Сюжеты о героическом сватовстве в синьзян-ойратской версии эпоса «Джангар»

Dzhangar epic; tradition; Xinjiang Oirat version; Kalmyk version; heroic matchmaking; hero; betrothed; motif; theme.

В эпосах разных народов встречаются сюжеты о брачной поездке богатыря, отправившегося в чужеземную страну в поисках своей суженой. В синьцзян-ойратской эпической традиции широко бытовали сюжеты песен, посвященные героическому сватовству богатыря. Изучение матримониальных сюжетов, связанных с архаическими элементами эпоса, являются весьма актуальными. Целью нашего исследования является рассмотрение сюжетов о героическом сватовстве в песнях синьцзян-ойратской версии эпоса «Джангар» в сравнительном аспекте с эпической традицией калмыков. Материалом исследования являются тексты песен синьцзян-ойратской эпической традиции «Джангара», опубликованные Народным издательством Синьцзяна в Китае в 1986–2000 гг. на ойратской письменности «тодо бичиг» («ясное письмо») [Жангар 1986–2000], переложенные на калмыцкий язык Б.Х. Тодаевой [Джан-гар 2005–2008], а также тексты калмыцкой версии «Джангара» [Джангар 1978].

В отечественной фольклористике матримониальные сюжеты рассматривались в трудах российских исследователей: В.М. Жирмунского [Жирмунский 1962], С.Ю. Неклюдова [Неклюдов 2019], А.Ш. Кичикова [Кичиков 1992],

Т.Г. Басанговой (Борджановой) [Борджанова 1978, 1982], Е.Э. Хабуновой [Ха-бунова 2006], Э.Б. Овалова [Овалов 2008], Б.Б. Манджиевой [Манджиева 2022], Ц.Б. Селеевой [Селеева 2018, 2019], Д.В. Убушиевой [Убушиева 2019] и др.

В синьцзян-ойратской эпической традиции сюжет о героическом сватовстве присутствует в следующих песнях:

• 1.    Песнь « Үзӊ Алдр хан өргǝлгсн бөлг » (Песнь о женитьбе Узенг Алдар хана), сказитель Д. Джуна [Джангар 2005–2008, I, 37–56].

• 2.    « Бөк Мөӊгн Шигшрһин герлгсн бөлг » (Песнь о женитьбе Бёке Мёнген Шигширге), сказитель К. Пюрвя [Джангар 2005–2008, I, 57–76].

• 3.    « Алдр нойн богд Җаӊһр Аһа Шавдлыг залгсн бөлг » (Песнь о том, как Славный нойон богдо Джангар взял в жены Ага Шавдал), сказитель неизвестен [Джангар 2005–2008, I, 169–196].

• 4.    « Салькн Тавг баатрин герлгсн бөлг » (Песнь о женитьбе богатыря Саль-кин Тавага), сказитель Дарм [Джангар 2005–2008, I, 441–464].

• 5.    « Арслӊгин Арг Улан Хоӊһрин герлгсн бөлг » (Песнь о женитьбе Алого Хонгора Благородного), сказитель Рампиль [Джангар 2005–2008, I, 465–524].

• 6.    « Күмни начн Күнд Һарта Саврин герлгсн бөлг » (Песнь о женитьбе Кю-мни Начин Савара Тяжелорукого), сказитель Ц. Харцх [Джангар 2005–2008, I, 525–536].

• 7.    « Хошун Улана герлгсн бөлг » (Песнь о женитьбе Хошун Улана), сказитель Д. Пюрвя [Джангар 2005–2008, II, 755–772].

• 8.    « Нǝǝрбатын герлгсн бөлг » (Песнь о женитьбе Нярбат), сказительница Н. Булга [Джангар 2005–2008, III, 187–200].

