Социальные факторы профессионального самоопределения старшеклассников региональных школ

(Северо-Западный институт управления РАНХиГС), Санкт-Петербург, Россия, , ,

, ,

Введение . Изучение проблемы профессионального самоопределения молодежи приобретает актуальность в связи с изменениями, происходящими сегодня в социально-профессиональной структуре общества, рынка труда и системы профессионального образования. Тренды развития цифрового общества задают новые приоритеты в формировании образовательной стратегии для выпускников средних школ. Если ранее учащиеся старших классов в большинстве своем выбирали себе профессию на всю жизнь, то сегодня они начинают с первичного профессионального выбора. Рассмотрение процесса самоопределения выпускников школ и факторов, влияющих на него, раскрывает социальные противоречия, присущие современному обществу, позволяет учитывать полученные данные при определении тенденций, трендов, которые необходимо принимать во внимание при разработке образовательных стандартов, решении проблем трудоустройства молодых специалистов, выявлении путей совершенствования планирования и подготовки квалифицированных кадров, для повышения качества психологического консультирования учащихся по вопросам профессионального самоопределения, профориентации с учетом особенностей региона.

Цель статьи – репрезентировать социальные факторы профессионального самоопределения старшеклассников региональных школ Российской Федерации.

Задачи:

• –    рассмотреть вклад Новосибирского проекта, начатого В.Н. Шубкиным в 1960-е гг. и продолжающегося в настоящее время, в изучение процесса профессионального самоопределения выпускников общеобразовательных учреждений;

• –    показать социальные факторы профессионального самоопределения старшеклассников региональных школ на примере г. Кимры Тверской области¹;

• –    провести сравнительный анализ ряда социальных факторов профессионального самоопределения старшеклассников школ г. Кимры Тверской области с данными общероссийского исследования, проведенного в рамках продолжающегося Новосибирского проекта В.Н. Шубкина;

• –    отметить современные тренды изменений отдельных социальных факторов профессионального самоопределения старшеклассников региональных школ Российской Федерации по материалам социологических исследований, проведенных в первой четверти XXI в.

Методология статьи строится на использовании анализа и синтеза как методов теоретического научного познания, компаративного анализа, примененных при работе с вторичными данными, содержащимися в публикациях научных журналов и в отчетах о проведенных социологических исследованиях.

Использование междисциплинарного подхода в рамках компаративного анализа, сочетающего социологический и социально-философский аспекты изучения профессионального самоопределения учащихся средних школ, позволяет выйти на эмерджентные характеристики наблюдаемых трендов.

Основная часть . Фундаментальный вклад в изучение процесса профессионального самоопределения выпускников общеобразовательных учреждений принадлежит Новосибирскому проекту, начатому В.Н. Шубкиным в 1960-е гг. и продолжаемому сегодня Институтом социологии ФНИСЦ РАН. (Константиновский, Шубкин, 1977; Шубкин, 2010). Программа работ охватывала широкий круг социологических, социально-экономических, социально-психологических проблем выпускников. Изучались объективные и субъективные факторы, влияющие на систему образования, профессиональные склонности, выбор профессии, трудоустройство, жизненные пути различных групп молодежи; престиж различных занятий и видов труда; социальная, профессиональная и территориальная мобильность; эффективность производственного обучения в школах, проблемы совершенствования системы профессиональной ориентации. Реализация позволила выйти на возможность прогнозирования социальной мобильности учащихся. «Информация, полученная об оценках и профессиональных планах, коррелируется с реальным поведением молодежи при выборе профессии. Это дает основания полагать, что по изменению профессиональных планов и оценок с известной вероятностью можно судить о намечающихся переменах и в поведении молодежи при выборе профессий» (Шубкин, 1970: 211).

