Селища в волости Лаптау в VII–XVI вв.

Становление и развитие прусской этнотерриториальной общности происходили в Юго-Восточной Прибалтике в Средние века в условиях постоянных миграций, военных конфликтов и торговых контактов. Одним из самых заметных

1 Статья подготовлена в рамках выполнения темы НИР «Материальный мир Калининградского региона от неолита до позднего Средневековья и Нового времени» (№ НИОКТР 124012400322-9).

событий стало формирование в регионе государства Тевтонского ордена в 1231– 1283 гг., которое отразилось на системе расселения пруссов различным образом: от полной перестройки в Надровии ( Денисов , 2022а. С. 28–29) до преемственности в Самбии ( Vercamer , 2010. S. 387–389). Реконструкция данного влияния подразумевает корреляцию сведений письменных источников и результатов археологических исследований. Для этого необходимо: 1) предварительно определить систему расселения пруссов на основе письменных источников; 2) выявить взаимосвязь данной системы с военными и административными центрами; 3) локализовать, атрибутировать и датировать поселения в наиболее густонаселенных районах, как показатели социальных перемен XIII–XIV вв., на основе археологических исследований.

Решение перечисленных задач предполагает обращение к каждой прусской области: Самбии, Наттангии, Вармии, Надровии, Сассовии, Галиндии, Помеза-нии, Погезании, Бартии. При этом наиболее освоенной и густонаселенной территорией из них является Самбия, население которой после борьбы с Тевтонским орденом практически полностью перешло на его сторону и в XIV в. было в значительно степени инкорпорировано в новую социальную систему на положении условных землевладельцев ( Plümicke , 1912. S. 61–66; Vercamer , 2011. S. 11–23). В свою очередь, одной из наиболее густоноселенных частей Самбии являлась округа Лаптау (быв. нем. Laptau, совр. Муромское), что позволяет рассматривать ее как показательный в социальном отношении микрорегион.

Предшествующее изучение Самбии велось преимущественно с акцентом на погребальные памятники ( Кулаков , 2022). Применительно к исследуемому микрорегиону археологические исследования выявили на северо-западной окраине поселения Муромское грунтовый могильник, датируемый X–XI вв. (открыт А. Бецценбергером) ( Bezzenberger , 1914. S. 157–180), а также могильник Римского времени, расположенный к юго-западу от поселения (открыт И. Гейдеком) ( Hollack , 1908. S. 87). Еще ряд могильников исследован в южной части округи: в Лужках (быв. нем. Kiauten) – грунтовый могильник X–XII вв. (открыт Г. Буя-ком) (Ibid. S. 67), в Краснофлотском (быв. нем. Corben) – грунтовый могильник II–IV вв. (открыт О. Тишлером) (Ibid. S. 22), в Озерово (быв. нем. Transsau) – грунтовый могильник X–XI вв. (выявлен И. Гейдеком) (Ibid. S. 167) (рис. 1).

В сравнении с могильниками исследования средневековых селищ в районе Лаптау представлены менее подобно. В 1975–1991 гг. В. И. Кулаков выявил на Самбии 12 скоплений памятников археологии, датируемые XII–XIV вв. ( Кулаков , 2023. С. 119). Из них ближайшими к округе Лаптау являются: селище Ветрово (быв. нем. Ekritten), датируемое XII–XIII вв. ( Кулаков , 1990. С. 49) и расположенное к юго-западу от него, а также 3 селища, расположенные к северо-востоку от исследуемого района: Вишнево X–XIV вв., Малиновка X–XIV вв. и Моховое XII–XV вв. (Там же. С. 50). В 2010 г. в Холмах (быв. нем. Milsen) А. В. Зубков изучил поселение XIV–XV вв., расположенное в северо-западной части волости Лаптау ( Зубков , 2015). Вместе с тем более подробная локализация, датировка и атрибуция селищ периода XIII–XV вв. в рассматриваемом районе не проводилась.

