Советское право в системе российской государственности

Бесплатный доступ

Советское право образовалось в результате победы Октябрьской революции в России. Оно было правом социалистическим, принципиально отличающимся от буржуазного права царской России. По мнению отечественных ученых, в силу новизны советское право исключало всякую преемственность с ним. Однако практически в текстах советских нормативных актов отражались многие положения права царской России. Такая наследственность не была ошибкой, а носила объективный характер и определялась особенностями российской государственности, свойственной России на всех этапах ее функционирования. Эти особенности (общинность, соборность, державность и православие) оказывали влияние на характер и советского права, порождая в нем отдельные особенности негативного характера.

Еще

Россия, право, буржуазное право, советское право, государственность, российская государственность, общинность, соборность, державность, православие, преемственность в праве, негативные характеристики

Короткий адрес: https://sciup.org/147240658

IDR: 147240658   |   УДК: 340.15

Soviet law in the system of Russian statehood

Soviet law was formed as a result of the victory of the October Revolution in Russia. It was a socialist right, fundamentally different from the bourgeois right of tsarist Russia. According to Russian scientists, due to its novelty, it excluded any continuity with it. However, practically in the texts of Soviet regulations. Many provisions of the law of tsarist Russia were reflected in Soviet law. Such heredity was not a mistake, but was of an objective nature and was determined by the peculiarities of Russian statehood, characteristic of Russia at all stages of its functioning. These features (communality, conciliarity, sovereignty and Orthodoxy) They also influenced the character of Soviet law, giving rise to certain negative features in it.

Еще

Текст научной статьи Советское право в системе российской государственности

Советское право возникло в России в результате Октябрьской революции 1917 года как социалистическое по своему характеру. Его идеологическим и теоретическим обоснованием были основные идеи марксизма-ленинизма о государстве и праве. В соответствии с этим учением социалистическое право закономерно приходит на смену праву буржуазному и является полным его отрицанием. Другими словами, в работах советских авторов полностью отрицалась какая-либо преемственность., что отражалось в научных положениях даже известных в тот период авторов.

В 1925 году М. А. Рейснер писал, что в процессе пролетарской революции «правовая надстройка не переживет особенно долго социального переворота и погибнет без остатка, не оставив жизнеспособных наследников»1. П. И. Стучка полагал, что буржуазное право вместе с буржуазным государством полностью уничтожается пролетарской революцией и сдается в «архив истории»2.

Положение об отсутствии какой-либо преемственности между буржуазным и новым социалистическим правом было устойчивым в отечественной правовой науке. Так, по мнению В. П. Морозова, «советское право как юридическое учреждение <…> в принципе не знает преемственности»3.

Подобная точка зрения высказывалась и современными отечественными авторами. В 2003 году, в постсоветский период развития нашего общества, М. А. Дамирли утверждал, что в советское время была прервана преемственность в праве4.

Однако данное утверждение не подтверждается практикой советского периода. Никто из указанных авторов не утверждал, что в ходе социалистических преобразований уничтожается, ликвидируется право как явление вообще. На смену буржуазному праву приходит новое революционное, пролетарское, но право. Достаточно сказать, что даже П. И. Стучка в более поздних работах, подчеркивая сменяемость права, указывал, что в новом законодательстве использовались и нормы российского буржуазного права, но с помощью разного рода оговорок и толкований революционного характера им придавалось социалистическое содержание.

Действительно, как показывает практика, новая власть иногда воспринимала дореволюционные нормы как пригодные для нового общества, и тогда в принимаемых декретах развивались правовые идеи, возрождались целые институты дореволюционного права.

Причем преемственность прослеживалась в разных отраслях советского законодательства. Так, в сфере российского гражданско-правового регулирования многие институты дореволюционного гражданского права были восприняты советским законодательством.

Так, дореволюционное учение о правоспособности, в отличие от естественно-правовых представлений о ее природе, подчеркивало значение воли государства в возникновении и прекращении правоспособности. Это нашло отражение уже в Гражданском кодексе РСФСР 1922 года. При всех имеющихся различиях в конкретных нормативных предписаниях дореволюционное и совет- ское законодательство отличала преемственность в регулировании обязательственных отношений (договоров купли-продажи, поставки), прав в отношении изобретений и т.д.