Методологические и методические разработки, применяемые в Новосибирском проекте, беспрецедентны по масштабности. «В первой серии обследований (1963–1973 гг.) задача социологов заключалась в том, чтобы, во-первых, весной с помощью “Анкеты выпускника” фиксировать личные планы, аспирации, ожидания, отношение к различным профессиям тысяч юношей и девушек, и, во-вторых, осенью собирать данные о том, какие профессии они избрали, в какой мере осуществили свои планы сразу после окончания средней школы» (Шубкин, 1970: 163).

Исследование первых шагов в профессиональном становлении молодежи в возрасте 17 лет называлось «Проект 17–17». Особенность методического подхода заключалась в том, что в анкете присутствовала информация не только о желаниях и личных целях молодых людей, но и о реализации данных планов и задуманных стратегий учащихся по окончании ими школы. Стартовые решения, фиксировавшиеся в «Проекте 17–17», были раскрыты в «Проекте 17–25», в котором изучались жизненные пути молодежи уже в возрасте 17–25 лет. Прогностический характер исследования был задан анкетированием, которое проводилось с использованием одного и того же инструментария ежегодно 10 лет подряд.

География исследований очень широкая. Замеры проводились в Ленинградской области, в областях Центра России, в Эстонии, Латвии, Таджикистане, Узбекистане, Армении, среди малых народов Дальнего Востока и Сибири. Единая методика позволила выявить тенденции в поведении молодых людей в различных уголках страны.

Использование количественных методов – еще одна специфическая особенность проекта. Работа проводилась в учреждениях Сибирского отделения АН СССР. Именно там находился Институт математики, а также Вычислительный центр и лаборатории, где занимались применением статистического и математического аппарата в различных областях науки, широко используя методы математической статистики и оптимального планирования, разработанные нобелевским лауреатом Л.В. Канторовичем.

Результатом исследования стали пирамиды профессии. Первая из них отражала потребности общества в кадрах по специальностям, которые были ранжированы по привлекательности от самых непрестижных внизу до наиболее популярных вверху. «Если сегодня провести опрос среди тех юношей и девушек, которым предстоит работать или учиться и которые должны заполнить все эти вакансии, то получится вторая, как бы перевернутая пирамида профессиональных аспираций» (Шубкин, 1970: 169). Исследование показало, что желающих профессионально реализоваться в престижных специальностях больше, чем предлагаемых рабочих мест. В профессиях с низким престижем, наоборот, число вакансий оказалось больше количества претендентов на их замещение. Так определились возможности измерить ожидания и потенциальные разочарования разных групп молодежи при вступлении в самостоятельную жизнь.

Новосибирский проект высветил ряд противоречий советского общества. Основные заключались в различии между общественными потребностями в работниках и профессиональными склонностями людей, между задачами эффективного использования интеллектуального потенциала страны и ее социальной структурой, между подготовкой квалифицированных кадров узкой специализации для отраслей народного хозяйства и передачей культуры, где необходим широкий спектр знаний и объем информации; различие, или даже противоречие, между финансовыми возможностями представителей различных социальных слоев советского общества и потребностями их в образовании.

Проект с течением времени «подтвердил свою значимость, как показали исследования, начатые в Сибири и впоследствии проведенные в других регионах (по выражению В.А. Ядова, страна была покрыта анкетами Шубкина)» (Константиновский, 2023). Блистательной находкой проекта стал «выбор индикаторов, которыми оказались проставленные старшеклассниками средних школ оценки привлекательности профессий» (Константиновский, 2023).

Данные исследований В.Н. Шубкина в рамках Новосибирского проекта позволяют выделить группы факторов, влияющих на профессиональный выбор старшеклассников: внешние (региональные особенности; престиж профессий в общественном мнении; состояние рынка труда (потребность работодателей в работниках соответствующего профиля); индивидуальные особенности личности (возраст, пол, личные профессиональные планы, информированность субъекта выбора, интересы), факторы механизма социализации личности / агенты социализации (семья и ближайшее окружение, общеобразовательная школа и профессиональные учебные заведения, средства массовой информации и социальные службы для молодежи). Профессиональное самоопределение же характеризуется через профессиональное самосознание (понимание степени своего соответствия будущим профессиональным эталонам, знание о своих сильных и слабых сторонах в учебе, путях совершенствования представления о себе, о своей работе в будущем) и профессиональную направленность (наличие профессиональных намерений, устойчивость профессионального интереса, информированность учащегося об основных аспектах будущей профессиональной деятельности) (Шубкин, 1970).