Согласно письменным источникам, активное освоение исследуемого района началось с приходом Тевтонского ордена во второй половине XIII в., когда

Рис. 1. Памятники археологии в округе Лаптау а – владения прусских ленников; б – замки Тевтонского ордена; в – современные населенные пункты; г – граница коридора археологических разведок 2020 и 2021 гг.; д – участок предполагаемого нахождения археологических памятников; е – селища, выявленные в 2020 и 2021 гг.

на правом берегу р. Бледау (быв. нем. Bledau, совр. Зеленоградки) был построен замок Лаптау ( Бахтин , 2005. С. 75–76), ставший центром каммерамта в составе комтурства Кёнигсберг ( Vercamer , 2010. S. 148). В период Великого восстания пруссов против Ордена в 1242–1283 гг., местный нобилитет (25 персон) остался верен братьям (Preussisches Urkundenbuch, 1909. S. 449. № 718), чему способствовало активное выделение земель в качестве ленов. Среди них выделяется скопление участков вблизи Лаптау: владение нобиля Ибото и его сыновей Накокса и Керсе в Киаутене (совр. Лужки), выданное в 1255 г. (Preussisches Urkundenbuch, 1909. S. 116–117. № 140; Urkundenbuch des Bisthums Samland, 1891–1905. S. 12–13. № 46; S. 29–30. № 59; S. 33. № 63), участок Алсуне в Миль-зене (совр. Холмы), упоминаемое в 1328 г. (Urkundenbuch des Bisthums Sam-land, 1891–1905. S. 179. № 261), владение Милена Хариена, выданное в 1353 г. южнее замка (Preussisches Urkundenbuch, 1969–1975. S. 100. № 180), а также

д --- е О ж

Рис. 2. Владения прусских ленников в округе Лаптау в XIV в.

а – грунтовые могильники; б – поселения; в – замки Тевтонского ордена; г – современные населенные пункты; д – граница коридора археологических разведок 2020 и 2021 гг.; е – участок предполагаемого нахождения археологических памятников; ж – селища, выявленные в 2020 и 2021 гг.

участок Тидеко фон Лаптау в Корбене (совр. Краснофлотское), перешедший 5 марта 1363 г. в собственность Даргебута, Поданге и Прейтора и их родственников (Preussisches Urkundenbuch, 1986. S. 72. № 131; S. 325. № 472) (рис. 2).

Географическое распределение ленных владений, а также археологических памятников показало наличие лакуны в юго-западной части округи Лаптау (рис. 1; 2). Данный участок располагается на высоком правом берегу р. Зелено-градки, занимая первую и вторую надпойменные террасы, что позволило предположить наличие здесь археологических памятников, связанных с функционированием округи Лаптау в XIII–XV вв.

Для локализации, атрибуции и датировки предполагаемых памятников в 2021 и 2022 гг. нами были проведены археологические разведки на правом и левом берегах р. Зеленоградки, включая упомянутый участок. Общий маршрут разведки проходил от пос. Сосновка до пос. Сиренево Зеленоградского муниципального округа Калининградской области. Его протяженность составила 10 км, ширина коридора маршрута – 0,3 км. Проведенное исследование позволило локализовать, датировать и атрибутировать 3 селища: Муромское-1, Муромское-2 и Озерово-1 (рис. 1; 2).

Селище Муромское-1 располагается на правом берегу р. Зеленоградки, занимая участок на второй надпойменной террасе ( Денисов , 2022б. С. 15–19; Денисов , 2023. С. 23–28, 34–39). На территории селища заложены 2 шурфа общей площадью 3 кв. м, а также сделана зачистка на обнажении слоя.

Культурный слой имел мощность 0,09–0,12 м и заполнял 3 объекта, выявленных на уровне материка. Один объект являлся хозяйственной ямой, а два других выходили за границу шурфа и были законсервированы.