Рассмотрим некоторые сюжеты песен, посвященные героическому сватовству богатыря. В песне хобуксарского сказителя Джавин Джуна « Үзӊ Алдр хан өргǝлгсн бөлг » (Песнь о женитьбе Узенг Алдар хана) описывается прибытие Узенг Алдар-хана в кочевья своего побратима Шигширги, сына Ширке-хана. После того как Узенг Алдар-хан справился о здоровье хозяев, преподнес хадак и был радушно принят с угощениями, он поведал о причине своего визита. Его привел загадочный сон: солнце вошло через дымоход, а луна – через дверь. Шигширги и его жена истолковали этот сон как предвестие встречи Узенг Ал-дар-хана с его суженой, прекрасной Урман Цецен Дамбушо, дочерью Усун Ха-дын-хана. Однако они предупредили о препятствии: Дамбушо не может выйти замуж в ближайшие три года, так как она является хранительницей благополучия всего народа, и ее брак может привести к потере этого благополучия. Отец Дамбушо, имеющий девяносто девять дочерей, намеренно объявил о рождении сотой, якобы глупой дочери, которую он отдаст тому, кто за три года сможет разрешить сто восемь сложных споров. Несмотря на настоятельные уговоры Шигширги и его жены прислушаться к их совету и попытаться решить эти задачи, Узенг Алдар-хан, не вняв их мудрым наставлениям, спешно отправляется в путь, чтобы найти и заполучить свою суженую [Джангар 2005, 40–42].

В архаическом эпосе путь к суженой – это не только испытание для героя, но и демонстрация силы и магических способностей его невесты. Отправившись в далекий путь, Узенг Алдар-хан претерпевает трудности. Так, на пятнадцатый день герой теряет сознание и падает вместе с конем, достигая предела своих сил. Однако его спасение и чудесное исцеление – дело рук его суженой, которая выступает в роли могущественной волшебной помощницы. Этот контраст между уязвимостью героя и магической силой суженой подчеркивает ее роль как спасительницы, а сам образ суженой, наделенной магическими способностями, является развитием древнего мотива небесной девы, распростра- ненного в сказаниях тюркских и монгольских народов.

Завязкой песни « Бөк Мөӊгн Шигшрһин герлгсн бөлг » (Песнь о женитьбе Бёке Мёнген Шигширге), сказителя К. Пюрвя из уезда Хеджина в Ба-ян-Гол-Монгольского автономного округа Китая, служит сообщение богатыря Шигширги своим родителям о намерении отправиться в путь в поисках коня, чтобы размять мышцы ног и найти достойного соперника, чтобы силами помериться [Джангар 2005, 60]. Отец и мать богатыря, не согласившись с сыном, стали уговаривать его подождать еще год. Однако Шигширги, не послушав их, стал собираться в дорогу. Богатырь преодолевает долгий путь и оказывается у владений Цаган-хана. Превратив своего коня в плохонького жеребенка, а себя – в паршивого мальчонка-тарху, герой входит во владения чужеземного хана [Джангар 2005, 65–66].

Прибытие богатыря на вражескую территорию в облике плешивого мальчика связано с обрядом инициации, знаменующим переход героя на новую ступень, в данном случае в статус жениха. Мотив безволосого жениха взаимосвязан с мотивом «неумойки» или «незнайки», который, в свою очередь, соотносится с представлениями о неузнаваемости героя, возвратившегося из страны смерти [Пропп 1986, 135].

В изучаемой песне присутствует тема выделения богатыря. В мотиве перехода через мост сказитель подчеркивает могучесть богатыря. Так, согласно повествованию, когда плешивый мальчик-тарха спросил у чужеземных богатырей, выдержит ли мост его, они, посмеявшись над ним, сказали, что не то чтобы плешивого выдержит, а мост построен, чтобы добраться к ханской дочери Алтан Ганджур. При переходе через мост его опоры не выдержали и разрушились. Джангарчи также выделяет героя из всех многочисленных претендентов-женихов: когда Шигширги привязывал коня, то оказалось, что его скакун на седло выше всех других, когда он вошел во дворец, то оказалось, что он выше всех женихов, когда богатырь расположил свое вооружение – меч, копье и лук, то его меч оказался на рукоять выше других, копье тяжелее всех, а лук со стрелами намного выше других [Джангар 2005, 67].

В древних обычаях монгольских народов существовала практика заключения брачных союзов по предварительной договоренности между родными или родителями. Эти соглашения могли быть достигнуты в детском и даже в грудном возрасте будущих супругов. В изучаемом ойратском тексте встречается обычай « өндгн худ » (букв. сватовство в яйце), т.е. предварительный брачный договор, когда дети находились еще в утробе матери. Так, когда у Шигширги спрашивают о роде-племени, то герой рассказывает о давнем договоре их отцов о сватовстве между ним и ханской дочерью, когда они были еще в утробе матери [Джангар 2005, 67].