Комплексный характер описания модели образовательных траекторий и стратегий учащихся позволил социологам выявить основные проблемы и противоречия в системе образования и на рынке труда. Основные теоретико-методологические разработки, включающие применение математического аппарата, положили начало исследованиям в области профессионального самоопределения учащихся как самостоятельного блока исследований.

В пуле современных исследований профессионального самоопределения учащихся можно отметить сформировавшиеся самостоятельные направления в психологии, педагогике, социологии:

• 1)    связанные с личностным становлением и зрелостью профессионального выбора, проведенные на площадке Красноярского государственного педагогического университета им. В.П. Астафьева (Шестакова, Сафонова, 2023; 2024), школ Санкт-Петербурга (Семикин и др., 2021), Тамбова (Мириуца, Полушкина, 2023);

• 2)    касающиеся профессионального самоопределения как процесса профессионального развития личности во взаимодействии объективных (влияние социального престижа, рынка труда) и субъективных (способности, мотивация) факторов в связи с самореализацией в профессиональной сфере. Выделяются исследования, проведенные среди выпускников школ на площадке Уральского федерального университета (Дидковская, 2014; Касьянова и др., 2018), Нижегородского государственного университета им. Н.И. Лобачевского¹, Ульяновского государственного педагогического университета имени И.Н. Ульянова (Захарова, 2021), среди старшеклассников Куз-басса², учащихся школ г. Орла (Карякина, Бубнова, 2021), городских и сельских школ Тюменского региона (Черкасова и др., 2022), школьников Якутии, проведенное на площадке Северо-Восточного федерального университета имени М.К. Аммосова (Макаренко, Панина, 2017); учащихся школ Липецка (Нехороших, 2025), Академии управления МВД России в Барнауле (Андрианов, 2022), Нефтехимического научно-образовательного кластера Нижнекамска (Мухаметзянова, Шайхутдинова, 2016) и школ Закамского региона Республики Татарстан (Нургатина и др., 2014); подростков и старших школьников – воспитанников кадетских корпусов и выпускников детских домов и школ-интернатов (Чвякин и др., 2019).

Подходы, направленные на изучение самоопределения выпускников школ, демонстрируют не только широкий спектр ракурсов рассматриваемой проблемы, но и обращают внимание на ее мало изученные стороны, например, на необходимость выявления основных факторов, в том числе социальных, воздействующих на профессиональное самоопределение выпускников школ с учетом особенностей состояния регионального рынка труда, например, или степени близости региона к столице.

По данным социологического исследования, проведенного в г. Кимры Тверской области, планы выпускников девятых и одиннадцатых классов, существенно различаются по своему содержанию. В эмпирическом исследовании, цель которого состояла в том, чтобы выявить социальные факторы, влияющие на профессиональный выбор выпускников школ, был применен метод социологического опроса (N = 367, или 60 % учащихся выпускных классов, согласно схеме выборки в число респондентов были включены 137 юношей и 95 девушек, обучающихся в 9 классах; 50 юношей и 85 девушек учащихся 11 классов школ г. Кимры Тверской области). Анкета содержала открытые, полузакрытые и закрытые типы вопросов. Большинство использованных переменных принадлежит номинальной, порядковой шкалам и шкале равных интервалов.