При разборе слоя и заполнения ямы найдены 12 фрагментов лепных керамических сосудов: 6 стенок и одно донце (рис. 3: 1–4 ). Из них две стенки имели коричневый цвет поверхности (одна с черными пятнами) и коричневый или коричневый/серый/коричневый цвет на сколе. Обе стенки изготовлены при помощи окислительного обжига, подразумевающего свободный доступ воздуха. Еще одна стенка и донце имели серый цвет поверхности и на сколе, что говорит об их вторичном обжиге. Три другие стенки имеют черный цвет поверхности, поэтому способ их изготовления определить сложно. Все стенки имеют в составе формовочной массы песок и дресву.

По аналогии с другими неукрепленными поселениями Самбии (селища Ко-строво, Куликово 8, Куликово 8А) рассматриваемую керамику можно датировать VII–XI вв. ( Гуревич , 1960. С. 57; Ефремов , 2010. С. 10–13; Кренке и др ., 2013. С. 148–151; 2021. С. 31–33, 38)², что определяет датировку культурного слоя и ямы. В этом случае памятник, возможно, близок по времени существования к грунтовому могильнику Муромское X–XI вв., исследованным А. Бецценберге-ром ( Bezzenberger , 1914. S. 157–180). Однако данный вывод требует подтверждения, которое может быть получено при дальнейшем изучении поселения.

Культурный слой перекрыт пахотным горизонтом мощностью 0,18–0,36 м, из которого происходят 7 фрагментов круговой керамики. Ее можно разделить на две группы: изготовленную из серой и красной глины3. В составе формовочной массы фрагментов из обеих групп присутствует песок. Сосуды из серой глины изготовлены при помощи восстановительного обжига, при котором доступ воздуха ограничен4. К ним принадлежат 2 фрагмента:

– венчик, черновой край которого плотно прижат к его внешней поверхности и имеет форму уплощенного валика. Относится к классу 4 типу 1, по В. Ю. Ковалю (рис. 3. № 5) ( Коваль , 2016. С. 55, 101–102);

Рис. 3. Фрагменты керамических сосудов

1–6 – селище Муромское-1; 7–10 – селище Муромское-2; 11–14 – селище Озерово-1

– донце, устанавливавшееся на гончарный круг без подсыпки и затем срезанное с него ножом, заглаженное и не имеющее закраин. Диаметр донца составляет 14 см. Относится к типу 2, по В. Ю. Ковалю ( Коваль , 2016. С. 61).

Сосуды из серой глины встречаются на территории Самбии как на неукрепленных поселениях (в Мильзене) ( Денисов и др. , 2022. С. 190–207), так и в городах (Лёбинихте) ( Кулаков , 2005. С. 170. Рис. 149. Löb–785) и датируются XIV–XV вв. Они производились в германских землях Саксонии и Вестфалии и получили широкое распространение в Пруссии после прибытия германских колонистов в XIV в. ( Fonferek et al., 2012. P. 66).

Ко второй группе относятся 4 фрагмента:

– венчик, черновой край которого плотно прижат к его внешней поверхности, разделен посередине глубокой ложбинкой и имеет форму манжеты. Относится к классу 4 типу 3, по В. Ю. Ковалю ( Коваль , 2016. С. 55, 101–102). По аналогии с упомянутым материалом фрагмент датируется XIV–XV вв.;

– неорнаментированная стенка, имеющая коричневый и серый цвета поверхности и на сколе (рис. 3: 6 ). Датируется так же, как рассмотренный выше фрагмент, XIV–XV вв.;

– 2 стенки, имеющие коричневый цвет поверхности. Первая стенка имеет коричневый/красный/коричневый цвет на сколе. Ее внешняя сторона фрагмента покрыта линейным орнаментом (более подробно тип определить сложно вследствие небольшого размера фрагмента), а внутренняя часть – белой поливой. Вторая стенка не орнаментирована и имеет коричневый цвет на сколе и покрыта на внутренней стороне коричневой поливой. Географически ближайшие аналоги для данной керамики на территории Самбии известны из раскопок в Калининграде (быв. нем. Königsberg) ( Зоц , 2022. С. 291–303), сопоставление с которыми позволяет датировать ее XIX в.

