Соотношение понятий технологического и информационного суверенитета в юридической науке

В современной политико-правовой действительности особое значение приобретает необходимость развития в России приоритетных технологий и повышения конкурентоспособности отечественных разработок, а также оперативной и всеобъемлющей реакции Российского государства на требующие незамедлительного решения проблемы в научно-технической сфере. Известное политике и теории государства и права содержание концепции суверенитета дополняется: происходят этапы становления и развития технологического и информационного суверенитета, соотношение которых имеет значение. Так, на первый взгляд, содержание данных категорий является схожим, однако для целей наиболее точной реализации соответствующих концепций требуется внесение ясности в соотношение данных категорий: оно определяется их сущностью, содержанием, функциональным значением и влияет на специфику проводимых мер. В этой связи представляется интересным соотношение технологического и информационного суверенитета.

Когда мы говорим о технологическом суверенитете, мы подразумеваем, что физическое или юридическое лицо, публично-правовое образование самостоятельно решает, какие действие он может пред- принять относительно технологий в научной и практической сфере. В Концепции технологического развития закреплено «право на риск», в соответствии которым ответственные за результаты должностные лица должны быть добросовестны в случае недостижения поставленных результатов [1]. Думается, под технологическим суверенитетом понимается способность государства предпринимать меры для сохранения устойчивости приоритетных отраслей и для обеспечения высокого уровня независимости в создании и функционировании критических технологий и иных разработок. В юридической литературе под технологическим суверенитетом также понимается способность государства с помощью различных имеющихся у него ресурсов сохранять свой кадровый, промышленный, технологический потенциал для достижения научно-технического развития [2, с. 88]. Несомненно, это затрагивает инновационные технологии в информационной сфере, относимых авторами к объектам технологического суверенитета.

В современной действительности все чаще происходят компьютерные атаки на базы данных пользователей сети «Интернет», появляется возможность третьих лиц следить за гражданами и их личной жизнью с использованием технических средств, что обуславливает содержание информационного суверенитета: защита от данных угроз. Определение информационного суверенитета в юридической литературе является дискуссионным. Понимается способность лиц контролировать целостность, надежность и безопасность передачи обработки данных пользователей сети «Интернет». С другой стороны, делается акцент на способность именно государства самостоятельно осуществлять защиту от соответствующих угроз.

Видится перспективным утверждение дополнительных правил, регулирующих анонимность в сети «Интернет» для своевременного пресечения преступной деятельности, подрывающим безопасность данных российский пользователей.

Сходство данных подходов заключается в определении сущности информационного суверенитета. Основной задачей становления информационного суверенитета является обеспечение безопасности отечественной базы данных, в том числе персональных данных пользователей информационной сети. Различие между изложенными подходами заключается в определении круга субъектов, непосредственно связанных с реализацией концепции информационного суверенитета: в одном случае – исключительно государство в контексте осуществления информационной политики, в другом случае – все субъ-

Ранее нами было установлено, что информационный и технологический суверенитет не являются тождественными понятиями. В определении технологического суверенитета делается акцент на уровень независимости отечественных разработок и их внедрения в процесс производства. В свою очередь, в понятии информационного суверенитета затрагиваются вопросы обеспечения безопасности данных пользователей сети «Интернет».

На наш взгляд, определение информационного суверенитета представляется бо- лее широким, чем определение технологического, поскольку информационные технологии — это материальная основа постиндустриального общества, охватывающая все сферы жизни граждан. В этой связи следует утверждать, что информационный и технологический суверенитет соотносятся как целое и часть.

Исходя из вышеизложенного, следует утверждать, что концепции информационного и технологического суверенитета соотносятся как целое и часть, где информационный суверенитет – «целое», технологический – «часть». Закрепление данного соотношения в теории государства и права, а также в действующем законодательстве РФ, документах стратегического планирования позволит сделать работу по обеспечению данных суверенитетов более конкретной, станет основой для утвержде- екты правового регулирования. ния ряда дополнительных правил.