Содержательная постановка и формализация задачи оптимизации дивидендной политики

Одной из основных составляющих доходов в условиях реализации рыночной схемы организации экономики являются доходы от участия в юридических лицах, традиционно именуемых для краткости предприятиями. В этом смысле источниками доходов лиц-участников являются, во-первых, образуемая чистая прибыль тех предприятий, по отношению к которым данные лица выступают в роли участников, владея соответствующими правами участия, и, во-вторых, сами права участия как возмездно переуступаемый в ходе осуществления фондовых операций объект собственности, имеющий все экономические и юриспруденческие признаки товарной продукции. В современной экономической практике права участия представляют собой не только двуединство права управления делами предприятия и прамва на отчуждение в пользу участника части чистой прибыли этого предприятия, но нередко выступают и в качестве средства тезаврирования, и в качестве объекта биржевых фондовых операций. Широко распространенной является также практика использования прав участия в залоговых операциях и в операциях гарантирования, а в ходе осуществления корпоратизации - при реализации институциональных проектов в отношении отдельных предприятий и проектов их корпоратизации. Последние по времени трансформации российского земельного законодательства также придают особенную экономическую важность правам участия, так как косвенно инициируют конъюнктурное приращение фактических стоимостных размеров прав участия в предприятиях вследствие потенциального приобре тения предприятиями, в которых имеется участие, прав собственности на землеотводы этих предприятий.

Вместе с тем отчисления участникам от чистой прибыли предприятия нередко составляют весьма значительную часть имущественных активов этого предприятия. Организационно-экономический механизм реализации указанных отчислений создает канал потенциально интенсивного оттока имущественных активов (как правило, денежных средств), необратимо отчуждаемых в пользу участников предприятия. Поэтому посылка относительно высокой финансово-экономической ценности прав участия и производных отчислений участникам распространяется на предприятия и все категории участников этих предприятий - юридических и физических лиц, а также лиц с особенным статусом. Следует отметить, что права участия в наиболее экономически развитых странах мира ныне составляют значительную часть имущества физических и юридических сил (во многих случаях - более чем 50 %), в правах участия также размещаются значительные доли государственных золотовалютных резервов и накоплений неправительственных учреждений типа пенсионных, защитных и благотворительных фондов.

Обсуждаемая управленческая деятельность по долгосрочному установлению размеров дивидендов получила распространение в России и за рубежом наименование формирования дивидендной политики.

В рамках настоящего исследования под дивидендной политикой в отношении предприятия автором обоснованно понималось стратегическое управленческое реше- ние (стратегия), предусматривающее установление участниками для некоторой группы будущих моментов времени размеров доли от величины ожидаемой чистой прибыли предприятия - доли, направляемой на образование предпринимательского дохода участников предприятия от участия в этом предприятии1.

Актуальность настоящего исследования обусловлена неудовлетворенностью объективного спроса субъектов правоотношений на комплекс основных компонент технологии формирования дивидендной политики участников. Эта неудовлетворенность ныне объективно существует в российском экономическом пространстве.

Для доказательства актуальности настоящего исследования выявим потребность потенциальных заказчиков технологии, их платежеспособность, а также соотнесем спрос и предложение на соответствующем сегменте рынка объектов интеллектуальной собственности.

В области дивидендного стратегического управления в современных российских условиях выделяются две подобласти:

• -    первая из выделенных в ходе проведения настоящего исследования подобластей связана с ныне уже существующими в качестве юридических лиц предприятиями. Среди них выделяются, в частности, те, которые образовались в ходе приватизирующего акционирования государственных и муниципальных унитарных предприятий и тем самым автоматически переведены в категорию плательщиков дивидендов. Применительно к этим предприятиям контур стратегического дивидендного управления подлежит вторичной активации, но на принципиально новой концептуальной и инструментальной основе. Наряду с этими предприятиями после введения в действие российского закона «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» дивидендная политика в полной мере подлежит реализации и в отношении предприятий, функционирующих в этих организационно-правовых формах. Для предприятий в иных организационно-правовых формах необходимо кардинально повысить качество дивидендного стратегического управления. В целом же следует констатировать, что в отношении существующих предприятий теоретически требуется реинжиниринг или инжиниринг стратегической управляющей системы, предназначенной для осуществления дивидендного управления;

• -    вторая подобласть связана с возникновением новых предприятий, прежде всего, структуроименующих, позволяющих реализовывать главным образом институциональные, организационно-экономические схемы корпоратизации. Само собой разумеется, что на новых предприятиях физически не может быть развернуто каких-либо управляющих систем. Поэтому применительно к создаваемым предприятиям при организации управления ими также целесообразно осуществить инжиниринг специализированной управляющей системы.

