Состояние племенного овцеводства Кыргызской Республики в 1990-х гг

Природно-климатические условия Кыргызстана благоприятны для развития овцеводства. На территории Кыргызстана расположено более 8 млн га естественных пастбищ, находящихся на высоте 1 500–3 500 м над уровнем моря. Из них площадь пастбищ, используемых в весеннеосенние периоды, составляет примерно 2,7 млн га, в летние периоды – 3,2, в зимние периоды – 2,2 млн га [1, c. 56]. В связи с этим разведение овец в естественных пастбищах и, соответственно, производство мяса и шерсти является важным направлением экономического развития страны. Разводить овец проще и дешевле, чем другие виды скота. В то же время овцеводство является основным источником доходов населения, проживающего в горных регионах Кыргызстана. Климат и природа республики предоставляют все условия для разведения овец и развития овцеводства в различных направлениях.

До 1990-х гг. в хозяйствах Кыргызстана имелось более 10 млн овец, почти 93 % которых составляли кыргызские тонкорунные овцы. В республике ежегодно производилось более 30 тыс. т шерсти. По этому показателю Кыргызстан занимал третье место в Советском Союзе после РСФСР и Казахстана, а по количеству производимой шерсти на единицу площади лидировал среди союзных республик (более 300 кг на 100 га). Такие высокие показатели были достигнуты только благодаря коренной перестройке племенного качества овец в хозяйствах республики [2, c. 3].

Однако в 1990-х гг., как и в других странах СНГ, из-за нарушений при переводе сельского хозяйства на рыночную экономику и при проведении его приватизации овцеводство превратилось в убыточную отрасль. Государственные и коллективные хозяйства были расформированы, а негосударственные хозяйства не смогли сохранить прежний уровень развития.

В целях улучшения сложившегося состояния в животноводстве 17 февраля 1993 г. Правительством Кыргызской Республики было принято постановление «О неотложных мерах по сохранению ресурсов племенного скота и усилению селекционной деятельности в животноводческих хозяйствах Кыргызской Республики» [3, л. 53]. В постановлении предусматривались улучшение племенного качества скота, обеспечение интеграции сельскохозяйственной науки с производством, повышение результативности и укрепление деятельности государственной племенной службы, постоянное обеспечение фермерских и крестьянских хозяйств, подсобных хозяйств населения семенами ценных производителей для ускорения внедрения в животноводство методов биотехнологии, селекции и прогрессивных методов разведения скота.

В указанном постановлении также предусматривались проведение аттестации государственных племенных заводов «Оргочор» в Джети-Огузском районе, «имени М.Н. Лущихина» в Кара-Бу-ринском районе, «Кочкор» и «Сон-Куль» в Кочкорском районе, совхоза Ача-Кайынды по разведению кыргызских тонкорунных овец в Ат-Башинском районе, хозяйства «Тянь-Шань» по разведению полутонкорунных овец в Нарынском районе, хозяйства «Кашка-Суу» по разведению алайских полутонкорунных овец в Чон-Алайском районе и их последующая передача на баланс государственного научно-производственного объединения по племенному животноводству «Асыл-Мал». Особо отмечалось, что эти хозяйства не должны быть расформированы при приватизации [4, л. 54].

Однако, несмотря на это постановление, а также закон «О племенной деятельности в животноводстве Кыргызской Республики» и Постановление Правительства Кыргызской Республики № 745 от 4 октября 1994 г. «Об утверждении перечня племенных сельскохозяйственных предприятий в Кыргызской Республике» и другие директивные указания, местные государственные администрации расформировали племенные животноводческие хозяйства «Кашка-Суу» в Чон-Алайском районе, «Кызыл-Жар» в Аксыйском районе (козоводство), «Сон-Куль» в Кочкорском районе, «Тосжив» в Нарынском районе и другие 12 племенных животноводческих хозяйств (большинство из них составляли овцеводческие хозяйства, в том числе крупные овцеводческие хозяйства «Урмарал» Бакай-Атинского района, «Орто-Сырт» Ак-Талинского района, «Улахол» Тон-ского района и т. д.) [5, л. 149-150].