Подъемный материал, собранный в границах селища, представлен 43 предметами, среди которых: 16 неорнаментированных стенок лепных сосудов VII– XI вв., 3 венчика, 20 неорнаментированных стенок и 2 донца круговых сосудов XIV–XIX вв., стенка раннегончарного сосуда XI–XIII вв. и фрагмент печного рельефного изразца, изготовленного из красной глины и покрытого зеленой поливой. Типологически основная часть предметов аналогична рассмотренной выше керамике, происходящей из культурного слоя памятника и пахотного горизонта, а также из культурного слоя Кёнигсберга (совр. Калининград) XVII–XIX вв. (Там же). Стенка раннегончарного сосуда изготовлена из серой глины с примесью песка и дресвы. Фрагмент имеет линейный орнамент горизонтального размещения, который сделан широкой (более 1 мм) глубоко врезанной (более 1 мм) линией. Расстояние между линиями составляет более 1 см (тип 2, по В. Ю. Ковалю ( Коваль , 2016. С. 67)). Данная керамика встречается в Самбии на городищах Логвино-1, Грачевка, Дружное и Кумачево, где датируется XI-XIII вв. ( Ефремов , 2006. С. 51–57). В свою очередь, печной изразец, по аналогии с материалом из Кёнигсберга, датируется XVI в. ( Зоц, Зоц , 2021. С. 9. Илл. II).

Фрагменты лепных сосудов происходят предположительно из разрушенного культурного слоя памятника, на что указывает их сходство с рассмотренным выше материалом. Раннегончарная и круговая керамика относится к функционированию пахотного горизонта и позволяет уточнить его датировку как XI–XIX вв.

Селище Муромское-2 располагается на правом береге р. Зеленоградки, занимая участок на первой надпойменной террасе ( Денисов , 2022б. С. 20–22; 2023. С. 23–33). Площадь памятника составила 7056 кв. м, его периметр – 341 м. На территории селища заложен шурф площадью 1 кв. м. В восточной части памятника располагалось понижение рельефа поверхности, имевшее овальную форму и связанное предположительно с заглубленными в материк объектами. Мощность культурного слоя составила 0,3–0,34 м. При его разборе найдены 3 неорнаментированные стенки лепных сосудов. Первая из них имела коричневый цвет поверхности, перекрытый отдельными черными пятнами из-за вторичного обжига посуды. Две другие имели коричневый цвет поверхности, корич-невый/черный/коричневый цвет на сколе (рис. 3: 7, 8 ). Обе стенки изготовлены из красной глины, что означает использование окислительного обжига. Еще одна стенка имела серый цвет поверхности и серый цвет на сколе, что говорит о ее вторичном обжиге. Все стенки содержали в составе формовочный массы песок и дресву. Фрагменты аналогичны материалу, найденному на селище Му-ромское-1, и также датируются VII–XI вв., что определяет время формирования культурного слоя. В этом случае памятник, так же как Муромское-1, возможно, близок по времени существования к грунтовому могильнику Муромское. Соседство синхронно существовавших поселений характерно для севера Самбии, где плотность населения в Средние века являлась высокой. Аналогиями такого расположения синхронных памятников является комплекс поселений в районе пос. Куликово ( Кренке и др. , 2021. С. 26–51).

