Социокультурная идентичность Китая в эпоху глобализации

Существенное повышение интереса исследователей различных направлений к проблемам китайской идентичности имеет теоретические, социально-исторические и практические обоснования. Во-первых, речь идет о необходимости комплексного анализа феномена идентичности в силу его многоплановости и все более усложняющейся сущности в условиях трансформации. Во-вторых, проблемы идентичности приобретают ключевое значение в переходные эпохи, связанные с трансформацией общественного развития и определением вектора социокультурной динамики. Также особую значимость приобретают практические механизмы сохранения идентичности как консолидирующего элемента общества, способного функционировать и развиваться в условиях становления новой социокультурной реальности.

Китайская цивилизация в XXI в. оказалась перед рядом фундаментальных вызовов, связанных и с определением ее места в мировом сообществе, и с защитой собственной самобытности в условиях интенсификации глобальных финансово-экономических, культурноинформационных, политических процессов. Развитие современных информационных технологий, расширение культурного диалога и углубление межкультурного взаимодействия раз- мывают понятие национальных границ. Социокультурная идентичность сегодня выступает своеобразным базисом консолидации общества, сохранения государственности и самобытности, способным определить рамки его жизненного пространства и обеспечить устойчивое гармоничное развитие.

Воспроизводство общественно-политической и социокультурной жизни в Китае неразрывно связано с дихотомией «традициона-лизм/модернизация». В конце прошлого столетия в условиях вызовов и угроз, культивируемых как процессом глобализации, так и внутренней социальной нестабильностью, перед китайским руководством остро встал вопрос о том, как правильно и выгодно для своей нации использовать все «новое», пришедшее с Запада и не забывать прошлое, традиционное начало. Перед лицом угроз XXI в. в Китае вырабатываются новые стратегии национального и регионального развития, призванные как сохранить «индивидуальность» китайской культуры (национальную идентичность), так и «модернизировать» ее.

Складывающаяся в КНР общественная система демонстрирует свою жизненность - она в состоянии обеспечить себе легитимность, успешно отвечает на внешние и внутренние вызовы и, наконец, обладает системой воспроизводства. При этом, нельзя, конечно, утверждать, что в Китае не осталось нерешенных проблем, а тем более не появятся новые, но это уже вопросы, касающиеся деталей, а не принципиальной модели общественного развития.

Процесс модернизации общественной системы КНР направлен на ее адаптацию к новым внутрирегиональным и глобальным условиям. При этом китайское руководство однозначно отрицает путь слепого копирования каких бы то ни было моделей, и стремится создать свою собственную модель глобализирующегося развития с учетом специфических условий развития страны, не «форсируя перемены».

Особая роль в процессе внутренней и внешней регионализации в КНР отводится ее культурным ценностям. Причем, в этом контексте ценности предстают как императивы, то есть повелевающие, требующие, предписывающие каждому действовать по этическим правилам.

Вхождение Китая в глобализационный процесс свидетельствует о коренных изменениях в сфере экономики, политики, информационном пространстве общества. Другая сторона этого противоречивого процесса затрагивает вопросы определения сущности так называемой «китай-скости» (англ. Chinessness), вопросы самоопределения китайского человека, системы его базисных конфуцианских ценностей, являющихся ядром социокультурного строя и определяющих облик китайской цивилизации, культуры и национальной идентичности. В результате глобализационных воздействий на социокультурные основы китайского общества подвергаются трансформации фундаментальные, культурноцивилизационные ценности, духовный мир человека, культурно-цивилизационная идентичность, менталитет.

Это обусловливает процесс культурной регионализации, в рамках которого актуализируются и трансформируются проблемы национально-цивилизационной идентичности китайского общества, унификации культуры. Сконцентрированные в различных сферах общества и общественном сознании конфуцианские ценности становятся целью и императивами процесса регионализации. Региональное структурирование китайского пространства влечет за собой активное включение регионов в экономическую, политическую, социально-культурную жизнь на национальном (внутреннем) и наднациональном (внешнем) уровнях.

Любой «внутренний регион Китая», как и «китайский регион» в его государственном и надгосударственном представлении становится структурно-функциональным образованием, в рамках которого КНР активно решает проблему исторической, нормативно-ценностной, культурной самоидентификации, тем самым обеспечивая эффективность развития экономической, политической, социальной, культурной сфер, определяя внутреннее и внешнее направление своего устойчивого развития и безопасного международного сотрудничества [1].