Кульминацией темы героического сватовства является объявление ханом Цаганом брачных состязаний с целью определения избранника своей дочери. «Семантика мотива “трех видов брачных состязаний” (скачек, стрельбы из лука и борцовского поединка) восходит к весьма древнему обрядово-ритуальному комплексу, широко распространенному у монгольских народов, – так называемым “трем видам мужских игрищ” (эрин һурвн наадн), имеющих инициационный характер» [Селеева 2019, 74].

Хан устраивает три вида состязаний: 1) достать небесный желтый цветок; 2) одним выстрелом стрелы собрать в связку лису, ковыль, узел на шелковой нити и ворону; 3) борьба. Победивший во всех трех состязаниях получит в жены его дочь красавицу Алтан Ганджур. Шигширги, выиграв все три состяза- ния, женится на Алтан Ганджур. Когда Шигширги вместе с женой и ее приданым стали отъезжать, то рухнула высокая родовая гора хана-отца, разрушился цахар, иссушились все родники и засохли все травы. Тогда богатырь вырвал три волоса из затылка Алтан Ганджур и велел жене положить их у родовой горы, у воды-земли, у деревьев. С этого момента ханство Зула-хана стало процветать еще сильнее, чем раньше [Джангар 2005, 68].

Шигширги отправляется вперед, наказав жене, там, где круг он нарисует – ночевать, где черту нарисует – кочевать [Джангар 2005, 75]. В сказочно-эпической традиции многих народов круг является сакральным символом, который ассоциируется с солнцем. Круг оберегает стоящего в нем от посягательств всякого зла и очищает пространство от негативной энергии. Мотив круга и черты знаменует благополучное прибытие невесты героя в кочевья мужа.

Песнь « Алдр нойн богд Җаӊһр Аһа Шавдлыг залгсн бөлг » (Песнь о том, как Славный нойон богдо Джангар взял в жены Ага Шавдал) синьцзян-ойрат-ской эпической традиции повествует о брачной поездке хана Джангара в страну Номо Тегес-хана в поисках своей суженой. Джангар отправляется в путь, сначала он гостит у ханов сорока девяти владений и четырех континентов, затем оказывается в нутуке Замба-хана, где его также встречают и угощают во дворце. Продолжив свой путь, Джангар прибывает во владения Номо Тёгес-ха-на и рассказывает о цели визита.

В соответствии с традицией, архаические эпические сказания о героическом сватовстве строятся вокруг ключевого эпизода, в котором два претендента сражаются за право жениться на невесте, что и создает основной конфликт. Так, в роли основного претендента выступает богатырь Бурхан Цаган. Женихи участвуют в состязаниях за невесту: в стрельбе из лука, в скачках и борьбе. Джангар одерживает победу во всех трех брачных состязаниях, Номо Тёгес-хан устраивает пир на сорок девять дней. С разрешения хана-отца Джангар вместе с невестой Ага Шавдал возвращается в родные кочевья. Песнь завершается свадебным пиром в бумбайской стране [Джангар 2005, 196].

Интересно отметить, что в калмыцкой сказочной традиции сохранился сюжет об отце Ага Шавдал Номо Тексег-хане. В сказочном репертуаре известного калмыцкого сказителя Шани Боктаева присутствует волшебная сказка « Ном Төксг хаана туск тууҗ » («Сказка о Номо Тексег хане»). Сказка начинается с испытания, которое оказывается ключом к благополучному исходу. Это испытание служит проверкой истинных качеств героя. Из трех братьев именно младший оказывается достойным: он успешно справляется с трудностями и возвращает своему отцу, старому хану, зрение. Таким образом, начальная беда оборачивается для героя и его семьи благом к концу повествования. Герой делится с отцом, ханом Номо Тексегом, своими приключениями в Верхнем и Нижнем мирах, рассказывает о браке с дочерью водного хана, о победе над змеем в Нижнем мире и о благополучном возвращении. Увиденное героем исцеляет зрение Номо Тексег хана [Алтн чееҗтә келмрч 2010, 46‒53].

Сюжет песни о женитьбе богатыря Хонгора является одним из распространенных в эпической традиции ойратов и калмыков. В эпическом репертуаре хобуксарского сказителя Рампиля песнь « Арслӊгин Арг Улан Хоӊһрин герлгсн бөлг » (Песнь о женитьбе Алого Хонгора Благородного) повествует о двойной брачной поездке богатыря: неудачном сватовстве героя к мнимой невесте и героическом сватовстве на предназначенной судьбою суженой.

