Стратегия развития воспитания и организационная культура в высшем образовании

Распоряжением Правительства РФ от 29 мая 2015 года введена в действие «Стратегия развития воспитания в Российской Федерации на период до 2015 года» , которая устанавливает единую концепцию воспитания в общеобразовательной сфере. Как указывается в документе, «Стратегия развивает механизмы, предусмотренные Федеральным законом "Об образовании в Российской Федерации", который гарантирует обеспечение воспитания как неотъемлемой части образования, взаимосвязанной с обучением, но осуществляемой также в форме самостоятельной деятельности». И хотя в данном случае речь идет об общеобразовательной школе, к деятельности вузов она имеет самое непосредственное отношение.

Во-первых, важнейшая функция воспитания – социализация – оуществляется не только в школе, но и в системе средних профессиональных и высших учебных заведений. Учитывая, что многие вузы имеют и уровень среднего профессионального образования, это становится особенно актуальным.

Во-вторых, в числе приоритетов, как указывается в документе, - духовно-нравственное воспитание на основе российских традиционных ценностей, а общеизвестным в педагогике фактом является то, что формирование духовно-нравственного облика не завершается в том юном возрасте, в котором дети покидают школу. Мало того, студенчество – это наиболее важный этап для утверждения в молодом поколении духовных ценностей и нравственных норм.

Таким образом, в контексте требований «Стратегии развития воспитания в Российской Федерации на период до 2015 года», культурновоспитательная работа в высших учебных заведениях должна быть определенным образом преобразована. Дело осложняется тем, что в течение длительного времени, начиная с 90-х годов, воспитательная работа в вузе отстствовала как таковая и лишь редкие учебные заведения сохранили у себя институт кураторов групп.

В последнее время этот пробел восполняется и появился целый ряд научных работ, которые обобщают соответствующий опыт [4,6,7,9]. Ряд авторов, в частности, Якимович В.А. и Паршукова О.А. указывают на неразрывную связь воспитания и качества высшего образования: «Обращение к компетентностному подходу в формировании требований к современному специалисту позволяет определить набор знаний, умений и навыков, связанных с его способностью брать на себя ответственность, участвовать в развитии демократических институтов общества, регулировать конфликтные ситуации, принимать совместные согласованные решения, быть готовым понимать и принимать различия культур, религий, языков и национальных традиций, постоянно совершенствовать навыки управленческих действий и технологий, учиться всю жизнь, совершенствуя профессиональную подготовку, развивая свою личность, человеческие качества»[16]. Следовательно, без воспитательной деятельности, без приобщения к культуре, без соответствующим образом сформированного духовнонравственного облика полученное высшее образование будет некачественным, а молодой специалист – неполноценным.

Высшая школа, в отличие об общеобразовательной, учитывая возрастные особенности, должна располагать иными механизмами и инструментами воспитательной деятельности. Благоприятные возможности для этого предоставляет организационная культура вуза [11]. Именно организационная культура является той средой, где студент приобщается к традиционным духовным и этическим ценностям.

Интересный подход в связи с этим предлагает А.А. Фортунатов: «формирование экологического и творческого потенциала студента в процессе обучения, способствует его осознанной ориентации в системе экологических ценностей и перехода их в жизненные ценности, которые отражаются в основных принципах жизнедеятельности разного уровня»[15]. Нам кажется, что этот подход следовало бы расширить и говорить в данном случае не только об экологической культуре, но и об организационной культуре вуза в целом, частью которой и являются экологические социо-культурные отношения.

В этом случае мы сталкиваемся с определенной системной проблемой. Не секрет, что с 90-х годов в организационную культуру многих корпораций, в том числе и вузов, активно внедрялись приемы западного, прежде всего, американского менеджмента, которые содержали в себе ценностный компонент, который мы никак не можем отнести к традиционному российскому. Происходило это потому что собственная ценностная система в эпоху происходящих в девяностые годы перемен была или полностью разрушена [2], или входила в конфликтное противоречие с западно-европейской ценностной системой [3].

Сейчас несовпадение ценностных ориентиров является общепризнанным фактом, и проявляется это прежде всего именно в организационной культуре. Фундаментальным различием является то обстоятельство, что в российском обществе доминируют ценности, восходящие к ортодоксальному христианству, русское православное сознание носит ярко выраженный общинный характер, в нем интересы личности не могут быть поставлены выше интересов общества, в идеальном варианте они должны находиться в полной гармонии.

Западноевропейское, прежде всего англосаксонское самосознание основано на нравственных ценностях протестантизма, с его культом индивидуализма и провозглашенным приоритетом прав личности перед обществом и государством.

Вот почему модели организационной (иногда называемой корпоративной) культуры должны быть сейчас должным образом модернизированы в свете того, что предлагается «Стратегией развития воспитания в Российской Федерации на период до 2015 года». В них должны быть усилены компоненты, культивирующие ценности семьи, коллективизма, приоритета национальных и общественных целей в профессиональной деятельности.