В зависимости от уровня рассматриваемого региона («внутренний регион Китая» или «китайский регион» как система или подсистема системы международных отношений), объектом нашего внимания выступает либо региональная (этническая) в рамках национальной, либо национальная идентичность. При этом, когда мы говорим о регионе-системе (регионе-государстве) и надгосударственном регионе, региональная идентичность соотносится с национальной, либо национальная идентичность выступает частью наднациональной региональной (межкультурной) идентичности [2].

С точки зрения социального конструктивизма, национальная и этническая идентичности являются составляющими социальной идентичности. Также очень часто этническую идентичность смешивают с национальной, однако, данные понятия уместно разводить. Самосознание индивидов в качестве членов определенной нации может формироваться на сверхэтнической основе (китайцы, россияне, американцы и т.д.) – национальная идентичность предполагает самоидентификацию с определенным политическим (национальное государство) и культурным (национальная культура) сообществом [3]. Поскольку большинство современных государств, в том числе и КНР, являются полиэтническими, гражданско-политическое и культурное измерение национальной идентичности имеет приоритет над ее этническим измерением [4].

В современном дискурсе официального национализма в КНР пропагандируется национальная идентичность китайцев как осознание единства общей судьбы китайских граждан; причем в этом процессе необходимо учитывать ключевую роль влияния идеологии КПК [5]. Современная китайская идентичность видится как «многоуровневая сложная система» – включающая глобальный, цивилизационный, национальный, этнический, региональный, личностный уровни. По сферам жизнедеятельности и ключевым факторам формирования выделяют различные виды идентичности – культурноцивилизационную, социальную, культурную, идейно-политическую (так называемую «социалистическую») и т.д., которые в совокупности образуют социокультурную идентичность современного китайского общества, представляющую таким образом комплекс взаимодействующих сложных многоуровневых элементов. Так, например, национальная идентичность и экономические успехи в сознании китайцев сливаются и служат для объяснения друг друга: экономический успех объясняется формированием национальной идентичности, а возникновение идентичности – экономическими достижениями [6].

Современная китайская идентичность носит многоплановый характер. Китайская специфика (идентичность) выражается в конфуцианских ценностях, идеалах гармонии (внутренней и внешней), формируя культурноцивилизационную идентичность, в патриотизме и социализме с китайской спецификой, являющихся основой идейно-политической идентич- ности; в политике «выхода вовне» и политике реформ и открытости, концепции гармоничного мира, влияющих на формирование национальноэкономической и межкультурной идентичности [7].

В разное время и в различных условиях отдельные элементы китайской идентичности играют свою роль. В изменяющемся, глобализирующемся и регионализирующемся мировом пространстве китайская идентичность все больше опирается на государственные политические и экономические стратегии развития, использующие традиционные культурные ценности в качестве императивов развития. Как одна из форм социальной идентичности национальная китайская идентичность - это трансформирующийся в течение всей истории развития китайской цивилизации феномен, результат социального воспроизводственного процесса. Рассматриваемая проблема - это проблема появления «гибрида» как результата глобальных трансформаций. Согласно социальной теории идентичности, китайская национальная специфика представлена сложной конструкцией, с множеством элементов, некоторые из которых сложились несколько тысяч лет назад, другие генерированы совсем недавно [8].

Другой аспект китайской идентичности – идентичность политических элит. Основными задачами ее первоначально выступали распространение коммунистической идеологии и поддержание авторитета власти с самого образования КНР [9]. При такого рода радикальном и скоротечном процессе формирования «социалистической» идентичности с безусловностью преобладала идентичность этническая (региональная), что при впечатляющем количестве наций и народностей, включенных в китайскую империю создавало более чем реальную угрозу целостности Китая в условиях отсутствия внутренних консолидационных успехов, и неизбежном после возникновения эпохи НТР перспективном наличии соответствующих экономических успехов соседей. Консолидационные же успехи в «стартовый период» возможны были только на пути авторитаризации режима. Демократия, как правило, связанная с меритократической системой ценностей, способствует скорее возникновению межнациональных трений и конфликтов, нежели их разрешению, особенно в немодернизированном обществе [10].