В Гражданском кодексе ПСФСР 1922 года на момент его издания было 435 статей. Сопоставление их текстов с проектом дореволюционного Гражданского уложения показывает, что около 400 из них было заимствовано из проекта.

Чем же объясняется наличие преемственности в формировании отечественного права на различных этапах социальнополитического развития России? В отечественной науке до сих пор не достигнуто единства в рассмотрении этого вопроса. Подчеркнем, что в данном случае речь идет о революционных изменениях, происходящих именно в России, имеющей вековую историю, свои особенности, которые сохранились и после революции. Это касается и сферы государственно-правового регулирования. Как указал в своей докторской диссертации В. Н. Синюков, «советское право – это не казус, не политическая ошибка, а закономерное явление, теснейшим образом связанное со всем предшествующим развитием русского права» [6, с. 20–21]. Ряд известных западных правоведов-компаративистов (например, Р. Давид) признавали, что «марксистский идеал будущего общества нашел благоприятную почву в моральных и религиозных чувствах русского народа». На наш взгляд, ответ на поставленный вопрос можно дать, если рассмотреть его с позиций категории «государственность».

Государственность – это качественное состояние государственно организованного общества, определяемое устойчивостью и преемственностью присущих ему конкретных политических, исторических, национальных, религиозных и других факторов.

Государственность – относительно новая для отечественной науки категория, однако ее значение и роль в развитии общественных и государственно-правовых явлений уже подчеркивалась в науке. Отечественные ученые показали, что именно государственность как специфическое явление, отражающее особенности существования и развития российского общества, непосредственно оказывает влияние на характер и направления его развития. Именно она предопределяет сущность и особенности общественного и государственно-правового развития на различных исторических этапах существования. Всякое государственноорганизованное общество имеет свою государственность со свойственными ей особенностями, отличающими ее от других общест- венных объединений и государств. Именно они обусловливают характер образования, развития и функционирования общества и составляющих его элементов, среди которых важнейшие – государство и право.

В полной мере это относится и к российскому обществу, его государственности на различных этапах развития. Более того, в современной России эта категория получила не просто правовое, а конституционное закрепление. Так, среди основных целей и задач развития России действующая Конституция РФ закрепила необходимость «возрождения российской государственности». Обратим внимание на то, что конституционно закрепляется не «образование», «формирование», «развитие», «укрепление», а именно «возрождение» государственности.

Это говорит о том, что государственность в России существовала всегда, исторически показала свою эффективность, но затем, на одном из этапов развития общества, по определенным причинам ее содержание было искажено. И сейчас, в новых исторических условиях, появляется неизбежность ее возрождения. В полной мере это касается и советского права и государства. Именно особенности государственности на этапе социалистической революции и советского общества определяли специфику советского права. Следует заметить, что особенности российской государственности имеют не только положительный характер.

В работах отечественных авторов анализируются различные закономерности развития отечественной государственности, особенности менталитета и характера общественной жизни россиян. Среди них в качестве основных, оказывающих решающее значение на характер развития общества, российского государства и права, выделяются следующие: общинность, соборность, державность и православие. Они не исключаются из практики общественной жизни и проявляются в различной степени значимости на различных этапах развития российского общества и государства.

Достаточно вспомнить, что особенности российской государственности – это не открытие советской юридической науки. Они отражены еще в известной триаде министра просвещения царской России С. С. Уварова: «православие», «самодержавие», «народность». Именно они в историческом плане предопределили динамику развития российского государства и общества на всех этапах его развития. Определили они и характер правового регу- лирования, его формы и механизм. Формирование и развитие советского государства и советского права невозможно без учета этих факторов. Без их учета невозможна и объективная характеристика правового регулирования данной эпохи.

Рассмотрим эти особенности и их влияние.