Культурный слой селища перекрыт пахотным горизонтом мощностью 0,24– 0,38 м, в котором были найдены 4 фрагмента круговых сосудов. Два из них – неорнаментированные стенки круговых сосудов, имевшие серый и коричневый/ красный цвета поверхности и на сколе, что говорит об их изготовлении при помощи окислительного обжига (рис. 3: 9, 10 ). Стенки имеют в составе формовочной массы песок и датируются XVIII–XIX вв. Еще два фрагмента представляют собой донца круговых сосудов, содержащие в составе формовочной массы песок и покрытые на внутренней стороне желтой и зеленой поливой:

– донце, устанавливавшееся на гончарный круг без подсыпки и затем срезанное с него ножом, заглаженное и не имеющее закраин (тип 2, по В. Ю. Ковалю ( Коваль , 2016. С. 61). Донце имеет диаметр 14 см, серый цвет поверхности и на сколе и изготовлено при помощи восстановительного обжига. Фрагмент датируется XVI–XVII вв.;

– донце, устанавливавшееся на гончарный круг без подсыпки и затем срезанное с него ножом и сохранившее следы среза (тип 1, по В. Ю. Ковалю (Там же). Донце имеет диаметр 14 см, коричневый цвет поверхности и на сколе и изготовлено при помощи окислительного обжига. Фрагмент датируется XIX в.

Основанием для датировок фрагментов круговой керамики являются аналоги из раскопок в Калининграде ( Зоц , 2022. С. 291–303).

Подъемный материал на селище представлен 29 предметами, среди которых: венчик и стенка лепных сосудов VII–XI вв., 2 венчика, 11 стенок, 9 донцев, 2 ручки круговых сосудов, 2 фрагмента круговых крышек XIV–XIX вв. и фрагмент печного рельефного изразца, изготовленного из красной глины и покрытого зеленой поливой. Типологически фрагменты сосудов аналогичны рассмотренной выше керамике, происходящей из культурного слоя памятника и пахотного горизонта, а также из культурного слоя Кёнигсберга XVII–XIX вв. (Зоц, 2022). Изразец, также по аналогии с материалом из Кёнигсберга, датируется XVI в. (Зоц, Зоц, 2021. С. 9. Илл. II).

Основываясь на сходстве материала, можно предположить, что лепная керамика происходит из разрушенного культурного слоя, в то время как круговая – из пахотного горизонта. В этом случае датировку пахотного горизонта можно уточнить как XIV–XIX вв.

Селище Озерово-1 занимает участок надпойменной террасы, расположенной на правом берегу оз. Камышовое ( Денисов , 2023. С. 40–45, 62–67). Озеро представляет собой участок русла р. Зеленоградки, запруженный в Средние века для функционирования мельницы. Площадь селища составляет 12 515,51 кв. м, периметр – 440,5 м. На территории памятника заложены 5 шурфов общей площадью 6 кв. м. Культурный слой имел мощность 0,09–0,24 м и заполнял объект, выявленный на уровне материка и представлявший собой яму хозяйственного назначения. При разборе слоя и заполнения ямы обнаружены 33 предмета.

Лепная керамика происходит из культурного слоя и ямы. К ней относятся 4 стенки, имеющие коричневый цвет поверхности (с серыми и темно-серыми пятнами) и коричневый, серый или коричневый/серый/коричневый цвет на сколе, что говорит об их изготовлении при помощи окислительного обжига (рис. 3: 14 ). В составе всех фрагментов имеются песок и дресва. По аналогии с упомянутым материалом из Коврово, Куликово 8 и Куликово 8А рассматриваемую керамику можно датировать VII–XI вв.

Раннегончарная керамика собрана из культурного слоя и представлена 20 фрагментами:

– венчик со слегка изогнутой линией профиля, который относится к классу 12 типу 3, по В. Ю. Ковалю (рис. 3: 11 ) ( Коваль , 2016. С. 56, 104). Имеет вертикальные пальцевые вдавливания по краю;

– венчик с краем, срезанным по горизонтальной плоскости, который относится к классу 12 типу 2, по В. Ю. Ковалю ( Коваль , 2016);

– венчик с вертикальной шейкой и резкими переломом профиля при переходе в отогнутое наружу устье, которые принадлежат к классу 16 типу 1, по В. Ю. Ковалю (Там же. С. 56, 105);