Один из них - государственный племенной завод «Кашка-Суу» - являлся единственным хозяйством в республике по разведению новой, алайской, породы овец. В начале 1990-х гг. была поставлена цель довести до миллиона поголовье алайских овец в высокогорных хозяйствах республики. К сожалению, несмотря на сопротивление ученых, это хозяйство было ликвидировано, а все поголовье скота в хозяйстве приватизировано.

В законе «О племенной деятельности в животноводстве Кыргызской Республики», принятом в 1992 г., предусматривалось привлечение к ответственности лиц, допустивших «расформирование племенных хозяйств и ферм без соответствующего основания, обмен и убой племенного скота» [6, л. 45].

Несмотря на принятый закон, были ликвидированы некоторые эффективно функционирующие племенные овцеводческие хозяйства в республике, а поголовье племенных овец было присвоено руководителями местной власти под предлогом приватизации.

Например, племенное животноводческое хозяйство «Семиз-Бел» в Кочкорском районе (руководитель - Б. Атабекова) самоликвидировалось, а имущество хозяйства было растранжирено из-за беспорядочного расходования, из-за чего многим крестьянам не досталось никакого имущества. Такая же судьба постигла племенное животноводческое хозяйство в Сары-Ойской сельской управе (руководитель - Б. Омуралиев), в собственности которого состоял животноводческий комплекс со множеством отар овец и 7 000 голов скота [7, л. 62-63].

Эти факты доказывают, что в первые годы аграрно-земельной реформы директивные указания Правительства Кыргызской Республики оставались только на бумаге. Из-за самоуправства местных руководителей и некомпетентности государственных органов были допущены беспричинное уничтожение племенных хозяйств, разграбление племенного скота, однако никто за это не был привлечен к ответственности.

В то же время в первые годы аграрно-земельной реформы в результате создавшегося тяжелого положения в республике государственные племенные хозяйства пришли в катастрофическое состояние, резко сократилось поголовье скота.

Например, если поголовье овец в государственных племенных заводах по разведению кыргызских тонкорунных овец в 1988–1990 гг. составляло 200,3 тыс., то в 1997–1999 гг. составило 14,8 тыс., т. е. сократилось на 95 % [8, с. 61].

Если в Оргочорском государственном племенном заводе (далее – ГПЗ) поголовье кыргызских тонкорунных овец в 1990 г. составляло более 40 тыс., то в 1997 г. осталось только 1 473 головы. За это же время поголовье племенных овец в ГПЗ «Катта-Талдык» сократилось с 31,9 до 4,5 тыс., в ГПЗ имени М.Н. Лущихина – с 29,7 до 5 тыс. [9, л. 227–228]. Если в конце 1980-х гг. в ГПЗ «Кочкор» Нарынской области поголовье чистокровных кыргызских тонкорунных овец составляло 46,2 тыс., то в 1995 г. это число сократилось до 11,35 тыс., а в 1998 г. осталось всего 1,65 тыс. голов [10, c. 24].

Племенные хозяйства, принадлежащие государственной акционерной компании (далее – ГАК) «Асыл-Мал», перестали быть центром высокой зоотехнии в разведении животных и производстве корма, из-за чего снизилась продуктивность племенного скота. В 1995 г. в структурных подразделениях ГАК «Асыл-Мал» производство шерсти сократилось на 25 % по сравнению с 1991 г., а настриг шерсти с одной овцы снизился с 3,8 до 3,3 кг [11, л. 180]. В ГПЗ «Катта-Талдык» настриг шерсти с одной овцы составил в среднем 2,5–3 кг, а объем производства шерсти сократился со 127 до 86 т [12, л. 15–16].

