Сивухский говор в системе диалектов аваро-андо-цезской группы дагестанских языков

Лингвистические данные диалектов и говоров заключают в себе наглядный материал, являющийся ценным источником при воссоздании картины исторического развития языков. Одна из самых спорных проблем лингвистики – вопрос, является ли определенная языковая разновидность языком или диалектом. Внутри самого языка даже между несколькими диалектами и наречиями наряду могут иметь место совпадения и различия на всех грамматических уровнях и формах. Необходимость детального изучения фонетических и морфологических особенностей сивухского говора и уточнение его места на диалектологической карте дагестанских языков – одна из актуальных проблем лингвистики в свете современного процесса нивелирования языков и глобализации культур.

Говор как единица диалектного членения языка является частью диалекта, представляющего собой совокупность нескольких наиболее однородных, родственных между собой, говоров. В отличие от диалекта для говора обязательным характерным признаком является его территориальная непрерывность. Если исходить из того, что диалект - это устная форма речи, имеющая собственный словарный запас и нормы грамматических правил, а говор - иное ударение, иногда значение слов, то язык жителей селения Сивух можно отнести к диалекту; если же считать, что говор (субдиалект) – это «разновидность языка, используемая жителями одного или нескольких соседних, обычно сельских населенных пунктов и обладающая некоторыми специфическими чертами на разных уровнях языковой структуры» [3], то речь сивухцев имеет основные признаки говора. В научной литературе однозначного подхода к данной проблеме пока не выработано, и в дальнейшем будем называть язык сивухцев говором, поскольку он ограничен пределами поселения.

Исследование разных говоров и диалектов народов Дагестана, которые в лингвокультурологическом отношении представляют собой уникальную многоязычную картину, дает необходимый материал для характеристики фонетических и морфологических языковых особенностей региона и для восстановления ряда факторов исторического развития.

Историко-этнографический материал, в котором содержится информация о процессе отделения сивухцев от современных аулов в горном Дагестане, позволяет проследить этимологию многих слов данного говора. В селении Сивух (Сиух от аварского « си » - башня) проживает более 3,5 тыс. чел., считающих себя аварцами. История селения и, соответственно, его языка указывает на интересное этническое происхождение. По преданию, первоначально одноименное селение располагалось в западной части Дагестана, на территории современного Ахвах-ского района, и его жители являлись каратинцами. Правдоподобность этой версии можно аргументировать тем, что каратинцы и сивухцы понимают язык друг друга сравнительно лучше и легче, чем представителей других малых народов андо-дидойской подгруппы.

Воинственные сивухцы под напором соседних сел были вынуждены покинуть обжитые места, и основная масса сивухцев обосновалась сначала на границе современных Ботлихского и Гумбетовского районов, а затем уже собственно в Гумбетовском районе, в котором речь си-вухцев никто не понимал. С соседними селами сивухцы общались на аварском языке, причем достоверные сведения о том, знали ли они аварский язык до переселения или были вынуждены осваивать его на новом месте жительства, почти отсутствуют.

В настоящее время основная масса сивухцев проживает в Хасавюртовском районе. После обоснования жители долгое время не разрешали поселяться у себя чужакам, и до сравнительно недавнего времени в Сивухе число неместных было очень незначительно. Поэтому в языке существенных изменений, на наш взгляд, не произошло. В пределах селения сивухцы общаются на своем языке, вне - на русском или аварском.

Представители каратинского этноса, к которому относятся сивухцы, проживают в селах Анчих, Арчо, Маштада, Карата, Рацитль, Рачабулда, Верхнее Инхело (Шабакьоро), Тукита -Ахвахского района, Нижнее Инхело - Ботлихского района, Сивух - Гумбетовского района, а также переселенческих селах Тукита, Сивух и прикутанных поселениях Хасавюртовского района. По мнению Р.Ш. Халидовой, каратинский язык, принадлежащий к андийской подгруппе аваро-андо-цезской группы дагестанских языков, делится на два диалекта: собственно каратинский и тукитинский. В каратинский диалект входят говоры: анчихский, арчойский, каратинский, машта-динский, нижнеэнхелинский, рацитлинский, рачабалдинский, чабакоринский, причем анчихский говор выделяется наиболее сильно [3, с. 23]. В диалектах каратинского языка, с одной стороны, сохранились наиболее архаичные черты (в большей части в тукитинском), а другой стороны, они претерпели значительные изменения. Так, на уровне каратинского и ахвахского языков наблюдаются существенные различия, тукитинский настолько обособился, что его носители не могут свободно общаться с носителями других диалектов и т.д.