Для обеих выделенных областей потребность в стратегическом дивидендном управлении связана с наличи ем, а также с возможным возникновением, изменением и прекращением прав участия вследствие проведения учредительных (учредительских), реорганизационных, ликвидационных и фондовых операций, в ходе которых возникают, приобретаются, отчуждаются или исчезают права участия как объекты собственности, причем прежде всего в качестве объектов владения. Последнее связано с тем, что управленческие решения относительно дивидендов должны приниматься исключительно владельцами прав участия, а отнюдь не пользователями или распорядителями этих прав.

Непосредственно заинтересованными в организации высококачественного дивидендного стратегического управления являются лица нескольких статусных категорий.

Рассмотрим содержательную постановку системы задач формирования объектно-ориентированной дивидендной политики.

Объектомуправления при формировании дивидендной политики в отношении промышленного предприятия являются промышленное предприятие и его участники, а также связи участия, включающие реализацию дивидендных политик и выплату дивидендных доходов.

Предположим, для определенности, что, в общей сложности, имеется или может иметься М участников промышленного предприятия, среди которых, естественно, может иметь место и присутствие самого? этого промышленного предприятия, если оно оказывается собственным участником, приобретя на фондовом рынке права участия в себе. Соответственно будем считать, что т-ый участник (те [1, М]) владеет в дискретный момент времени t+j • А^у е [1,7] априорно заданными:

• -    количествами обыкновенных прав участия в промышленном предприятии 5^0& (t+j • At);

• -    количествами привилегированных прав участия в этом же предприятии 5 ” ^р - (t +j • At).

Здесь t - текущий момент времени и одновременно начальная точка периода управления, At - дискретность управления, а число 7 задает конечную точку периода управления. Соответственно весь период управления декомпозируется на последовательность из 7 примыкающих друг к другу элементарных периодов времени протяженностью At каждый. Следует отметить, что значения 5^o6_m(t + j • At) и 5^пр_m(t + j • At) не обязательно являются целыми числами, даже если права участия имеют форму акций, так как российский закон «Об акционерных обществах» в ныне действующей редакции ввел институт дробных акций, переведя акции из неделимого объекта потенциально долевой собственности в принципиально делимые объекты собственности. Единственное заведомое запрещение физического характера-неотрицательность значений ^„(t +j • At) и S^пр_m(t +j • At).

Отметим, что участники промышленного предприятия являются тройственно синдицированными:

• -    во-первых, они синдицированы в части единственности принимаемого на общем собрании решения о распределении образованной промышленным предприяти-

• ем прибыли на долю, оставляемую в распоряжении этого предприятия (терминологически некорректно именуемую реинвестируемой прибылью) и долю, направляемую на выплату дивидендного дохода участникам предприятия;

• -    во-вторых, они синдицированы по общей величине дивидендов, подлежащей распределению между владельцами обыкновенных и привилегированных прав участия. Совокупная часть прибыли, направляемая на выплату дивидендов, сначала распределяется на ту долю, которая предназначена всем владельцам обыкновенных прав участия и ту, которая предназначена всем владельцам привилегированных прав участия. Это двухдолевое распределение частично регламентируется законодательством, а частично участниками - через учредительные документы предприятия и проспекты эмиссии прав участия в нем;

• -    в-третьих, все владельцы обыкновенных прав участия автоматически распределяют свои доли дивидендов пропорционально номинальным стоимостям (номиналам) прав участия от причитающейся им совокупной доли и потому тоже синдицированы в этом аспекте. Аналогичная картина наблюдается для привилегированных прав участия и владельцев этих прав.

Внутренняя среда объекта управления является естественной предпринимательской средой и не содержит компонентов искусственного эмулирования, а, соответственно, и не требует введения специального организационноэкономического механизма поддержания этой среды.