Финансово-экономическим комитетом, комитетом по экономической помощи и другими финансово-экономическими органами Кыргызской Республики не была рассмотрена возможность финансирования племенных хозяйств из республиканского бюджета или за счет иностранных инвесторов. Из-за того что не было предоставлено никаких льгот племенным заводам по получению кредитов и по уплате налогов, эти заводы были поставлены на грань банкротства. В результате племенные хозяйства и селекционные станции задолжали государству крупные суммы. Например, к 1996 г. долг Оргочорской опытной станции составил 8 млн сомов (Джети-Огузский район), долг Тянь-Шанского госплемзавода Нарынского района на 1 января 1996 г. составил 1 млн 829 тыс. сомов, конезавода № 53 – 1 млн 457 тыс. сомов, Кочкорского племзавода – 2 млн 96 тыс. сомов, госплемзавода Соң-Куль – 1 млн 308 тыс. сомов [13, л. 62–63]. Из-за этого в 1997 г. племенные овцы Оргочорского племенного завода были распроданы по цене ниже простых овец для уплаты долгов хозяйства. В хозяйстве остались только негодные для производства, больные овцы, что привело к тому, что начиная с 1997 г. три года подряд приплод был катастрофически низким [14, c. 8].

В ГПЗ «Катта-Талдык» в 1996 г. 41 % всего поголовья овец подвергся падежу или невольному убою, а в 1997–1998 гг. такая же судьба постигла 19,5 и 22,5 % поголовья племенных овец. В то же время приплод с каждых 100 голов овец составил всего 67–79 голов. Кроме этого, ежегодно с 27 до 38 % всего поголовья скота передавалось в качестве зарплаты и бартерных средств [15, л. 16–18]. Такая картина имела место в большинстве племенных хозяйств республики.

В результате нарушений технологии разведения скота и воспроизводства отары в племенных животноводческих хозяйствах увеличилась яловость и снизились показатели приплода. В государственном племенном заводе «Оргочор» приплод на 100 овцематок снизился с 118 ягнят до 85, в ГПЗ «Кашка-Суу» – с 87 до 46, в ГПЗ «Катта-Талдык» – с 101 до 46. По всей республике приплод овец в 1994 г. снизился до 80 %, в то время как в 1991 г. этот показатель составлял 90 % [16, л. 174].

Все это в 1994 г. привело хозяйства ГАК «Асыл-Мал» к убыткам. Только в племенном заводе имени М.Н. Лущихина убытки составили 460 тыс. сомов [17]. В результате племенные хозяйства, считавшиеся в советское время доходными, в первые годы суверенитета превратились в нерентабельные. Убыточность племенных хозяйств росла с каждым годом. Например, в ГПЗ «Катта-Талдык» убытки в 1996 г. составили 961 тыс. сомов, в 1997 г. – 930, в 1998 и 1999 гг. – 536 и 218,5 тыс. сомов соответственно [18, л. 21–22].

Отказ колхозов, совхозов и вновь организованных фермерских хозяйств закупать племенных овец также приводил племенные хозяйства и племенные станции к убыткам. Отсутствие спроса на племенных овец во вновь организованных хозяйствах и невыработанность ценовой политики привели к тому, что после принятия суверенитета (1991) в течение 2–3 лет хозяйствами не было закуплено ни одной головы племенного скота [19, л. 181].

В таких обстоятельствах сохранение функционирующих племенных хозяйств стало первоочередной задачей. В 1998 г. постановлением Правительства Кыргызстана государственное племенное скотоводческое хозяйство «Оргочор» было реорганизовано и введено в структуру Кыргызского аграрного университета с сохранением статуса государственного племенного хозяйства. В целях сохранения поголовья тонкорунных овец, выведенных благодаря 30-летним усилиям известных ученых, специалистов и животноводов и приспособленных к высокогорным и климатическим условиям Кыргызстана, постановлением Правительства Кыргызской Республики в 1999 г. указанному племенному хозяйству «Оргочор» был присвоен еще один статус, отражающий дополнительную отрасль деятельности, – государственное семенное хозяйство 1-й группы. Кроме хозяйства «Оргочор», племенные хозяйства республики «№ 53», «Кочкор», «Тянь-Шань» также перешли на статус семеноводческих хозяйств [20, c. 82].

На основе вышесказанного можно заключить, что причины ухудшения в 1990-х гг. состояния племенного овцеводства в республике являются многосторонними.

Во-первых, на развитие племенных хозяйств, до этого постоянно находившихся на государственной дотации, отрицательное влияние оказало прекращение дополнительного финансирования, которое также связано с разрывом хозяйственных отношений со странами СНГ. Как показывают вышеприведенные факты, нехватка финансирования принудила эти хозяйства использовать племенной скот в качестве бартерных средств, заработной платы сотрудников, а также устраивать их дешевые распродажи на рынках, что привело к резкому ухудшению материальнотехнической базы производства.