Согласно повествованию, на пиру Джангар говорит, что пришло время женить Хонгора, и решает засватать богатырю невесту Шара Начин. После сватовства герой, обнаружив демоническую природу своей жены и ее постыдное поведение, уничтожает бесовку.

Весть о суженой Зула Зандан, единственной дочери Замбал-хана, Хонгор получает во сне от старца. Богатырь Хонгор тайно от Джангара отправляется в страну Замбал-хана. По пути, посетив кочевья ханов, преодолев дорожные препятствия, богатырь оказывается на окраине владений хана Замбала [Джан-гар 2005, 490].

Тема сватовства в эпосе «Джангар» порождает сюжет о похождениях героя в ином мире, в нем находят отражение скитания Хонгора, вступление его в границы владений чужеземного хана, превращение им себя в мальчика-тарха (‘плешивого’, ‘паршивого’), а своего коня – в плохонького жеребенка. По мнению А.Ш. Кичикова, «плешивость-паршивость героя как признак прохождения обряда инициации отличала его от других женихов – идентифицировала его как суженого принцессы» [Кичиков 1992, 59].

Хонгор в образе плешивого принимает участие в трех видах брачных состязаний: 1) пустить зажженную стрелу, которая найдет тончайшее сочленение стебля ковыля, рассыплет зерна с рогов коровы, пронзит семьдесят два стремени, пройдет сквозь лоно лисы, обратит в прах огромный валун, достигнет истоков семидесяти рек и возгорится огнем; 2) скачки на расстояние трех месяцев пути; 3) состязание в борьбе с богатырем Бёке Цаганом. Одержав победу во всех трех состязаниях, Хонгор доказывает свое право на невесту и женится на своей суженой [Джангар 2005, 514–518].

Тема богатырского сватовства, реализуемого в виде поездки за далекой суженой, характерна и для калмыцкой эпической традиции. Конструктивные элементы сюжета песен, посвященного женитьбе Хонгора, являясь общими опорными звеньями, присутствуют в репертуарах разных джангарчи. Так, например, песнь о героическом сватовстве присутствует в репертуаре джангар-чи Ээлян Овла под названием «Песнь о том, как в восемнадцать лет Хонгор женился на Герензел – дочери свирепого хана Цаган Зула, одного из четырех ханов четырех материков» [Джангар 1978, 92‒108]. Аналогичный сюжет из эпического цикла Давы Шавалиева «Песнь о женитьбе Улан Хонгора Превосходного» повествует о далекой поездке за суженой, богатырском сватовстве, состязании с соперниками и возвращении героя с женой на родину. В песне Давы Шавалиева отсутствует мотив встречи плешивого мальчика с бездетными стариком и старухой, а также связанные с ним эпизоды, сохранившиеся в песне из цикла Ээлян Овла: усыновление стариками Хонгора, игра в альчики с детьми знати, выигрыш и испрашивание совета у коня. При этом в ней сохранились мотивы, которые отсутствуют в песне Ээлян Овла, как, например, дарение подарков невесте (нож, платок, золотое кольцо), которые явились доказательством его знакомства с будущей женой, дочерью Замбал-хана. Развязкой сюжета является женитьба Хонгора и получение им приданого, после чего следует финальный эпизод – возвращение богатырей на родину.

Таким образом, сюжеты о героическом сватовстве, повествующие о далекой поездке богатыря за суженой, являются одним из распространенных повествований в синьцзян-ойратской эпической традиции «Джангара». Общие опорные звенья, составляющие конструктивные элементы сюжета песен о героическом сватовстве, обнаруживаются в репертуарах джангарчи, относящихся к разным эпическим школам. В героическом эпосе «Джангар» с преобладанием воинских интересов сюжет брачной поездки принимает героический характер, богатырь участвует в воинских состязаниях с претендентом на руку невесты. Структура сюжета песен состоит из ключевых элементов: герой получает весть о суженой, неудачное сватовство, поиски невесты, пребывание в ее стране, участие в брачных состязаниях. Герой проходит испытание ловкости, силы и мужества, тем самым доказывает, что именно он предназначенный судьбой жених, получает невесту и возвращается в родные кочевья.