Исследование показало, что значительная часть девятиклассников настроена на поиск работы или продолжение обучения в колледжах и лицеях, тогда как большинство учащихся одиннадцатых классов намерено поступать в высшие учебные заведения. Можно отметить, что значительное число желающих учиться в высшей школе имеет место как среди одиннадцатых классов, так и среди девятиклассников. Это позволяет говорить о наличии тренда, оставить изначальный вариант, это же цитата:

Это позволяет говорить о наличии тренда, поскольку результаты всероссийского исследования, проведенного Институтом социологии ФНИСЦ РАН в 2010 г., показали, что старшеклассники «были нацелены на поступление в вузы: не только 65,1 % 11-классников, но и 46,5 % 9-клас-сников указали, что необходимый для жизненного успеха уровень образования – высшее (немалая часть указали и два высших) … В 2000-х гг. вырос спрос на образование (и его формальные признаки), росла значимость обладания вузовским дипломом для получения более или менее достойной позиции на рынке труда и построения успешной карьеры. Рынок труда посылал сигналы, что обладатели вузовских дипломов имеют преимущества в зарплате и лучше защищены от безработицы, чем работники, имеющие меньший формальный уровень образования. … В результате ориентация молодежи на сферу образования, в особенности на поступление в вузы, не только восстановилась, но и значительно усилилась» (Константиновский, 2023).

Ответы девятиклассников и одиннадцатиклассников г. Кимры Тверской области о выборе ими будущей профессии существенно разнятся. Девятиклассники (23,3 %) хотели бы связать свою будущую профессию со сферой сервиса и обслуживания населения, 10,3 % из них стремятся работать в строительстве, а 9,1 % – в сфере производства и материальных технологий. Учащихся одиннадцатых классов в 23 % случаев связывают свою будущую профессию с областью экономики и управления, 13,3 % опрошенных хотят трудиться в сфере сервиса и обслуживания населения и 9,6 % респондентов отдали предпочтение медицине.

Интерес к выбранной профессии у школьников выпускных классов формируется разными агентами. Так, 45,7 % учащихся одиннадцатых классов г. Кимры Тверской области указали, что таковыми для них стали родители (или родственники); аналогичное положение дел характерно только для 18,4 % учащихся девятых классов. На их выбор профессии влияние в большей степени оказали друзья (37,7 %) и средства массовой информации (28 %); в меньшей – учителя и сотрудники центра занятости (12,1 и 10,2 % соответственно).

Сменить свое место жительство в связи с поступлением на работу/учебу планируют 74,8 % выпускников одиннадцатых классов и 37,1 – девятиклассников средних школ районного города Тверской области. Среди последних 45,3 % учащихся не собираются покидать родной город. Показателен процент и тех, кто еще колеблется в выборе дальнейшего местожительства, – 15,6 % выпускников средней школы и 17,7 % девятиклассников.

Профессиональные устремления учащихся средних школ районного города Тверской области зависят от гендерных характеристик. Так, 43,3 % девушек уже сделали окончательный выбор в сфере профессионального развития, в отличие от юношей, которые недостаточно уверены в его однозначности: 26,2 % молодых людей отметили, что у них есть некоторые представления по поводу будущей специальности, но ничего определенного они пока не выбрали; 15,5 % юношей о выборе будущей профессии еще не задумывались. При этом значимых расхождений в планах опрошенных обоего пола относительно их будущей трудовой деятельности не выявлено. Как и большинство юношей (52,1 %), значительная часть опрошенных девушек – 47,9 % – планирует после окончания школы поступать в высшие учебные заведения, 14,4 – собираются продолжить обучение в техникумах и колледжах, а 20,6 – в лицеях и профессиональных училищах; 10,2 % юношей планирует начать работать после окончания школы, как и 9,4 % девушек. Сказанное позволяет отметить общий тренд по регионам: так, согласно В.Н. Шубкину, «сразу после школы намерено продолжать учебу подавляющее большинство выпускников: в городе – 88 % юношей и 81 % девушек, в сельской местности – 79 % юношей и 69 % девушек» (Шубкин, 2010).