Во-вторых, в результате непродуманной и насильно проведенной реформы животноводческой отрасли республики (ученые-аграрии неоднократно обращались руководству республики по этой проблеме, но не смогли остановить процесс проведения реформы) были необоснованно расформированы некоторые племенные хозяйства, племенные овцы были розданы в собственность фермерских и крестьянских хозяйств. Вновь созданные фермерские и крестьянские хозяйства не были готовы к ведению племенного животноводства, в результате чего были допущены бессистемное смешивание пород и снижение племенного качества пород овец.

В-третьих, не было оказано никакой государственной помощи по возврату государственных, иностранных и других долгов государственных племенных заводов.

В-четвертых, объем заготавливаемого корма в государственных племенных заводах был недостаточен, в то же время не уделялось достаточного внимания удельному весу различных видов концентрированного и сочного корма в структуре корма.

В-пятых, в племенных хозяйствах была почти прекращена деятельность по селекционным работам, бонитировке и зоотехническому отбору, учету племенного скота, остановлены профилактические ветеринарные работы.

В-шестых, из-за ослабления ответственности органов местной власти и местной государственной администрации не проводился на соответствующем уровне финансово-хозяйственный контроль за деятельностью племенных хозяйств.

В конце рассматриваемого периода истории Кыргызстана сформировалась осознанная необходимость финансовой поддержки этих хозяйств, являющихся сокровищницами племенного скота, путем предоставления льготных кредитов, привлечения иностранных инвестиций, а также привлечения к ним ученых, грамотных специалистов по ведению селекционных работ, увеличения поголовья племенного скота с их последующей реализацией другим фермерским хозяйствам.

Ссылки:

• 1.    Рациональное использование пастбищ / А.З. Тулебаев, Р. Салыков, А.Т. Исаев и др. Бишкек, 2016.

• 2.    Лущихин М.Н. Технология ведения горного тонкорунного овцеводства. Фрунзе, 1981.

• 3.    ЦГАКР (Центр. гос. арх. Кыргыз. Респ.). Ф. 350. Оп. 14. Ед. хр. 7592. Л. 53.

• 4.   Там же. Л. 54.

• 5.    ЦГАКР. Ф. 1642. Оп. 17. Ед. хр. 7189. Л. 149–150.

• 6.   Там же. Л. 45.

• 7.    ДАОГА (Джалал-Абад. обл. гос. арх.). Ф. 860. Оп. 1. Д. 175. Л. 62–63.

• 8.    Пути развития тонкорунного овцеводства в Кыргызской Республике / Д.В. Чебодаев, Т.Ж. Турдубаев, А.С. Ажибе-кова, А. Бектуров // Вестник сельскохозяйственной науки. Бишкек, 2011. № 5.

• 9.    ЦГАКР. Ф. 1642. Оп. 17. Ед. хр. 7189. Л. 227–228.

• 10.    У ГПЗ «Кочкорка» перспективы реальные // Агропресс. 2003. № 3. Июнь.

• 11.  ЦГАКР. Ф. 1642. Оп. 17. Ед. хр. 7189. Л. 180.

• 12.  ООГА (Ош. обл. гос. арх.). Ф. 1. Д. 4251. Оп. 1. Л. 15–16.

• 13.    ДАОГА. Ф. 860. Оп. 1. Д. 175. Л. 62–63.

• 14.    Важна роль крупных хозяйств в улучшении сельской жизни // Агропресс. 2006. № 6 (57). Март.

• 15.    ООГА. Ф. 1. Д. 4251. Оп. 1. Л. 16–18.

• 16.    ЦГАКР. Ф. 1642. Оп. 17. Ед. хр. 7189. Л. 174.

• 17.    Там же.

• 18.    ООГА. Ф. 1. Д. 4251. Оп. 1. Л. 21–22.

• 19.    ЦГАКР. Ф. 1642. Оп. 17. Ед. хр. 7189. Л. 181.

• 20.    Загиров А.Р. Социально-экономическое развитие села в 90-е годы : дис. … канд. ист. наук. Бишкек, 2004.