Прежде всего, православие. Как известно, в свое время князь Владимир из существующих религий предпочел христианство, идеи которого, будучи поддержанными государством, оказывали влияние на все стороны общественной жизни, в том числе и на правовое регулирование. С образованием советского социалистического государства религия официально стала рассматриваться в негативном плане, как «опиум для народа». Однако столетиями внедряемая в сознание людей, она не могла быть ликвидирована и продолжала воздействовать на население. Но она оказывала негативное воздействие и на характер правового регулирования. «Российская государственность, – отмечал И. Л. Со-лоневич, один из авторов российской эмиграции, – строилась на православии, а не на юриспруденции. Все попытки перевода с православного языка на язык “конституций” – суть попытки без-надежные»5. Иными словами, новое советское право с трудом воспринималось населением и сталкивалось с препятствиями при введении правовых новшеств и изменении практики их реализации по сравнению с правом царской России.

Другая особенность российской действительности – самодержавие, «державность». Специфика России – большая территория, многонациональный характер и т.д. – требовали усиления центральной власти, что проявлялось в ее «державности». В царской России это была самодержавная власть монарха. В социалистическом обществе – власть генерального секретаря, «вождя народа» и т.д. Другими словами, элементы демократии нормативно снижались? а «частноправовость» вошла «в плоть и кровь русского государства». Это нашло отражение уже в первых Конституциях советской России.

Но монархическая самодержавная власть в России породила другую специфическую особенность русского общества – патернализм. Он проявляется в осознании населением властвую- щего как «отца», благодетеля народа. А это порождает уважительное отношение властьимущим, преклонение перед властью, а не перед законом, что приводит к снижению уровня правосознания.

Немаловажное влияние на развитие общества и характер его регулирования оказывала и такая особенность российской государственности, как «общинность». Община как форма жизнедеятельности российских крестьян имеет глубокую основу в России. Отсюда для России как царской, так и для советской характерно преимущественное значение общественного перед личным. А это препятствовало становлению личности, осознанию ею правовых положений, претворению в жизнь идеи права, закона. В сфере правового регулирования это проявлялось в приоритете коллективных начал перед индивидуальными, общественного перед личным, недооценке частного права по сравнению с публичным, в распространении правового нигилизма.

Таким образом, советское право – это новый тип права. Возникнув в ходе революционных преобразований, оно существенно отличалось от права царской России. Но будучи правом России, российского общества, оно развивалось в соответствии с особенностями российской государственности, переняв многие элементы права царской России.

Дальнейшее развитие нашего общества приводило к значительным, порой принципиальным изменениям в государственноправовом регулировании, совершенствовании российского государства и права. Но все изменения, как и прежде, происходили в рамках российской государственности, при осуществлении преемственности права и правового регулирования.

Список литературы Советское право в системе российской государственности

  • Дамирли М. А. К новой концепции исторического познания права. // Правоведение. 2003. №3. С. 159-169.
  • Захаров Н. А. Система русской государственной власти. М., 2002. 390 с.
  • Маковский А. П. Развитие кодификации гражданского законодательства // Развитие кодификации советского законодательства. М.: Юрид. лит. 1968. 247 с.
  • Морозов В. П. Правовые взгляды и учреждения при социализме. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1967. 134 с.
  • Рейснер М. А. Право. Наше право. Чужое право. Общее право. М.: Гос. изд-во, 1925. 276 с.
  • Синюков В. Н. Российская правовая система (вопросы теории): автореф. дис. …д-ра юрид. наук. Саратов, 1995. 37 с.
  • Солоневич И. Царь и помещики // Наша страна. 1949. №14. 70 с.
  • Стучка П. И. Курс советского гражданского права. Коммунистическая академия. Секция права и государства. 2-е изд. М.: Гос. соц. экономич. изд., 1931. 260 с.
  • Теория государства и права: учебник для вузов / под ред проф. В. М. Корельского и В. Д. Перевалова. М.: НОРМА-ИНФРА, 2000. 616 с.
  • Шабуров А. С. Российская государственность в историко-правовом аспекте // Источниковедение истории советского государства и права: идеологические, политические и юридические основания: материалы круглого стола (г. Екатеринбург, 19 декабря 2016 г.). Екатеринбург, 2016. 77 с.
Еще