– 6 стенок с линейным орнаментом горизонтального размещения. Орнамент сделан широкой (более 1 мм) глубоко врезанной (более 1 мм) линией. Одна стенка покрыта орнаментом, который относится к типу 2, по В. Ю. Ковалю (Там же. С. 67), а еще 2 стенки покрыта орнаментом с расстоянием 0,4–0,5 см между линиями, который относится к типу 5 (рис. 3: 12 ) ( Коваль , 2016). Тип линейного орнамента на остальных 3 стенках более точно неопределим;

– 10 неорнаментированных стенок;

– стенка с небольшой частью донца (придонная часть сосуда, тип донца неопределим), также не содержащая орнамент.

Почти все перечисленные фрагменты (18 из 20) имеют коричневый (с серыми или темно-серыми пятнами) цвет поверхности, а также коричневый и корич-невый/серый (до темно-серого)/коричневый цвет на сколе и произведены при помощи окислительного обжига. Еще два фрагмента имеют темно-серый цвет поверхности и на сколе, появившийся вследствие повторного обжига, поэтому определить способ их изготовления сложно.

Все фрагменты раннегончарных сосудов содержат в составе формовочной массы песок и дресву. Данная керамика встречается в упомянутых городищах Логвино-1, Грачевка, Дружное и Кумачево и датируется XI–XIII вв.

Круговая керамика происходит из культурного слоя и представлена неор-наментированной стенкой сосуда, которая имеет серый цвет поверхности и се-рый/коричневый/серый цвет на сколе, содержит в составе формовочной массы песок и сделана при помощи восстановительного обжига (рис. 3: 13 ). Данный фрагмент по аналогии с упомянутыми материалами из Мильзена и Лёбинихта датируется XIV–XV вв.

На основании собранного материала культурный слой памятника датируется VII–XV вв., а яма – VII–XI вв.

При разборе пахотного горизонта мощностью 0,12–0,3 м, перекрывающего культурный слой, найдены 26 предметов.

Лепная керамика представлена 4 неорнаментированными стенками, содержавшими в составе песок и дресву. Среди них одна стенка имеет серый цвет поверхности и скола, что говорит о ее насыщении углеродом при вторичном обжиге. Из остальных фрагментов 2 имеют коричневый (с темно-серыми пятнами и без них) цвет поверхности и на сколе и относятся к сосудам, сделанным при помощи окислительного обжига, а еще один фрагмент имеет темно-серый цвет поверхности и на сколе, появившийся вследствие вторичного обжига, поэтому способ его изготовления определить сложно. По аналогии с лепной керамикой, найденной в слое, рассматриваемые фрагменты можно датировать VII–XI вв.

Раннегончарная керамика представлена 6 фрагментами, среди которых 4 не-орнаментированные стенки, донце, которое вследствие небольшого размера сложно отнести к какому-либо типу, и ручка. Рассматриваемые фрагменты аналогичны материалу, собранному из культурного слоя, и датируются XI–XIII вв.

Круговая керамика представлена 13 фрагментами. Из них к керамике, сделанной при помощи восстановительного обжига, относятся 6 фрагментов, содержащих в составе формовочной массы песок:

– неорнаментированная стенка, имеющая серый цвет поверхности и на сколе. По аналогии с материалом из культурного слоя фрагмент датируется XIV–XV вв.;

– 4 неорнаментированные стенки, имеющие темно-серый цвет поверхности и темно-серый / серый (коричневый или красный) / темно-серый цвет на сколе;

– стенка с линейным орнаментом (более точно тип неопределим), имеющая серый цвет поверхности и серый/коричневый/темно-серый/коричневый/серый цвет на сколе.