Обращая внимание на данные более поздних исследований, например, проведенных в Тамбовской области, можно отметить как намечающийся тренд, что «ученики 9 класса склонны выбирать те профессии, которые популярны в классе, а ученики 11 класса – те, которые соответствуют представлениям их родителей» (Мириуца, Полушкина, 2023).

В профессиональных устремлениях юношей и девушек районного города Тверской области имеют место значимые различия. Для молодых людей предпочтительными кажутся профессии, связанные со сферой строительства (18,2 %), производства (15 %), информационных технологий (9,1 %), а также с армией и полицией (2,7 %). Среди девушек же самыми востребованными оказались специальности, сопряженные с сервисным обслуживанием (23,9 %), экономикой и управлением (21,7 %), медициной (14,4 %), правом (9,4 %), со сферой культуры и искусств (8,3 %).

Основные различия в оценке мотивов выбора будущей профессии наблюдаются по нескольким положениям. Для юношей при выборе будущей профессии большую роль играет материальное вознаграждение, востребованность специальности; для девушек же более значимым оказалось мнение родителей и информация, поступающая из средств массовой информации (СМИ).

Среди агентов влияния на профессиональное самоопределение учащихся наблюдаются расхождения. Мнение родителей и родственников для девушек более значимо (31,8 %), чем для юношей (25,3 %).

Разница в планах юношей и девушек по смене места жительства в связи с поступлением на работу/учебу не выявлена, но можно отметить, что большинство представителей молодого поколения (50,8 и 51,1 % соответственно) считают возможным переезд по этой причине.

На выбор профессии влияют склонности, интерес учащихся выпускных классов к школьным дисциплинам социально-гуманитарного, технического, естественнонаучного блоков, что закономерно. Так, выпускники школ районного города Тверской области, которые отдают предпочтения техническим и физико-математическим дисциплинам, связывают свою дальнейшую карьеру с соответствующими профессиями (55,8 %), при этом у школьников с гуманитарными склонностями технические специальности тоже популярны (32,6 %). Профессиям с естественнонаучным уклоном готовы себя посвятить 44,4 % «технарей», 24,4 – «гуманитариев» и лишь 31,1 % «естественников». Гуманитарные профессии привлекательны для 47 % учащихся с гуманитарными наклонностями, 28 – «естественников» и 25 % – «технарей».

Престиж или перечень популярности профессий в оценках учащихся региональных школ формирует иерархию. По приоритетности отмечены профессии юриста (21,8 %), экономиста (18 %) и врача (17,2 %). В пуле популярных – программист, журналист, госслужащий, предприниматель, переводчик, стилист, специалист по туризму. В рейтинге наименее привлекательных профессий / видов деятельности – дворник (21,8 %), продавец (29,2 %), педагог (16,9 %).

Полученные результаты во многом коррелируют с итогами всероссийского исследования начала 2010-х гг., проведенного среди старшеклассников: «По критерию общественной значимости оказались выше других оценены врач (8,8), ученый (8,4) и военный (8,2); средние оценки получили: преподаватель вуза (7,9), инженер, конструктор, проектировщик (7,8), юрист (7,3), финансист (7,1), фермер (6,8), менеджер (6,2) и дизайнер (6,1). По критерию престижности большинство профессий получили средние оценки: врач, военный и юрист – 7,8; финансист, экономист – 7,7; ученый – 7,5; инженер, конструктор, проектировщик – 7,4; дизайнер, модельер – 7,1; преподаватель вуза – 7; менеджер – 6,5. А по критерию прибыльности лидерами стали юрист (8,1), финансист (8) и военный (8); средние оценки достались инженеру, конструктору, проектировщику (7,7), дизайнеру, модельеру (7,5); а также ученому (7,1), врачу (6,8), менеджеру (6,8), преподавателю вуза (6,6)» (Константиновский, 2023).

