3 могильника Кылышжар (рис. 4, 3), серьгами из катакомбы 1 восточной группы насыпей могильника Культобе (рис. 4, 4–5), овальной подвеской с обрамлением шариков из могильника Борижарский (рис. 4, 6) и аналогичной подвеской из катакомбы 5 восточной группы насыпей могильника Кылышжар, но без зерни (рис. 4, 7). Прямых аналогий первым золотым серьгам с «сердцевидной» перегородчатой печаткой, заполненной голубой стекловидной пастой и украшенной по периметру зернью, найти не удалось, но подобный декоративный прием применялся в сакской культуре Казахстана IV–III вв. до нашей эры [1, с. 133; 23, с. 80–81, 116]. Что касается классической «сердцевидной» формы печатки, то этот мотив известен и в чисто сарматской среде – например, рукоять и ножны парадного меча из Порогов (Северное Причерноморье, последняя четверть I в. н. э.) украшены золотыми декоративными накладками, включающими цепочку аналогичных «сердцевидных» печа- ток, причем – с бирюзовыми вставками [24, с. 36–37, 160, рис. 22, 1, 3, 6, 7, 9, 10].

Интересен также второй набор из золотых серег-лунниц с инкрустацией красными камнями в виде выпуклых полусфер-кабошонов округлой и каплевидной формы (гранат, сердолик). По технике изготовления и культурному наполнению эти украшения, а также овальные золотые подвески приближены к ряду типологически единообразных подвесных украшений, выполненных в полихромном стиле номадов Евразии первой половины I тыс. н. э., и имеют непрямые аналогии в кругу сарматских (гунно-сарматских) памятников [8, с. 5–8].

В катакомбах Ар.АК найдена масса изделий из египетского фаянса (зооморфные подвески, различные бусы в составе наборных ожерелий и ручных браслетов). Это подвески в виде «кукиша» (рис. 4, 11, 14 ), жука-скарабея (рис. 4, 12 ), амфоровидные ребристые подвески (рис. 4, 8–10 ), крупные круглые ребристые бусы (рис. 4, 13 ), четырнадцатигранные бусы и зооморфная подвеска в виде лягушки (рис. 4, 15 ). Весь комплекс изделий из египетского фаянса иллюстрирует происхождение (Северное Причерноморье), время «жизни» (I в. до – I в. н. э.) и пути попадания к «варварским» племенам (в том числе сарматам) подобных украшений [3, с. 237–238; табл. CLVII, 7, 38, 51, 55, 57–58 ].

Аналогичные фаянсовые подвески («кукиш») в сочетании с ребристыми бусами зафиксированы в ожерелье погребения 73/1983 восточного некрополя Неаполя Скифского второй – третьей четверти II в. н. э. [7, с. 193, рис. 124, 8 ], подвески в виде «кукиша», скарабея, амфорок и лягушки отмечены также в могильнике Туп-хона I до н. э. – II в. н. э. [11, с. 58–61, рис. 19], а подвески в виде сидящей лягушки известны в материалах Северного Причерноморья этого же времени [2, с. 43, табл. 11, 4–5 , 13, 33 ].

Заметим, что изделия из египетского фаянса – универсальный материал, выступающий на пространствах Евразии одновременно в роли этнического и хронологического индикатора, связанного с сарматами. Более того, украшения из египетского фаянса являются

«...одним из культуросоставляющих признаков среднесарматской культуры» [5, с. 96].

В качестве заключения необходимо отметить следующее: погребальные артефакты в катакомбах Ар.АК фиксируются в виде сложившихся комплексов, сочетающих в себе несколько групп инвентаря, характерного для сарматской культуры. Например, в катакомбе 3 могильника Кылышжар это ряд: «зеркало – амулет – курильница – золотые серьги в полихромном стиле»; в катакомбе 8 этого же могильника: «зеркало – амулет – курильница – изделия из египетского фаянса»; в катакомбе 10 могильника Кылышжар: «кинжал – курильница – серебряные накладки на деревянный сосуд – зооморфная пряжка в виде голов грифона»; в катакомбе 6 южной группы насыпей могильника Кылышжар: «зеркало – амулет – колокольчики – кольцо с шишечками».

В контексте погребальной атрибутики следует упомянуть еще подвески из крупных раковин-каури, изделия из гагата (гешира), зооморфные проявления в керамике и артефактах (образ барана, змеи), дистанционное оружие (М-об-разный рефлексирующий лук с костяными накладками, железные наконечники стрел), многочисленные железные пряжки, каменные оселки и другое: все эти материалы также имеют причастность к сарматскому этносу.

Приведенные выше характеристики погребальных комплексов из катакомб Ар.АК, соответствующие хронологические выкладки и этнокультурные интерпретации позволяют говорить о присутствии на территории региона Южного Казахстана в I в. до н. э. – III в. н. э. азиатских сарматов, или какой-то локальной ветви сарматского союза племен.