Керамика второй и третьей указанных категорий не исследовалась специально на неукрепленных поселениях. Ее аналоги представлены в культурном слое Данцига (быв. нем. Danzig, совр. Гданьск) ( Polak, Starski , 2022. P. 84. № 138; P. 88. № 159, 160), сопоставление с которыми позволило датировать фрагменты XV–XVI вв.

Круговая керамика, изготовленная при помощи окислительного обжига, представлена 7 фрагментами, содержащими в составе формовочной массы песок:

– венчик, черновой край которого плотно прижат к его внешней поверхности, разделен посередине глубокой ложбинкой и имеет форму манжеты. Относится к классу 4 типу 3, по В. Ю. Ковалю ( Коваль , 2016. С. 55, 101–102), и датируется (вследствие окислительного обжига) XVI–XVII вв.;

– венчик, черновой край которого плотно прижат к его внешней поверхности и имеет форму уплощенного валика с ложбинкой. Принадлежит тарелке, близок по форме к классу 4 типу 1 варианту Б, по В. Ю. Ковалю ( Коваль , 2016), и датируется XVII–XVIII вв.;

– 5 неорнаментированных стенок. Одна из них имеет коричневый цвет поверхности и коричневый/серый/коричневый цвет на сколе. Фрагмент датируется XV–XVI вв. Остальные 4 стенки имеют коричневый цвет поверхности и коричневый или коричневый/серый/коричневый цвет на сколе. При этом две из них покрыты соответственно зелено-коричневой и коричневой поливой на внутренней стороне. Рассматриваемые фрагменты датируются XVII–XIX вв. по аналогии с материалами из раскопок в Калининграде ( Зоц , 2022. С. 291–303).

Собранный материал позволил датировать пахотный горизонт XVI–XIX вв. Более ранние фрагменты XIV–XV вв. попали в него, вероятно, в переотложенном виде.

Подъемный материал на селище представлен 15 фрагментами, среди которых: 7 неорнаментированных стенок лепных сосудов VII–XI вв., венчик и 2 не-орнаментированные стенки раннегончарных сосудов XI–XIII вв., 2 венчика, 2 неорнаментированные стенки и ручка круговых сосудов XIV–XVIII вв. Типологически подъемный материал аналогичен рассмотренной выше керамике, происходящей из культурного слоя памятника и пахотного горизонта.

Итак, письменные источники свидетельствуют о высокой степени освоения округи Лаптау, что подтверждается значительным числом археологических памятников, открытых здесь во второй половине XIX – начале XXI в. Вместе с тем, географическое распределение ленных владений, грунтовых могильников и поселений показало наличие лакуны в юго-западной части округи. Проведенное в 2021 и 2022 гг. археологическое исследование позволило локализовать, датировать и атрибутировать здесь 3 селища. Первые 2 памятника, Муромское-1 и Муромское-2, содержат культурный слой VII–XI вв. Они представляют собой часть системы расселения эстиев (для периода VII–IX), а затем – пруссов в период их генезиса (для времени IX–XI вв.). Возможно, что селища связаны с грунтовым могильником Муромское, датируемым X–XI вв. и расположенным к северо-западу от них. В более поздний период селища не функционировали, их территория использовалась как сельскохозяйственные угодья, а новые поселения возникли к юго-востоку от них. Данное положение сложилось к XIII в. и зафиксировано в орденских грамотах XIV в. Еще одно селище Озерово-1 содержит культурный слой периода VII–XV вв. и относится к системе расселения эстиев (для периода VII–IX вв.) и пруссов (для IX–XV вв.). При этом во втором случае период функционирования селища охватывает как время генезиса пруссов, так и их последующего инкорпорирования в социальную систему Тевтонского ордена. Материал, происходящий из культурного слоя Озерово-1, находится в непрерывных хронологических рамках VII–XV вв., что свидетельствует о стабильном функционировании поселения до и после распространения власти

Тевтонского ордена. Дальнейшее изучение выявленных селищ позволит более полно реконструировать сущность и динамику социальных процессов в этом густонаселенном районе Самбии.