В этой связи любопытно обратиться к данным «родительского» анкетирования, представленным в исследовании, проведенном в школах г. Екатеринбурга (Касьянова и др., 2018), о том, какую, вероятнее всего, профессию, по мнению родителей, выберет их ребенок. Самыми популярными оказались ответы «инженер» и «врач» – соответственно 15,5 и 15,1 %; затем – «спортсмен» и «актер» – 7,6 и 7,0 %; «военный» – 5,9; «художник» – 5,8; «учитель» – 4,8; «полицейский» – 4,1; «строитель» – 3,6 и «программист» – 2,2 % (Касьянова и др., 2018: 181).

Значительное количество выпускников районного города Тверской области планируют связать свое дальнейшее место учебы/работы с Москвой и Московской областью – 54,7 % респондентов не намерены осуществлять профессиональную деятельность в родном городе, 23,9 – видят себя востребованными рынке труда в месте проживания, а 21 % опрошенных еще не определились с выбором. Вероятно, на последних может обратить свое внимание администрация города, поскольку именно с этими выпускниками имеет смысл работать по популяризации существующих предложений на рынке труда.

Значительное влияние на выбор выпускниками профессионального пути оказывает их социальное окружение. Школьники часто ориентируются на социальные ресурсы семьи, такие как образование родителей и уровень их жизни. У 81 и 80% выпускников школ г. Кимры Тверской области, собирающихся поступать в высшие учебные заведения, родители имеют среднее профессиональное и высшее образование. Школьники, чьи родители имеют среднее профессиональное образование (56,8 и 72,7 %), намерены поступать в техникумы и колледжи. У 27 % учащихся, планирующих продолжить обучение в лицее и профессиональном училище, родители имеют неполное среднее образование (у матери) и у 29,5 % школьников – начальное среднее (у отцов). У выпускников, собирающихся после окончания школы пополнить ряды работников, родители имеют среднее профессиональное образование (38,9 % у отцов и 50 – у матерей).

Уровень жизни выпускников школ оказывает влияние на профессиональные устремления молодых людей. Школьники, которые определили свой семейный достаток как выше среднего – 54,2 %, планируют поступать в высшие учебные заведения; 46,7 % учащихся, собирающихся продолжить учебу в техникумах и колледжах, охарактеризовали свое материальное благополучие как среднее; 58,9 % школьников, планирующих учиться в лицеях и училищах, – как среднее и ниже среднего; 48,6 % учащихся, стремящихся после школы пойти работать, имеют достаток ниже среднего.

На основании полученного материала по школам районного города Тверской области можно отметить, что существуют значимые различия между учащимися разных классов в степени определенности своих профессиональных устремлений и планах на будущее. Выпускники одиннадцатых классов в большей степени, чем девятиклассники, определились с выбором будущей профессии, получение которой планируют в высших учебных заведениях. Значительная часть девятиклассников настроена на поиск работы или продолжение обучения в колледжах и лицеях.

Таким образом, в числе наиболее влиятельных на профессиональный выбор старшеклассников региональных школ Тверской области отмечаются три группы факторов: внешние, индивидуальные особенности личности, факторы механизма социализации личности. К первым относятся: региональные особенности территории; престиж профессий в общественном мнении; состояние рынка труда (потребность народного хозяйства в работниках по занятиям). Возраст, пол, личные профессиональные планы, информированность субъекта выбора, интересы, способности определяют индивидуальные особенности личности. Факторы механизма социализации личности включают в себя такие показатели, как: семья и ближайшее окружение, общеобразовательная школа и профессиональные учебные заведения, средства массовой информации и социальные службы для молодежи.

Компаративный анализ полученных данных и результатов общероссийского исследования, показателей, полученных в рамках собственно Новосибирского проекта, позволяет говорить о наличии общих трендов в соотношении планов, ожиданий выпускников, состояния рынка труда, корреляции ожиданий выпускников средних общеобразовательных школ с потребностями рынка труда.