Установим предметную локализацию позиционированного объекта управления посредством выделения особенного характера отслеживаемых в нем процессов и его взаимодействия с внешней по отношению к нему среды. В этом смысле субъектные компоненты объекта управления рассматриваются как субъекты собственности, имеющие финансово-экономическую природу, а связи между ними, вытекающие из институциональных взаимоотношений и отношений собственности - как денежные, информационные и административные потоки.

К категории оперирующих сторон отнесем лиц, чьи интересы непосредственно зависят от результатов стратегического дивидендного управления, выражающихся в изменении состояния выбранного объекта управления.

В состав оперирующих сторон включим:

• -    органы государственного управления, ведающие исполнением доходной части консолидированного бюджета;

• -    органы регионального управления, в том числе местного самоуправления, ведающие исполнением доходной части регионального бюджета;

• -    участников промышленного предприятия и участников этих участников;

• - рассматриваемое промышленное предприятие, персонифицированное своим высшим исполнительным органом - дирекцией, рассматриваемой в качестве носителя уставных целей промышленного предприятия;

• -    смежников промышленного предприятия и их участников;

• -    заказчиков товарной продукции промышленного предприятия и их участников;

• -    конкурентов промышленного предприятия и их участников;

• -    персонал промышленного предприятия и его участников как физических лиц.

Указанные в качестве оперирующих сторон лица могут быть подвергнуты разграничению на более частные категории.

Несомненно, что имеются и иные лица, которые могли бы быть причислены к категории оперирующих сторон, но их интересы следует учитывать в существенно меньшем приоритетном порядке.

В качестве субъекта управления безальтернативно выступают участники промышленного предприятия, владеющие обыкновенными правами участия в промышленном предприятии, ибо только они по своему статусу имеют возможность реализовывать дивидендную политику Такого рода безальтернативность позиционирования оперирующей стороны в качестве непременного субъекта управления является незначительно распространенной системотехнической особенностью стратегического дивидендного управления.

Включим в состав стереотипных целей управления произвольного участника промышленного предприятия следующее множество целей финансово-экономического характера:

• -    максимизацию величин суммарных чистых мажорированных доходов каждого из участников промышленного предприятия, отнесенных к группировке G^. Введенная характеристика состояния объекта управления является расширением такой общепринятой в бизнес-планировании характеристики, как чистый дисконтированный доход. В данном случае имеет место обобщение в плане перехода от сложнопроцентного дисконтирования по фактору времени к приоритетностному мажорированию общего вида аддитивных ценностных компонентов для различных моментов календарного времени. Эта цель при организации стратегического дивидендного управления может быть заменена подцелью: если, например, исключить из величины суммарного чистого мажорированного дохода данного участника промышленного предприятия величину амортизационных отчислений, то он превращается в суммарную чистую мажорированную прибыль этого же участника;

• -    максимизацию степени избежания собственной ликвидации каждого из участников промышленного предприятия для некоторой группировки G_fK по каким-либо экономическим основаниям, включая в обязательном порядке разрезы банкротства и противоправного несоответствия величины стоимости чистых активов промышленного предприятия и величины его первоначального капитала (складочного капитала, уставного капитала, совокупности имущественных паев членов производственного кооператива или уставного капитала);

• -    максимизацию суммарных налоговых отчислений промышленного предприятия и всех его М участников. При поверхностном рассмотрении такая цель участников является алогичной, однако на самом деле это совсем не так. Во-первых, в принципе эта цель не является заведомо антагонистической по отношению к двум предшествующим. Известны ситуации, когда максимизация величины чистой прибыли не требовала минимизации налоговых отчислений. Во-вторых, прямая ориентация на

минимизацию совокупных или отдельных налоговых отчислений порождает целевой конфликт с органами федерального и регионального управления. И, наконец, в-третьих, в случае федерального участия в промышленном предприятии и/или его участниках исключается комплексное налогово-дивидендное управление со стороны государства или регионов.

Ориентация на достижение желаемого состояния группировки участников промышленного предприятия обусловлена их синдицированным характером. В эту группировку входят участники, которые в совокупности владеют долей обыкновенных прав участия в промышленном предприятии, позволяющей им принимать консенсусное дивидендное решение на общем собрании участников.