Интерпретации десятилетия культурной революции как периода радикальных, но вполне выверенных мероприятий по воспроизводству нового поколения в рамках новой социалистической идентичности, включающих в себя в том числе и ликвидацию любых иных институализированных ценностных систем и их элементов, зачастую вместе с их физическими носителями, представляется адекватной. Культурная революция довершила проект создания «социалистической идентичности», ликвидируя шансы воспроизводства любой иной альтернативы и создавая «полностью социалистическое» новое поколение [11].

Необходимо также отметить, что «социалистическая идентичность» в китайских реалиях в отличие от российского советского периода, не насаждалась взамен традиционной, а впитала в себя значительную часть традиционных и конфуцианских представлений. Так, по мнению китайского ученого Сяо, коллективная социалистическая идентичность зиждется на тройственном представлении о коллективизме в Китае: коллектив как «семья» в ее традиционном понимании, коллектив как «поднебесная» в конфуцианском представлении и, наконец, коллектив как «государство», формируемое идеологией КПК [12].

Экономическое развитие стало существенной частью китайской национальной специфики в эпоху Дэн Сяопина и еще более усилило свое влияние после. Политика открытости внешнему миру выступает в качестве новой демонстрации китайской национальной специфики. Она более отражена в понятии государства, чем нации, или цивилизации.

Хотя многие западные авторы определяют приоритет политического и экономического факторов в процессе воспроизводства современной китайской идентичности, нельзя не учитывать роль культурно-цивилизационных ценностей в данном процессе [13]. Китай в своем историческом развитии нашел свой, китайский, выход из дилеммы необходимой «незыблемости» ценностно-нормативного контекста и необходимости его периодической модернизации в зависимости от происходящих количественных и качественных изменений внутренней и внешней социальной среды. Трансформирующиеся ценности рассматриваются как культурные императивы внутренней и внешней стратегии развития Китая. Стратегии направлены на обеспечение национальных интересов, целостности, стабильности, повышение комплексной мощи и безопасности китайского государства в динамично изменяющихся условиях глобализации и регионализации.

Анализ китайской литературы по исследуемой тематике показывает растущий интерес китайских ученых к проблемам культуры, развитию культурной индустрии в Китае, разработке культурных брендов с целью распространения китайской культуры, как внутри страны, так и за ее пределами. Определенный интерес представляют исследования нового феномена – «китайской мягкой силы» （ 中国 软奬 力 ）. В современных условиях социокультурные ресурсы развития нации-государства не менее важны, чем экономическая мощь, политическая власть и военная сила.

Профессор Цзя [14], специалист в области теории коммуникации, отмечает наличие трех подходов к проблемам социокультурной динамики модернизирующегося китайского общества – западничество, национализм и движение «самоусиления» （ 洋務運動 или 自強運動 ）. Представители одного течения выступают за модернизацию китайского общества в русле копирования западных моделей развития и отрицания традиционных китайских ценностей. Другие （представители школы культурного национа-лизма） выступают за поддержание «чистоты» китайской нации и китайской культуры в контексте идей противостояния вестернизации. Приверженцы последнего призывают «сохранять все китайское и заимствовать у Запада только то, что необходимо» （ 中學為體，西學為用 ）, то есть одновременно признается исключительность китайской культуры, необходимость сохранения китайской культурной идентичности и возможность заимствования научно-технических новшеств с Запада для развития и укрепления национальной мощи китайского государства [14].

Невзирая на поляризованность взглядов, официальной идеологией процесса модернизации современного китайского общества является политика построения гармоничного общества. Идеалы гармонии очень тесно переплетаются в Китае с идеями национального сплочения и взаимовыгодного сосуществования и обогащения культур [15]. Другими словами правительство, КНР, подчеркивая гармонию в национальном и международном развитии, идеи диалога

Т.Б. Цыренова. К вопросу об организационной структуре института уполномоченных правительства Российской Федерации и правительства Монголии по охране и использованию трансграничных вод культур, транскультурализма и мультикультурализма в формировании новой китайской идентичности, стремится обеспечить будущее устойчивое гармоничное развитие в условиях глобализации. Новая китайская идентичность, основанная на традиционных ценностях и заимствованных модернизационных элементах, формирует сегодня новый облик глобализирующегося Китая.