Социальные нормы и их взаимодействие с правом

Социальные нормы, которые в сжатом виде отражают объективную потребность любого общества в структурировании действий и взаимодействий его членов, а также в подчинении их поведения социально необходимым правилам, представляют собой совокупность основных форм и средств, через которые осуществляется регуляция поведения и общественных отношений. Они выступают как значимый фактор сознательного и целенаправленного влияния социальной группы на образ, способы и формы жизнедеятельности людей. Эволюция и смена различных типов и форм социальной жизни неизбежно приводили к существенным изменениям в системе общественной регуляции. Некоторые виды социальных норм исчезали с исторической сцены, в то время как появлялись новые, что вело к изменению соотношений, взаимосвязей и форм их взаимодействия, а также содержанию, роли и значению в общей системе общественных регуляторов и механизмов их реализации.

Право, будучи относительно поздним продуктом общественного развития, со времени его возникновения стало играть все возрастающую роль в системе социальной регуляции, но при всей своей относительной самостоятельности оно осуществляло и осуществляет свои специфические регулятивные функции не изолированно от других видов социальных норм и регуляторов обществен- ного сознания и поведения, а в едином комплексе и тесном взаимодействии с ними.

Определение специфических черт и моментов различных социальных норм является необходимым условием для выявления смысла, содержания и характера соотношения правовых и прочих норм в рамках выполняемых ими функций социального регулирования [1].

Взаимодействие и взаимовлияние различных типов социальных норм - таких как правовые, этические, эстетические и религиозные - не отменяет их уникальности. Каждая из этих норм выполняет свою особую регуляторную функцию, что подчеркивает принципиальные различия между ними. Эти различия необходимы для понимания различных типов социальных норм и их методов регулирования. Например, несмотря на формальные отличия и даже конфликты между религиозными течениями, общим признаком всех религий является вера в сверхъестественное и загробное существование. Эта вера является основополагающей для человеческого существования как в социальной, так и в индивидуальной сферах. Поэтому религия, или религиозность, проникает во все аспекты общественной жизни, включая правовую сферу, независимо от своих формальных различий. Однако следует помнить, что не все проявления общественного сознания и социальной жизни можно отождествлять с религиозными. Что касается права, то оно исторически развивалось на основе религиозного мировоззре- ния, но не ограничивалось им, особенно в европейском контексте, где конкретные правовые формы и принципы стали основой для нашей современной юридической системы. В то же время нельзя игнорировать тот факт, что многие народы основывают свое правовое сознание на религиозных ценностях, которые сохраняют свое значение как хронологически, так и по своей сути, включая этические и эстетические аспекты.

Одной из отличительных особенностей морали является то, что она выражает внутреннюю позицию индивидов, основанную на формально свободном и сознательном их решении того, что есть добро и зло, долг, честь и совесть и т.д., в связи с чем в явлениях этического порядка присутствуют два существенных момента [2]:

• 1)    личностный - связанный с определенной внутренней свободой индивида, с его сознательной мотивацией правил морального поведения и моральных оценок;

• 2)    объективный, так называемый внелич-ностный момент - обусловленный сложившимися в конкретной культуре, социальной группе, общности комплексом нравственных воззрений, системой ценностей, нравов, форм и норм людских взаимоотношений.

Первый из упомянутых аспектов (личностный) относится к сфере морали, тогда как второй (объективный) касается нравственности. Когда мы обсуждаем мораль в контексте социальных групп, общностей и общества в целом, мы фактически имеем в виду нравственность - совокупность групповых и общественных нравов, систем ценностей, взглядов, норм и правил. Таким образом, в области этических отношений мораль выступает как регулятор поведения конкретного человека, который внутренне мотивирован участвовать в общественной жизни и взаимодействиях, в то время как нравственные нормы действуют как внешние регуляторы поведения. Если индивид усвоил и принял в качестве своей внутренней установки коллективный нравственный опыт, представленный в виде взглядов, ценностей и норм, и ориентируется на них в своем поведении, то мы наблюдаем сочетание морального и нравственного регуляторов. Право и мораль имеют общую регулятивную функцию, связанную с нормами и правилами поведения в обществе, а также с субъектами, на которые они воздействуют. Эти две сферы сильно переплетены, но не идентичны друг другу. Ярким примером этого различия является разная оценка и, соответственно, меры воздействия со стороны права и морали на действия, причиняющие ущерб. Известное высказывание Иисуса Христа: «Ударившему по левой щеке подставь правую», в марксистской теории права, которая стремилась избавиться от религиозных догм, включая моральные, оценивалось как призыв к смирению и пренебрежение к чести пострадавшего [3].

Религиозная мораль, с одной стороны, учитывает реальное положение дел, обусловленное неизменной человеческой природой, и стремится минимизировать риск конфликта, последствия которого могут быть непредсказуемыми. С другой стороны, она надеется, что отсутствие возмездия за зло может способствовать пробуждению совести у обидчика. История показала, что такая мораль оказывается более эффективной, чем марксистская идеология, которая связывает свою воинствующую и псевдогуманистическую мораль с соответствующей правовой системой. Однако, в повседневной жизни видно, что люди могут руководствоваться разными моральными принципами и посылами, которые могут не совпадать с общепринятыми нормами и правовыми требованиями. В то время как правовая система стремится исключить различные толкования одних и тех же событий и опирается на четкие принципы возмездия и принуждения, иначе она теряет свой смысл и практическую ценность. В отличие от этого, мораль не исчерпывается лишь полезностью, хотя, безусловно, не может обойтись без нее.

С другой стороны, мораль и право не являются статичными и неизменными категориями; они оба подвержены изменениям и эволюционируют, при этом оказывая влияние друг на друга. В сущности, трудно определить, что из этого принесет больше пользы обществу и что окажется более эффективным: страх перед внешним наказанием, когда люди, опираясь на правовые нормы и интерпретируя «удар по щеке» как противоправный поступок, обращаются к четким юридическим предписаниям, или же раскаяние за совершенное и страх перед собственной совестью -внутренний страх (хотя это деление на внутренний и внешний страх является довольно условным). Тем не менее, мораль и право дополняют друг друга, стремясь к одной общей цели – обеспечить стабильное и предсказуемое общественное состояние, в рамках которого возможно нормальное существование человека. Г. Гегель в своей «Философии права» также подчеркивал тесную связь между правом и моралью. Он утверждал, что «правовое и моральное не могут существовать независимо друг от друга; они должны основываться на нравственном, поскольку праву не хватает субъективного элемента, а мораль, в свою очередь, одностороння, обладая лишь субъективностью. Таким образом, каждый из этих элементов сам по себе не обладает истинной действительностью» [4].

Все рассмотренные нами выше социальные регуляторы – право, мораль, нравственность, религия и т.д. – имеют нормативный характер и, будучи таковыми, имеют свои специфические санкции, причем специфика этих санкций обусловлена объективной природой и особенностями этих различных по своей сути видов социальных норм, разных типов (и форм) социальной регуляции.

Таким образом, не особенности санкций определяют различие социальных норм (права, морали, религии и т. д.), как это может показаться на первый взгляд, а, наоборот, объективные по своей природе сущностные различия разных видов социальных норм, их специфические свойства.