Этнограф Е.М. Шиллинг, в 1940-х гг. занимавшийся изучением этнографических групп аварского народа, отмечает: «На вопрос о национальном самоопределении современные люди отвечают так: "Если посторонние нас спросят - какой нации, ответим - аварцы. Если они спросят - откуда, скажем - каратины. На своей же земле друг друга называем по аулам, жители селения Арчо будут арчолъ и т.д.". Ко всему этому мы слышали от стариков, что каратины - "не отдельный народ" и "не отдельное племя"» [6, с. 98]. Ученый также указывает, что жителей селения Тукита нельзя с уверенностью считать каратинцами, поскольку «язык этого аула то трактуется как отдельный (родственный каратинскому), то как наречие каратинского». Жители Ан-чиха также отстаивают наличие у себя отдельного языка [6, с. 100].

Даже при достаточно поверхностном сопоставительно-сравнительном анализе сивухского говора и других наречий и диалектов аваро-андо-цезской языковой группы можно отметить, что, несмотря на близкородственное происхождение, он наиболее приближен к каратинскому языку и значительно отдален от других. Существенные отличительные черты между каратинским, ту-китинским и сивухским в области фонетики, морфологии и лексики заключаются и в наличии материально разных словесных ресурсов, способов словообразования, грамматических категорий, и в неодинаковости их применения.

Например, в ахвахском языке словосочетание «заставить рассказывать» звучит как мачу-нулъа т1онулъа , а в сивухском - баса т1амед ; «заставить показать» на ахвахском языке - гьаригорулъа тЮнулъа , на сивухском - гьан/а т1амед ; «заставить ходить» на ахвахском - хьвадилорулъа тЮнулъа, на сивухском - хьвадия т1амед; «заставил совершить» на ахвахском - гурулъа бит1ари, на сивухском - гегьа т1амед и т.д.

При обращении к морфологическим особенностям образования числительных каратин-ского и тукитинского диалекта налицо существенные различия: в собственно каратинском децимальная (десятичная), в тукитинском - вегизимальная (двадцатеричная) [5, с. 20]. Так, в туки-тинском количественные числительные передаются без ауслаутной частицы -да: к1ек1и «два», а в каратинском, как и в сивухском говоре - к1еда. Образование названий десятков в тукитинском диалекте отличается от собственно каратинского. В каратинском они образуются от основы числительного, обозначающего единицы и плюс слово: гьац1ада «десять», при этом начальное гь опускается, ср.: лъабацIада «тридцать», гьачIвацIада «девяносто». В сивухском говоре частица –да- не употребляется: лъабацIа (тридцать), боацIа (сорок), гьачIвацIа – (девяносто) и т.д.

В сивухском говоре числительные до десяти звучат как цебе, кIеда, лъаби, боо, инщду, инлълъи, гьакьу, бикьи, гьачIва, гьацIа . Числительное «одиннадцать» образуется прибавлением суффикса –л - к десяти – гьацIа/л - и числительного «один» - «цеб» - гьацIал цеб; числительное «двенадцать» - гьацIа/л + кIеда (один); числительное «двенадцать» - гьацIа/л + лъаби и т.д. При образовании порядковых числительных (первый, второй, третий и т.д.) используется -яс- или –вас-: цебеяс, кIедаяс, лъабияс, боовас, инщдувас, инлълъияс, гьакьувас, бикьияс, гьачIваяс, гьацIаяс.

При сравнении сивухского говора с андийским языком можно отметить значительные совпадения в основах слов, меньше – в словообразовании. Так, анд. има (отец) >  има - лъир (отцовство) почти идентично сивухскому има - лъер; анд. бигьа (легко) >  бигьа - лъир (облегчение) – сивухскому бигьа - лъер ; анд. адлу (порядок) > адлу - ссуб (беспорядочный, невоспитанный) – си-вухскому гIадлу гьачIелъер; анд . орси (деньги) – сивухск. гIарце (аварск. гIарац). Наряду с совпадением встречаются и коренные различия в основах слов: анд. гьакъкъу (комната) >  гьакъкъу - ссуб (бездомный) – сивухск. эше – эше гьачIов (в данном случае гьачIов – вспомогательный глагол ) и т.д. Или же при склонении местоимений в сивухском говоре и тукитинском диалекте меняются гласный основы и аффиксы личных местоимений, но в сивухском местоимение «ты», «я» склоняется как мен (ты) - мена (тебя), ден (я) – дена (тебя), а в тукитинском - ден - дини (я), мен - мини (ты).

Заметное влияние на лексико-грамматические и фонетические особенности сивухского говора изначально оказывал аварский язык, через посредство которого проникали многочисленные заимствования не только аварского. Как и в аварском языке, в речи сивухцев характерно прибавление гласной в начале некоторых заимствованных слов (« истакан » - «стакан»), старожилам свойственно произношение «п» вместо «ф» («з епи р» - «зефир») и т.п. В последнее время заметно усилилось количество слов арабского, персидского и тюркского происхождения, в частности понятий религиозного характера: дин, джамаат, даваат, мажгит (мечеть) и др. В говоре обнаруживается и значительное количество заимствованных в последние годы русизмов.

Таким образом, обособление многочисленных диалектов и говоров родственных языков андийской и цезской подгрупп, их дифференциация является результатом распада одной более или менее однородной языковой единицы.