Современные исследования профессионального самоопределения старшеклассников региональных школ показывают незначительные отклонения от уже отмеченных факторов. Так, например, в исследовании учащихся школ Республики Саха (Якутия) основной фактор выбора профессии – способности – 79,5 %; затем интересы – 71,9; советы родителей и родственников – 70,0; советы друзей – 66,8; состояние здоровья – 60,0; участие в анкетировании и тестировании – 65,7; Интернет – 41,1; средства массовой информации – 39,0; консультации специалистов – 34,0; советы учителей – 30,0; книги – 26,0 % (Макаренко, Панина, 2017). Этот набор факторов можно отметить, как практически инвариант, но уже отмечается влияние цифровизации на профессиональное самоопределение учащихся, равно как и участие в профессиональных национальных чемпионатах «Junior Skills» (Макаренко, Панина, 2017).

Начиная с 2020 г. в спектре факторов отмечаются лишь незначительные изменения в части роли целенаправленной профориентационной работы в рамках партнерства вузов и школ в условиях активизации позиционирования высшего образования в регионах (Андрианов, 2022). А учитывая, что проект ранней профориентации школьников «Билет в будущее» реализуется с 2018 г.1 и с 2023 г. во всех образовательных учреждениях РФ внедряется Единая модель профессиональной ориентации, призванная способствовать профессиональному самоопределению российских школьников (Нехороших, 2025), то в дальнейшем следует ожидать расширения пула исследований, быть может, появления новых маркеров, факторов профессионального самоопределения старшеклассников.

Исследователи в рамках начального этапа новосибирского проекта обнаружили, что профессии сферы сельского хозяйства имеют достаточно низкий престиж среди выпускников школ, несмотря на то, что потребность в работниках сельского хозяйства динамично возрастала. Проведенные обследования в других регионах страны дали аналогичные результаты. «Были обнаружены “ножницы” в оценках городской и сельской молодежи: в городе выше оценивали профессии преимущественно умственного, а в селе – физического труда» (Шубкин, 1970: 178). Повторные обследования показывали, что наблюдается уменьшение разрыва в оценках в пользу города за счет села.

По данным исследования 2022 г., проведенного в Тюменской области среди выпускников городских и сельских школ (Черкасова и др., 2022), было выявлено воздействие территориального фактора на выбор профессии: «44,4 % школьников, проживающих в сельской местности, привлекают общественно значимые профессии, из школьников городских школ данный мотив предпочли 27,6 %. Фактор “престиж профессии” для старшеклассников сельских школ вышел на четвертое место, пропустив вперед ответы “работа творческая, требует смекалки” и “влияние семьи, ее традиций”; 51 % сельских школьников считают наиболее важными традиционные аграрно-промысловые профессии. Среди учащихся городских школ выпускников, желающих связать свою судьбу с сельским хозяйством, практически нет» (Черкасова и др., 2022).

Заключение . Таким образом, сегодня Новосибирский проект выступает как теоретическая рамка, сквозь которую можно рассматривать проявляющиеся функции системы образования как канала социальной мобильности, высвечивающая противоречивую связь профессиональных ожиданий выпускников школ с потребностями рынка труда, фиксирующая наличие рассогласований в этом сегменте, социального неравенства.

Многочисленный пул исследований, государственные программы профориентации учащихся говорят о трендах, направлениях, ориентирах, факторах выбора и агентах влияния, однако «около 50 % старшеклассников не соотносят выбор профессии со своими реальными возможностями; 46 % ориентируются при решении этого вопроса на мнение родителей и родственников; 67 % не имеют представления о сущности трудовых обязанностей, выполнение которых подразумевает в дальнейшем избранная для продолжения обучения специальность» (Касьянова и др., 2018).

Стремительно меняющаяся картина мира, турбулентность социально-экономической и политической составляющих, цифровизация рынка труда, системы образования, в том числе профессионального, и место в ней профессиональных ожиданий выпускников школ определяют необходимость продолжения исследований в этой области.