Очевидно, что если имеется один участник с правом решающего голоса, то тогда дивидендная политика определяется именно им. Несомненно, это механически распространяется на случай промышленного предприятия с единоличным участием.

Сообразно дивидендным коалициям - группировкам участников-владельцев обыкновенных прав участия для промышленного предприятия могут быть сформировано некоторое конечное множество G группировок участников, включающее группировки G_;, G₂,..., G_N численностью соответственно М₁, М, ..., М^ для которых собственно и должны формироваться дивидендные стратегии. Каждая из этих группировок задается уникальными именованиями участников - например, присвоенными им уникальными натуральными числами. В этом смысле группировка G заведомо содержит М уникальных именований участников, минимальное множество элементов любой группировки - 1, а максимальное - М.

Несомненно, что оптимальная дивидендная политика m-ого участника (me [1, М]) зависит от того, к какой из N группировок участников он будет отнесен (в какую группировку он будет включен). Такая вариантность отнесения участника к одной из группировок порождает ситуацию, когда вместо традиционно единственной содержательной постановки управленческой задачи возникает целая их система, включающая N содержательных постановок управленческих задач, а далее - формализаций и решений этих управленческих задач. Эта система еще больше усложняется вследствие декомпозируемости и, тем самым, возможности выделения из системы содержательных постановок управленческих задач частных их постановок.

Из изложенных соображений вытекает, в частности, что можно и нужно решать задачу оптимального вхождения участника в группировку, обеспечивающую ему наилучшие конечные финансово-экономические результаты. Однако задача оптимального блокирования участников-владельцев обыкновенных прав участия является техничес кой надстроечной задачей по отношению к управленческим задачам выбранной направленности. В самом деле, нахождение оптимальных дивидендных политик для различных вариантов коалиционного вхождения участника позволяет сопоставить их для различных вариантов коалиционного группирования, а тем самым выбрать предпочтительную для вхождения коалиционную группировку

С учетом изложенного следует рассматривать содержательную постановку управленческой задачи для^-ого участника промышленного предприятия-владельца обыкновенных прав участия, входящего вf-ую коалиционную группировку G^, имеющую численность М.

Определить такую синдицированную (коалиционную) дивидендную политику для^-ого участника коалиционной группировки G_f cG численностью М^ участников (М_/.< М), которая для заданного периода управления, определяемого значениями t, Kt и T, обеспечивает:

• -    максимизацию величин суммарных чистых мажорированных доходов каждого из участников промышленного предприятия, входящих в группировку G^;

• -    максимизацию степени избежания собственной ликвидации хотя бы одного участника промышленного предприятия из состава некоторой группы G_/.по основаниям его банкротства и/или противоправного несоответствия величины стоимости чистых активов и величины его первоначального капитала;

• -    максимизацию суммарных налоговых отчислений промышленного предприятия и всех его М участников при условии того, что для каждого из заданных элементарных периодов управления или некоторых из них:

• а)    ни один из участников не понесет убытки в размере выше заданного уровня;

• б)    величина баланса наличности участников не опустится ниже некоторого уровня, участники промышленного предприятия в совокупности с ним заплатят налоги в размере не ниже заданного уровня, а управленческие воздействия в виде дивидендных решений будут непротивоправными и физичными.

Важной особенностью осуществленной содержательной постановки управленческой задачи является проблематичность ее разрешения в части пустоты множества допустимых стратегических дивидендных управленческих решений. Частично эту проблематичность удалось смягчить, введя: во-первых, некатегоричную вторую категорию целей - подразумевая лишь максимизацию степени избежания ликвидации участников, а не самого избежания, и, во-вторых, запрещения изменяемой жесткости. Однако даже в этом случае нахождение допустимого управления не является априорно гарантированным. Формализовано эта задача представляет собой задачу условной оптимизации.

SUBSTANTIAL STATEMENT AND FORMALIZATION OF PROBLEM OF DIVIDEND POLICY OPTIMIZATION

The system-engineering appearance of the optimization problem of the dividend policy of a majority participant in the contemporary Russian enterprise of industry is represented.